Обстоятельства смерти

*Несколькими месяцами ранее* Я остановил машину на обочине, как только услышал громкий плач Прэй. — Что случилось? — спросил я, не глядя на молодую женщину, сидящую на пассажирском сиденье. Я заметил необычное поведение Прэй, как только она села в машину. Она все еще была в униформе банковских служащих, потому что я только что забрал ее из офиса. Подняв руки и всхлипывая, она закрыла свое заплаканное лицо. Я испустил громкий вздох: — Прэй…? — Я уже все знаю, Банн, — ее красивые, наполненные слезами глаза внезапно поднимаются на меня. Ее взгляд полон гнева… — Знаешь, что? — Зачем ты это делаешь? Как много девушек ты обманул? Тебе совсем их не жаль?!?! — повысила голос Прэй. Я открыл было рот, спросить, о чем она вообще, но не успел: — Что я сделала не так? Зачем ты мне врал?! — Подожди, подожди! О чем ты говоришь? Я не понимаю! — То, что ты гей, Банн! И что ты встречаешься с женщинами для прикрытия!! Мое сердце почти перестает биться. Я не понимаю, откуда она взяла эту информацию: — О чем ты говоришь? — Тот человек с которым Банн встречался раньше дружит с подругой Прэй. Так что когда он узнал, что мы встречаемся, то попросил рассказать мне об этом! *(п/п: В оригинле Прэй употребляет слово «фэн» (แฟน)[faen]: «парень/девушка; любовник/любовница; пара». Это слово бесполое, как и «друг/подруга», так что невозможно понять, о ком говорится.) Она закатывает рукава и вытирает слезы. Я остаюсь неподвижным, пытаясь переварить эту информацию. Моя бывшая так сказала?! С тех пор как я поступил на государственную службу и переехал сюда, у меня действительно появилось много знакомств и связей. Однако единственные женщины, с которыми у меня когда-либо были отношения, — это Кай, медсестра отделения неотложной помощи, и Прэй, которая сидит передо мной. Но не думаю, что Кай действительно была в курсе того, что я гей. И причина, по которой мы с ней расстались, заключалась, скорее, в разнице мировоззрений, а еще Кай сказала, что я «неприступный человек». — И ты этому веришь? — мой взгляд устремлен на улицу, залитую светом заходящего солнца. Я все еще пытаюсь понять, кто мог поговорить с ней об этом.. На ум приходит только одно имя, имя человека, история с которым закончилась более 10 лет назад… Тарр. — Я не хотела верить в это... Но после всего того, что мне рассказали, я больше не могу тебе доверять. Я ничего не сказал, думая о том, что должен чувствовать еще большее потрясение. Но нет, я остаюсь спокоен, и то, что говорит мне Прэй, меня совсем не беспокоит. Я вообще не думаю о плачущей женщине рядом со мной, вместо этого я думаю о незнакомце, утверждающем, что он мой бывший парень, и говорящем обо мне с ее подругой. Переезд в отдаленную провинцию заставил меня поверить, что я могу оставить все позади. Я никогда не думал, что прошлое всплывет на поверхность и будет преследовать меня здесь. — Я не гей... Но если Прэй чувствует себя неловко из-за всей этой ситуации, то она может порвать со мной. Я проговорил все это бесстрастным голосом. Прэй ошеломленно смотрит на меня, ее глаза расширяются: — После всего этого времени... я так и не поняла... что на уме у Банна... — прорыдала Прэй. — как будто тебе приходится постоянно что-то скрывать. Перестань врать... Пожалуйста, перестань разочаровывать женщин. Можешь ли ты мне обещать, что ты больше не будешь этого делать..? Позволь мне быть последней… Я достал из бардачка несколько салфеток и протянул их Прэй. — Мне жаль.. Извинение звучит так, будто я признаю все сказанные ранее обвинения. Прэй взяла салфетку из моих рук и вытерла свое покрасневшее лицо. — Это не может больше продолжаться... — Я знаю. Я откидываюсь на подголовник, чувствуя себя измученным и виноватым. Я действительно причинил ей боль. Она поворачивается ко мне и сухо смеется: — Ты как всегда невозмутим... — Прэй шмыгнула носом и посмотрела в окно. — Завтра можешь не приезжать за мной. — Мы действительно собираемся расстаться из-за каких-то слухов? — быстро спрашиваю я ее в ответ. — Это только одна из причин, Банн. Другая же я думаю, мы с тобой не совместимы. Ты находишься в мире, куда никого не впускаешь. А теперь это. Я, честно говоря, вообще не знаю, кто ты. Не хочу всегда быть в напряжении рядом с тобой. Прэй снимает ожерелье, которое я подарил ей на нашу годовщину шестимесячных отношений. Она берет меня за руку и осторожно кладет серебряную цепочку мне в ладонь... Опустив взгляд на свои руки, я крепко сжал цепочку, чувствуя опустошение. И снова женщина покинула меня, как будто я был проклят с того дня, как расстался с Тарром. Следующее, что я сделал, как только вернулся домой, — это попытался связаться с человеком, который мог быть ответственен за мой разрыв с Прэй. Я не видел его ни разу с тех пор, как мы учились вместе. В наши дни не так уж сложно найти способ связаться с кем-то. Но, к сожалению, во времена моей юности мобильные телефоны вовсе не являлись необходимыми для жизни устройствами, а интернет в то время еще не был настолько популярен. Так что теперь у меня нет никакой возможности связаться с Тарром. Все, что я мог сделать, это ввести его имя в поисковую систему. Я до сих пор помню настоящее имя Тарра – Натданай. Я пытался найти людей с этим именем на Facebook и в других социальных сетях как на английском, так и на тайском языках. Я потратил несколько часов, разыскивая его, но так и не нашел нужного мне человека. В конце концов, я сдался. Даже если я найду способ связаться с Тарром, что это мне даст? Узнаю, что Тарр в курсе наших с Прэй отношений? Или что он до сих пор зол на меня за ту давнишнюю историю? Это не изменит того факта, что мы с Прэй уже расстались. Тогда я оставлю эту проблему в стороне. Хорошо, что такая прекрасная женщина, как Прэй, наконец избавилась от такого лжеца, как я. Потому что в один прекрасный день, она встретит другого мужчину, который ее по-настоящему полюбит… *** — Это окклюзия коронарной артерии*, — я смотрел на человеческое сердце, которое лежало на разделочной доске и было разрезано на несколько частей. У умершего полностью сужена главная коронарная артерия, что и явилось результатом остановки сердца и смерти на больничной койке. *(п/п: это полное закрытие сосуда, снабжающего кровью сердечную мышцу. Сердце не получает достаточного количества кислорода, что приводит к тяжелым последствиям и не редко смерти) Мой долг — установить причину смерти и понять, попадает ли она под понятие «смерть от неестественных причин». Покойный — пожилой мужчина. Утром его пытались разбудить, но, хотя он и находился в специальной палате больницы, он все равно не проснулся.. Примерно в течении 30 минут проводилась СЛР*, после чего семья решила прекратить попытки спасти ему жизнь. Затем тело отправили к нам на вскрытие, чтобы установить настоящую причину смерти. Я снял перчатки и клеенчатый фартук патологоанатома и пошел к столу, чтобы выдать заключение о смерти. *(п/п: Сердечно-лёгочная реанимация — это комплекс мероприятий, направленных на возвращение человека к жизни в случае остановки кровообращения или дыхания.) — Что-то вы сегодня не важно выглядите, доктор Банн, — произнес вошедший Пи'Анан, помощник офицера отдела судмедэкспертизы и моя правая рука. — Действительно? — ответил я, — Думаешь я слишком активен? Пи'Анан усмехнулся: — Ты можешь шутить, даже когда у тебя плохое настроение? Я больше не хочу тебя утомлять. Давай отправим это тело и пойдем домой. Я соскучился по своей жене —Анан подошел к секционному столу, где лежало тело пожилого человека. Закончив работу, я вышел из кабинета судебной экспертизы и посмотрел на кресло, в котором сидел сегодня утром. Затем я вспомнил слова мужчины, который подошел тогда ко мне. — Что мне нужно сделать, чтобы вы мне поверили? — спросил Тан, садясь на соседнее кресло. На нем все еще была черная рубашка, такая же, как и накануне. — Во сколько вы заканчиваете? Я заеду за вами, и мы пойдем вместе пообедать. Его приглашение меня... удивило. Я ничего не ответил Тану. Однако, он сказал, что приедет и заберет меня в 16:30, а пока ждет меня, пойдет и поможет подготовить похороны Джанеджиры, которые проходили в храме недалеко от больницы. — Прошу вас, мне действительно необходимо поговорить с вами. Я ни за что не пойду обедать с убийцей! Если я сяду в его машину, меня могут убить! Когда я достиг этого места, мои ноги застыли на месте. Нет!... Мне не следует бояться, что он убьет меня сейчас. Он не сможет убить меня, поскольку я еще не передал отчет о вскрытии в полицию. Кроме того, Тан не только не может убить меня, но даже не рискнет причинить боль. Потому что, если он это сделает, это будет равносильно признанию. Поэтому я считаю, что мне стоит воспользоваться своим преимуществом, чтобы приблизиться к нему и найти улики, связывающие его с преступлением. Решив вернуться назад, я встал перед отделением судебно-медицинской экспертизы. Для своего внутреннего спокойствия я посчитал необходимым иметь с собой что-то для самозащиты. Тихо проникнув в прозекторскую, я взял новенький хирургический скальпель, затем положил его в карман, не привлекая внимания Пи'Анана. Он конечно разозлится и начнет кричать, если узнает. Но мне действительно это было нужно! Подойдя к дверям, я увидел высокого мужчину в черной рубашке, который ждал меня. Я вглядывался в лицо профессора Тана, стараясь сдержать желание наброситься на него, схватить за горло и вынудить признать правду, сжимая пальцы до тех пор, пока он не раскроет все карты... Танн выглядит облегченным, когда видит меня: — Спасибо, что согласились пойти со мной, доктор. — Куда пойдем? — спрашиваю я не очень дружелюбным тоном. — В любое место, где мы сможем спокойно поговорить и посидеть. Выбирайте сами, ведь мне Вы не доверяете. Я на мгновение остановился, размышляя: — Хорошо, мы возьмем мою машину. Если вы откажетесь, я не стану с вами разговаривать. Тан останавливается на мгновение, прежде чем мягко улыбнуться: — Как скажете, доктор. *** ...Я веду Тан в ресторан, расположенный недалеко от больницы. Это один из самых известных ресторанов региональной кухни в городе. Я предпочитаю приходить сюда, потому что этот ресторан часто переполнен местными жителями и туристами, что заставляет меня чувствовать себя в большей безопасности. Доехав до места, я припарковался на стоянке для посетителей. Я замечаю, что Тан всю дорогу поглядывает на меня. В пути мы с ним не разговаривали. Возможно он хочет продолжить разговор, как только мы прибудем на место. Обслуживающий персонал провел нас с Таном внутрь и усадил за столик, рассчитанный на двоих. Как только я сажусь, то начинаю: — Так что там за разговор ко мне? Тан, просматривавший в это время меню, замирает, а затем произносит: — Доктор вы будет «северный лааб»?* *(п/п: «Острый салат из говядины». Салат лаап пришёл в Таиланд из Лаоса и очень популярен в северо-восточном регионе Исан. Там лааб традиционно готовят очень острым и кислым, подают как в горячем виде так и комнатной температуре) Это не то, что я хотел услышать! Я продемонстрировал ему свое недовольство: — Не ходи вокруг да около. — Мы поговорим, но оставлять стол пустым — не лучшая идея. Позвольте мне сделать для вас заказ, — Тан поднял руку, подзывая официантку, и назвал три блюда местной кухни. — Доктор предпочитает клейкий рис или пропаренный? — Пропаренный, — вздохнул я, чтобы снять нарастающее напряжение. — Принесите пропаренный рис. Оу... И салат сделайте не слишком острым, — Тан вернул меню официантке, а я в тоже время отметил как бегло он говорит на местном диалекте, словно акцент его врожденный. Таким образом, первое, что я узнал о профессоре Тане оставшись «один на один»: Тан — местный. — Что бы вы хотели выпить? — Я буду простую воду, — вмешался я. Тан посмотрел на меня: — Доктор будет только воду? — Да, только воду. Я постоянно наблюдаю за поведением Тана, и не намерен спускать с него глаз и дальше. Как только блюда заказаны, Тан повернулся ко мне, сложив руки на столе. Его чистые и привлекательные черты лица кажутся умиротворенными и спокойными. — Я готов, — сказал мне Тан серьезным тоном, — то, что вы сказали вчера вечером, это правда? — А вы как думаете? — я задал ему ответный вопрос, уклоняясь от ответа. Тан ошеломлен моим ответом: — Что ты хочешь, чтобы я подумал?... Такой человек, как вы, не сможет придумать что-то подобное, чтобы устроить мне ловушку. Я думаю, вам угрожали, и теперь вы пытаетесь найти убийцу самостоятельно, — Тан ненадолго замолчал, — причина, по которой я хотел поговорить с вами, заключается в том, что вы принимаете меня за убийцу ошибочно. Я хочу доказать свою невиновность, пока не стало слишком поздно. Я нахмурился: — Что значит «слишком поздно»? — Прежде чем вы пойдете в полицию и скажете им, что я совершил убийство, хотя ничего не сделал. После этого моя жизнь погрузится в хаос. Чем больше вы расскажете полиции, тем больше они поверят вам и вашим словам. Я окажусь в затруднительном положении. Тан замолчал, когда официантка подошла, чтобы налить нам воды. Когда она ушла, он продолжил: — Я пришел сегодня с двумя целями: одна — доказать свою невиновность, а вторая — помочь вам найти виновника. Если Джейн действительно была убита и если в этом замешана полиция, то я хочу помочь. В этом, вероятно, и состоит преимущество профессии преподавателя: Тан красноречив и все его слова заслуживают доверия. Но я все равно не могу довериться человеку, сидящему передо мной... — Как вы можете доказать, что не делали этого? — Алиби поможет, — Тан хватает свой смартфон и что-то ищет на нем. — В ночь на 10 декабря я был в школе, преподавал почти до 7 вечера, а потом с 7 и до 11 я был на свадьбе своего друга в отеле «Эраван». На мероприятии присутствовало несколько сотен человек. Многие видели меня там. Тан повернул ко мне экран своего телефона и показал фотографию молодоженов в свадебных платьях и себя рядом с ними. — После этого я пошел выпить с тремя своими друзьями. Тан взял салфетку и записал три телефонных номера: — Мы пили до двух часов ночи, а потом вчетвером заночевали у этого парня, — Тан указал на первый написанный им номер, и протянул салфетку мне. — Можете позвонить им. Они все могут подтвердить, что я был с ними. На следующее утро я проснулся около 10 часов и попытался связаться с Джейн. Так как она не отвечала, я отправился к ней домой. Я долго стучал в дверь, но никто не ответил. Я боялся, что она может что-нибудь с собой сделать из-за затянувшейся депрессии, поэтому я побежал к охраннику, чтобы он помог мне открыть дверь. А дальше вы знаете... То, что только что сказал мне Танн, совпадает с тем, что я узнал от капитана Эма. Я смотрю на номера телефонов, которые он мне только что дал. — Каково ваше мнение, доктор? Время смерти Джейн соответствует тому периоду, когда я был не один? По моим подсчетам выходило, что смерть Джанеджиры наступила примерно в промежуток с часу ночи до пяти утра 11 декабря, как раз, в то время когда он выпивал со своими друзьями и оставался переночевать в доме своего друга. — Сначала я хочу позвонить вашим друзьям. Я встал со своего места, взял данную им салфетку, и стал звонить людям, которые, как он утверждал, были с ними всю ночь. Трое мужчин ответили одно и тоже: они настаивали, что Тан был с ними. Переговорив со всеми, я вернулся и сел на место, будучи в замешательстве. Еда, которую заказал Тан, уже стояла на столе. — Ну так что скажете, доктор? — спросил Тан. — Вы ведь не сговаривались со своими друзьями, верно? Он издает небольшой смешок, который мне очень не нравится. — В это действительно трудно поверить, и я вас понимаю. Думаю, на твоем месте я бы сделал то же самое. Я резко выдохнул, выражая свое раздражение: сколько времени прошло с тех пор, как я давал волю своим эмоциям перед кем-то? Я даже этого не помню. — Ладно, я верю вам. Тан с облегчением улыбнулся: — Судя по вашему лицу, вы все еще не верите мне, но, услышав ваши слова, я чувствую облегчение, — Тан берет одну из тарелок рядом с собой и пододвигает мне. — Вот, попробуйте. Почему Тан так себя ведет? Он думает, что сможет произвести на меня впечатление, обслуживая меня? Он думает, что я женщина или что? — Что случилось с вашей головой? Вас ударили или это просто случайность? — спросил Тан, отправляя в рот немного риса. — А что насчет твоей травмы виска? — спросил я вопросом на вопрос. Синяк на виске уже начал зеленеть — это соответствовало нормальному течению заживления. Тан немного замер, потом поднял руку и коснулся лба: — Авария на мотоцикле. На мне не было шлема. Это было несерьезно, поэтому я не пошел к врачу. — Я не представляю вас на мотоцикле... ... И, прежде всего, я не вижу никаких других травм, которые могли бы указывать на аварию на мотоцикле. — Это произошло позавчера, — Тан все еще казался спокойным, в его глазах я не заметил признаков тревоги или испуга. — Кстати, я все еще не знаю вашего имени. Или вы просто хотите, чтобы я называл вас «доктором»? Он быстро сменил тему разговора. Причина появления его раны на лбу до сих пор кажется мне весьма сомнительной. Меня все еще не убеждают его объяснения. Но, видимо, он не хочет рассказывать мне об этом. Так что придется понаблюдать за ним и дождаться, пока он не выкинет чего-нибудь подозрительного. — Баннакит. — Приятно познакомится, доктор Баннакит. Меня зовут Тан. Но вы, и так уже знаете об этом. Затем Тан положил ложку на тарелку и... не успел я опомниться, как его ладонь скользнула к моей и накрыла ее, прижав к поверхности стола. — Позволь мне помочь тебе найти убийцу, Банн. От случившегося мое сердце вдруг начинает яростно колотиться! Я поспешно отдернул руку. Мое сердце всегда ведет себя так, когда я с Таном. В первый раз я был на месте преступления и подумал, что это произошло из-за сильного возбуждения, которое я тогда испытал, потому что вдруг понял, что мне предстоит расследовать дело об убийстве. Во второй раз это случилось, когда я пришел в подготовительный центр, но мне тогда показалось, что мое сердце так колотится из-за страха. Похоже, и в этот раз я снова испугался... П/П: С каждой главой все интереснее и интереснее)))