Обстоятельства смерти

POV Тан Доктор Бунлерт очень охотно согласился создать новый рекламный плакат для моей школы, взамен мне придется поужинать у него дома, в кругу семьи. Как только Банн рассказал мне об этом, я сразу же отклонил это предложение, ответив, что попрошу своего друга, графического дизайнера, помочь мне. После этого, Банн не разговаривал со мной целый день, и я не мог сосредоточиться на подготовке ни одного урока для своих курсов. Когда я проснулся на следующее утро, он уже ушел на работу. Я отправил ему сообщение, ожидая его ответа в ближайшее время, так как это было в его привычке. — Хорошо, что ты собираешься делать теперь? Я приложил руку ко лбу, пока ждал ответ и смотрел на телефон лежащий на кухонном столе. Банн не только не ответил, он даже не прочитал сообщение. С тех пор, как мы стали парой, он всегда читал каждое мое сообщение и отвечал на него. Я посмотрел на время на экране телефона: мой парень закончит работу в 16:00, и я позвоню ему сразу после этого. Честно говоря, мне очень не хотелось второй конфронтации с доктором Бунлертом; он был одним из тех немногих людей, которые постоянно заставляли меня чувствовать себя некомфортно. После всего, через что пришлось пройти его брату из-за меня, я не удивился, что доктор Бунлерт захотел поговорить со мной лично, но я уж точно не ожидал, что проведу приятный вечер, дружелюбно болтая о его брате и моих планах в Бангкоке. Он, конечно, ненавидел меня, не считая меня равным своему брату и наверняка посоветовал бы мне оставить того в покое. Я был в этом более чем уверен. Банн, как и в прошлый раз, когда они разговаривали, подчинится брату и снова уйдет от меня, точно так же, как несколько месяцев назад он вернулся в столицу, оставив меня там одного. Почему ты не можешь меня понять? Почему он должен винить меня? После четырех часов дня я позвонил Банну, уверенный, что он уже закончил работать. Телефон зазвонил несколько раз и, наконец, перешел на голосовую почту, предложив мне оставить сообщение после звукового сигнала. То же самое произошло во время его обеденного перерыва. Я звонил ему снова и снова, впадая в панику. Банн никогда раньше не вёл себя так. Что мне делать? Мне купить ему еду или цветы, или мне действительно нужно пойти и поесть с его братом, как он хотел? Это сложнее, чем сдать вступительный экзамен в медицинскую школу. Что его взбодрит? Что заставит его улыбнуться? Понятия не имею. К черту все!! Я приму проклятое приглашение на ужин от доктора Бунлерта. Я подпрыгнул, когда мой телефон завибрировал. Я сразу взял его, чтобы посмотреть, кто мне звонит, и когда мои надежды оправдались, я почувствовал, как каждая частичка моего тела горит от счастья, и сразу же ответил. – Банн! Он ничего не ответил, но я услышал вздох, так что, то, что он должен был сказать, скорее всего, заставило его нервничать. – Послушай, мне очень жаль. Я пойду с тобой в дом доктора Бунлерта. Пожалуйста, не сердитесь. Я был неправ. Что ты хочешь на обед? Я принесу тебе что угодно... [Успокойся.] – Он попытался остановить поток слов, который захлестнул меня. – [Тан! Теперь успокойся!] — Пожалуйста, не злись на меня, Банн. Слова застряли у меня в горле, когда я услышал его смех. [Кто злится?] Я нахмурился. — Но ты… ты не ответил ни на один мой звонок. [Я знал, что это закончится вот так. Сейчас я выхожу с факультета и скоро буду дома. Мы поговорим лично.] – Хорошо… — ответил я грустным тоном, и Банн повесил трубку. Я все еще не понимаю, что он имел в виду. Я склонил голову и посмотрел на множество бумаг, разложенных передо мной на столе, но мгновением позже встал и подошел к двери дома Банна. Выйдя наружу, я огляделся. Эта обстановка начинала казаться мне знакомой, хотя с тех пор, как я сюда переехал, прошло всего три дня. Апартаменты, предназначенные для преподавателей и медицинского персонала, построены в задней части территории больницы. Здания довольно старые, даже после ремонта не кажутся более привлекательными, единственным реальным улучшением, которое сделало это место более пригодным для жизни, было создание обсаженной деревьями аллеи с разбросанными тут и там скамейками. Мой взгляд упал на группу профессоров и нескольких медсестер, которые возвращались после работы. Через десять минут передо мной появился Банн. Даже не раздумывая, я пошел к нему на встречу и крепко обнял. Он, после некоторого замешательства, ответил на мои объятия. — Что происходит? — спросил меня Банн. По тону его голоса и выражению лица я понял, что он искренне удивлен моим поведением. — Так ты правда на меня не злишься? — спросил я его, не отрывая своего лица от его плеча. – Кто сказал, что я злюсь?! У тебя богатое воображение! – Банн разомкнул наши объятия. – Сегодня утром у меня в служебной машине выпал телефон. Когда я это понял, машина уже уехала на вызов, и отсутствовала весь день. Мне удалось вернуть его лишь незадолго до возвращения домой. – Банн поднял голову и встретился с моим взглядом. – Ты правда думаешь, что я разозлился из-за ужина с Буном? Я кивнул, потому что Банну понять то, что я чувствовал, стало так же легко, как читать, открытую книгу. – Да. – Я не буду злиться на что-то подобное. Если ты не хочешь идти, то мы не пойдём. Я не буду заставлять тебя что-либо делать. – Банн переплел свою руку с моей, и мы вместе вошли в дом. – Бун просто хочет с тобой поболтать, узнать тебя получше. Вот почему он пригласил тебя. — Ты уверен, что не хочешь заставить меня оставить тебя? – я набрался смелости и высказал свои страхи. Банн покачал головой. – Если бы Бун действительно осмелится сказать мне что-то подобное, поверь мне, я бы позаботился о том, чтобы его очки мгновенно слетели с его наглой рожи. Никто не сможет заставить меня оставить тебя. Таким образом, этим обещанием Банн сумел развеять все мои страхи. (п/п: Ух, Булочка совсем запугал Тана, тот так боится его потерять теперь((() *** Дом доктора Бунлерта расположен в роскошном и дорогом жилом комплексе. Я стою у дверей очень красивого современного двухэтажного дома в полной панике. Мое сердце бешено колотилось, когда Банн позвонил в дверь. Во время поездки сюда Банну приходилось успокаивать и утешать меня, чтобы я не слишком нервничал. Это было похоже на то, как будто мужчина впервые встречается с родителями своей будущей жены. – Дядя Банн! В коридоре раздался пронзительный голос, и когда я опустил голову, чтобы посмотреть на источник крика, я увидел, как маленькая девочка быстро бежит по коридору, остановив свой бег только после того, как крепко обняла ногу Банна. — Байтэй, что я тебе говорила? Сначала поздоровайся, а потом обнимай. Женщина в кобольтово-синем платье следует за маленькой девочкой на улицу.  Сияющая и элегантная, она, должно быть, мать этой маленькой девочки. Девчушка на мгновение отпустила ногу Буна, наклонилась и предложила дяде традиционное тайское приветствие. Как только это было сделано, она опять крепко обняла ногу моего парня. – Вечеринка! — воскликнула малышка. – Папа лично приготовил жареную курицу. Курица, которую готовит папа, действительно вкусная. – Правда? Теперь ты заставила меня почувствовать голод. Банн наклонился, чтобы поднять девочку, а затем крепко и громко поцеловал ее в щеку. Я был поражен, увидев перед собой такую нежную сцену. Я никогда раньше не видел, чтобы Банн общался с детьми, это было действительно восхитительно. Маленькая девочка, все еще находившаяся на руках у своего дяди, озадаченно посмотрела на меня. – Ты, должно быть… Тан, я так думаю? Красивая женщина повернулась ко мне и мило улыбнулась. Я автоматически всплеснул руками, чтобы поприветствовать ее, и она сделала то же самое. – Да, это я. – Я Мэй, жена Буна. Ее тон голоса и манеры неожиданно заставили меня почувствовать себя непринужденно. – Мне жаль, что эта маленькая девочка поднимает такой шум. Она обожает своего дядюшку, каждый раз, когда она узнает, что он придет к ней в гости, когда она слышит звонок в дверь, она бежит как безумная, чтобы обнять его. – Все в порядке. – я повернулся и посмотрел на Банна. – Она очаровательна. Мэй ничего не сказала, но, улыбнувшись мне, посмотрела на моего парня и тоже улыбнулась ему. – Заходите, ужин уже готов. Мой муж приготовил его сам. О, хорошо! Оба брата умеют готовить? Я несколько раз сжал и разжал кулаки, пытаясь успокоиться, прежде чем последовать за Банном и Мэй в дом. Мы проходим через прекрасную гостиную и направляемся на кухню, где красиво накрыт обеденный стол. Затем мое внимание привлекает доктор Бунлерт, который поверх своей одежды надевает фартук. Он стоит возле стула, его глаза устремлены на меня, заставляя меня чувствовать себя все более неловко, как будто я на грани потери контроля. Несмотря на мои опасения, я приветствую брата Банна в традиционной тайской манере. — Здравствуйте, доктор Бунлерт. – И тебе здравствуй. Давайте, садитесь. Еда готова. Помогите себе тарелкой риса. (п/п: Страшный-страшный серый волк) Доктор Бунлерт снял фартук и повесил его на крючке на стену. Я глубоко вздохнул. Я делаю глубокий вдох. Банн однажды сказал мне, что брат на самом деле забавный человек. Однако в данный момент в его жестах не было и следа веселья и общительности. Банн усадил племянницу на стул и, взяв меня за руку, пригласил сесть за стол. Я сел рядом с Банном, но как только это сделал, то был поражен, увидев, что доктор Бунлерт сидит прямо передо мной, на противоположной стороне стола. Сев, Банн взял немного риса с сервировочной тарелки и положил его на мою тарелку. «Эй, я закончил твой постер. Я покажу тебе после ужина. – рассказал мне доктор Бунлерт, открывая бутылку красного вина и наливая ее содержимое в свой стакан. – Я не уверен, что он тебе понравится, но Мэй взглянула на него и сказала, что все в порядке. – Он любит редактировать в Photoshop. Я видела, что он сделал со слайдами из курса анатомии сердца, они просто фантастические. – Мэй вытерла рот маленькой девочке, которая была полностью поглощена желанием съесть куриную ножку. – Спасибо, сэр. – я все еще очень напряжен. Банн взял немного брокколи и положил мне на тарелку. – Ну посмотрите на него, я не думаю, что когда-либо видел, чтобы он заботился о ком-то раньше. Я имею в виду, что он никогда так не заботился о своем брате. – к счастью для меня, доктор Бунлерт сосредоточился на Банне, а не на мне. – Почему? Ты завидуешь? – Банн посмотрел брату прямо в глаза и открыто бросил ему вызов. – Зачем мне это делать для тебя? У меня теперь есть парень. Он тот, о котором я должен заботиться. Мое лицо мгновенно покраснело, когда Мэй рассмеялся, а доктор Бунлерт посмотрел на своего брата. – Какой мудак. Теперь, когда у тебя есть муж, ты больше не беспокоишься обо мне, да? Банн, услышав эти слова, чуть не подавился, и начал так сильно кашлять, что мне пришлось несколько раз похлопать его по плечу. – Любовь моя, следи за языком. – Мэй мягко отчитала мужа. Атмосфера вовремя ужина стала очень приятная. Доктор Бунлерт широко продемонстрировал свои навыки хорошего артиста, почти все время разговаривая, только Банн время от времени перебивал брата. Из их разговора я вижу, что, хотя со стороны доктор Бунлерт выглядит устрашающе, если познакомиться с ним поближе, он становится довольно забавным. Как только наши желудки наполняются, Мэй уходит, чтобы уложить свою маленькую девочку спать. Банн следует за ней, чтобы прочитать рассказ своей племяннице, оставив меня с Бунлертом, и с бокалом вина в руке. – Теперь, когда девочек больше нет, нас осталось только двое. – Доктор Бунлерт налил себе еще вина. – Есть ли что-то особенное, что ты хочешь знать о моем брате? Я думал, что доктор Бунлерт определенно меня проверяет. — Я не… ничего, сэр. Доктор Бунлерт рассмеялся. – Да ладно, это невозможно. Могу поспорить, ты умираешь от желания спросить меня о чем-нибудь. Банн настолько закрытый человек, что никто не способен узнать его глубоко. Я человек, который знает его лучше всех. Я молчал, глядя на красную жидкость внутри моего бокала. – Признаюсь, я до сих пор не понимаю Банна так, как хотелось бы. Когда он злится… я просто не знаю, что делать. – я вздохнул. – Но я буду продолжать попытки. Со временем я узнаю его получше и буду знать, как все исправить. – Если Банн решит кому-то открыться, понять его характер будет совсем не сложно. – Доктор Бунлерт сделал еще глоток вина, затем его лицо просветлело. – Ты должен обращать внимание на небольшие жесты, которые могут остаться незамеченными, потому что именно через них он расскажет вам, что он чувствует. Ты видел его смущенным? — Я так думаю, но я не уверен. – я приложил руку к лицу. – Ну, это не совсем очевидно, но я думаю, что, когда он смущается, он всегда пытается сменить тему и никогда не смотрит мне в глаза. – Неплохо. Совсем неплохо. – доктор Бунлерт рассмеялся. — Ты когда-нибудь видел его злым? – Да. Если он действительно разозлится, он возьмет с меня за это плату. Но если это не так серьезно, я не могу определить. – О, это не так уж сложно. Если он выглядит спокойным, как будто пытается что-то скрыть, это означает, что он злится. Если же он отпустит свои эмоции и начнет на тебя кричать, то это значит, что после выхода он больше не будет на тебя злиться. – Доктор Бунлерт указал на меня. – Если он начнет много на тебя кричать. Это хороший знак. Это означает, что он открывается тебе и решил отпустить ситуацию и показать все свои эмоции. — Тогда я должен быть счастлив. Потому что он часто, очень часто на меня кричит. Если бы Банн действительно разозлился, что бы я мог сделать, чтобы загладить свою вину и сделать его счастливым? — Я думал, тебе не о чем спросить? – Бунлерт рассмеялся, довольный тем, что загнал меня в угол. – Банн — один из тех редких серьезных и принципиальных людей. Портрет преданности и верности. Когда у вас возникло недопонимание и вы по этому поводу спорите, тебе просто нужно заставить его понять твою точку зрения. Кроме того, подыграй, он перфекционист, он уверен, что контролирует ситуацию, что именно он направляет вас в ваших отношениях. Я это уже давно понял. – У Банна есть любимое блюдо? Какие закуски он предпочитаете? Какие подарки он любит получать? – Банн может съесть буквально все съедобное на планете. Он будет рад всему, что ты для него купишь. Когда он был ребенком, он особенно любил десерт... — Доктор Бунлерт делает паузу, словно ожидая моей реакции. Я осторожно сажусь на стул. – Я думаю, это называется Саго с кокосовым молоком. Этот десерт мы обычно ели в китайском квартале здесь, в Бангкоке. Я пришлю тебе местоположение. Ты скажешь мне спасибо позже. Я посмотрел на Буна широко раскрытыми от волнения глазами. — Есть ли что-нибудь еще, что мне следует знать? – Банн любит покупать дизайнерскую одежду, но она действительно должна оправдать свои деньги. То же самое касается обуви. Если ты хочешь купить что-нибудь для него, купи ему что-нибудь хорошее. Он не позволит им пропадать зря, потому что он достаточно приземленный человек. Он очень неряшлив, у него дома почти всегда беспорядок. Поэтому было бы неплохо, если бы ты помогал ему регулярно убираться. Банн не любит резкие запахи. Он часто болеет во время сезонных изменений. Он мало смотрит телевизор, но если и смотрит, то предпочитает смотреть медицинские или криминальные дорамы. Он любит ходить в кино. Он обрадуется, если ты попросишь его пойти вместе. О, да! Он любит петь, но у него такой плохой слух, поверьте мне, когда ты услышишь, как он поет, ты поймешь, что я имею в виду. Кажется, я рассказал тебе все... Я почувствовал отчаянную необходимость записывать слова доктора Бунлерта, опасаясь пропустить какую-то важную информацию. Тот посерьезнел и через некоторое время снова заговорил. – Еще одна важная вещь, которую я хочу, чтобы ты знал… У Банна было непростое прошлое. В школе, в подростковом возрасте, его заставили сменить школу, потому что над ним издевались из-за того, что он гей. После этого случая он стал тем человеком, которого ты знаешь сейчас. Я бы попросил тебя ни о чем его не спрашивать, хотя знаю, что тебе хотелось бы узнать больше. Не спрашивай его о его прошлом, а подожди, пока он сам расскажет. Мои глаза расширились от удивления. Я бы никогда не мог себе представить нечто подобное, ведь я ничего о нем не знал. – Ну, что касается его сексуальной активности… Боюсь, я действительно не смогу тебе помочь. Тут придется спросить его самого. Знаешь, технически наш разговор можно было бы считать моей государственной изменой. Теперь, когда ты знаешь эти вещи, используй их с пользой. Я давно не видел своего брата таким счастливым, ты его изменил. Пожалуйста, продолжай заставлять его улыбаться. Доктор Бунлерт поднял бокал и предложил тост, который я с радостью принял. — Я… Бунлерт. – я взял на себя смелость назвать его по имени, и он, похоже, не возражал против этого. – Ах! Я почти забыл. Я создал две версии твоего постера. Вот посмотри. Бунлерт взял iPad с журнального столика перед диваном и, разблокировав его, протянул мне. Взглянув на его профессиональные работы, мне стало стыдно, вспомнив о грубом и дилетантском плакате, который я создал. Вскоре на лестнице появился Банн, а за ним и Мэй. Он посмотрел сначала на Бунлерта, а затем на меня. Оказавшись на нижнем этаже, он подошел к нам. – Байтэй спросила меня, является ли мой парень моделью. Я действительно думаю, что этой маленькой девочке нужна проверка зрения, Бун. — Ты, подлец. – Бунлерт пристально посмотрел на меня. – Если он модель, то я голливудская звезда. Вера в то, что доктор Бунлерт пригласил меня на ужин, чтобы приказать мне покинуть его брата, после этого ужина полностью исчезла. Наконец, освободившись от напряжения и беспокойства этой новой встречи, сидя в гостиной, я достиг нового осознания. Я, человек, потерявший в своей жизни всех близких, обрел новую семью. Мне дали шанс начать новую жизнь с Банном. Свет поднялся в небе, освещая и заставляя сиять наше будущее. (п/п: Ты это заслужил Тан…) Мы с Банном выходим из дома около 11 часов вечера, попрощавшись с хозяевами. Подойдя к машине, Банн подошел к водительскому месту, открыл дверь и сел. Мне бы очень хотелось быть за рулем, но я еще не успел познакомиться с улицами и движением столицы. Во время моего пребывания в Бангкоке, когда я учился на медбрата, я всегда перемещался на общественном транспорте. Сев в машину и закрыв дверь, я повернулся к Банну и, не говоря ни слова, крепко его обнял. Банн автоматически обнял меня в ответ. – Что ты делаешь? — спросил он явно в замешательстве. – Мы все еще возле дома Буна. – Я тебя люблю. – я произнес эти слова со всей силой своего сердца. – … Я знаю. – Банн выпустил меня из объятий. – Не мог бы ты отвезти меня завтра после работы в Чайнатаун? Есть кое-что, что я хотел бы попробовать. Банн отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза, и на его губах появилась хитрая улыбка. — Хорошо, поедем завтра.