Творец призмы

***

С самого утра у Арии раскалывалась голова после сновидений. Завтракать совсем не хотелось, да и идти куда-либо тем более. В голове всё еще крутились слова отца. Последний их диалог. Они сидели в гостиной в полной тишине, не было слышно даже дыхания, после того, как Ария рассказала все, что знала. Но Сириус прервал тишину: — И кто об этом знал? — Я, — признался Кингсли. — Как бы не было паршиво это признавать, но я тоже знал! — Грюм все пытался вставить свой глаз на место, но он тоже согласился с Кингсли. — И я, — согласился Люпин, а за ним и Тонкс. — Прекрасно… — буркнул Сириус. — Она ребёнок! А вы разрешили ей идти на верную смерть, — тот вскочил с любимого кресла. — Но ты сам туда пошёл. Ты дал мне слово. И это хорошо, что я додумалась сообщить об этом Северусу. Ты мог умереть. Я знаю. Я видела. — Эванс тоже встала со стула и с каждым словом делала шаг ближе к отцу. — Ты ещё ребёнок! — Он кричал, словно сумасшедший. — Да какая разница? Они уже стояли друг напротив друга и ругались. А остальные стояли по сторонам и молча наблюдали. У каждого пролетела мысль: «Дочь своего отца». — А ты вообще знаешь, что такое терять кого-то близкого? Нет? Тогда я могу рассказать тебе: Я потеряла мать будучи совсем ребёнком. И ты знаешь, это больно. Я совсем не помню её лица. Так только очертания. Ты говоришь мы похожи? Но я не помню этого. Я лишь смотрела на эту чёртову колдографию, что дал мне Северус! А знаешь еще что? Я как-то всплеском магии чуть не убила мальчика-соседа. Ему тогда было восемь лет! Восемь! А ещё я так же как и твою смерть, видела смерть своей няньки. О, Мерлин! Как она меня боялась. И думала, это так. Потому что я ненавижу её. Но нет. Она умерла. Погибла. Как во сне. Так что да. Извини, что отказалась сдаваться, зная, что я могу все исправить и изменить. Извини, что взяла с тебя слово, которое ты не смог выполнить. И пошла за тобой. Извини, что заставила всех согласится с моим решением! На этом разговор был окончен, и обессиленно девушка покинула гостиную. Сириус часто стоял под дверью дочери. Каждый день с того дня, как они вернулись из Министерства. Она не разговаривала с ним, не спускалась на ужин и общалась со всеми, кроме отца. Её тошнило. Ей хотелось исчезнуть, уехать и, чтобы её никто не искал. В Большом зале Хогвартса царила особая атмосфера. Солнечные лучи пробивались через высокие окна, освещая длинные столы, уставленные пустыми тарелками и чашками. Запах свежезаваренного чая и остатков вкусных блюд всё ещё витал в воздухе, создавая ощущение уюта и спокойствия. Ария сидела за одним из столов, её тёмные волосы слегка спускались на плечи, а глаза были задумчиво устремлены в окно, где птицы порхали среди зелёных деревьев. Она думала о своём отце, о том, как его отсутствие ощущается в каждом мгновении её жизни. Воспоминания о совместном времяпрепровождение, о его тихом смехе и мудрых советах накатывались волнами, вызывая в душе тоскливое чувство. Ария не замечала, как время летело, и как вокруг неё постепенно затихали разговоры и смех её друзей, которые один за другим покидали зал. Вдруг её мысли прервали шаги. Она подняла голову и увидела Блейза, который с широкой улыбкой приближался к ней. Его тёмные волосы слегка растрепались, а глаза блестели от волнения. — Ария! — воскликнул он, останавливаясь рядом с её столом. — Ты не забыла, что сегодня мой день рождения? Ария слегка растерялась, её сердце подскочило от неожиданности. Она действительно забыла! Вспомнив об этом важном событии, она почувствовала лёгкое смущение. — Ой, Блейз! Прости, я… я была так погружена в свои мысли, — ответила она, пытаясь скрыть свою неловкость. Блейз засмеялся, его смех звучал как музыка. — Не переживай! Я знал, что ты не забудешь. Просто думал, что тебе будет интересно отпраздновать вместе с нами. У нас будет весело — много еды, игры и алкоголь… — еле слышно прошептал слизеринец. Ария почувствовала, как её настроение изменилось. Мысли о грусти и утрате доверия начали растворяться в воздухе вместе с его словами. Внутри неё зажглось тепло — возможность быть частью чего-то радостного, даже если это всего лишь день рождения друга. — Но… Блейз. — Не переживай. Там буду я, младшая Уизли, я её тоже позвал. Тебе мало этого? — он все ещё улыбался. — О, ну раз так, — она встала со своего места, и в этот момент ей показалось, что вся тяжесть на сердце стала легче.- Конечно! Я с удовольствием тогда присоединюсь! — ответила она с улыбкой. Блейз протянул ей руку, и они вместе направились к выходу из зала на защиту от темных искусств. Вокруг них вновь зазвучал смех и радость, а Ария поняла, что иногда даже самые тёмные мысли могут рассеяться при свете дружбы и веселья.

***

Дверь отворилась и из классной комнаты вышел Снегг. Толпа перед дверью моментально затихла. — В класс! — приказал Снегг. Перешагнув порог, Ария осмотрелась. В комнате было темнее, чем обычно, потому что занавески на окнах были задернуты и класс освещался свечами. На стенах красовались картины, в основном изображавшие людей в мучениях, со страшными ранами или невероятно искаженными частями тела. Ученики рассаживались молча, нервно оглядываясь на зловещие картины. — Я не велел вам достать учебники, — сказал Снегг, закрыв дверь и остановившись возле учительского стола. Гермиона поспешно бросила свой экземпляр учебника «Лицом к лицу с безликим» обратно в сумку, а сумку затолкала под стул. Ария и пальцем не дернула, закинула ногу на ногу и то и делала, что бросала косые взгляды на преподавателя. — Пока что просто послушайте меня. И попрошу не отвлекаться. Его черные глаза прошлись по лицам учеников, задержавшись на лице Арии и Гарри на какую-то долю секунды дольше других. — Насколько мне известно, за время учебы у вас сменилось пять преподавателей по этому предмету. — «Насколько мне известно…» Как будто ты не следил за ними, как коршун, в надежде, что станешь следующим, Снегг! — со злостью прошептал Гарри. Эванс лишь легонько толкнула его стул. — Естественно, у каждого из этих преподавателей были свои задачи и свои методы. При таком бессистемном обучении меня удивляет, что многие из вас все-таки наскребли проходной балл на экзамене СОВ по данному предмету. Еще больше меня удивит, если все вы справитесь с объемом работы на уровне ЖАБА, значительно более углубленном и обширном. Снегг двинулся вдоль стены в обход класса; теперь он говорил, понизив голос, и ученикам приходилось выворачивать шеи, чтобы видеть его. — Темные искусства, — говорил Снегг, — многочисленны, разнообразны, изменчивы и вечны. Бороться с ними — все равно что сражаться с многоголовым чудовищем. Отрубишь одну голову — на ее месте тут же вырастает новая, еще более свирепая и коварная, чем прежде. Это битва с противником, непостоянным, неуловимым, вечно меняющим обличья, и уничтожить его невозможно. Гарри уставился на Снегга. Одно дело — уважать Темные искусства как опасного врага, и совсем другое — говорить о них, как сейчас Снегг, чуть ли не с нежностью. — Следовательно, ваша защита, — чуть громче продолжал Снегг, — должна быть такой же изобретательной и гибкой, как те Искусства, которые вы тщитесь одолеть. Эти картины, — он на ходу махнул рукой в их сторону, — дают довольно точное представление о том, что происходит с человеком, подвергшимся, к примеру, воздействию заклятия Круциатус (он указал на изображение волшебницы, скорчившейся и кричащей от боли), испытавшим поцелуй дементора (на картине волшебник бессильно привалился к стене, безучастно глядя прямо перед собой пустыми глазами) или спровоцировавшим нападение инфернала (кровавая каша на земле). — Значит, инферналы действительно появились? — тоненьким голоском спросила Парвати Патил. — Это уже точно известно, он их использует? — В прошлом Темный Лорд использовал инферналов, — ответил Снегг, — а значит, имеет смысл исходить из предположения, что он может использовать их снова. Итак… Он двинулся вдоль противоположной стены, возвращаясь к учительскому столу, и снова ученики, как завороженные, провожали его глазами. Темная мантия развевалась у него за спиной. — …полагаю, вы абсолютно незнакомы с невербальными заклинаниями. В чем состоит преимущество невербальных заклинаний? Рука Гермионы взметнулась вверх. Снегг не торопясь оглядел класс, убедился, что выбора нет, и сказал отрывисто: — Очень хорошо. Мисс Грейнджер! — Противник не знает заранее, какое именно заклинание вы собираетесь осуществить, — сказала Гермиона. — Это дает вам крошечное преимущество во времени. — Вы практически дословно повторили текст учебника «Стандартная книга заклинаний» для шестого курса, — пренебрежительно заметил Снегг (Малфой злорадно захихикал в дальнем углу), — но, по сути, ответ верен. Действительно, тот, кто овладеет умением колдовать, не выкрикивая во все горло заклинания, получает выигрыш во времени и возможность застать противника врасплох. Разумеется, это подвластно не всем волшебникам. Здесь важную роль играет способность сосредоточиться и сила духа, которой… — его злобный взгляд снова задержался на Гарри, — наделены далеко не все. Гарри знал, что Снегг думает сейчас о прошлогодних уроках окклюменции, закончившихся полным провалом. Он не опустил глаз и продолжал свирепо смотреть на Снегга, пока тот не отвернулся. — Сейчас, — снова заговорил Снегг, — вы разделитесь на пары. Один партнер попытается без слов навести порчу на другого. Другой будет пытаться, также молча, отвести от себя порчу. Приступайте. Снегг не знал, что Гарри в прошлом году обучил по крайней мере половину курса (всех участников ОД) выполнять Щитовые чары. Но никто из них раньше не пробовал делать это без слов. Естественно, многие стали жульничать — произносили заклинание не вслух, а шепотом. Само собой, через десять минут после начала урока Гермиона сумела без единого звука отразить направленное на нее Невиллом заклятие-подножку. Ария справилась с этим заданием раньше всех, у неё идеально получались невербальные заклинания. «Любой нормальный учитель за такое достижение наградил бы Гриффиндор не меньше как двадцатью очками», — подумал Гарри с горечью, но Снегг как будто ничего не заметил. Пока ученики упражнялись, он расхаживал по классу, как всегда похожий на гигантского нетопыря. Около Гарри и Рона он остановился посмотреть, как они справляются с заданием. Была очередь Рона насылать порчу на Гарри; Рон весь побагровел, крепко сжав губы, чтобы случайно не поддаться соблазну прошептать заклинание. Гарри высоко поднял волшебную палочку, готовый в любой момент отразить заклятие, которого, похоже, ему не суждено было дождаться. — Какое убожество, Уизли, — сказал Снегг, понаблюдав за ними некоторое время. — Дайте-ка я покажу, как это делается… Он так быстро взмахнул волшебной палочкой, целясь в Гарри, что Гарри среагировал чисто машинально: напрочь позабыв о невербальных заклинаниях, он завопил: — Протего! Щитовые чары получились у него такими мощными, что Снегг отлетел назад и врезался в соседнюю парту. Весь класс оглянулся и теперь смотрел, как Снегг, злобно нахмурившись, поднимается на ноги. — Вы помните, что мы сегодня занимаемся невербальными заклинаниями, Поттер? — Да, — сдавленно ответил Гарри. — Да, сэр. — Совсем необязательно называть меня «сэр», профессор. Слова вырвались прежде, чем Гарри понял, что он говорит. Несколько человек ахнули, в том числе и Ария. Зато Рон, Дин и Симус одобрительно заулыбались за спиной у Снегга. Ой, зря. Зря, Гарри. — Явитесь в субботу вечером ко мне в кабинет, — приказал Снегг. — Наглости, Поттер, я не потерплю ни от кого… даже и от Избранного. — Это было классно, Гарри! — давился от смеха Рон, когда вскоре после этого они были отпущены на перемену и отошли на безопасное расстояние от кабинета. — Не надо было тебе этого говорить, — проворчала Ева, хмуро взглянув на Рона. — Что тебя дернуло? — Если ты заметила, он хотел наслать на меня порчу! — вскипел Гарри. — Мне этого хватило на уроках окклюменции! Почему он не найдет себе для разнообразия другого подопытного кролика? И вообще, как это Дамблдору пришло в голову отдать ему уроки по защите? Слышала, как он разливался о Темных искусствах? Он их просто обожает! Прямо такие они все изменчивые да многогранные… — Знаешь, — сказала Гермиона, — а я как раз подумала, что он говорил совсем как ты. — Как я?! — Да, когда ты нам рассказывал, что это такое — сразиться с Волан-де-Мортом. Ты говорил, что тут мало просто заучить кучу заклинаний, сказал: можно рассчитывать только на самого себя, на свои мозги, на свою храбрость… Так ведь примерно то же самое говорил и Снегг, верно? Что, по сути, главное — быть храбрым и быстро соображать. Гарри был совершенно обезоружен тем, что она настолько ценит его слова, даже выучила их наизусть, словно «Общую теорию заклинаний», а потому не стал больше спорить.

***

В таком темпе прошёл весь учебный день. А после Ария направилась в библиотеку, позабыв о Блейзе, её мысли всё снова и снова возвращались к Сириусу. В уютном уголке библиотеки, где мягкий свет ламп освещал страницы книг, сидела гриффиндорка. Она устроилась в глубоком кресле с мягкими подлокотниками, обтянутыми темно-зеленым бархатом, и погрузилась в чтение старинного фолианта о древних заклинаниях. Тишина вокруг была почти осязаемой, прерываемая лишь шорохом страниц и тихим треском дерева в камине. Ария была погружена в свои мысли о отце. Воспоминания о его мудрых советах и строгом взгляде всплывали в сознании, как яркие картинки из прошлого. Они поругались, и она уехала, даже не попрощавшись. В этот момент, когда мысли об одиночестве накрыли ее, дверь библиотеки распахнулась с легким скрипом. На пороге появилась Джинни, ее волосы сияли в свете ламп, а улыбка была такой же яркой, как утреннее солнце. Она выглядела энергичной и полной жизни, словно была воплощением весны. — Ария! — воскликнула Джинни, прерывая мысли подруги. — Ты что, совсем забыла? Нас позвали на день рождения Блейза! Ария подняла голову от книги, ее глаза встретились с весёлым взглядом Джинни. Внезапно мир вокруг снова наполнился цветами и звуками — смехом, радостью, ожиданием. — Ой, точно! — ответила Ария, чувствуя, как сердце забилось быстрее. — Я совсем потерялась в этих страницах… Джинни подошла ближе и села на край стула рядом с Арией. — Пойдем! Праздник не ждет! А ты ведь знаешь, что Блейз тебе этого не простит! С этими словами Джинни потянула Арию за собой, и вместе они покинули библиотеку. В гостиную они добежали быстро, ведь и так очень опаздывали.

***

Ария стояла перед зеркалом, внимательно рассматривая свое отражение. В тусклом свете комнаты ее длинные волосы спадали мягкими волнами на плечи, а глаза, полные ожидания, сверкали, как драгоценные камни. Она выбрала легкое платье нежно-голубого цвета, которое подчеркивало ее фигуру и создавало ощущение легкости. Платье Арии оказалось легким и воздушным, выполненным из мягкого шифона, который нежно струился при каждом движении. Нежно-голубой цвет напоминал ясное небо в солнечный день. Корсет платья был слегка приталенным, подчеркивая ее фигуру, а вырез в форме сердца придавал образу романтичности. Тонкие бретели деликатно спускались с плеч, добавляя элегантности. Юбка плавно расширялась от талии, создавая легкие складки, которые нежно колыхались при каждом шаге. Ария дополнила образ аккуратными кроссовками, которые, как оказалось, идеально сочетались с платьем. На запястье она носила тонкий браслет с маленькими подвесками в форме звездочек, который добавлял нотку игривости. — Как думаешь, слишком ли нарядно? — спросила она, поворачиваясь к Джинни, которая уже была готова и выглядела потрясающе в своем ярком красном платье. — Ни в коем случае! — ответила Джинни, поправляя свои волосы. — Ты выглядишь великолепно! Блейз будет в восторге. Ария улыбнулась и слегка покраснела от комплимента. Она посмотрела на Джинни, которая с энтузиазмом заколола свои рыжие локоны в аккуратный пучок, оставив несколько прядей свободно спадать на лицо. Джинни всегда умела выглядеть одновременно элегантно и непринужденно. — Ты готова? — спросила Джинни, подмигнув. — У нас нет времени на раздумья! Ария кивнула и быстро схватила свою любимую сумочку, в которую бросила палочку. Она думала, будет ли там Драко и удастся ли им хотя бы поговорить о том, что случилось. Девушки вышли из комнаты, и по пути Джинни болтала о том, что они могут ожидать на вечеринке: сюрпризы, игры и множество знакомых лиц. Ария слушала ее с улыбкой, но в глубине души все еще ощущала легкую грусть из-за мыслей о своем отце. Когда они подошли к кабинету, который когда-то был пустым и заброшенным, атмосфера вокруг них наполнилась легким волнением. Дверь, обрамленная старыми деревянными панелями, выглядела так, будто хранила в себе множество тайн. Внутри кабинета царила праздничная атмосфера. Стены были украшены яркими гирляндами и шариками, которые кто-то успел развесить в спешке. На столе красовалось огромное количество алкоголя, всяких снеков, в воздухе витал сладковатый запах кондитерских изделий. Несмотря на радостную обстановку, они знали, что им нужно быть осторожными. Защитные заклинания, наложенные на кабинет, создавали невидимый барьер, который скрывал их от посторонних глаз и преподавателей. Каждый из них чувствовал легкое напряжение — ведь если кто-то из взрослых узнает о праздновании, веселье может быстро закончиться. Они обменялись взглядами, полными понимания и решимости. В этот момент все заботы о правилах и последствиях отошли на второй план. Они вошли в кабинет, и смех друзей наполнил пространство, как будто стена между миром взрослых и их юной свободой была окончательно разрушена. Блейз, увидев своих друзей, расплылся в улыбке — этот момент был только для них, и ничто не могло его испортить. — О, Мерлин! Я думал, вы забыли обо мне! — с улыбкой произнес Блейз, двигаясь в их сторону. — Я и правда забыла… — честно призналась Ария. — Я побегу. Ты же позвал его? — с хитрой улыбкой спросила Джинни и, получив подтверждение, обняла Арию. — Веселись, тебе это нужно! Ещё раз с днем рождения, Блейз! И след девушки простыл. — Куда это она? — Она сама тебе расскажет, пойдем, я налью тебе. Блейз уверенно шагал через шумный зал, его рука нежно держала Арию за талию, словно боялся, что она может исчезнуть, если он ослабит хватку. Они пробирались сквозь толпу, наполненную смехом и разговором. Ария выглядела великолепно в своем нежном платье, которое подчеркивало её фигуру и делало её похожей на яркую звезду в этом океане людей. Когда они приблизились к барной стойке, Блейз заметил, как от неё отходят люди. У самой стойки сидел Драко Малфой, который с ухмылкой наблюдал за происходящим. Его светлые волосы не были уложены, а на лице играла самодовольная улыбка. Блейз почувствовал, как его настроение немного изменилось — он не был уверен, как Драко отреагирует на их появление. Тем не менее, он продолжал вести Арию к барной стойке, стараясь не обращать внимания на присутствие Драко. Они подошли ближе, и Блейз почувствовал лёгкое напряжение в воздухе. Драко заметил их и приподнял бровь, его выражение лица стало более заинтересованным. — Что это у нас тут? — произнёс он с издевкой, его голос был полон сарказма. Блейз остановился и посмотрел на Арию, прежде чем ответить. Он знал, что Драко всегда был провокатором, и сейчас он не собирался давать ему повода для шуток. — Мы просто пришли выпить, перестань вести себя, как ублюдок, иначе я тебя ударю, — ответил Блейз, снова улыбаясь. Он обошел барную стойку и стал готовить два коктейля, не обращая внимания на Драко. Ария стояла рядом, её лицо выражало лёгкое замешательство от ситуации. — Блять, это ты все выпил? — Блейз протянул другу пустую бутылку своего любимого огневиски. Драко лишь закатил глаза. — Я ещё трезв, как стеклышко. — Отойду за новой бутылкой. Не уходи, — приказал Арии Блейз и исчез в толпе. Когда Блейз испарился, пространство между Арией и Драко стало напряжённым. Вокруг них продолжали веселиться люди, но в этот момент всё вокруг словно затихло. Музыка стала фоновой, а разговоры других гостей превратились в неясный гул. Ария почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она смотрела на Драко, его светлые волосы слегка падали на лоб, а его серые глаза, как будто, сверкали в тусклом свете зала. Он изучал её, и в его взгляде было что-то такое, что заставило её невольно вздохнуть. Это было нечто большее, чем просто любопытство — это была смесь интереса и загадки. Драко тоже не отводил взгляд. Он запечатлил Арию в голове, как маленькую наивную девочку, но сейчас она выглядела совершенно иначе — она была уверенной, независимой и невероятно привлекательной, она стала краше, выше, появились более взрослые черты лица. Он заметил, как её губы слегка приоткрылись от удивления, а лёгкий румянец окрасил её щеки. Это было нечто новое для него — он никогда не видел её такой. Молчание между ними стало почти осязаемым. Оно напоминало тихий штиль перед бурей. Драко был не против этого молчания; он ощущал, как напряжение нарастает, и это его интриговало. Он сделал шаг ближе, и в этот момент их взгляды встретились ещё глубже. — Как ты? — наконец произнёс он, его голос был низким и спокойным, словно он пытался разорвать это молчание, которое становилось всё более напряжённым. Ария не сразу ответила. Она чувствовала, как внутри неё борются эмоции — с одной стороны, она знала о репутации Драко, с другой — его обаяние и уверенность притягивали её как магнит. — Я… хорошо, — произнесла она наконец, стараясь сохранить невозмутимость. Но в её голосе была лёгкая дрожь. Драко чуть наклонился вперёд, его глаза искрились любопытством. — Ты действительно счастлива теперь? — спросил он. Его вопрос звучал неожиданно откровенно. Ария сразу поняла о чем речь. Она почувствовала, как в груди зашевелилось что-то странное. — Да, — ответила она, но её голос звучал менее уверенно, чем она хотела бы. Она не могла не заметить, как Драко внимательно слушает её слова. — Иногда мне кажется, что ты пытаешься скрыть правду, — произнёс он тихо, но в его голосе звучала нотка искренности. Это было неожиданно для гриффиндорки. Она не знала, как реагировать на его слова — они были полны значений и намёков. Она взглянула на него с недоумением и даже легким раздражением. — Почему ты так думаешь? — спросила она, пытаясь вернуть разговор в привычное русло. Драко чуть усмехнулся, его улыбка была загадочной. — Потому что ты не такая, как все. Я вижу, что с тобой что-то не так с самого начала года. Опять что-то случилось? — Нет. Все нормально. — Объяснишь мне недавний выпад в библиотеке? Как только Блейз вернулся, они замолчали, понимая, что лишние уши могут что-то услышать. В одном углу зала находился бар, где за стойкой работал сам Блейз даже в свой день рождения. Он ловко смешивал коктейли, создавая настоящие произведения искусства из напитков. На полках были выставлены бутылки с редкими спиртными напитками, от выдержанных виски до экзотических ликёров. Гости подходили к бару, чтобы заказать свои любимые коктейли или попробовать что-то новое. На танцполе играла музыка — джазовый квартет, который задавал атмосферу веселья и расслабленности. Некоторые пары уже танцевали, погружаясь в ритм музыки, их движения были грациозными и уверенными. В центре зала стояли столы с закусками: тарталетки с икрой, мини-бургеры, канапе с лососем и свежими овощами. Около одного из столов группа студентов обсуждала последние новости, смеясь и поднимая бокалы. На другом конце зала несколько человек играли в настольные игры, создавая вокруг себя атмосферу дружеского соперничества. Ария и Джинни стояли у бара, обсуждая что-то весёлое и смеясь. Ария в своём элегантном платье выглядела потрясающе — её волосы были уложены в лёгкие волны, а макияж подчеркивал её выразительные глаза. Джинни не уступала ей в красоте. Кто бы мог подумать, что младшая Уизли вырастет столь чудесной девушкой. Но среди веселья и смеха присутствовало и напряжение. Драко Малфой, стоя немного в стороне, наблюдал за происходящим с лёгкой усмешкой. Его взгляд скользил по залу, останавливаясь на Арии, которая казалась ему всё более привлекательной с каждой минутой. Он чувствовал, как между ними возникла невидимая связь, но не знал, как её разорвать или укрепить. Зал наполнялся людьми, которые приходили и уходили, создавая динамичную атмосферу праздника. Каждый из гостей стремился насладиться моментом, забыть о повседневных заботах и просто быть частью этого великолепного вечера. В воздухе витала энергия веселья и ожидания чего-то необычного — возможно, новых знакомств или неожиданных встреч. Всё это создавало уникальную атмосферу — вечеринки, где каждый мог быть собой, где смех и радость переплетались с интригами и неожиданностями. — Такой хороший вечер, согласись! Наконец, я смогла сбежать от назойливого старшего брата. Дома братья, в школе братья, это так… — Джинни не могла подобрать слова. — Утомительно? — добавила Ария. — Да. Да, это утомительно. До ужаса. Ария рассматривала что-то в далеке, пытаясь взглядом найти Малфоя, когда её внимание привлекли голоса, доносящиеся из глубины зала. Она обернулась и увидела, как Теодор Нотт, с ухмылкой на лице, приближается к Астории Гринграсс. Астория, одетая в элегантное платье, выглядела немного смущённой, но старалась сохранять спокойствие. Теодор говорил что-то с легкой насмешкой, его жесты были слишком навязчивыми, а смех — слишком громким. Ария заметила, как Астория несколько раз пыталась отстраниться, но он не оставлял её в покое. Внутри Арии что-то защемило. Она знала, что Астория — умная и сильная девушка, но в этот момент Теодор явно переходил границы. Собравшись с мыслями, Ария решительно направилась к ним. Она увидела, как Теодор продолжает свои попытки привлечь внимание Астории, пытаясь залезть к ней под юбку, и это разжигало в ней звериный гнев. Теодор вместе с девушкой удалились в отдельную комнату, которая по всей видимости была кладовой этого кабинета. Подойдя ближе, она остановилась рядом и обратилась к Теодору: — Нотт, я думаю, что Астория сказала тебе достаточно. Перестань. Теодор, заметив её вмешательство, на мгновение замер, а затем с ухмылкой посмотрел на неё. — Эй, Эванс, — произнёс он с насмешкой, — не лезь не в своё дело. Мы сами разберёмся. Ты же знаешь, что не стоит вмешиваться в разговор взрослых. Его слова были полны пренебрежения, и в них чувствовалась попытка унизить её. Ария почувствовала, как внутри неё закипает гнев. Она не могла просто стоять и смотреть, как он пытается приставать к Астории против её воли. — Я вижу, что ты не понимаешь границ, Теодор. Астория не заинтересована в твоих «разговорах», — ответила она, стараясь сохранить спокойствие. Теодор фыркнул, его лицо искажалось от злости и презрения. Он шагнул ближе, пытаясь запугать Арии своим присутствием. — Ты думаешь, что можешь просто прийти и всё решить? Ты не в курсе, как устроены вещи. Отвали, пока не стало хуже. Астория, наблюдая за этой сценой, почувствовала, как сердце замирает от страха. Она знала, что Ария права, но Теодор был известен своей агрессивностью. Ария не собиралась отступать. Она встретила взгляд Теодора с вызовом: — Я не уйду. Теодор подошёл к Арии с уверенной, почти угрюмой походкой, его глаза сверкали насмешкой. Вокруг них стояла напряжённая тишина, все взгляды были прикованы к этой сцене. Ария чувствовала, как её сердце забилось быстрее; она знала, что этот момент может стать решающим. — Эй, — начал он, его голос звучал низко и зловеще, как будто он пытался создать атмосферу угрозы. — Может, ты хочешь быть на её месте? Эти слова повисли в воздухе, как тяжёлое облако. Ария мгновенно ощутила, как по её спине пробежал холодок. Теодор стоял слишком близко, его дыхание было слышно. Он опустил руки на её талию и наклонился чуть ближе, словно пытался запугать её своим присутствием. В его глазах читалась не только насмешка, но и какая-то тёмная угроза. Ария подняла подбородок, стараясь не показывать своего страха. Она понимала, что он пытается вывести её из равновесия, заставить почувствовать себя уязвимой. В её голове мелькали мысли о том, как важно не поддаваться на провокации. — На чём ты основываешь свои предположения? — ответила она, её голос звучал твёрдо и уверенно, хотя внутри бушевали эмоции. — Ты не знаешь, чего я хочу. Теодор усмехнулся, его улыбка была холодной и презрительной. — Да ты просто завидуешь, — произнёс он с ухмылкой. — Она — всё, о чём ты можешь мечтать. А ты? Ты всего лишь тень. — Астория, вернись к своим друзьям, пожалуйста, — спокойно проговорила Блэк, она почувствовала прилив гнева. Но Гринграсс спорить не стала. Быстро ушла на другой конец кабинет. Ария скинула его руки с талии, встречая его взгляд с вызовом, но посторонний голос выбил её из калии, гриффиндорка ощутила, как холод пробегает по её спине: — Оставь её в покое, Теодор! — прогремел его голос, подобно громовому раскату. Драко направился к ним с быстрой и целеустремлённой походкой, словно знал, что должен сделать. Нотт не ожидал вмешательства. Драко подошёл ближе, его фигура казалась внушительной и мощной. Ария почувствовала прилив надежды; она знала, что Драко не даст ей обидеть. — Ты не имеешь права унижать её или кого-либо ещё. Теодор сделал шаг назад, но не собирался сдаваться. Он скрестил руки на груди и усмехнулся, пытаясь сохранить видимость контроля. Но в глазах Драко горел огонь, который не оставлял сомнений в его намерениях. — Ария, ничто без помощников, да? — произнёс Теодор с презрением. Малфой встал между ней и Теодором, готовый защитить её от словесных, а уж тем более от физических атак. Ария почувствовала прилив радости, но в то же время её независимый дух не собирался уступать. — Я могу сама, — произнесла она, глядя прямо в глаза Драко. Её голос звучал уверенно, но в глубине души она знала, что поддержка была ей необходима. Драко приподнял бровь, его выражение лица оставалось серьёзным, но в глазах читалось понимание. Он немного наклонился вперёд, чтобы быть на одном уровне с ней. — Я знаю, что ты всё можешь сама, — ответил он мягко, но с твердостью. — Но позволь мне помочь. В его словах не было ни малейшего намёка на недооценку её способностей. Наоборот, он говорил это с уважением к её силе и самостоятельности. Ария почувствовала, как её сердце наполнилось теплом и забилось в разы сильнее. Драко вернул взгляд к Теодору. — Она может быть кем угодно, даже без меня в данный момент, — ответил Драко спокойно, но с явным упрямством в голосе. — И я не позволю тебе унижать её и Асторию ради твоего собственного удовольствия. Теодор замер на месте; он понимал, что ситуация вышла из-под контроля. Взгляд Драко был полон решимости и силы, и в этот момент стало ясно: он готов защищать Арии любой ценой. — Убирайся, пока можешь, — произнёс Драко тихо, но с такой силой в голосе, что это прозвучало как приговор. Когда Теодор, сжимая кулаки, сделал шаг вперёд, воздух сжался, и Ария вцепилась в рукав пиджака Драко. Его лицо исказилось от злости, а глаза сверкали ненавистью, когда он уставился на Драко. — Ты думаешь, что можешь просто командовать мной? — прорычал Теодор, его голос был полон презрения. — Ты не знаешь, с кем связываешься! Драко не отступил. Он стоял прямо, его плечи были расправлены, а взгляд — твёрдым и уверенным. А Эванс чувствовала себя, как за каменной стеной. — Если ты хочешь разобраться, давай сделаем это по-взрослому, — ответил он спокойно, хотя внутри него бушевали эмоции. Нотт резко шагнул вперёд, его кулак уже готов был врезаться в лицо Драко. В этот момент время словно замедлилось. Ария почувствовала, как сердце забилось быстрее — она не могла позволить этому произойти. — Стой! — крикнула она, пытаясь вмешаться, но её голос потерялся в гуле музыки. Драко, не ожидая отступления, быстро увернулся в сторону, и Теодор промахнулся. Это лишь раззадорило его ещё больше. Он повернулся к Драко с яростью на лице. — Ты думаешь, что сможешь избежать этого? — прорычал Теодор, и его голос звучал угрожающе. — Я не боюсь тебя, — произнес он с уверенностью. — Если ты хочешь драться, тогда давай. Одно было ясно: между двумя юношами разгорелась настоящая борьба не только за физическое превосходство, но и за уважение. Когда напряжение достигло своего пика, Драко почувствовал, как адреналин закипает в его венах. Теодор, сжимая кулаки, снова бросился на него, и в этот момент всё вокруг словно замерло. Драко знал, что не может позволить себе промахнуться. Собравшись с силами, он сделал шаг вбок, уклоняясь от удара, и одновременно выдвинул свою руку вперёд. Его кулак встретился с лицом Нотта с глухим звуком, который эхом раздался в воздухе. Удар был точным и мощным — Драко вложил в него всю свою злость и решимость. Тео отшатнулся назад, его лицо исказилось от боли. Глаза его расширились от шока, когда он осознал, что не смог избежать удара. Кровь потекла из разбитой губы, оставляя яркие следы на его коже. Он попытался удержать равновесие, но ноги под ним предали — он упал на землю, не веря в то, что произошло. Драко, почувствовав прилив еще большей ярости и решимости, навис над поверженным Теодором Ноттом. Его сердце колотилось в груди, а адреналин заполнял каждую клеточку тела. Он не собирался останавливаться на одном ударе — в его голове пронеслись образы всех унижений и угроз, которые однокурсник когда-либо произносил. Сжав кулаки, Драко опустился на одно колено, чтобы быть ближе к своему сопернику. Лицо Нотта исказилось от боли и шока, его глаза искали спасения, но Драко не собирался проявлять жалости. Он поднял руку и с силой ударил снова — кулак встретился с лицом Теодора, заставив его голову дернуться вбок. Громкий звук удара раздался в тишине вокруг. Не дав Нотту времени на восстановление, Драко снова навалился на него, и еще один удар последовал за первым. На этот раз он целился в челюсть, и ощущение удара было почти удовлетворительным. Теодор застонал, его тело бессильно пыталось укрыться от дальнейших атак, но Драко не собирался останавливаться. — Ты думал, что можешь запугать меня? — прорычал он, поднимая руку для нового удара. Каждое движение было наполнено яростью и решимостью — это был не просто бой, это была борьба за достоинство. Собираясь нанести следующий удар, он услышал знакомый голос, который окликнул его: — Драко! Это была Ария. Её голос звучал так, словно пробивался сквозь шум из соседней комнаты, и в этот момент все остальные звуки исчезли. Он обернулся и увидел её стоящей в стороне, с обеспокоенным выражением на лице. В её глазах читалось не только беспокойство, но и что-то ещё — возможно, понимание или даже восхищение. Мысли Драко закружились. Он понимал, что его действия могли вызвать у неё страх или недовольство, но в то же время он не мог отрицать, что чувствовал себя сильнее рядом с ней. Внутри него боролись противоречивые чувства: гордость за то, что он смог постоять за себя и показать свою силу, и страх потерять её уважение из-за своей агрессивности. Ария подошла ближе, её взгляд был полон решимости. Она не собиралась отступать. Драко почувствовал, как его сердце забилось быстрее. В этот момент он понял: её мнение для него важно. Он хотел быть тем человеком, которым она могла бы гордиться. — Пожалуйста, пойдём… Её слова заставили Малфоя замереть. Он посмотрел на Нотта, который лежал на земле, его лицо было разбито и покрыто кровью. С чувством удовлетворения он поднялся и отступил назад, оставляя Нотта в беспомощном состоянии, но перед этим что-то прошептал ему на ухо. — Не смей больше угрожать ей! — произнес Драко с решимостью, глядя на Теодора, который пытался подняться, но пока не мог справиться с последствиями удара. Ария благодарила Мерлина, что этого почти никто не видел. Не хотелось портит праздник Блейза. Как только они появились в поле зрения Блейза, он тут же подошёл к ним. — Джентльмен. — Без лишних слов, Забини! — оставив Арию с другом, он удалился в толпе в сторону барной стойки. Сначала оба просто молчали, но Блэк нарушила тишину: — Астория ничего не видела? — К счастью, нет. Она уже вовсю болтает со своими подругами, — честно признался мулат, протягивая свой стакан с огневиски. — Почему ты не вмешался? — Ему лучше не мешать, если он уже начал. Я выведу его в гостиную. Последи, чтобы опять ничего не случилось! — прошептал слизеринец и исчез за стеной. Ария стояла на краю зала, её взгляд скользил по медленно танцующим парам, которые кружились в мягком свете люстр. Музыка наполняла пространство мелодичными звуками, создавая атмосферу романтики. Она любовалась тем, как люди, погруженные в свои чувства, двигались в унисон, будто бы сам ритм музыки вел их за собой. Каждый шаг, каждое вращение казались такими легкими и свободными, что её сердце наполнилось теплом и легкой завистью. В этот момент она почувствовала лёгкое прикосновение к плечу. Обернувшись, она увидела Драко. Его глаза светились уверенной искоркой, а на губах играла лёгкая улыбка. Он выглядел по-настоящему очаровательно в своём строгом костюме, который подчеркивал его фигуру. — Эванс, — произнёс он, наклонившись немного ближе, чтобы перекрыть шум вокруг. — Хочешь потанцевать? Её сердце забилось быстрее от неожиданности. Она не ожидала, что он подойдет сейчас именно к ней. В его голосе звучала уверенность, но в то же время — лёгкая настороженность, словно он сам не был уверен в её ответе. Ария колебалась, но в глубине души её охватила радость от его предложения. — Я… — начала она, но слова застряли в горле. Вместо этого она просто кивнула, и Драко протянул ей руку. Она взяла его за руку, и он потянул её к центру зала. Музыка становилась всё более завораживающей, и когда они оказались среди танцующих пар, Драко обнял её за талию, а её рука легла на его плечо. Они начали двигаться в такт музыке, и Ария почувствовала, как всё вокруг исчезло — остались только они вдвоём. Драко вел её уверенно, и с каждым шагом она ощущала, как напряжение уходит. Она взглянула ему в глаза и увидела там смесь решимости и нежности. В этот момент все её сомнения рассеялись; она просто наслаждалась моментом. Их движения становились всё более слаженными, и вскоре они уже танцевали так, будто знали друг друга всю жизнь. Ария улыбнулась и почувствовала, как внутри неё разгорается тепло — это был не просто танец; это было начало чего-то нового, что-то особенное между ними. Вокруг них всё продолжало кружиться, но в этом мире не было никого важнее. Они медленно покачивались в ритме музыки, словно время вокруг них замедлилось. Его руки крепко, но нежно обняли её за талию, создавая ощущение защищенности и тепла. Ария чувствовала, как его пальцы слегка касаются её кожи, и это прикосновение вызывало мурашки по всему телу. Её руки лежали у него на плечах, и она могла ощущать его дыхание — ровное и спокойное, как будто он тоже наслаждался этим моментом. Она прижималась к нему чуть ближе, и в этот миг их взгляды встретились. В его глазах светилась искорка, полная нежности и уверенности, а её сердце забилось быстрее от того, что они были так близки. Они покачивались в такт музыке, и каждый шаг был словно обещанием чего-то большего. В этом танце не было ни стеснения, ни страха — только доверие и понимание. Она улыбнулась ему, и он ответил тем же. Этот момент казался вечным, наполненным легкостью и волшебством. Каждый поворот, каждое движение их тел было пронизано ощущением близости, и она понимала, что этот танец стал для них чем-то больше, чем просто движением под музыку. Это было начало новой истории, которую они писали вместе, шаг за шагом. — Спасибо тебе… — Не благодари меня, Эванс. Я только что из-за вас глупых избил человека, — он усмехнулся. Из-за тебя. — Драко… — Завтра я буду прежним собой, которого ты знаешь, поэтому давай сегодня сделаем вид, будто мы не враждуем, ладно? Она кивнула. — Мне жаль насчёт твоего отца. Правда… — прошептала она ему на ухо. — Давай каждый оставит свою жалость при себе, — его голос прозвучал более грубо, а руки начали падать с её талии. Но её взгляд заставил его снова крепко ухватится за неё. Словно сейчас она была его спасительным кругом от всех бед.

***

Тем же вечером, оставив все в том кабинете, Ария шла по коридору Хогвартса, её шаги звучали гулко в тишине, нарушаемой лишь редкими шорохами мантий и шёпотом студентов, проходящих мимо. Она знала, куда направляется, и это знание одновременно успокаивало и тревожило её. В голове крутились мысли о Сириусе Блэке, ей очень хотелось с кем-то поговорить. Когда Ария подошла к двери кабинета Снегга, её сердце забилось быстрее. Она остановилась на мгновение, чтобы собраться с мыслями. Зная, что разговор будет непростым, она глубоко вдохнула и постучала. — Войдите, — раздался глубокий голос из-за двери. Ария открыла её и вошла в кабинет, который был наполнен запахом трав и зельев. На столе стояли пузырьки с яркими жидкостями, а вокруг висели свёрнутые свитки и книги. Северус сидел за своим рабочим местом, его чёрные глаза смотрели на неё с интересом, но и с лёгким недоверием. Его кабинет находился в одном из подземелий Хогвартса. В нём было очень холодно, сыро и мрачно, а камин никогда не топился. Повсюду были банки с неприятными на вид веществами, в некоторых мариновались фрагменты животных. Снегг оставил при себе этот кабинет даже когда перешёл на должность преподавателя ЗОТИ. — Ария, — произнёс он, наклонив голову. — Что привело тебя ко мне? Что-то случилось?.. — обеспокоено спросил Северус, шагая к креслу и указывая Арии на место рядом с ним. Она сделала шаг вперёд, стараясь не показывать своего волнения. Снегг всегда был строгим и требовательным, но она знала, что он также был её защитником и опорой с тех пор, как она оказалась у него дома. — Нет, я просто соскучилась… мы почти не общались после Министерства. Ты ничего не скажешь? Снегг напрягся. Его лицо стало ещё более каменным, а глаза застыли в внимательном взгляде. Он наклонился и скрестил руки на груди. — Это был глупый поступок, я сказал тебе о нем сразу… но ты все равно пошла туда и сделала все сама. — Злишься? — она аккуратно подбирала правильные слова. — Нет, не злюсь. По крайней мере уже. Хотя признаться честно, я был бы рад его смерти. Но он дорог тебе. От чего следует вывод, что я рад, что ты спасла его, — признался Северус. — Почему ты его так ненавидишь? — Пусть тебе лучше отец расскажет… — Так расскажи. Ты тоже мой отец. — Это непростая тема, Ария, — произнёс он тихо. — Ты понимаешь, что многие люди имеют о нём разные мнения? Ария кивнула, чувствуя, как внутри неё поднимается волна эмоций. Она знала о репутации Сириуса — о том, как его считали предателем и преступником. Но для неё он оставался частью её истории. — Я знаю, что он был осуждён за преступления, которые не совершал, — продолжила она. — Но я хочу понять его лучше. Я хочу знать правду. Снегг вздохнул, он колебался, прежде чем ответить. — Твой отец… Великий Сириус Блэк — сложная личность. Он верный друг для своих друзей, это его и погубило. Также как и наши с ним отношения. Ария почувствовала, как её сердце сжимается от боли. — Расскажи мне все, как видишь ты. Пожалуйста! — воскликнула она, не в силах сдержать эмоции. — Я хочу знать настоящую историю! Выражение лица профессора стало мягче. — Я понимаю твою жажду правды, Ария. Но учти: иногда правда может быть горькой. Ты готова принять ту реальность, которая может оказаться далеко от идеала? Она кивнула, полная решимости. Её желание узнать больше было сильнее страха перед теми истинами, которые могли открыть перед ней. — Да, я готова. Пожалуйста, расскажи мне. Снегг взял паузу, а затем начал рассказывать о том времени, когда он и Сириус были студентами Хогвартса. Ария сидела за столом, её сердце колотилось от волнения, когда Северус продолжал рассказывать о прошлом, о том, что скрыто за завесой времени. В его голосе звучала тяжесть воспоминаний, и она чувствовала, как каждое слово проникает в её душу. Но вдруг что-то заставило её насторожиться — ей показалось, что за дверью кто-то стоит. Она замерла, прислушиваясь. Тишина вокруг была такой напряженной, что даже шорох её одежды казался громким. Ария обернулась к двери, её инстинкты подсказывали ей, что они не одни. Словно кто-то невидимый наблюдал за ними, внимая их разговору. — Профессор, — произнесла она, прерывая поток его слов, прикладывая указательный палец к губам. Снегг на мгновение замер, его глаза стали более настороженными. Он медленно покачал головой. — Неправдоподобно, Ария. Но её внутренний голос говорил иначе. Она встала и направилась к двери, решив проверить. Сердце стучало в груди, когда она потянула ручку и открыла дверь. На коридоре не было никого. Только тишина и слабый свет, пробивающийся из окон Хогвартса. Ария выглянула налево и направо, но никто не появился из теней. Она почувствовала лёгкое разочарование и одновременно облегчение. Может быть, это всего лишь её воображение? Может быть, страх перед правдой заставил её увидеть то, чего не было? Она вернулась к столу и села обратно. Снегг смотрел на неё с легким недоумением. — Всё в порядке? — спросил он. — Да… просто мне показалось, что кто-то стоит за дверью, — призналась она, стараясь скрыть своё беспокойство. Снегг кивнул, но в его взгляде читалась осторожность. Он знал, как важны тайны в их мире, и как легко они могут стать известными. Ария вновь погрузилась в разговор, но ощущение присутствия кого-то за дверью не покидало её. Она не могла избавиться от мысли, что тайна их разговора и её происхождения могла оказаться не такой уж безопасной. И как оказалось, она была права. На следующее утро весь Хогвартс гудел о том, что у легендарного убийцы Сириуса Блэка есть дочь.