Fons in speculis

Нова смотрела вслед уходящей Веспер, ошеломлённая, злая и парализованная от боли. Она чувствовала, как мир вокруг неё рушится, как каждый кирпич её жизни падает, оставляя только груду обломков и остатков надежд. Слёзы, которые она старалась удержать так долго, сейчас лились ручьём по её щекам. Придя в комнату, она опустилась на колени, её руки сжались в кулаки, ногти впивались в ладони, ее грудь вздымалась от рыданий. Нова нашла в себе силы встать и начала собирать вещи, хотя каждая деталь её окружения дышала воспоминаниями о времени, проведённом с Веспер. Каждый объект в комнате, каждая вещь, казалось, вопила её имя, напоминая о том, что теперь всё это — лишь призраки прошлого, которые не позволят ей забыть о Веспер. Она остановилась у окна, посмотрела на светлое небо, ища там хоть какой-то ответ или утешение. Но всё, что она видела, это тучи, в которых не было проблеска солнца, только пустота, отражающая её собственные чувства. На следующий день Нова продолжила упаковывать свои скромные вещички в рюкзак. Её мысли метались, стараясь найти выход. Но каждый раз из их хаоса возникала неизбежная истина — сегодня она действительно уедет. Нова сидела на краю постели, рюкзак уже был наполовину заполнен — книги, некоторые личные вещи. Комната тихо наполнилась дневными звуками: из открытого окна доносился шёпот ветра и легкий гул городских улиц. Оникс появилась на пороге, её лицо отражало недоумение и печаль. Она медленно подошла к ней, словно не желая нарушать тишину, которая окутала их в этот момент. Нова подняла взгляд, и их глаза встретились. В её глазах она читала то, что не могла произнести сама: вопрос «почему?» и неподдельное беспокойство. — Ты уходишь, — произнесла Оникс, её голос был тихим, почти сокровенным. Нова кивнула, не в силах произнести ни слова. Боль оказалась слишком сильной, и горло перехватило от эмоций. — Я должна... — наконец, выдавила из себя Нова. — Я не могу оставаться здесь. Оникс шагнула ближе, её руки сделались тёплыми и уверенными, когда она коснулась её плеча. Нова почувствовала, как будто взорвалась искра, но с ней пришло и осознание того, что это может быть их последняя встреча. — Ты всегда будешь частью моей жизни, — сказал кошка, искренность переполняла её голос. — Я не хочу, чтобы ты уезжала, но не могу ничего сделать. Она встала и обняла её, крепко сжимая в своих объятиях, как будто пытаясь навсегда запомнить её тепло. — Я буду скучать по тебе, Оникс... — прошептала она, зарывшись лицом в её плечо. — Обещай, что не забудешь меня. — Никогда не забуду, — ответила она, и её сердце наполнилось горьким чувством. — Я надеюсь, ты вернёшься. Когда они расстались, Нова осталась стоять на месте ещё несколько мгновений, а потом выпустила из рук рюкзак, который ловко перекинулся на одно плечо. Она стояла на пороге, ещё раз взглянув на пустую комнату, прежде чем закрыть дверь за собой. В её сердце глухо стучала мысль: "Это был мой дом". Без долгих прощаний и лишних слов Нова покинула квартиру, не оборачиваясь. Впереди её ждали неведомые дороги, но она знала одно: без Веспер внутри неё будет пустота, которую никому не удастся заполнить. Ее уже ожидала Беа. Она должна была сопроводить Нову в ее личную тюрьму.