Глава 3
12 июля 2025 г., 00:41
Сеул. 2014 год.
Хёнджин катался на скейте на площадке рядом с домом, когда незнакомый парень с андеркатом ему присвистнул и широко улыбнулся, выставляя большие пальцы вперёд. Хёнджин лишь мимолётом на него посмотрел и снова сосредоточился на трюке, который хотел выполнить. Вышло плохо, потому что сердце в грудной клетке пропустило несколько ударов, а кровь резко прилила к щекам и ушам. Ему пришлось остановиться и присесть чуть поодаль от небольшой компании незнакомца. Тот больше не смотрел в его сторону, а болтал с кем-то, постоянно перебиваясь на смех.
Хёнджин завис с бутылкой у рта, так и не отпив желанный глоток, когда в него прилетел парень чуть ниже его ростом с лисьими чертами лица.
– Извини, я случайно.
Хёнджин отряхнулся и поднял за шкирку паренька:
– Ты не виноват, это же тот придурок тебя толкнул!
Парень испуганно посмотрел в сторону компании.
– Ничего, я стоял у него на пути. Ты кстати очень круто катаешь! Я тебя уже несколько раз видел здесь.
Хёнджин ничего не сказал по поводу трусости парня, ведь тот, кто его толкнул был гораздо крупнее и накачанее. И если Хёнджин знает, что с его отбитым чувством справедливости он бы точно вспылил и набросился на дичь гораздо больше себя, то проблем этому малышу он не хотел добавлять.
– Я Хёнджин.
– Я Чонин.
– Хочешь покажу как делать трюк.
Сеул. Сентябрь 2019 год.
Юна бежала в сторону дома под проливным дождем. Она прятала под курткой бумажные пакеты с продуктами. Ливень начался внезапно, и девушка полностью промокла. Дрожащими руками она открывала дверь в квартиру своего близкого друга. Минхо болтал с кем-то на кухне.
– Эй, беспредельщики, тут вообще-то девушка в беде, подорвались!
В дверной проём выглянуло заинтересованное лицо, а сразу за ним второе. Парни неловко двинулись в сторону подруги. Минхо презрительно осмотрел вымокший наряд своей подруги, а Хёнджин принялся помогать, снял куртку, забрал мокрые пакеты с едой и скрылся на кухне. Юна сразу побежала в ванную приводить себя в порядок. Минхо нашёл в комоде чистые вещи и швырнул их в полуприкрытую дверь ванной комнаты.
Хёнджин в это время разливал по бокалам алкоголь и занимал другую посуду едой. Кот Минхо нагло тёрся у ног, чувствуя аромат любимой, запретной рыбки. Хёнджин безучастно отпихивал того от стола, тыча пяткой в его хитрую морду. Минхо на такое отреагировал молниеносно и залепил подзатыльник другу.
Хёнджин разорался и ушёл в комнату, к таким же любимым орущим музыкальным клипам. Он развалился на диване, занимая всё место, и включил прямую трансляцию полуфинала, где выигравшая танцевальная команда станет их последними соперниками на финале через несколько недель.
Юна была блестящей студенткой в своей академии, Минхо популярным хореографом, а Хёнджин был за компанию. Он увлекся танцами с тех пор как увидел первое выступление Минхо, а через год уже набился к нему в команду. Он любил танцы, но сомневался, что свяжет с ними свою жизнь, как были уверены его друзья, пророчили ему карьеру айдола, но сам он всегда отказывался от поступающих предложений. Ему невероятно нравилось слушать вечные препирания друзей, они не сходились почти ни по одному вопросу и всегда обращались к нему как к рефери. Часто его ответ их не устраивал и только тогда они редкий раз приходили к единогласию.
– Там уже началось?! – громогласный голос Юны раздался на всю квартиру.
Кот Минхо подпрыгнул на руках у хозяина, царапая тому руки.
– Ай! – парень окинул взглядом покрасневшие полосы и пошёл в ванную за антисептиком. Он потеснил Юну и вытащил обеззараживающий лосьон.
– Своей частью выигрыша ты оплатишь кошачьего терапевта Дори.
– Для начала я не пожалею тебе. Вообще стану богатой, чтобы оплачивать всем своим друзьям психотерапию.
– Меня тоже запишите, – послышался голос Джина из комнаты.
– Тебя в первую очередь.
Они рассмеялись. Позже, они удобно разместились у дивана с едой и выпивкой и начали перемывать кости конкурентам и их костюмам.
– Они очень круто перемещаются, я каждый раз смотрю на схемы, в оригинальности мы не дотягиваем, – критично заметил Хёнджин про одну из команд.
Минхо угрожающе посмотрел в его сторону, начиная замахиваться рукой.
– Зато мы не токсики, спроси в следующий раз Ёсана как будешь в студии. Он же с ними сначала выступал, пока ни одного хорошего слова не услышал.
– Минхо, ты сегодня, буквально, бил меня палками.
– Реквизитом. Это часть хореографии.
– Которую поставил ты!
– Что сказать, я незаурядная личность.
Юна прыснула от смеха и закинулась клубникой, и вернула внимание к экрану. Каскад акробатических трюков, исполненных идеально, заставил её вцепиться руками в локти парней.
– Я знаю, кто будет с нами в финале.
– Ребята, у вас не будет социальной жизни, начиная со следующей недели. Репы будут вашей едой, водой, воздухом, ясно?
– Думаю, Ёсан ни капли не сожалеет о своём решении работать с этим ангелом, – тихо говорит Юна Хёнджину.
Они смеются, несмотря на то, что Минхо прожигает их взглядом.
– Если честно, я даже удивлена, что ты проявил милость, оставив нам выходные.
– Ваше счастье, что у меня уже планы на завтра с Сынмином, и я планирую напоследок выжать из них всё, вам тоже советую надышаться напоследок.
– А почему ты его никогда не приглашал к нам на посиделки?
– А что заинтересовал? – Минхо поиграл бровями.
– Я видела его фотку, извини, но не в моём вкусе.
– Ага, когда в лет тридцать осознаешь какую золотую жилу упустила, не проси, чтобы я вас свёл.
– Минхо-оппа, не тебе мне рассказывать про благоразумие.
– И то верно.
Вечер в компании друзей снял эмоциональное напряжение, но физическая усталость и боль в каждом уголочке организма переносилась с трудом. Обязательства, которые Хёнджин с такой охотой брал на первом курсе теперь хотелось сбросить поскорее. Ещё и Лиа с Йеджи с их энтузиазмом. Хван была их бывшей одноклассницей. В школе с Лией они постоянно сражались за место президента класса из-за чего создали единственный прецедент в школе, где они каждые полгода менялись в позициях между президентом и премьер-министром. Хорошо, что в университете с их амбициями в организации никто не мог сравниться и они тут же вышли на первый план. Группа Йеджи уже считался одной из самых выдающихся за счёт постоянного участия в различных соревнованиях и победы в них.
Единственным её омрачением оставался Хан Джисон. Не проходило и дня, чтобы она не жаловалась на его плохую дисциплину и необязательность, когда они обедали в столовой. Причем её изначальное восхищение на первом курсе разительно сменилось раздражительностью на втором. Джин не мог не подметить. Лиа же не требовала от своей группы академических побед, она втёрлась к каждому студенту в доверие и завела себе картотеку их хобби и навыков, после чего незаметно для них ввела в организаторскую деятельность студенческого совета, несколько выполненных просьб, потому что тебе не сложно, и вот ты уже на крючке.
– Ты куда задрейфовал там? – Минхо похлопал парня по спине, отчего тот зашипел от боли.
– Завтра после занятий Лиа припрегла сфоткать всех новеньких в студенческом клубе, а это как детский сад, вот, что сложного в том, чтобы сесть и не двигаться несколько секунд?
– Не знаю, вот ты постоянно ерзаешь, когда я приближаюсь, – хихикает Минхо.
– Потому что ты угроза моей жизни и здоровью, хён.
– Ты просто не пользуешься своей устрашающей аурой, а у тебя такой потенциал, я жду его пробуждения, хороший мальчик.
Юна скривила лицо, изобразила позыв к рвоте.
– Иу, пожалуйста, только не при мне. Я согласна, что Хёнджин недостаточно пользуется своим RBF, но флиртовать при мне не нужно.
– Я думаю, что ты тоже свой потенциал ещё не раскрыла, – загадочно улыбнулся Минхо.
– Какой? Быть стервой?
– О нет, тут даже перестаралась для своего возраста, – посмеялся Минхо, – я думаю, что ты можешь неожиданно для себя узнать откуда в тебе гомофобия.
Юна поперхнулась клубникой.
– Я вообще-то дружу с вами – это раз, и я уверена в своей гетеросексуальности – это два.
– Именно поэтому так до сих пор и не можешь назвать свой типаж и отвергла Сынмина, – возмутился Минхо.
– Так я и знала, что ты за брата меня заебёшь.
– Он классный!
Хёнджин не выдержал и рассмеялся:
– Хён, может тогда меня познакомишь?
Минхо перевел внимание на него:
– Не знал, что ты перенял мою привычку охотиться за натуралами. Тебе точно не светит. У него лучший друг, извини, но раз в десять симпатичнее тебя, а он даже не вдупляет это.
– Вот! А я о чём! – выкрикнула Юна, – значит ему ты веришь, что он натурал, а мне нет!
– Ну он с нами и не тусует, в отличии от тебя, – Минхо сощурил глаза и тыкнул ей в ключицу.
Юна закатила глаза и продолжила есть клубнику, понимая, что в этот раз она не вывезет спор. У Минхо была привычка замечать сомнение или неуверенность в людях и давить туда, пока они не отреагируют, поэтому подобные разборки его только забавляли. Хёнджину эта черта нравилась. В своё время он смог расщелкнуть панцирь, который надел Хёнджин после своей первой влюблённости, и подарил уверенность в себе, за что парень остаётся благодарным и по сей день.
Минхо гладил мурчащего Дори, когда разгонял друзей по домам.
***
– Быстро ты освоился, – Сынмин поливал цветы, пока Феликс трепался о своём новом друге. – Вообще-то нет, но мне ужасно повезло, что он такой же неловкий. И его всё во мне восхищает, это жутко помогает, – усмехнулся Феликс. – Нарцисс. Феликс стукнул его по плечу. – Ауч! Ты что? Я говорю, нарцисс зацвел, – и он указал пальцем на распустившийся цветок. Феликс бросил на друга подозрительный взгляд. Он продолжил рассказ, полный впечатлений. – А ещё, Хан, конечно, очень милый, примерно так же, как и ты, эх. Но я почти не встретил своего типажа в толпе студентов. – Накаченного загорелого австралийца? Таких у нас не много, даже Чан уже облез и ходит как серая мышь. – Ахах, нет, но просто все такие, невысокого роста, примерно одинаковые прически. – Ты приехал учится, а не на лов айленд. – Это мне никак не помешает. Просто, понимаешь, это, – он тяжело вздохнул, – я думал, что самое сложное будет постоянно влюбляться в натуралов, а оказывается, я могу вообще ничего не испытывать. Сынмин закатил глаза: – Ты находишься здесь пару дней, первый из которых едва стоял на ногах. Ты надеялся сразу в аэропорту встретить своего принца на белом коне и ускакать с ним в закат? – Ну честно говоря, фантазии были похожие. – Не сомневался. А вообще тебе нужно будет поговорить с Минхо на на эту тему. Он сам тот ещё охотник за натуралами, но впишет тебя в Сеульское квир-коммьюнити на раз-два. Единственное, если западёшь на него, я тебя поколочу. – Да ты слишком много отвратных историй мне про него сливал. – Это была инвестиция в моё спокойное будущее. Давай сходим за кофе, тут рядом недавно открылась кофейня, хорошие отзывы. Феликс кивнул и пошёл поправлять макияж, прежде чем показаться в люди. Сынмин надел свои уличные очки с более стильной оправой, и они отправились на прогулку. Сынмин взял обычный горячий американо, а Феликс сладкий пряный имбирный латте, от одного взгляда на который, зубы Сынмина начинали скрипеть. – Как тебе повезло, что твой лучший друг станет стоматологом. – Не уверен, что доверю твоим садистским наклонностям своё нежное тело. Пара прошедшая мимо них обернулась. Сынмин шикнул и дернул друга за руку. – Следи за языком. И будь потише, я ещё хочу гулять по этим улицам. – Извини, я не подумал, что это может странно прозвучать. Сынмин выгнул бровь. – Правда! Я не вкладывал ничего такого. – Ох, я надеюсь ты переживёшь эти несколько оставшихся лет в университете. Держись Хана и в любой непонятной ситуации говори, что корейский не твой первый язык. – Но вообще-то он первый. – Но вообще-то, я не хочу, чтобы ты получал по лицу, когда пользуешься им. – Да ничего, у меня лучший друг – стоматолог. Они посмеялись, немного расслабляясь и свернули в сторону реки Хан. Холодный бриз бодрил куда лучше кофе. Пока Сынмин держал оба кофе, Феликс обнял его со спины и засунул руки в его карманы. Тот безоружно пошёл вперёд, закрывая собой трясущуюся тушку. Феликс оделся тепло, но лицо и руки получали ожоги от мокрого ветра. Сынмин же натянул маску для лица повыше на нос и сделал себе заметку в уме, подарить несколько штук Феликсу. Иллюминация в отдалении красиво бликовала на воде и парни остановились посмотреть на переливы. Избавились от кофе и начали бороться за место для рук в кармане Сынмина. Последние сто метров они устроили забег и запыхиваясь вбежали в подъезд. – Проверь, мне кажется, тебе звонили, – сказал Феликс, пока открывал дверь. – Да, это Минхо, у него традиция вываливать мне свой каждый чих в конце дня. – Вчера он тебе не звонил. – Вчера у меня стоял авиа режим, поэтому я уже успел отхватить утром. – Наверно, с ним так сложно в отношениях. Сынмин скосил на него взгляд. – Да, я не буду с ним встречаться! Хватит так смотреть. – Извини, просто, ты сам понимаешь. Вы два моих лучших друга, и я бы не хотел, чтобы мне когда-нибудь стало с вами неловко. – Угу. Феликс ушёл в душ, пока Сынмин болтал с Минхо. Он кинул ему несколько бесед, в которые может вступить Феликс, если хочет с кем-то познакомиться. Рассказал, что ставил хореографию с реквизитом и два его партнера теперь ходят в синяках по всему телу. На ремарку Сынмина, что может это не самый хороший показатель его как педагога, Минхо лишь фыркнул, что они не его маленькие ученицы, которых он лелеет, а взрослые мужики, со стажем как у него. Он сообщил даты соревнований и потребовал, отменить все дела, если те будут и прийти за него болеть. Сынмин послушно кивнул. А когда Минхо опять начал ёрничать над тайной влюблённостью Сынмина, тот бросил трубку и открыл чат с другим человеком. Феликс вышел из душа как мокрая собака и брызжа каплями во все стороны зашёл в комнату, чтобы наткнуться на дурацкую улыбку Сынмина, который болтал ногами и с кем-то переписывался. – Ого, и кто это? Сынмин выпрямился и заблокировал телефон. – Что? Нет, никто, – он встал с кровати и потянулся за полотенцем, – я просто читал, ну новую манхву недавно нашёл, очень увлекательная. Тут на его телефон пришло уведомление. – О, вышла новая глава, похоже. Феликс сделал вид, что верит другу беспрекословно и уступил место, пропуская того в ванную комнату и закрывая глаза на то, как тот крепко держит свой смартфон. Он усмехнулся этой скрытности, но решил пока не дразнить друга. Ещё успеет воспользоваться этим козырем, когда ему станет скучно. Феликс на удивление игнорировал свой телефон почти весь день. Там было пару сообщений от Хана, ссылка от Сынмина на беседу в какао, и одно длинное сообщение от Ёнбока. Это заставило парня глубоко выдохнуть, прежде чем начать читать. Брат написал, что ни в коем случае не приедет к отцу в выходные, и даже не стоит начинать этот разговор. И в более оптимистичной второй части, сообщил, что на завтра договорился с Чаном и тот выберется из своего плотного графика повидаться с ними. Спросил, как первый день на учёбе, ведёт ли себя Сынмин так же странно как он вёл себя в общаге и нужно ли с чем-нибудь помочь. Феликс скинул фотку Сынмина в цветах, яро ухаживающего за безнадежными комнатными растениями и недолго думая, скинул такую же Рэйчел, она почти сразу отреагировала смеющимся стикером. Помимо этого, Феликс кратко рассказал о новом друге, сложностях восприятия на слух акцента нескольких преподавателей, копируя и пересылая одинаковые сообщения родственникам. Сынмин тихо приоткрыл дверь в комнату, беспокоясь, что может разбудить соседа. – Ты думаешь я глупый? – с нечитаемым лицом, спросил Феликс. Сынмин чуть вздрогнул на месте. – Рейчел сдала тебя. Сынмин непонимающе смотрел на друга. – У нас нет нарциссов. У тебя зацвела комнатная лилия.
