Творец призмы

***

Тем вечером вместо того, чтобы делать уроки, Ария уснула. И снова проснулась после ужасного сна. Она больше не могла так жить. Зелья от сновидений больше не помогали, она спала под ними почти полгода. Она быстро собралась и вылетела из гостиной, убедившись, что этим вечером Снегг не занимается с Гарри. Ария, полная эмоций и решимости, влетела в кабинет Снегга, не удосужившись постучать. Дверь распахнулась с глухим стуком, и она, словно ураган, ворвалась в темное помещение, где царила атмосфера напряженности и строгости. В воздухе витал запах зельев и свежезаваренного кофе, а стены были увешаны полками с банками, наполненными странными ингредиентами. Снегг, стоявший за своим столом и внимательно изучав какие-то записи, резко обернулся, его темные глаза сверкнули от неожиданности. Он был готов к любым пререканиям, но не к тому, что его кабинет будет захвачен так внезапно. Ария не могла сдержать своих чувств. Она бросилась к нему, обняв его за плечи, словно искала опору в этом хаотичном мире. Её сердце колотилось от волнения, а голос дрожал от эмоций: — Профессор! Я не могла больше ждать! Снегг на мгновение застыл, его лицо стало каменным. Он не привык к таким проявлениям эмоций со стороны дочери, и его реакция была мгновенно строгой. — Ария, что происходит? — произнес он с легким волнением. Она почувствовала, как его плечи напряглись под её руками, но продолжала держать его взгляд. — Мне нужно сказать тебе кое-что важное! — выпалила она, не в силах сдержать поток слов. Снегг медленно выдохнул, и его выражение лица смягчилось. Он понимал, что волнение Арии не просто каприз юной девушки. В её глазах читалась настоящая тревога. — Пожалуйста, успокойся и расскажи всё по порядку, — сказал он, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. Ария отстранилась на шаг, но всё ещё держала его взгляд. Она собрала свои мысли и начала говорить о своих страхах и предчувствиях, зная, что сейчас ей нужна именно его поддержка. Блэк рассказала все. Все о странных снах. Всё о рассказе отца о матери. Всё в малейших деталях, какие они запомнила, и старалась ничего не упустить из виду. Рука Снегга лежала на её руке и крепко сжимала. Дверь кабинета со стуком распахнулась, и внутрь влетел Драко Малфой. — Профессор Снегг, сэр… ох, извините… Малфой с удивлением переводил взгляд со Снегга на Арию. Её лицо было заплаканным и сердце слизеринца почему-то сжалось. Ему хотелось помочь ей, утешить, спросить, что случилось. Но он ничего не смог сказать, смотрел лишь на скованные вместе их руки. — Ничего, Драко, — сказал Снегг, опуская руку дочери. — Ария интересовалась одним зельем, мы обсуждали это. — Я не знал, — сказал он, ядовито скалясь, и Ария почувствовала, как у него запылали щеки. Она все ещё постоянно думала о том поцелуе в шкафу. Блэк только сейчас, увидев Драко, поняла, как часто начала о нем думать. И совсем не в том ключе, как раньше. — Ну, Драко, так в чем же дело? — спросил Снегг. — Профессору Амбридж нужна ваша помощь, сэр, — сказал Малфой. — Они нашли Монтегю, сэр, — кто-то засунул его в туалет на пятом этаже. — Монтегю сказал, кто это был? — осведомился Снегг. — Нет, сэр, у него вроде как в голове помутилось. — Ну что ж, очень жаль, Ария, — сказал Снегг. — Придется нам перенести занятие на другой вечер. Он повернулся и вышел из кабинета. Прежде чем двинуться следом, Малфой за его спиной тихо произнес: — А ты молодец, Эванс… быстро.

***

Единственный человек, кому Гарри рассказал, что случайно увидел в воспоминания Снегга: как Джеймс и Сириус всю жизнь издевались над Снеггом — была Ария. Он знал, что такое мог доверить только дочери заклятых врагов, и он знал, что она поймёт те чувства, что испытал он сам. — Издевались? Но как это возможно? Гарри кивнул, его голос стал более серьезным. — Я тоже не мог в это поверить. Но в воспоминаниях я увидел, как твой отец… и мой часто смеялись над Снеггом. Они дразнили его, унижали. Это было очень больно для него. Ария замерла, её лицо изменилось — на нём отразились шок и недоумение. — Но… это не может быть правдой! Он всегда казался таким сильным и уверенным! — Да, — сказал Гарри, стараясь быть максимально честным. — Но даже самые сильные люди могут испытывать боль. Я никогда не думал о нём так раньше… Но когда я увидел эти воспоминания, я понял, насколько жестокими могли быть наши родители. Ария опустила голову, её мысли метались между горечью и недоумением. — Почему они это делали? Почему твой отец не защитил его? А мой? Я ничего не понимаю теперь… Ария стала вспоминать слова Снегга о Сириусе и слова Сириуса о Снегге, и теперь их тайная вражда, точнее, её причина, стала ей яснее. Гарри почувствовал, как внутри него закипает злость на своих родителей и их друзей за их безразличие. — Не знаю. Возможно, они просто не понимали, какой вред наносят. В то время многие считали, что это нормально — дразнить тех, кто отличается… да и в наше не лучше. Блэк тут же вспомнила Драко. — Но это неправильно! — воскликнула Ария, её голос дрожал от эмоций. — Я не могу поверить… не могу поверить, что мой отец мог делать такое! — Я тоже, — согласился Гарри, чувствуя её боль. Ария подняла взгляд на Гарри, её глаза были полны слёз. Гарри покачал головой. Это было сложно. Сложно осознавать, что люди, которых ты буквально боготворил, могли так жестоко обходится с другим из забавы. — Мы можем поговорить об этом, — предложил Гарри. — Или ты можешь поговорить с Снеггом. Он может рассказать свою сторону истории. Гарри почувствовал облегчение от того, что смог поделиться этой тяжёлой правдой с Арией. Но теперь их обоих мучил другой вопрос, который они произнесли вслух: — А как тогда..? — А как тогда Снегг столько лет мог воспитывать дочь своего врага?.. — Я не знаю, — призналась девушка.

***

Новости о Гроххе, великане, стали для гриффиндорцев ещё одним вопросом, ведь они пообещали Хагриду проследить за ним, если его вдруг снимут с должности преподавателя. Тем вечером, Ария зашла к Снеггу и они обсудили её сны. Снегг уже обзавелся нужной литературой, которую они читали несколько часов. Как оказалось, сны действительно бывают вещими, и предостерегают об опасностях. Обычно таких людей называют провидцами, они могут видеть как одно событие, так и цепочку связанных (или не связанных) друг с другом событий. Видение может быть ясным или расплывчатым. Может сбыться полностью, частично, или не сбыться вообще. Обычно провидцы пользуются столь обтекаемыми фразами, что понять точный смысл весьма затруднительно. Отличительной чертой всех пророчеств является отсутствие точно названных имён. Одним из таких провидцев была Трелони. И только об одной мысли об этом, по коже Арии пробежали мурашки. Она не хотела даже допускать мысли, что она настолько же сумасшедшая. — Нет. Это не твоя ситуация. Эмили не была провидецей. У неё да и по прорицанию было удовлетворительно. Тут что-то другое… — бубнил Снегг себе под нос. — Сны могут иметь глубокий символизм и многослойные значения. Здесь точно что-то иное. Расскажи конкретно, что за комнаты ты видела во сне! — Я видела много шаров. Двери. И комнату с большой аркой. Ты знаешь, оттуда доносился странный шёпот. Словно, сама арка звала меня к себе.

***

Драко Малфой и Пэнси Паркинсон неспешно прогуливались по ухоженным дорожкам Хогвартса, окружённым зелёными деревьями и цветущими кустами. Сумерки пробивались сквозь листву, создавая играющие на земле пятна света. Пэнси с улыбкой обсуждала последние сплетни о своих однокурсниках, её голос звучал мелодично, но Драко, казалось, не слушал. Он смотрел вдаль, в сторону леса, где его мысли блуждали между обязанностями и ожиданиями, которые так давили на него. Пэнси заметила его задумчивый вид и слегка прикусила губу. — Эй, Драко, ты меня слышишь? — спросила она, наклонив голову. Он кивнул, но в его глазах читалась тень беспокойства. Внутри него что-то сжималось, как будто невидимые цепи стягивали его грудь. Он чувствовал, как напряжение нарастает, как будто что-то важное приближалось. Пэнси остановилась и присела на край скамейки, продолжая рассказывать о своих планах на выходные. Но Драко уже не мог сосредоточиться на её словах. Его мысли унесло далеко — он все думал о поцелуи с Арией. Он отторгал любые мысли о ней, словно она была лишь очередной девушкой, с которой он целовался. Но почему-то именно этот поцелуй он запомнил и вспоминал каждый день. Сердце Драко забилось быстрее. Он почувствовал, как внутри него всё сжалось до болезненного состояния. Это было похоже на момент, когда он стоял на краю пропасти, и страх охватывал его. Он внезапно осознал, что не может продолжать эту прогулку с Пэнси, не может притворяться, что всё в порядке. Он не хотел её обременять своими тревогами и сомнениями. — Извини, Пэнс, — произнёс он тихо, стараясь скрыть свою внутреннюю борьбу. Она подняла голову, её лицо отразило недоумение. — Я хочу немного побыть один. Эти слова вырвались из его уст, как будто он освободил себя от тяжёлого груза. Пэнси нахмурилась, но не стала настаивать. Она просто кивнула, и в её глазах появилась искорка обиды. Драко развернулся и пошёл прочь от нее, оставляя одну с её мыслями и вопросами. Его шаги становились всё быстрее; он стремился уйти от этого места, от всех ожиданий и обязанностей. Он пересек несколько поворотов и направился в другую сторону, где деревья стояли высоко и мрачно, как стражи его тайных страхов. Каждый шаг отдавался эхом в его голове, как напоминание о том, что он не может убежать. Внутри него всё ещё сжималось — это было ощущение одиночества и отчаяния. В этом уединении он надеялся найти ответы на свои вопросы и понять, кто он есть на самом деле. Драко остановился, прислонившись спиной к стволу одного из высоких деревьев. Листва над ним шуршала на ветру, создавая мелодичный фон, но он не слышал этого. В его голове раздавался гул мыслей об Арии — о её смеющихся глазах, о том, как она всегда умела заставить его чувствовать себя живым и свободным, несмотря на все остальное. Сердце Драко сжалось так сильно, что ему показалось, будто оно вот-вот разорвётся. Воспоминания о ней накатывали волнами, как морская пена, заполняя его разум. Он вспоминал тот день, когда они впервые встретились — её яркие глаза, который словно пробудил в нём что-то давно забытое. Как они посмотрели друг на друга, и Драко сразу заметил, что она настолько сильно отличалась от его сокурсниц. В тот момент он почувствовал, как мир вокруг стал ярче, а его собственные тревоги на время отступили. Только этого не хватало. Но сейчас, стоя в лесу и глядя на землю, усыпанную опавшими листьями, он понимал, что эти воспоминания были одновременно и источником радости, и тяжёлым бременем. Мысли о том, что она могла бы быть рядом с ним, только усиливали его внутреннюю борьбу. Каждый удар его сердца отзывался в груди, словно напоминание о том, что он не может просто игнорировать свои чувства. Он вспомнил её взгляд — такой полный надежды и веры в лучшее. Это было как остриё ножа, вонзающееся в него. Сжимая кулаки, он закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Внутри него бушевала буря: страх потерять её, пусть она и ненавидит его, страх не оправдать ожидания семьи, страх того, что он не сможет стать тем человеком, которого сам в себе видел. Эти эмоции переплетались в сложный узел, который сжимал его сердце ещё сильнее. Он открыл глаза и посмотрел вверх на ветви деревьев, которые словно обвивали его, создавая ощущение замкнутости. «Почему всё так сложно?» — прошептал он себе. В этот момент ему казалось, что весь мир против него. Он не знал, как справиться с этой внутренней борьбой и как выбраться из тени, которая нависала над его судьбой. Драко стоял, погружённый в свои мысли, когда внезапно его внимание привлекла тень на земле. Он прищурился и наклонился, чтобы лучше рассмотреть. На фоне яркой травы, он увидел неподвижную фигуру. Сердце его забилось быстрее, и тревога мгновенно охватила его. Это была Ария. Она лежала на земле, её волосы раскинулись вокруг неё, словно тёмный водопад, контрастирующий с яркой землей. Лицо было бледным, а губы слегка сжаты, как будто она испытывала боль даже в бессознательном состоянии. Драко подскочил к ней, его чувства переполняли его — от страха до растерянности. Он опустился на колени рядом с ней, стараясь не испугать себя ещё больше. Он осторожно коснулся её плеча, надеясь, что она просто спит. — Ария! — произнёс он тихо, но его голос дрожал от волнения. Не получив ответа, он резко перевёл взгляд на её лицо. Внутри него всё сжалось от ужаса. Она выглядела такой беззащитной, такой далёкой от той жизнерадостной девушки, которую он знал. Драко быстро осмотрелся вокруг. Тропинка был тихой и спокойной, ни одной живой души поблизости, но в его сердце бушевала буря. Он вновь посмотрел на Арию и заметил, как её грудь медленно поднимается и опускается — она была жива, но в каком состоянии? Он чувствовал, как холод пробирает его до костей. Собравшись с мыслями, он начал осторожно трясти её за плечо: — Ария! Проснись! — его голос стал громче, полным отчаяния и тревоги. Он не знал, что произошло — может быть, она упала или потеряла сознание от усталости? В голове у него роились вопросы, но сейчас не было времени на размышления. Он поднял её голову и прижал к себе, стараясь передать тепло своего тела. Её кожа была холодной на ощупь, и это вызывало в нём ещё большее беспокойство. — Пожалуйста, проснись, — прошептал он. — Блять, Эванс, не смей сейчас умирать! Я с тобой ещё не закончил. Я не дам тебе так легко от меня избавиться! Но она молчала. — Блять, ты ещё должна мне, как минимум, одну ссору. Я буду по-прежнему полным дерьмом, который пытается задеть тебя, но не смей пытаться избавиться от меня таким убогим способом! — он аккуратно тряс ее, боясь сделать больно. — Эванс! Очнись уже, Мерлин бы подрал тебя. Ария медленно начала приходить в себя. Тёмная пелена, окутывающая её сознание, постепенно рассеивалась, и она почувствовала, как холодный воздух касается её кожи. Вокруг стояла тишина, лишь лёгкий шёпот ветра нарушал спокойствие леса. Она попыталась открыть глаза, но свет резанул по ним, заставив её снова зажмуриться. Она ощутила тепло рядом с собой и запах земли, смешанный с ароматом свежести. В этот момент её внимание привлекло что-то знакомое — голос. Он звучал где-то далеко, но был полон тревоги: «Очнись уже, Мерлин бы подрал тебя». С трудом открыв глаза, она увидела Драко. Он сидел рядом, его лицо было напряжённым, но он старался выглядеть спокойным. Она заметила, как он отвёл взгляд в сторону, словно искал что-то на земле. Ария почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она попробовала подняться, но слабость сковала её тело. — Малфой? — произнесла она тихо, её голос звучал хрипло и неуверенно. Он внезапно повернулся к ней, и на его лице появилась лёгкая улыбка, но она не смогла скрыть того беспокойства, которое всё ещё отражалось в его глазах. — Ты в порядке? — спросил он, стараясь звучать как можно более спокойно. Она заметила, как он напрягся и поджал губы, словно не хотел показывать своих истинных эмоций. Его поведение удивило её — он будто бы пытался скрыть ту тревогу, с которой она не была знакома. — Я… я не знаю. Что произошло? — произнесла она, стараясь собрать мысли. — Понятия не имею. Валялась тут, помирать собралась, видимо, — он отвёл взгляд в сторону и стал изучать окружающее их пространство, как будто искал ответ на вопрос, который не имел отношения к ним. Ария почувствовала, как внутри неё закралось недоумение. Почему он не говорил о том, как сильно волновался? Почему не признавался в своих чувствах? Она хотела спросить его об этом, но вместо этого просто кивнула и попыталась встать на ноги. Драко помог ей подняться, и их взгляды встретились на мгновение. В его глазах она увидела ту самую искру, которую она уже успела заметить — страх за неё и желание защитить. Но он вновь отвёл взгляд, будто пытаясь скрыть свои настоящие чувства. — Ты должна быть осторожнее, — произнёс он сдержанно, и в его голосе послышалась строгость. Ария почувствовала лёгкое разочарование — она хотела видеть его настоящим, без масок и притворства. Но сейчас он был так далёк от неё. Она сделала шаг вперёд и крепче сжала его руку. — Драко, — произнесла она мягко, но он снова отвёл взгляд, словно не желая углубляться в то, что между ними происходило. Не выдержив напора, он направился обратно, а Ария плелась сзади. Когда они медленно шли в сторону замка, напряжение между ними нарастало, как натянутая струна. Драко был подавлен и взволнован, и его эмоции начали вырываться наружу. Ария, стараясь понять, что произошло, задала ему вопрос, который только подлил масла в огонь. — Почему ты так себя ведёшь? — спросила она, её голос был полон беспокойства. Драко, не сдержавшись, резко ответил: — Ты не понимаешь? Ты рискуешь жизнями ради каких-то глупых идей! Его слова вылетели из уст с такой силой, что Ария отшатнулась. Он вынул из карманах конверт, ради которого она и вышла из замка, её глаза расширились от удивления и боли. Но в этот момент ему было всё равно — гнев переполнял его. — Ты всегда должна быть в центре внимания, всегда стремиться к приключениям! А потом я должен собирать осколки! — продолжал слизеринец, его голос становился всё громче. — Ты думаешь, что это просто игра? Ария, пытаясь сохранить спокойствие, ответила: — Я просто хотела отправить письмо. Но его слова уже вырвались из-под контроля. Он чувствовал себя уязвимым, и это заставляло его нападать. — Или создать ещё одну проблему? Ты не понимаешь, насколько это опасно! Амбридж за каждым следит. А мне второй раз может из-за тебя влететь! — выпалил он, глядя на неё с отчаянием и злостью. Его сердце колотилось в груди, и он понимал, что перегибает палку. Но гнев заполнил его разум, и он не мог остановиться. Слова срывались с языка, как будто сами по себе. Драко, всё ещё охваченный гневом, развернулся и направился к массивным дверям замка. Каждый шаг отдавался в его груди тяжёлым эхом, словно он уносил с собой не только свои слова, но и частичку себя. В голове бурлили мысли, и он не мог избавиться от чувства страха, смешанного с чем-то другим. Но чем дальше он уходил, тем больше осознавал, что его сердце тянется к Арии. Когда он уже почти достиг дверей, что-то внутри него щелкнуло. Он остановился, и его плечи немного опустились. Ветер шевелил волосы, а холодный воздух обжигал лицо. Драко закрыл глаза и глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бурю эмоций внутри. В этот момент он вспомнил её лицо — то, как она смотрела на него с беспокойством, как её голос дрожал от боли. Он понял, что не может оставить всё так, как есть. Его гнев был лишь маской для страха. Собравшись с силами, он резко развернулся и направился обратно к Арии. Сердце колотилось в груди, но теперь это был не гнев. Он увидел её стоящей там, неподвижной, с печальным выражением на лице. Она выглядела такой хрупкой и уязвимой в этот момент. Драко подошёл к ней ближе, его дыхание стало более частым. Все слова, которые он хотел сказать, застряли у него в горле. Вместо этого он просто посмотрел ей в глаза — в её глубокие, полные эмоций глаза. Время словно остановилось. И тогда он почувствовал, как его сердце наполнилось решимостью. Он наклонился к ней, его губы встретились с её губами в нежном поцелуе. Это был поцелуй, который говорил больше, чем любые слова: о прощении, о страхах и надеждах. Он чувствовал тепло её тела и нежность её реакции, как будто весь мир вокруг них растворился. Ария ответила на поцелуй с такой же искренностью — она обняла его за шею, прижимаясь ближе. — Ты дура… — прошептал он, прерывая поцелуй.

После Снегга Ария шла по узким, извивающимся улочкам Хогвартса, направляясь к совятне. Солнце уже начинало садиться, окрашивая небо в теплые оттенки розового и золотого. Легкий ветерок шевелил ее волосы, и она чувствовала себя взволнованной, ведь это было важное письмо для ее отца. Она хотела рассказать ему о сне и попросить не покидать дом. Ни при каких условиях. По мере того как Ария приближалась к совятне, воздух вокруг неё начал меняться. Он стал тяжелым, как будто атмосферу наполнили невидимые волны энергии. Ария остановилась на мгновение, оглядываясь вокруг. Все казалось нормальным, но внутри неё нарастало странное беспокойство. Внезапно перед её глазами начали появляться образы. Сначала они были размытыми, но вскоре стали четче. Она увидела размытый силуэт, стоящего в темном лесу, его лицо искажено тревогой. Он искал кого-то, его руки были напряжены, а глаза полны страха. Гриффиндорка почувствовала, как сердце забилось быстрее — это было не просто видение, это было предостережение. Ты должна это исправить. Затем образы стали меняться. Она увидела тени, движущиеся между деревьями, и слышала шепоты, которые вызывали у неё мурашки по коже. Ария попыталась крикнуть, но звук застрял в горле. Её охватило чувство безысходности — она не могла помочь, как и не могла понять, что происходит. В этот момент мир вокруг неё начал расплываться. Стены зданий Хогвартса потемнели, а звуки исчезли, оставив только глухое эхо. Блэк почувствовала, как её ноги подгибаются, и прежде чем она успела осознать происходящее, всё вокруг погрузилось в темноту. Она потеряла сознание прямо на улице, её тело упало на холодную землю, а её письмо выскользнуло из рук и приземлилось рядом. В этот момент мир снова стал тихим и спокойным, как будто ничего не произошло. Но в глубине души Ария знала: это видение было важным и предвещало что-то ужасное. — Это такое признание, что я тебе все-таки нравлюсь? — язвительно спросила Ария. — Ты мне не нравишься, Эванс! — выпалил Драко и прижал только что доставший конверт из кармана ей к груди, и окончательно ушёл в замок. Внутри Эванс что-то в очередной раз сжалось. Будь ты проклят, Малфой! С раной на душе она все-таки развернулась и направилась на совятню, чтобы наконец отправить это несчастное письмо.