Обстоятельства смерти

POV Тан - Извини, я не понял, что ты сказал? Освободи свой разум? Я чуть не закричал от этих слов, но когда я повернулся влево и увидел бесстрастное выражение лица человека, сидящего рядом со мной, я почувствовал себя еще более унылым. - Ммм-ммм. Это был его единственный ответ на мой вопрос, после чего Банн кашлянул и снова сосредоточился на бумаге, которую держал в правой руке, нервно покачивая ручкой в левой. В данный момент мы сидели в машине, направлявшейся в город: я на водительском сиденье, а Банн сидел рядом со мной, полностью сосредоточившись на том, чтобы записать на этом листе бумаги каждое имя и его связь с тем сложным вопросом, который спровоцировал убийство Джанеджиры. - Я имею в виду, что... я имею в виду, прошлой ночью ты занимался со мной сексом, потому что ты этого хотел, потому что ты... ты любишь меня? - Секс не имеет ничего общего с любовью. Банн ответил на мой вопрос почти автоматически, не отрывая глаз от бумаги. - Веди машину! Я снова посмотрел на дорогу передо мной, сохраняя молчание, как мне было сказано. Его представление о сексе было простым, рациональным и прямым; на самом деле оно было таким же, как Банн. Однако то, что мы сделали вчера вечером в спальне, определенно было прямым делом, но Банн был совсем не рациональным и отстраненным. Образы нас двоих, лежащих на этой кровати, и его подо мной, продолжали живо проецироваться в моем сознании. Как я мог сосредоточиться на чем-то другом и не вспоминать ту чудесную ночь, которую мы провели вместе? Как, черт возьми, он это делает! В тот момент я ненавидел эту сторону характера Банна. То, как мой доктор мог в один момент заставить меня полностью потерять контроль, воспламенить меня желанием и страстью, которая пылала в нем, а в следующий момент он уже был здесь, говоря со мной ровным и холодным тоном. - Ну, вчера вечером ты сам сказал, что я заставил тебя влюбиться... - Если ты не перестанешь нести эту чушь, клянусь, твоя голова скоро встретится с приборной панелью, после чего последует приятный полет в окно. Он прервал меня, не дав закончить. Я был взволнован его реакцией, у меня было отчетливое ощущение, что Банн вовсе не шутит. - Ты действительно сделал бы это со мной? Пострадавшая сторона, находящаяся в невыгодном положении и находящаяся под твоим контролем, это я, ты знаешь. Я напоминаю тебе, что прошлой ночью ты поцеловал меня и, возможно, заразил меня простудой. Ты врач, разве у тебя хватит смелости бросить пациента на обочине дороги? - Если так выразиться, то ты должен знать, что можешь страдать от сепсиса, и знать, что в этом случае я не думаю, что у меня хватит сил, чтобы сделать тебе адекватный массаж сердца и реанимировать тебя. Банн еще раз взглянул на бумагу и, обведя имя, по неизвестной мне логике, вздохнул. - Я подумал... что, если мы сообщим полиции, что Пэд все еще жив? Тогда мы могли бы помочь следователям собрать доказательства того, что он убийца Джанеджиры. Даже если в дело вмешается полиция, несмотря на все связи, которые он может иметь внутри системы, я считаю, что если доказательства ясны и неопровержимы, они мало что смогут сделать и обязательно окажутся в тюрьме. (П/П: Сепсис представляет собой опасный для жизни клинический синдром органной дисфункции, вызванной нарушением регуляции реакции на инфекцию. При септическом шоке происходит критическое снижение тканевой перфузии, что может привести к состоянию полиорганной недостаточности, затрагивающей легкие‚ почки и печень. Наиболее частые этиологические причины у иммунокомпетентных пациентов включают множество различных видов бактерий.) -А как насчет моего брата Пола и моего отца? Если предположить, что Пэд арестован, есть еще два человека, которые все еще опасны для нашей жизни. - Преступление ростовщичества с нападениями и даже убийствами. Азартные игры и драки животных, коррупция чиновников... Думаю, этого достаточно, чтобы предъявить обвинение им обоим. Если мы сможем найти все доказательства, одним махом вся твоя любимая семья будет брошена за решетку на всю оставшуюся жизнь. - Включая меня, да? Я Мистер Блэк, правая рука мистера Сиаода. Ты пытаешься заставить меня поверить, что ты забыл? Я заработал это прозвище, работая вместе с другими приспешниками моего отца, поскольку я всегда был одет полностью в черное, включая капюшон, который я никогда не спускал, чтобы не раскрыть какие-либо черты или детали моего лица, которые могли бы раскрыть мою истинную личность, особенно когда я пришлось работать с кем-то. - Это будет не так просто, как ты говорите. Если предположить, что мы сможем найти все доказательства, чтобы полиция могла арестовать их и возбудить против них уголовное дело, не думаешь ли ты, что мой отец и мои братья наняли бы лучших адвокатов, чтобы защитить себя? Нет, совершенно не факт, что их осудят и бросят в тюрьму на всю жизнь. Каким бы прекрасным ни был наш план, для нас он небезопасен. - Мы можем доказать, что они заставили тебя работать на них, шантажируя угрозой смерти тебе и твоей матери, которую они держат в заложниках... этого должно быть достаточно, чтобы... Я не думаю, что нам удастся избежать суда‚ но ты можешь избежать тюрьмы, благодаря нашему сотрудничеству в этом деле, или получить минимальный срок наказания. Утомленный Банн рухнул на сиденье, скрючился и швырнул лист бумаги в лобовое стекло, затем откинул голову назад и устало вздохнул. - Проклятие! Я не могу найти способ лучше всего решить этот вопрос. Я не могу сосредоточиться и чувствую себя слабым и некомпетентным. Банн снова вздохнул и молча уставился на комок бумаги, оказавшийся у его ног. - Все будет хорошо, вот увидишь, мы обязательно сможем найти решение. На данный момент самое главное то, что ты сейчас в безопасности. Благодаря тому, что после инсценировки твоей смерти оба моих брата считают, что ты выпал из поля зрения. Я протянул руку и мягко положил ее Банну на плечо, пытаясь его утешить. - Ты абсолютно убежден, что хочешь вернуться в город и спрятаться в моем доме? - Определенно. Банн сразу же уверенно заявил: - Твои братья уверены, что доктор Баннакит мертв и сошел с дистанции, в лучшем случае они могут принять меня за привидение. Единственный способ поймать тигра — это устроить на него засаду и застать врасплох. Будучи уверенными в моей смерти, они наверняка ослабят бдительность, и тогда мы нанесем удар в нужный момент. Тем временем у нас будет достаточно времени, чтобы подробно изучить наш план действий, не опасаясь, что нам в любой момент позвонят от них или что за нами будут следить на месте. - Да, ок, но это не значит, что всё это будет для тебя опасно... - Однако я знаю, что Тан сделает все, чтобы защитить Банна... Затем доктор повернулся ко мне и вскоре добавил. - Это верно? Мне вдруг стало жарко, и мои щеки определенно покраснели. Мое сердце чуть не растаяло красной лужей там, на водительском сиденье. Банн намеренно использовал язык влюбленных, меняя местоимения, когда говорил о себе и обо мне в третьем лице. Я тебя услышал, да? Я не был уверен, почему Банн попросил меня защитить его, говоря мило и соблазнительно, но я был уверен, какую реакцию это вызвало у меня. К тому времени для меня было уже слишком поздно, я полностью потерял сердце и разум рядом с этим человеком, что я мог ответить на его вопрос? - Д... да... очевидно. -Хорошо. Банн снова посмотрел прямо перед собой: — Если у тебя есть какие-то другие планы, давай поговорим об этом. Во время поездки мы сможем оценить все плюсы и минусы, чтобы изучить и спланировать более удачную поездку. Я некоторое время размышлял над словами Банна и, наконец, сказал: - Говоря об истории о привидениях, как ты думаешь, мы могли бы оседлать волну и разыграть миленькую сценку, в которой ты, одетый и подготовленный, как зомби, сделаешь хороший выстрелил в моих братьев. Роль мстительного духа Банна идеально тебе подходит. Я уже вижу, как ты их путаешь, говоря, что ты не обретешь покоя, пока они оба не получат справедливого наказания. Банн раздраженно вздохнул от этих слов: - Хорошо, признаю, было бы неплохо появиться перед этими двумя и напугать их до смерти. Однако я хотел бы отметить, что в своем жутком плане вы упустили очень маленькую деталь. Как ты думаешь, этот призрак действительно невосприимчив к пулям? На протяжении всей поездки мы с Банном продолжали обсуждать возможные планы реализации, способы их реализации, но прежде всего их вероятный успех. Я был вдохновителем этих двоих, поскольку был знаком с вовлеченными людьми и имел о них много информации, как личной, так и другой. Работа Банна заключалась в том, чтобы просто выслушать и тщательно взвесить все «за* и «против» каждого отдельного плана. Примерно на полпути я решил сделать короткую остановку и, остановившись у уличного ларька, купил две порции риса и немного местной еды. Вместе мы решили пообедать скромно на обочине дороги, на открытом воздухе, укрывшись от солнца, в тени большого дерева. К счастью, Банн не был придирчивым в еде: он без каких-либо протестов быстро доел еду. чтобы мы могли быстро возобновить наше путешествие. Когда мы добрались до окраины города, я сделал еще одну остановку, на этот раз в первой попавшейся аптеке, чтобы купить все необходимое для лечения простуды и лихорадки Банна. Примерно через сорок минут мы въехали в мой район и, пока не подъехали к моему дому, не встретили ничего и никого. Подъехав к своим воротам, я повернулся боком и увидел Банна, который погрузился в глубокий сон сразу после приема жаропонижающих средств. - Банн. Я встряхнул его как можно мягче, чтобы разбудить: - Банн, мы на месте. Сейчас я пойду открывать ворота, а ты оставайся здесь, хорошо? Ты выйдешь из машины только тогда, когда мы будем в гараже. Согласен? Банн медленно открыл глаза и на мгновение, казалось, даже не осознал, где и с кем он находится. Он выглядел очень изнуренным, путешествие утомило его, и единственное, что слетело с его губ, это одобрительный шепот «Умммм». Припарковав машину в гараже, я как можно быстрее отвел Банна к себе домой, убедившись, что нас никто не заметил. Войдя в гостиную, я направился прямо к лестнице, где увидел багаж, который был у Банна с собой в тот вечер, когда он решил сбежать от меня. Он все еще был там, в том же положении. Взяв вещи и войдя в комнату, положил их в изножье кровати вместе со своим, в то время как Банн, который шел впереди меня, уже удобно растянулся на кровати, закрывая глаза от усталости. - Позвони Пэду и поговори как обычно. Скажи ему, что ты только сейчас вернулся в город после того, как убил меня и где-то спрятал мое тело; что-то в этом роде, короче. Пожалуйста, постарайся естественно спросить его, где он, когда и куда он собирается вернуться. Убеди его, что теперь все решено и что дело Джанеджиры обязательно будет расценено как самоубийство. Банн говорил, не открывая глаз, продолжая подробно описывать каждое мое движение, словно идеальная энергосберегающая машина. - Тебе обязательно нужно записать звонок на другой телефон и поставь его на громкую связь, чтобы я тоже мог его прослушать. - Да, сэр. — это было единственное, что я сказал и тут же сел на край кровати, достал из сумки белый сотовый телефон и включил диктофон, а с другого сотового телефона начал разговор и включил громкоговоритель, чтобы Банн тоже мог слушать. Спустя всего два гудка звонивший ответил: -Пэд... [Тан...] судя по голосу моего брата, он казался настолько утомленным, что я задавался вопросом, что с ним вообще случалось, пока он скрывался - [Где доктор Банн?] Мои глаза расширились, и в то же время я повернулась, чтобы посмотреть на Банна, который мгновенно проснулся, вскочил и сел на кровати рядом со мной. Банн взглянул на меня, полный беспокойства, смешанного с тревогой, но затем, не издав ни звука, сделал жест, чтобы я продолжал говорить как обычно: - Что ты имеешь в виду? - [Где ты спрятал его тело? Где ты его похоронил? Ты ходил в лес за штабом] - Голос моего брата, казалось, приобрел еще более странный тон. - Нет, я решил похоронить его где-нибудь за городом, в лесу. Наш отец однажды отвез меня туда, это участки земли, почти на окраине города, которые, по его словам, мы могли бы сдать в аренду местным фермерам и получить большую прибыль. Я старался говорить, как можно более естественно, но, конечно же, не сказал ему, где мы с Банном на самом деле были. [Ах, тогда хорошо. Ты же позаботился о том, чтобы его похоронить как следует, верно?] Что? Слова моего брата показались мне настолько абсурдными, что я недоверчиво нахмурился: - Послушай, Пэд, у меня не было времени все сделать как следует. Что, если кто-нибудь меня увидит? [Ах, так...] - Пэд засмеялся, но этот смех был таким жутким, что у меня застыла кровь [Как ты тогда это сделал? Я не думал, что у тебя хватит смелости действовать так безжалостно. Обучен выполнять любые приказы, даже самые ужасающие и отвратительные преступления. Ты способен хладнокровно убить человека, я прав] Я увидел, как Банн шевельнул ртом, пытаясь сказать мне: «Не волнуйся, дай ему веревку, пусть говорит...» — Д...да, так и есть, только когда это необходимо сделать. Ты прекрасно знаешь, что у меня нет другого выбора, когда дело доходит до выполнения приказа Пола. И самое главное, что теперь больше нет риска попасть в тюрьму, разве ты этому не рад? Пол приказал мне устранить единственного человека, который мог вас подставить; теперь дело об убийстве Джанеджиры наверняка будет закрыто. [Знаешь, почему я изначально хотел, чтобы ты позаботились об угрозах и шантаже доктора Банна? Я даже сказал тебе, что у тебя есть карт-бланш, что ты можешь угрожать ему, пытать его, даже изнасиловать его, а затем шантажировать, ты можешь сделать что угодно, помнишь?!] - с этого момента тон его голоса стал сильнее, когда он говорил - [Потому что я хотел избежать вмешательства нашего брата в эту историю! Я думал, ты быстро решишь эту проблему, но нет! Дело осложнилось, поэтому об этом узнал наш брат Пол и приказал тебе убить его. Он бы не умер, если бы ты был менее неспособен! Ты не мог запугать его, чтобы он сфальсифицировал этот чертов отчет!] Я стоял неподвижно, окаменев от его слов. Я знал, что у Пэда был близкий друг, с которым он любил тусоваться и проводить время вместе в городе. Меня всегда удивляло, что даже такой человек, как он, мог искренне привязаться к такому человеку: -Это был всего лишь вопрос времени. Даже если бы все пошло по-другому, рано или поздно Пор узнал бы, что произошло, и, почти наверняка, он бы все равно приказал убить доктора Баннакита, просто на всякий случай. Пэд издал громкий рев. [О, но будь уверен, ты заплатишь мне за это. Я убью тебя, ублюдок, сукин сын] - Пэд! Успокойся сейчас! Но что с тобой не так? Ты прекрасно знаешь, что я всего лишь выполнял приказы нашего брата! Затем я взглянул на Банна, который с потрясенным выражением лица смотрел на лежащий перед ним сотовый телефон. [Почему ты забрал мужчину, которого я люблю...] Я ахнул, окаменев от тех слов, которые только что произнес мой брат. Я инстинктивно посмотрел на Банна, который теперь смотрел на свой телефон широко раскрытыми глазами. Его удивление было настолько велико, что он даже прикрыл рот обеими руками, чтобы не издавать ни звука. [Ты забрал его у меня. Пор дал тебе приказ, который ты выполнил, не моргнув глазом... Ты заплатишь своей жизнью.] - Я не тот, кто хотел смерти доктора Баннакита. Это хотел наш брат Пор. Почему, черт возьми, ты не можешь этого понять?! Боги небес. Чем больше проходило лет, тем труднее становилось пытаться понять извращенную и безумную логику моего сводного брата. На мгновение я испугался, что тоже потеряю рассудок. С одной стороны, я был потрясен неожиданной реакцией и чувствами моего брата к Банну, и в то же время они вызвали во мне неизвестные мне до того гнев и ревность. Человек, который приказал мне угрожать Банну и причинить ему вред, не имел права претендовать на него как на своего. Не говоря уже о том, что он только что сказал, что Банн был его любимый! Я неосознанно крепко сжал руку Банна в своей. Неведомый, порывистый и безумный гнев охватил меня, потряс до глубины души. Банн определенно заметил и почувствовал, что со мной происходит, когда внезапно обнял меня за плечи, притянул к себе и, прошептал мне на ухо: - Успокойся. Через несколько мгновений меня успокоила одна-единственная мысль: на этот раз настоящим победителем оказался я. Да, впервые я взял верх над братом, потому что Банн в тот момент был рядом со мной, а не с ним. На самом деле Пэд даже не знал, что Банн еще жив. Осознав эту мысль, я набрался храбрости и наконец сумел впервые выплюнуть ему в лицо весь яд, накопленный за последние годы. - Знаешь, что? Это ты во всем виноват, старший брат! Ты приказал мне, предоставив карт-бланш, угрожать и шантажировать доктора Баннакита. Скажи мне, как, черт возьми, я должен был знать, что ты и он лучшие друзья?! Если бы я знал, я бы, конечно, поступил иначе и, поверь мне, я бы никогда не допустил, чтобы эта история дошла до ушей Пола. Так что иди нахуй куда-нибудь в другое место, ладно?! Ты сейчас срываешь это на мне, но ты прекрасно знаешь, что правда в том, что все это твоя вина, твоя! Если ты действительно любишь его, как только что сказал, как, чёрт возьми, ты мог приказать мне причинить ему боль... сделать с ним что-нибудь, пока он подчиняется шантажу. Правда в том, что ты устроил большой беспорядок и не смог защитить человека, которого любишь! Банн схватил рукав моей рубашки и сильно дернул ее, а когда я посмотрел на него, я увидел явное неодобрение на его лице. [Ты только что сказал мне пойти на хуй?!] Слишком поздно. Ослепленный гневом, я продолжил свою тираду: - Да! Ты это прекрасно слышал! Ты чертовски низкий человек, Пэд! Причина такого конца доктора Баннакита только ты, а не я, не наш брат Пол, а только ты! Ты во всем виноват! Если бы вы не убили Джейн, доктор Баннакит к настоящему моменту не был бы мертв! Я так и не узнал, удалось ли Пэду услышать мою последнюю фразу, поскольку внезапно Банн, выхватив телефон из моей руки, прервал разговор без всякого предупреждения и сильно ударил меня по лицу, в результате чего мой пылающий гнев мгновенно угас. - Тан! Банн схватил меня за воротник рубашки и встряхнул, снова притягивая к себе. Я не отреагировал, наоборот, печально склонил голову и промолчал: - Я же тебе говорил, успокойся! Мы до сих пор не знаем, где Пэд и когда он вернется! С этими словами Банн быстро отпустил меня, а затем глубоко вздохнул, как будто тоже пытался успокоиться. Из всего, что только что произошло, для меня имело значение только одно: реакция Банна на признание моего брата Пэда. — Банн... тебе нравится Пэд, да? Я произнес это предложение тихим голосом. Пожалуйста, я умоляю тебя, не говори «да». Однако все, что я услышал от Банна, — это. оглушительное молчание. В этот момент мое сердце разбилось на тысячу осколков, было свирепо вырвано из моей груди и брошено на землю. Банн ни на мгновение не осмелился посмотреть мне в глаза. Спустя, казалось, вечность, он наконец встретился с моим взглядом и сказал: - Нравится он мне или нет, на данный момент не важно. Что действительно важно, так это то, что Пэд не хотел, чтобы я умер. Мы можем взять эту информацию и использовать ее против твоего брата Пола. Он снова заговорил спокойным, бесстрастным тоном. На самом деле он не разговаривал со мной, он просто высказывал свой мысли. В отличие от него, я не смог восстановить сознание, мой разум был наполнен тревожными и мрачными мыслями, которые подпитывали растущую тоску. - Похоже, что Пэд и Пол во многом не согласны, верно? Не говоря уже о том, что Пэд уже убил одного человека только потому, что не смог сдержать гнев. Мы можем опустить твое участие в этой истории, к тому же у нас теперь есть запись, где он признается в убийстве Джейн. Очевидно, что у нас есть преимущество, и нам нужно извлечь из него максимальную пользу. Ударенная щека начала болеть. Я отвел взгляд от Банна и начал тереть виски, пытаясь хоть как-то облегчить ситуацию. В моей жизни это был первый раз, когда мне было так плохо. Сознание того, что человек, которого ты любишь, не подходит тебе и что ему даже нравится кто-то другой, вызвало во мне пронзительную боль, которую трудно вынести. Осознание того, что моим соперником был Пэд, внезапно заставило меня почувствовать себя опустошенным и обескураженным. - Тан... Банн подошел ко мне. Как только он взял мое лицо в свои руки, я почувствовал, как по моим щекам разлилось тепло, которое подействовало сладким бальзамом на мое израненное сердце. - Я знаю, что нам нужно делать сейчас. Тан, пожалуйста, постарайся собраться, мне нужно, чтобы ты меня внимательно выслушал. Я положил свои руки на его и почти умоляя его, спросил: - Если мы выберемся из всего этого благополучно, Банн, ты останешься рядом со мной? В этот момент Банн слегка улыбнулся мне, а затем добавил: - А где еще я могу быть? Эти очень неожиданные слова вызвали во мне взрывную радость и тепло, зажгли во мне внутреннюю потребность, поэтому, даже не осознавая, я протянул руки и прижал Банна к себе, в крепких и теплых объятиях. Меня не волновало, лжет ли Банн, если его целью было только утешить меня и потворствовать моим чувствам, чтобы он мог заставить меня делать все, что он хочет. Нет, это вообще не имело значения. Я бы позволил ему делать со мной все, что он хотел. - Я в полном твоем распоряжении. Что ты хочешь, чтобы я сделал? *********** Что касается загадочного исчезновения прокурора Сонгсака Сованкула, то дело всё еще расследуется. Мы должны сообщить еще об одном исчезновении, провинциального судмедэксперта, доктора Баннакита Сонгсаддина, произошедшем 17 декабря 2015 года. Полиция, прибывшая домой к доктору за отчетом о вскрытии и обнаружила его пропажу. На месте преступления обнаружены следы борьбы. Предполагается, что это было похищение. Власти собрали явные доказательства, в том числе пятна крови, которые немедленно отправили в лабораторию для анализа ДНК. ******************* Я взял пульт и выключил телевизор, транслировавший последние городские новости. Он находился на первом этаже моей школы. Новость о кончине доктора Банна быстро стала горячей темой, поскольку появилась через несколько дней после исчезновения прокурора. Сидя на скамейке, где ученики часто сидели, ожидая прибытия своих родителей, я не мог не закатить глаза и тревожно вздыхать, ожидая, пока все ученики выйдут из школы, чтобы я тоже мог пойти домой. Свет, исходящий от фар автомобиля, проникал в вестибюль школы через стекло большой входной двери. Последняя ученица, сидевшая рядом со мной, встала и, попрощалась со мной: «Спокойной ночи, профессор». Я встал и пошел прямо к выключателю, чтобы выключить свет. Я планировал зайти в продуктовый магазин, чтобы купить Банну свежих продуктов и лекарств. Я так волновалась за него, но Банн приказал мне не звонить ему ни при каких обстоятельствах. - Тебе совершенно не обязательно использовать свой мобильный телефон, чтобы связаться со мной. Если бы твоему брату захотелось бы его проверить, первое, что он сделал, — это проверил историю звонков и сообщений. Более того, когда тебя нет дома, свет должен быть выключен, как будто там никого нет. Банн перечислил каждое мое движение: «Первое, что нам нужно сделать, это показать, что ты вернулся к нормальной жизни. Таким образом, вечером первым делом ты отправишься в школу на вечерние уроки. Помни, ты должен вести себя так, как будто ничего не произошло». Я потянулся, чтобы выключить последний свет, когда услышал, как открылась входная дверь. Я быстро обернулся, чтобы посмотреть, кем был этот необычный посетитель: мужчина. Среднего роста, крепкий и стройный, он был одет в темно-синюю куртку, голубую рубашку и серые брюки. Брюнет с классической и слегка волнистой стрижкой. Красивое лицо с осторожным и пристальным взглядом. Глаза, частично скрытые черной оправой очков, смотрели на меня, даже не мигая. Это лицо показалось мне странно знакомым... - Вы профессор Тан? — спросил мужчина низким баритоном. - Я тот, кого вы ищите. Я повернулся к незнакомцу, который, казалось, был нервным и скептически настроенным одновременно. - Хотите спросить о каких-либо занятиях? - Нет. Мужчина ответил холодно. Чем больше я смотрел на него, тем больше у меня возникало плохое предчувствие, определенно плохое предзнаменование. - Все в порядке. Могу ли я спросить вас, связан ли ваш визит с каким-то личным делом? Я мгновенно занял оборонительную позицию, готовый встретить любую неожиданную ситуацию. - На самом деле, вот в чем дело… Он помолчал некоторое время, прежде чем продолжить. - Сотрудники больницы сказали мне, что вы друг доктора Баннакита. В последнее время они часто видели, как вы проводите свободное время вместе. Мое сердце, казалось, на мгновение остановилось. Кто был этот человек? С какой стати он спрашивал меня о Банне?! - Я взял отпуск на несколько дней и прилетел сюда из Бангкока, чтобы найти и получить известие от своего младшего брата. Я ушел, как только узнал, что Банн пропал. Он продолжил говорить, уже более спокойно: - Меня зовут Бунлерт, я старший брат Баннакита.