Blackmail

Вернувшись в спальню, юноша лёг напротив Джонсона и долго смотрел на его спящие лицо, чувствуя странный трепет в груди. Длинные ресницы, высокие скулы, прямой нос и тонкие губы. Лицо успешной кинозвезды, но никак не обычного преподавателя вшивого колледжа искусств. С такими данными ему лучше пойти в телевидение, роль ведущего больше подойдет мужчине. Он аккуратно убрал черные волосы за ухо, едва касаясь бледной кожи, пока он крепко спал, прижавшись к мягкой подушке. Глядя на него, сердце Валентино пропустило несколько ударов в тихой комнате, из-за чего его сердцебиение звучало отчетливее, и казалось, что оно слишком быстро бьётся. Неужели, аритмия? Но ведь ему только двадцать один, парень в самом расцвете сил. Хотя он столько пьёт и курит, неудивительно, если он и правда чем-то болен. Стоит на днях записаться к терапевту. Вал бы и дальше с удовольствием смотрел на его милое спящее лицо, но вдруг откуда-то раздался звон телефона, но точно не его. Вокс перевернулся на живот и кое-как поднялся на руках, пытаясь сообразить, откуда доносится звук, но парень опередил его, найдя под кроватью чужой телефон и выключив будильник на восемь утра. Как только звон затих, брюнет сразу же упал обратно в постель, уткнувшись лицом в подушку и обнимая её. По всей видимости, уважаемый мистер Джонсон, который ведет креативное письмо и современный кинобизнес, не собирается просыпаться и идти на пары, как и третьекурсник, который был не против остаться в постели подольше. Ведь они оба не спали до трех ночи, а сейчас только восемь утра. Он бросил телефон на кровать и лёг рядом ним, спокойно засыпая и слушая тихое сопение. Но буквально через двадцать минут, когда они оба погрузились в сон, где-то сверху заиграла громкая музыка, которая неприятно резала слух. Темноволосый пихнул брюнета в бок, чтобы он сам выключил устройство и все будильники, который он понаставил, иначе Валентино швырнет его телефон в стену. Видимо, поняв намёк, мужчина схватил мобильный, выключил звук одним нажатием кнопки сбоку и только потом поднял голову, чтобы сфокусировать взгляд на экране. Сначала Вокс не поверил своим глазам, думая, что он всё ещё спит, но протерев глаза и заставив себя проснуться, он снова посмотрел на входящий звонок. Но это, оказывается, не сон. Но зачем он звонит ему? Неужели соскучился спустя месяц? Нет. Ерунда. Полнейший бред. Только не этот бессердечный ублюдок. Скорее всего, это ещё одна его жестокая шутка, чтобы просто поиздеваться над ним. Но несмотря на здравый смысл, в его иссохшем сердце теплилась крохотная крупица надежды, а что если. Он тут же отдернул себя от этой мысли. Ведь Джонсон точно знал, что между ними всё кончено, и он не хотел снова оказаться в дураках. К тому же ему давно пора разорвать этот порочный круг, который в итоге ни к чему не приведёт. Однако, он не мог просто взять и отклонить звонок, а потом заставить себя уснуть заново, поэтому мужчина молча смотрел на экран, крепко сжимая в руке телефон, который настойчиво вибрировал, привлекая не только его внимание, но и парня, который лежал рядом с ним. Валентино в открытую смотрел на Вокса снизу вверх, не понимая его выражение лица. Мужчина то ли взволнован, то ли зол, а может, просто не уверен, отвечать на звонок или нет. Но человек на том проводе явно не простой знакомый Джонсона. Кто ему звонит? Коллега по работе? Вряд ли. Студент? Нет, тогда бы он просто положил трубку и продолжил спать. Вчерашний бармен? Возможно. Но этот вариант ему не понравился. — Кто звонит? — его голос звучал угрожающе низко, но голубоглазый даже не посмотрел на него. — Никто, — коротко ответил он, продолжая сидеть как истукан. Но когда телефон замолчал, Вокс вздохнул, кажется, от облегчения и положил телефон на подушку, а сам встал с кровати и направился к двери. — Где здесь ванная комната? Не против, если я приму душ? — Следующая дверь слева, — Вал махнул рукой и взглядом проводил бледную задницу любовника, которая соблазнительно покачивалась, когда неторопливо шла, но потом скрылась за дверью. Он ухмыльнулся и облизнул губы. — Может, мне присоединиться? Он поднялся на локтях, пытаясь вспомнить, куда домработница положила его новый халат и чистые полотенца. Но его взгляд привлек громко вибрирующий телефон Джонсона, который чуть не упал с подушки на пол, если бы Валентино не поймал его. Его интерес с легкостью поборол уважение парня к личной жизни другого человека, если бы оно вообще было, и он посмотрел на экран, чтобы узнать, на кого мужчина так странно реагировал. Вал опешил, когда увидел имя входящего. — Бэмби? Серьёзно? Смешно, — удивился он, вспомнив старый детский мультик про олененка, который потерял мать. Это милое прозвище точно не подходит тому мужику из бара, который больше походил на вредную гориллу из «Тарзана». — Да уж, только зря парился. А может, это его бывшая, которая никак не отстанет? Наверное, ещё та липучка, если так названивает. Мне его даже жалко, сам не люблю таких. Темноволосый решил не придавать этому большое значение и бросил телефон обратно на кровать, а сам поспешно вышел из комнаты и направился в большой гардероб, где скорее всего лежит его халат, пока человек на той стороне пытался дозвониться до Вокса. Но, видимо, не судьба, тогда ему придётся связаться с ним по-другому, раз уж мужчина не хочет выходить на контакт. Благо Бэмби знает, где он живет, ведь был там много раз и часто ночевал, им всего лишь нужно встретиться и немного пообщаться, затем всё пойдет своим чередом, как и в прошлые их встречи.

***

Стоя под горячим душем, брюнет смотрел в одну точку, думая о своей новой жизни, о которой он так долго мечтал, но сейчас она катилась куда-то не туда. Вчера вечером он напился из-за проблем на личном фронте и одного засранца, который его шантажирует ради секса, но потом сам полез ему в штаны. А до этого он чуть не уехал со студенткой, которая тоже учится в колледже, где пропадает Джонсон. Глупо, очень глупо. И ужасно неосмотрительно с его стороны. Такими темпами, во время знакомств он начнет в первую очередь спрашивать место учебы, затем возраст и только потом имя. Ещё и бывший дал о себе знать чертовски вовремя. Хотя Вокс точно знал, что в болоте, где стоит его сарай, не ловит не только интернет, но и любая мобильная связь. Если бы там был телевизор, он бы тоже не работал из-за отсутствия сигнала в этой глуши, поэтому, когда становилось невыносимо скучно, приходилось слушать либо старое радио, либо не менее древний граммофон, из которого доносился исключительно джаз. Если учесть всё это, Аластор никак не мог связаться с внешним миром будучи на охоте, как говорил Хаск. Неужели этот любитель свежего воздуха и дикого мяса вернулся раньше? Если это правда, Хаск наверняка уже доложил ему о вчерашней потасовке в баре, поэтому он и позвонил. «Может, мне правда уволиться и переехать куда-нибудь подальше? — уже всерьез задумался он, закрыв глаза и зачесав мокрые волосы назад, подставляя лицо под струи теплой воды. — Уеду в какуюннибудь глушь, где меня никто не знает и не найдёт. Стану отшельником, буду разговаривать только с Варком, а потом с голосами в голове. Буду питаться едой быстрого приготовления, замороженной пиццей и через год заработаю гастрит, который будет мучить меня весь остаток жизни. А в конце просто сопьюсь.» — Звучит как план, — мужчина усмехнулся, смотря в пустоту потухшим взглядом и криво улыбнулся. — Что за план? — юноша бесцеремонно вошёл внутрь, никак не скрывая озорной огонёк в ядовитых глазах, который сразу не понравился Воксу. Он точно также смотрел на него в аудитории, когда хотел развлечься, угрожая репутации препода. — Решил присоединиться? — брюнет нахмурил брови и лукаво улыбнулся, выключив воду. — Прости, но ты опоздал. Мне уже пора собираться. В ответ, темноволосый лишь улыбнулся, продолжая изучать взглядом это прекрасное мокрое тело, на котором было полно его следов. Спина заныла приятной болью от множество царапин, которые как минимум ещё неделю будут напоминать ему о вчерашней ночи. Прикрывшись своим новым полупрозрачным халатом, Валентино накинул на гостя пушистое полотенце, чтобы обтереть его, пока тот не сбежал и не оставил на полу в коридоре мокрые следы. На удивление, Джонсон стоял спокойно, зажмурив глаза и терпеливо ожидая, пока парень вытирал его волосы и никак не мог отвести взгляд. Воспользовавшись моментом, Вал наклонился и быстро поцеловал его в губы, а после молча вышел за дверь и спустился вниз, снова думая о записи к терапевту. Его сердце неистово стучало, щеки покрылись румянцем, а в животе будто что-то порхало. С такими странными симптомами ему точно нужно к врачу. Но, возможно, это всё из-за кофе с карамелью. Он с подозрением посмотрел на кофемашину, всё же решив подождать до завтра и не пить кофе, а карамель он вообще выбросил в урну, несмотря на то, что до срока годности ещё полгода. Сев на диван и закурив вторую за день сигарету, парень с усмешкой наблюдал за преподавателем, который тихо ворчал себе под нос в одних трусах, собирая одежду по всей лестнице и тут же надевая. Когда мужчина спустился в гостиную, он зачесал назад всё ещё влажные волосы и отряхнул белый свитер, параллельно проверяя одежду на пятна, рваные дыры и торчащие нитки. Эта привычка сформировалась у него с тех пор, как он начал вести распутный образ жизни, коротая вечера в разных барах, а ночи в дешевых отелях. Разумеется, в компании густо накрашенных девушек, которые любили прижиматься к нему, либо излишне страстных парней, которые насмотрелись порнухи и любили портить его одежду, не зная цену. Благо всё было чистым и целым, что немного успокаивало, но по его лицу это было сложно понять. Джонсон выглядел напряженнее обычного, всё ещё переживая из-за вчерашнего вечера и нежелательного утреннего звонка, хотя последнее намного страшнее, ведь он может прийти к нему домой. От этой мысли его сердце больно сжалось, будто сейчас лопнет, прямо как шар. Но потом он криво ухмыльнулся сам себе, смеясь про себя от мысли, что у него вообще есть сердце, которое так тихо стучит. Его плечи слегка задрожали, но другой, кажется, даже не заметил. Ну и славно, незачем этому юнцу лезть в душу преподавателя. Трусов было достаточно. Вокс кинул на него быстрый взгляд, тот уже разлегся на диване, закинув ногу на ногу и зажгя уже третью по счету. Глядя на юношу в голову сами лезут слова, такие как молодой, красивый и глупый. Последнее особенно подходило, по мнению мужчины. — Будешь так много курить, долго не проживёшь, — он подошёл к нему и забрал сигарету, но потом сам сделал глубокую затяжку, выдыхая табачный дым. — Кстати, та девушка из бара ведь твоя подруга, так? — Вельветт? Ну да, мы с ней со школы дружим, а потом она поступила в этот колледж, вслед за мной, — Вал говорил это с теплой улыбкой и ностальгией, но потом напрягся, заметив странную ухмылку собеседника. В груди опять защемило, а перед глазами встал раздражающий образ подруги в объятиях Вокса. — А что? Она тебе так сильно понравилась? — Просто так. Кажется, она не из тех, кому нравятся плохие парни и бабники, вроде тебя, — хмыкнул он, делая очередную затяжку и смотря куда-то в пустоту, но потом брюнет всё же направился к выходу. Но перед тем как уйти, он решил дать ценный совет на будущее, и если юноше действительно нравится эта девушка, он последует ему и в конце концов отстанет от него. — Будет лучше, если ты примешь мои слова всерьёз. Желаю удачи. — Что? — Валентино выгнул одну бровь и скривился в лице, совершенно не понимая о чем тот говорит. Какое Вельветт дело, с кем он спит? Она ещё со старшей школы четко дала понять, что ей плевать, кого в этот раз трахает друг. Ну, может быть, кроме Джонсона, но это единственный случай. В остальных же ей кристально похуй, так что слова мужчины не имели никакого смысла. Но когда парень хотел поинтересоватся, что это вообще значит, дверь уже захлопнулась, и он решил не придавать этому значение. Всё равно ничего толком не понял, а пытаться уже нет смысла. — Ну и хрен с ним, лучше посмотрю телик, — он достал пульт, наткнулся на старый фильм, который, видимо, шёл повторно, и лежа смотрел на то, как девушку отвергают на берегу моря. Единственное, что его зацепило, это хорошая актерская игра отвергнутой героини и её уникальная внешность. Особенно глаза цвета свежескошенной травы, которые блестели из-за искусственных слез. Не удивительно, что Вель тащится от этой актрисы и пошла в театральный, чтобы стать как она. — Даже немного жаль бедняжку, — вздохнул Валентино, уже дойдя до титров, где упоминается та самая актриса, Саманта Морель. — Вот если бы у неё была грудь побольше, тогда бы главный герой точно выбрал её, а не ту дуру.