Обстоятельства смерти

Я вошел в класс с победной улыбкой на лице, даже не пытаясь скрыть свой триумф. Все мои друзья-одноклассники повернулись и ошеломленно уставились на меня, будто видели впервые. Я же сел на свое место у окна, скрестил ноги и принялся дышать свежим воздухом, обозревая окрестности. — Банн! — Вин, мой сосед по комнате, скользнул к моему столу и громко сказал: — Чтоб тебе, Банн! Ну ты и крут! Я поворачиваюсь к нему, делая вид, что не понимаю: — Что-то случилось, господин Вин?  На этот раз не только Вин устроил суматоху возле моего стола. Сонн, Пун, Тид, ровно, как и вся банда парней окружили меня с возгласами: — Как тебе это удалось? — Как ты это сделал?  — Ты же перед самым экзаменом вместе со мной мяч пинал, разве не так? — Когда же ты успел подготовиться?! Я поднял руки, призывая всех прекратить галдеть и замолчать: — Ребята, успокойтесь. Спасибо за поздравления. Я очень тронут, правда. Они продолжают возбужденно разговаривать, пока не приходит г-жа Пхани, наш классный руководитель. Мои друзья быстро успокаиваются и возвращаются на свои места, прежде чем она разозлится. — Всем встать! — послышался прекрасный голос нашей старосты. Затем все одновременно сделали «вай», чтобы поприветствовать классного руководителя и выказать ей уважение. Учитель Пхани кивнула в ответ: — Добрый день, всем. Прежде всего я хотела бы поздравить всех учеников, которые успешно сдали вступительный экзамен, став студентами. Какой бы то ни был факультет, вы все очень хорошо постарались. Строгие глаза учителя Пхани посмотрели на меня, и она продолжила: — Особенно это касается господина Буннакита. Вы единственный, кто сдал вступительный экзамен на медицинский факультет в этом году. Что-то её тон не похож на радостный, но я широко улыбнулся, приняв скрытый вызов. Мы с госпожой Пхани довольно «близки». Она регулярно делает мне выговоры в дисциплинарном комитете. Я студент, которого можно назвать проблемным: не уважаю правила, пропускаю занятия и не ношу форму должным образом. Не говоря уже о том, что я часто участвую в драках с учениками конкурирующих школ. Но хотя у меня есть несколько недостатков, никто не может отрицать мою отличную успеваемость. Мне нравится учиться. Я испытываю волнение всякий раз, когда сталкиваюсь со сложными уравнениями по физике. Мне нравится быть первым учеником, который найдет верное решение. Однако, мои результаты могли бы быть и лучше, поскольку из-за моего поведения было снято множество баллов. Вот почему меня до сих пор не отчислили. И в этом причина того, что я продолжал учиться в этой маленькой частной школе. Я должен был стать таким, чтобы скрыть ото всех кое-что важное. Мое поведение сделало меня исключительным: меня нужно воспринимать как лидера, чтобы никто не осмелился вторгнуться в мою личную жизнь. После школы я схватил свою сумку, накинул ремень через плечо и быстро сбежал вниз по лестнице. Я поспешил домой, чтобы отпраздновать свой успех вместе с родителями. Тот факт, что я решил стать врачом, удивил и даже шокировал их. Воспринимайте это как оправдание моего плохого поведения. *** — Банн! Резкий оклик заставил меня замереть на месте. Я не решался оглянуться на того, кто говорил — только слушал, как все ближе приближаются шаги, бегущего ко мне человека. Рука схватила меня за запястье. Я развернулся и посмотрел ему в глаза: — Что еще? — Банн, прости, — он крепче сжимает мое запястье, но я вырываю руки и устало вздыхаю. К счастью, поблизости никого нет и никто ничего не заметил. Парня, который окликнул меня, звали Тарр. Он тоже старшеклассник, но учится в параллельном классе. Я отстраненно посмотрел на его красивое лицо. — Все кончено, Тарр. Больше не нужно извиняться, — равнодушно сказал я. — Но Тарр не хочет чтобы так все закончилось... Тарр был дураком и теперь знает об этом. Да, признаю, что я ступил! Тарр хочет все исправить! Я скажу, что это была просто плохая шутка! — Мне от этого легче не станет — слухи уже разошлись. Я поворачиваюсь к нему лицом, держа руки в карманах, наклоняю голову и без какого-либо трепета смотрю на своего бывшего парня: — Теперь, Тарр, ты можешь делать и говорить, что захочется. Можешь хоть всей школе рассказать, что я гей. Пожалуйста, валяй! Я поступил в университет и скоро покину это место, так что мне уже все равно! Тарр опустил голову и сильно сжал кулаки: — Ты порвал со мной только из-за того, что узнали другие? Тебе не кажется, что это перебор? Я просто больше не хотел ни от кого прятаться! — А мне показалось, ты сказал, что хочешь все исправить! Ты хотел рассказать всем о нас и раньше, так в чем же дело? Ты уже не хочешь сообщать об этом? — я приблизил свое лицо ближе к нему. — Все кончено, Тарр. Моя ориентация – единственное, что мне хотелось бы спрятать.  Мы с Тарром начали встречаться, когда оба были на пятом году средней школы*. *(п/п: Система образования состоит из 12-летнего базового образования и высшего образования. Базовое образование делится на 6-летнее начальное обучение и 6-летнее среднее образование, высшее подразделяется на 2 уровня по 3 года. 5й год обучения — это где-то 11 класс.) До этого Тарр был просто моим одноклассником. Он начал проявлять интерес ко мне и всячески пытался сблизиться с тех пор, как я переехал учиться сюда. Он первый парень, у которого хватило смелости пригласить меня на свидание. Я оценил мужество Тарра и согласился тайно встречаться с ним. Это продолжалось несколько месяцев, но все изменилось 3 дня назад… ... Я не понимаю, что побудило его сделать это. Но ни с того ни с сего он разболтал о нас своему соседу по комнате, а тот прибежал ко мне выпытывать правда ли все это. Странно, но я не чувствовал злости… Наоборот, я был даже рад, что у меня появился повод уйти от него. Я его не любил. На самом деле, я никогда никого не любил.  Однако, я чувствовал гнев, исходящий от человека передо мной. — Не думай, что никто в университете о тебе не узнает. Секреты не хранятся вечно, — тихо сказал Тарр. Я громко вздыхаю: — Проблема не в этом. К нам это не имеет никакого отношения… Я повернулся и пошел прочь, оставляя его позади. Я знал, что причинил боль Тарру, но человек с таким лицом скоро найдет себе кого-то другого. Скоро состоится выпускная церемония и все покинут среднюю школу, перейдут на более взрослый, уровень, столкнутся с новыми испытаниями. Я решил создать для себя новую личность, став студентом-медиком. Буннакиту, непослушному и проблемному мальчику придется исчезнуть. Буннакит, который любит мужчин, должен уступить место Буннакиту, который во всю флиртует с женщинами. Почему? Что ж, общество, в котором мы живем, склонно легче принимать именно такой тип отношений. Подошел к остановке возле школьных ворот и занял место рядом с парнем в школьной форме, который, судя по всему, был он являлся учеником старшей школы. Прошелся взглядом по его лицу, а затем отвернулся, бесцельно наблюдая за проходящими машинами и задумчиво вспоминая о своем прошлом. Раньше я учился в престижной школе. Я публично встречался со старшим, но эти отношения стали катастрофическими. Несмотря на успехи в учебе, я не смог выдержать осуждения, дискриминации и издевательств со стороны своих одноклассников. В итоге, я решил перейти в эту небольшую частную школу, которую я и закончил. Почему...? Потому что я гей. Когда я встречалась с парнем, это всегда было серьезно. Но «правильное общество» это резко осудило, отправив меня прямиком в ад. В то время, когда некоторые мужчины встречаются с несколькими женщинами или ведут себя вызывающе, хулиганят или издеваются над другими, их часто превозносят как "крутых" и хороших… Общество сделало меня таким, моя истинная личность скрыта глубоко внутри меня. Все, что я показывал другим, не было настоящим мной. И я продолжал оставаться таким до тех пор, пока не стал взрослым и не получил диплом судмедэксперта. Это настолько хорошо скрытый секрет, что иногда даже сам не знаю, кто я ... *** —Банн! Доктор Банн! — испуганно произнес чей-то голос, позвав меня по имени. Я просыпаюсь вздрагивая, широко распахивая глаза. Свет такой яркий, что заставил меня быстро закрыть их обратно. Я тихонько вскрикнул и поднял левую руку, чтобы заслониться от яркого света. — Доктор Банн, вы проснулись? — сказал кто-то с облегчением. Я заставляю себя открыть глаза, чтобы они могли привыкнуть к свету, исходящему от верхнего освещения. Эта медсестра, включила его, когда пришла измерить мне давление. В замешательстве я продолжаю моргать и поворачиваюсь, чтобы увидеть, что она держит в руках тонометр*. *(п/п: прибор для измерения артериального давления) — Который час? — Четыре утра, доктор, — ответила медсестра. — Я пришла проверить ваше давление и увидела, что вы очень крепко спите, слишком крепко, если честно. Я думала, ваши показатели упали. Простите, что напугала вас — Все в порядке, — я поднял руку и схватился за голову. Мне кажется я что-то забыл! Внезапно в моей голове возник облик мужчины в черной толстовке с капюшоном. Кто-то был в моей палате! Однако последующие события казались мне слишком неясными, словно в моей памяти образовался густой туман. Я быстро повернулся, чтобы взглянуть на бутылку с физраствором, затем обратил взор на иглу, находящуюся на сгибе моей левой руки. Может быть, все это было всего лишь сном? — Кто-нибудь приходил сюда прошлой ночью? — задал я вопрос медсестре, которая пришла для измерения давления. — Ой... Я не видела никого, кроме родственника доктора. Это был высокий мужчина, который пришел поздно вечером и спросил о палате, где находится доктор. Вероятно, это был прокурор Пэд, - он представился родственником, чтобы навестить меня. — А что было после этого? — Больше я никого не видела. У вас что-нибудь случилось? — спросила она, взяв термометр и сунув его мне под мышку. Я выдохнул с облегчением. Вполне естественно, что после пережитого травматического события у людей могут возникать кошмары. Убийца вряд ли сможет проникнуть сюда. А действия по корректировке физиологического раствора и внутривенной инъекции, вероятно, отражают мои медицинские знания, поэтому все это, должно быть, лишь сном. Термометр громко пискнул. Медсестра извлекла его, чтобы проверить показания. — Температура нормальная. Теперь, доктор, отдохните. Доктор Сансак подойдет сюда утром в 8 часов. — Хорошо. Я почувствовал желание поспать, веки все еще казались тяжелыми. Сансак - мой коллега, хирург. Мы с ним достаточно близки — на короткой ноге, но в разумных пределах. Я попросил оставить свет включенным до утра. Когда медсестра покинула палату, я поспешил найти свой смартфон, который положил рядом. Включив экран, я почувствовал облегчение. В школьные годы я не особо любил Пэда, но теперь, когда мы выросли, приятно было знать, что он всегда рядом. Хороший друг, готовый прийти на помощь. Если бы я не решил продолжать отношения с женщинами, возможно, я бы влюбился в него. Я помотал головой, отбросив эту мысль: Нет, Банн... Ты не можешь... С твоими служебными обязанностями, с репутацией, которая у тебя появилась... Ожиданиями близких... Жестокость общества заставила меня отказаться от мысли полюбить мужчину. Мое счастье не так уж важно. Этот секрет навсегда должен остаться секретом. *** В 8 утра в мою палату вошел Сансак в сопровождении молодого интерна. Он разрешил мне выписаться, поскольку не обнаружил признаков внутреннего кровотечения в моей голове, и мое состояние значительно улучшилось. Однако доктор настоял на том, чтобы я взял несколько дней отдыха от работы. После того, как хирург покинул палату, первое, что я сделал, это нажал кнопку вызова, чтобы узнать у Пэда о текущей ситуации и попросить совета относительно поиска временного жилья. В телефоне был сохранен номер, как «Пэд, телефон 1». Звонок продолжался долго, пока не был разорван соединением. Я попытался позвонить снова... Но никто не отвечал. В моей груди начало зарождаться чувство беспокойства. Может быть, он был за рулем, ехал на работу? Однако, когда я снова собрался позвонить, дверь открылась, и в нее вошла Фай. Миниатюрная женщина-врач села на край моей кровати с выражением паники на лице. — Пи'Банн! – ее голос звучал как будто она собиралась заплакать. - Что случилось, профессор? Как Вы себя чувствуете?? Я нажал "отбой" и обратился к ней, слегка улыбнувшись: — Уже намного лучше. Не переживай. — Фай только что узнала об этом утром*. Я была потрясена. Я видела запись в журнале о нападении на вас. Вы сообщили об этом полиции?" - быстро протароторила Фай. *(п/п: В Тайланде принято обращаться к себе в третьем лице) Я взял тоненькую руку, чтобы успокоить ее панику. Она взглянула на меня. К гладким белым щечкам типичной северянки постепенно возвращался здоровый цвет лица. — Я позабочусь об этом, когда выйду из больницы. Не волнуйся. Фай, ты знаешь, что у меня много друзей-полицейских. Она опускает голову к нашим рукам и слегка краснеет, кивая головой: —Могу ли я сделать что-нибудь, что поможет доктору? Думаю, что мне действительно ее нужна помощь. — Фай... Я бы хотел, чтобы ты попросила кого-нибудь помочь мне добраться домой – это возможно?? *** Наступил полдень, но мне до сих пор не удалось дозвониться до Пэда. Я опять нажал на кнопку вызова, прежде чем взять свою сумку с заднего сиденья машины, а затем закрыл дверь. Из соображений безопасности я вынужден временно остановиться в отеле. Я не могу вернуться домой, так как убийца все еще не найден. Фай попросила Пи'Сутхепа, медбрата отделения неотложной помощи, отправиться со мной ко мне домой. К счастью, он только закончил свою смену, поэтому подождал меня и отвез домой. Первое, что я сделал, вернувшись домой, это принял душ и оделся. Я собрал все необходимое в сумки, позвонил в отель, чтобы забронировать номер, сел в машину и быстро уехал из дома. ...Приятный запах ударил в мой нос, как только я открыл дверь номера самого дорого отеля, расположенной в центре города. Я кинул сумку на столик возле ванной комнаты и направился к большой двуспальной кровати. У меня было только одно намеренье, хорошо отоспаться. Рана на лбу все еще болела, но головная боль и тошнота почти прошли. Я достаю белый смартфон и снова пытаюсь позвонить Пэду. Если он уже обратился в полицию, то мне не стоит слишком волноваться. А пока я должен вести себя сдержанно и продолжать работать как обычно, пока убийца не будет арестован. — Набранный вами номер не отвечает...... Я обеспокоенно хмурюсь. Возможно, он в суде. Я постараюсь связаться с ним, после того, как его рабочий день закончится… Я спустился на лифте на первый этаж отеля, планируя пойти в ближайший магазин, расположенный на противоположной стороне дороги и купить товары первой необходимости. Я вошел в просторный и элегантный вестибюль отеля, увидел несколько человек, сидящих на диване почти у самого входа. Скорее всего, это туристы. — Похитить кого-то в наши дни так легко… Я слышу фрагменты разговора двух служащих отеля. И я бы не обратил на это внимание если бы другой сотрудник не добавил: — Вот именно! И это — прокурор! В наши дни наш регион кажется все менее и менее безопасным. Что?! Я останавливаюсь, поворачиваюсь к сотрудникам, которые разговаривали за стойкой, и быстро подхожу к ним. Они отходят друг от друга на несколько шагов и вновь передо мной улыбаются своей профессиональной улыбкой. — Можем ли мы чем-нибудь помочь, вам господин? — О чем это вы сейчас разговаривали? — нервно спрашиваю я. Они смотрят на меня слегка шокированными: — О… гм, мы говорили о последних новостях, сэр. — Каких новостях?! Я бессознательно повышаю голос. — Но... информация о похищении окружного прокурора в нашем районе, сэр. Это было меньше часа назад. Судя по всему, они нашли его машину с открытой дверью на обочине дороги, но никаких следов владельца.