Обстоятельства смерти

Машина парамедиков, воющая сиренами, мчится на полной скорости, и вызывая у меня еще большую головную боль. Они положили меня на носилки и поместили в машину скорой, прежде чем отвезти в больницу. — Сутхеп... Я подозвал медбрата, сидящего у моей головы. — Да, доктор? — он повернулся и посмотрел на меня обеспокоенным взглядом. — Скоро мы будем в больнице. — Сообщаю о пациенте: мужчина, возраст 30 лет... Я собирался сказать то, что хотел, но голос парамедика меня прервал. По рации в машине он сообщил в отделение неотложной помощи о нашем прибытии. — Сосед рассказал нам, что пациент при падении ударился головой об землю и потерял сознание. Когда мы приехали, он был в сознании. O2sat 100% E4V5M6DTX 101*. Открытая рана на левой стороне лба... *(Расшифровка кода: насыщение кислорода(O2) 100%, показатели по шкале Глазго E4 — реакция глаз (норма), V5 — речевая реакция (норма), M6 — двигательная реакция (норма). Шкала Глазго (GCS) — шкала для оценки степени нарушения сознания и комы детей старше 4-х лет и взрослых при повреждении головы. Шкала состоит из трех тестов. За каждый тест начисляет определенное количество баллов. В тесте открывания глаз — от 1 до 4, в тесте речевых реакций — от 1 до 5, а в тесте на двигательные реакции — от 1 до 6 баллов. Таким образом, минимальное количество баллов — 3 (глубокая кома), максимальное — 15 (ясное сознание). Код передан в авторском написании.) Сосед? Я ударился головой во время падения?? Я нахмурился, слушая это. — Сутхеп... – Я снова позвал медбрата: — Кто вызвал парамедиков? Медбрат помотал головой: — Я не знаю. Надо спросить у дежурного, кто принял звонок. Я так понимаю, что это был твой сосед, который был с тобой в то время. Разве доктор этого не помнит? Конечно, я помню. Как я могу этого не помнить. Этот человек не мой сосед! Это был преступник, убийца! — А вы никого не видели, когда приехали? — Нет. Когда я пришел, то увидел только доктора, одного. И выглядел док тоже странно... —медбрат, который на несколько лет старше меня, подозрительно смотрит на меня. — Что-то случилось? Я очень рад, что кто-то понимает, что что-то не так! — Я не просто упал в обморок. На меня напали. Глаза Сутхепа расширяются: — Вы серьезно? Поскольку я живу не очень далеко от больницы, поездка не заняла много времени. Мы прибыли в больницу через несколько минут, так что мой разговор с медбратом был прерван. Сутхеп и спасательная команда, не теряя времени, быстро доставили меня в приемный покой. То, что произошло дальше, стало настоящим хаосом. Меня быстро доставили в одну из смотровых комнат. Интерн, который был на дежурстве бежит к нам, за ним следуют две медсестры. Я закрываю глаза, потому что опять чувствую сильное головокружение. — Профессор Банн! Я пытаюсь открыть глаза и посмотреть на зовущего меня интерна. Одна из медсестер закатывает мне рукав, чтобы взять анализ крови. — Профессор, слышите меня? — Да слышу я... Он начинает осматривать меня с головы до ног. Убедившись, что у меня нет смертельных травм, которые следует обработать в первую очередь, он поворачивается ко мне и спрашивает: — Что случилось, профессор? Я положил руку на голову, размышляя, стоит ли мне говорить правду об этом инциденте. Но поскольку моя жизнь в опасности, я решаю, что было бы лучше, если бы кто-нибудь знал, что это не просто несчастный случай. Что же касается того, что нападавшим мог быть убийцей Джанеджиры — думаю, мне следует сохранить это при себе, чтобы передать потом эту информацию полиции. — Кто-то напал на меня в моем доме и ударил меня головой об пол; когда я потерял сознание, он ушел... Интерн посмотрел на менял с выражением лица полным шока. — Медбрат сказал, что вы упали и ударились головой. Разве не это произошло? Профессор, вы помните лицо нападавшего?? Я покачал головой, но из-за сильной головной боли и тошноты прикрыл глаза. Интерн поднял фонарик и снова посветил мне в зрачок, чтобы еще раз удостовериться: — Как вы себя чувствуете? Головная боль? Тошнота? Затуманивание зрения? — Сильная головная боль... и тошнота тоже. Меня несколько раз рвало в машине скорой помощи. Интерн согласно кивнул: — Если так, то придется сделать КТ* головного мозга, профессор. Когда дежурный узнает, что обследование нужно Вам, думаю, найдёт способ подвинуть очередь. Подождите минутку. *(п/п: КТ – Компьютерная томография – метод исследования, основанный на рентгеновском излучении методом многослойного сканирования.) Затем он поспешно отошел от моей кушетки и направился к стойке медсестер. Мои глаза следят за ним. Я гораздо больше боюсь того, кто на меня напал, чем травмы головы. Скорее всего, после КТ у меня диагностируют черепно-мозговую травму с риском внутреннего кровоизлияния. Мне, вероятно, придется остаться в больнице для наблюдения на некоторое время. Сначала я должен дождаться окончания процесса лечения. Позже, когда меня переведут в палату, я отключу свой мобильный телефон и найду способ связаться с капитаном Эм. Будет проще поговорить с ним напрямую, он должен быть единственным, кто поймет ситуацию. Но как только у меня начинает появляться идея сообщить обо всем полиции, в моей голове снова и снова всплывает фраза: «И не думайте, что вы можете доверять полицейским.» Мне становится не по себе... *** Я лежал в прохладной комнате, тишину нарушал только звук работающего старого кондиционера. Рану на лбу зашили и закрыли марлевой повязкой. Тыльная сторона моей правой руки была подключена к капельнице с физиологическим раствором. После того, как стали известны результаты компьютерной томографии, меня перевели в отдельную палату при хирургическом отделении. К счастью, нет никаких признаков кровоизлияния в мозг. Я просто отдохну здесь некоторое время, если не будет осложнений. Я рад, что приехал сюда. В больнице я в безопасности. Я собирался нажать на звонок, чтобы вызвать медсестру, одолжить у нее телефон и сделать так, как я и планировал. Мне также придется заглянуть в Интернет, чтобы узнать, как заблокировать мой сотовый. Я потянулся к звонку в изголовье кровати, чтобы вызвать медсестру. Внезапно, когда мой палец приблизился к кнопке вызова, в дверь неожиданно постучали. Громкий и настойчиво-сильный звук меня слегка удивил. А потом дверь открылась и появился так хорошо знакомый мне высокий мужчина с красивым лицом. — Пэд? Взглянув на настенные часы, я увидел, что уже почти полночь. Я широко раскрыл глаза от удивления. — Что ты здесь делаешь? — Эй, почему я не могу быть здесь, когда мой лучший друг попадет в больницу? Он пододвигает стул к кровати и садится. – Я сказала медсестре на посту, что я твоя семья. — И все же можешь сказать честно, как ты узнал, что меня оставят на ночь здесь? — прищурившись, я посмотрел на Пэда. — Я пытался дозвониться до тебя и пригласить выпить в новом ресторане моего друга. Но так как это решилось в последнюю минуту и было около 23:00, то я не успел предупредить тебя. Я звонил тебе пять или шесть раз, но ты не ответил. Это меня обеспокоило, поэтому я приехал к тебе домой. В результате один из твоих соседей сказал мне, что тебя увезла скорая помощь. Я испугался и вот я здесь. Пэд протянул руку, чтобы убрать волосы, закрывавшие мой лоб, а потом уставился на мою рану. — Так что же случилось? Можешь рассказать мне? Это мой шанс… Если я расскажу Пэду все о том, что произошло, он сможет мне помочь. Если у подозреваемого действительно есть кто-то в полиции, он не сможет узнать, что я просил о помощи от кого-то извне. Пэд – человек, которому я сейчас доверяю больше всего. — Уже знаешь последние новости, да? О женщине, повесившейся в кондоминиуме сегодня? Я начал с того, что задал этот вопрос. — Да, мне сообщили. Читаю новости в сети. Это ты делаешь вскрытие, да? — Пэд достает телефон и что-то ищет там. — О, вот, смотри. Капитан сказал, что она покончила с собой, потому что поссорилась со своим парнем. Еще у нее была сильная депрессия и она оставила предсмертную записку. Что-то еще? — А что говорят новости? Я быстро взял протянутый мне телефон. На экране появилась страница новостного интернет-сайта с заголовком «Школьная учительница в депрессии найдена повешенной в своей квартире после расставания с парнем. Ожидайте дальнейших сообщений». К статье прилагалась фотография завернутого в белую ткань мертвого тела госпожи Джейн, которое переносили в машину. Я прочитал содержание новостей до последнего предложения: «...Спасатели доставили тело женщины в больницу для установления точной причины смерти». В новостях не упоминается, что ее могли убить. Капитан Эм позвонил мне сегодня утром, чтобы узнать о результатах вскрытия. Он сказал мне, что не расскажет прессе о моих подозрениях относительно истинной причины смерти Джанеджиры. Тогда убийца подумает, что ему это удалось, и его будет легче задержать. — На самом деле… Глубоко вздохнув, я рассказал ему всё. Сосредоточенное выражение лица Пэда постепенно сменялось шоком, когда я дошёл до момента, где неизвестный проник в мой дом. После всего услышанного прокурор Сонгсак подскочил от злости. — Черт возьми! Ты облажался, Банн?! Пэд достал что-то из кармана и протянул мне. Это оказался белый смартфон, более старая версия модели, чем та, на которой я читал новости чуть ранее. Я был в полном замешательстве. — Возьми. Если что-то случится, позвони мне или в полицию. У меня тоже есть номер капитана Эма. Он записан в памяти. Именно этого я и хотел. — Ты всегда носишь с собой два телефона? — Ага, один как запасной, чтобы мои девушки не прознали друг о друге. Да ладно, на самом деле не очень-то и часто он мне нужен. Он ответил с легким смешком, как будто пытался уменьшить возникшее напряжение. В глубине своего сердца я мог только вздыхать... — Как ты думаешь, мне следует позвонить капитану? Узнает ли преступник, если я позвоню? Признаю, что сейчас мне действительно было очень страшно. Пэд подумал несколько секунд и сказал: — Хорошо, слушай, тебе сейчас не нужно ничего делать? Просто сохраняй спокойствие. Напиши отчет о вскрытии, как он тебя просил. А я найду способ сообщить об этом в полицию. У меня много связей, будь то правоохранительные органы или за их пределами. А пока я отправлю к тебе своих ребят, для личной охраны. Я никогда не видел, чтобы Пэд вел себя так, кроме тех случаев, когда он работал. Он протянул руку и сжал мое плечо. — Расслабься. Я не позволю никому причинить тебе боль. — ...Прости, что беспокою. Теперь, когда я рассказал об этом кому-то, мне стало легче. Нет ничего более прекрасного, чем чувство безопасности! Прежде чем встать, Пэд откинулся на спинку стула и сказал: — Я не могу сидеть и ничего не делать. Если что-то случится, сразу звони мне Банн, ладно? А сейчас мне нужно встретиться с теми, кто поможет мне о тебе позаботиться. — Спасибо, Пэд. Я действительно ценил то, что он сделал для меня, и поблагодарил его от всего сердца. Когда вся эта история закончится, мне придется устроить для Пэда большую вечеринку и хорошенько угостить его. *** Вскоре после того как Пэд ушел, пришла медсестра, чтобы измерить мне температуру и кровяное давление. Я попросил ее перед уходом выключить верхний свет. Теперь только тонкая полоска света, исходящая из коридора под дверью, позволяет мне увидеть внутреннюю часть палаты. Мне наконец удалось дозвониться провайдеру и заблокировать старую сим-карту. Покончив с этим, я крепко сжал в руке телефон Пэда и попытался заснуть. Моя голова стала болеть намного меньше, но я все еще чувствовал слабость. Но я был уверен, что сегодняшняя ночь пройдет гладко. ...Не знаю, сколько прошло времени. Я проснулся посреди ночи, часы в тусклом свете из коридора показывали 2:45. Головная боль исчезла почти полностью. Я медленно сажусь и наклоняюсь, не сумев удержать равновесие, все еще чувствуя большую слабость. Листок бумаги упал с моей груди на колени... Сердце начало биться быстрее... Что это? Я беру листок дрожащей рукой и медленно разворачиваю его. Записка написана аккуратным, красивым подчерком. Почерком, который я до сих пор помнил и который видел совсем недавно… «Я говорил тебе никому об этом не рассказывать. Тебе не нравится, что я вежлив? Я должен преподать тебе урок. Попрощайся с господином прокурором». О нет!... Мое сердце замирает, охваченное ужасом. Я оглядываюсь по сторонам, пока не замечаю силуэт мужчины, сидящего на диване. Единственное, о чем я мог думать сейчас, это о том, что нужно бежать отсюда как можно скорее и просить о помощи. Я был полон решимости и даже попытался встать, но внезапно почувствовал, что с моим телом что-то не так. Все мои силы испарились, зрение затуманилось. Единственное, что я мог сейчас чувствовать, это сонливость. Я не смог подняться с кровати, как ни старался. А потом тень быстро приблизилась ко мне. Я пытаюсь повернуться и нажать кнопку вызова, чтобы позвать кого-нибудь, но тень легко хватает меня за плечо и опрокидывает назад. Я пытаюсь закричать, но человек закрывает мне рот большой рукой в черной кожаной перчатке. — Если нет желания умереть, то лучше сохранить спокойствие. Приказной тон этого человека прозвучал прямо перед моим лицом. Я полностью парализован ужасом. Это тот самый человек, который вошел в мой дом. Я помню его голос и то, как он прячет лицо. Но почему в столь пугающей ситуации я чувствовал себя таким сонным?... Мои глаза обращаются к капельнице еще до того, как я осознаю это. Не может быть... — Просто чтобы ты знал: я не хотел причинять тебе вред. Это все твоя вина... Злоумышленник протянул руку, ухватил колесико регулировки системы капельницы и, стал вращать его, регулируя скорость подачи физраствора. После того, как колесико было отрегулировано, преступник достал что-то из своего кармана — это был шприц для инъекций, объемом 5 мл, наполненный прозрачной жидкостью... Он хватает мою руку и поворачивает ее, чтобы дотянуться до катетера на предплечье*. Несмотря на мои многочисленные попытки освободиться, ему удалось ввести мне препарат. Мои веки становятся тяжелыми. *(Инъекция не делается непосредственно в вену, а в силиконовый узел для доп. инъекций, соединенный с одной стороны с трубкой для подачи раствора, а с другой – с инъекционной иглой.) Что это было? Снотворное? Диазепам? Мидазолам?* *(Диазепа́м — транквилизатор, оказывающий анксиолитическое, седативное, противосудорожное, центральное миорелаксирующее действие. Мидазола́м — снотворное которое, также обладает центральным миорелаксирующим, анксиолитическим и противоэпилептическим действием. Используется как вспомогательное средство для введения в наркоз) Я начинаю терять сознание от воздействия препарата, против моей воли введенного в тело. — У доктора есть один секрет, о котором не должно быть известно никому... — голос этого человека звучал как будто издалека. — Но я знаю его и использую это против тебя...