wildflower

Больше всего я хочу прийти к тебе и лечь рядом. И знать, что у нас есть завтра.

Ручка звонко отстукивала ритмы по столу, время от времени останавливаясь, чтоб совершить рывок к более значительному звуку. От посторонних шорохов вне сон никак не шел и состояние девушки явно было чем—то средним меж полноценным отдыхом и раздражительной симметричностью. — Ну нет, мы не можем сделать это так, — старшая наконец борется с предметом для письма и тот отскакивает прямиком под ноги, — ну это ужас какой—то, Вик! — раздражение Маши можно было руками потрогать и в горстку смахнуть. Две представительницы прекрасного пола команды уже битые вторые сутки провели в квартире Марпл за подготовкой контента к TI. Если быть честным человеком основная работа была на хрупких плечах темноволосой, Кравченко лишь сделала раскадровку для видео и то не совсем четкую, но для дальнейшей обработки самое то. Тонкие линии активно двигались на белом полотне экрана ноутбука, то и дело возвращаясь на кадр, чтоб лучше понять насколько корректно тот подходит к придуманным сюжетам на распечатке. Слух теперь начинает раздражать клацанье мыши, что так яро отскакивает от стен светлой комнатушки. Наконец открывая свои глаза, тонкие руки увешанные россыпью браслетов уперлись в мягкую обивку дивана, давая опору для подъема. Сон сняло моментально, поэтому заставило подняться с нагретой поверхности. Запара в медиа отделе валилась с такой силой, что младшей стало жаль и она самостоятельно вызвалась на помощь хотя бы в чем—то. Скоро дача у одного состава и более масштабное событие у другого. Тут только и гляди в оба, чтоб хотя бы дышать успевать. Да и быть честной — много всего произошло, что хотелось бы заглушить временно и перебить занятостью. Холод медленно начал красться по городу, заставляя таскать на своем теле не совсем те вещи, которые хотелось бы. Хлопковая кофта совсем не грела, но служила верно последние недели, что пришлось провести в суматохе, а там еще и учёба скоро, гляди совсем загнуться можно. — Кстати, — Маша, сделав два размашистых шага от кухонной столешницы начала активно искать что—то в сумке, наконец натыкаясь на небольшую квадратную карту, — специально вам, Виктория, пропуск персонала привязанного к команде. Женщина сделала движение похожее на шуточный реверанс, протягивая заветный кусок материала благодаря которому художница имела власть, хоть и самую малость, на пространстве и возможности в свободе перемещения. — Подожди, — растерянность промелькнула в голосе, — вы все же заплатили за него? это ведь дополнительное место, мне нужно отдать деньги, — поднимаясь на ноги, младшая юркнула у своей вещице в поисках денег. Для неё уже давно не было секретом, что для таких работников как она доступ запрещен, только конечно если организация не забьет дополнительно место за деньги. По этой схеме часто посещали турниры те, кто работал с медиа контентом для каналов. Она была готова к тому, что ей скажут о простых местах и этого было бы больше, чем достаточно, но ребята видно были заинтересованы в том, чтоб девушка увидела всю систему изнутри, а не как зритель с дивана. — Не стоит, — всовывая заветный кусок ‘власти’ в ладони, — тем более не организация платила, мне не отдавай, — уж больно сильно заговорчески звучал голос, заставляя растерянно поднять свой взор на темноволосую. — Я все отдам, не беспокойся, — лепет прозвучал почти что одновременно прозвучал и когда до мозга дошел смысл того, что было перебито все совсем запуталось в клубок, — стоп, подожди, — глаза все так же в непонятном вальсе бегали от ладоней в цепкой хватки до человека напротив, — а кто тогда? Заразительный смех разнесся по помещению, заставляя сделать шаг назад покачивая корпус и впиваясь лопатками в столешницу. Женщина будто правда считала этот вопрос настолько глупым, что не могла остановиться в потоке своих эмоций, то и дело поправляя очки для работы, что слишком настойчиво норовили сбежать с округлого лица. Брови подозрительно заговорчески извились в движении, а ей на секунду стало настолько стыдно, что от осознания ситуации щеки вовсю залились краской. Пунцовый оттенок покрыл и уши, что выглядывали из под отросших красных волос, что были совсем необдуманно окрашенными. — Знаешь, я конечно не хочу в сотый раз лезть в это, — совсем по родительски начала, замечая, что собеседница хлопает себя по овалу пытаясь согнать предательский пигмент на коже, — но я знаю его намного дольше тебя и все явно не просто так. Подмигнув все еще растерянной девушке, Маша потянулась к чайнику начиная постукивать стеклом чашек. — Ну все, отмирай, еще успеешь мне потом сказать, что я с самого начала все знала.

***

две недели назад

Сербия, аэропорт.

01:43

Большое количество людей, словно муравьи то и дело струятся от дверей, что—то активно обсуждая друг с другом и жестикулируя при каждой возможности. У всех свои жизни, заботы и проблемы, поэтому заметить девушку, что устало оперевшись и попивая наверное третью емкость кофе за этот день, было почти что невозможно. Настроение было на нуле и это никак не могла решить доза крепкого напитка, даже если очень даже вкусного. На часах уже почти второй час ночи, а количество тушь в помещении меньше не становилось, создавая ощущение, что все в один момент решили покинуть страну. Еще буквально пару часов назад Виктория сидела в удобном кресле, выслушивая грандиозные идеи и мысли сотрудников офиса иногда высказывая и свое мнение. Только вот не задача была разболтать всем, что получила права, но опыта набрать нет возможности. «сама напросилась.» Довольное лицо Евгения передавшего ей ключи прямо в ладони с торжественным нужно было видеть: — Чтоб вернула мне в целостности и сохранности, а то я договорюсь в сокращении зарплаты. — получив пинок от своей жены, мужчина все же расплылся в улыбке и вскинул руки сопротивляясь. В такие моменты, быть честной, Кравченко чувствовала себя самым счастливым человеком на свете. Атмосфера в коллективе всегда была теплой, словно пуховый плед, дарила лишь положительные эмоции и яркое желание работать. Будучи самой младшей, из тех кто занимался внутренней работой естественно, она ощущала поддержку и таяла от факта опоры. Любой подставит тебе плечо если потребуется — ты теперь часть семьи, а в ней все стоят горой друг за друга. Жаль настоящие родственники никогда не могли этим похвастаться. Постукивая по экрану телефона новым маникюром, она поправила очки на переносице и в спешке напечатала сообщение Борису. Воробьев держался стойко в их вчерашнем разговоре, но было видно что эмоционально все же просел после разгрома на Кёльне. И если о его состояние девушка смогла узнать, то Мирослав которому она написала — молчал, хоть в сети и мелькал. Отчего-то Кравченко забеспокоилась, что обидела его чем—то или еще хуже он слишком разбит, что не хочет идти на диалог. «Уж лучше обидела.» Да и в любом случае, он не был обязан отчитываться ей о своем внутреннем самочувствие. Если светловолосый сам шел на контакт и проявлял свой интерес в общение, даже пару раз звал гулять и выстроил максимально дружеские взаимоотношения в которых прислать мем по какому—то аниме было обычным утром вторника, то Плахотя был абсолютно противоположным. Она не могла понять намерено ли он иногда отвечает настолько холодно или просто по своей натуре, но в такие моменты ей было стыдно писать первой. Тогда шаг делал он, мог отправить сообщение и поинтересоваться как её состояние когда она отсутствовала на съемке хотя была приглашена, о чем был новый пост на платформе «X» или же просто вкинуть что—то и снова затихнуть. Мирослав — море, что меняет течение и не дает точных гарантий о своем следующем поведении и действиях. И признаться себе от этого становилось в разы интереснее. Будто игра в шахматы, каждый делает шаг своей фигурой и выжидает, но каковы гарантии, что король свергнет королеву полностью подчинив? — Вик! — знакомый голос выбил летавшую в своих мыслях художницу и та чуть не выронила устройство совместно с кофе прямиком на пол, — решила подменить? — вопрос прозвучал уже совсем рядом и увидев еще больше лиц, что уже отпечатались в памяти, она сделала шаг вперед, пытаясь выдавить улыбку. Из всех присутствующих крепче всего держался Александр, он и был тем кто окликнул её и скорее заметил в толпе. Лица остальных были опущены и выглядели не лучшим образом. Даня устало держал в своих ладонях наушники то и дело смотря на них и совсем не обращая внимания на окружение. Дима и Леня шли сзади с чемоданами и хоть и не смотрелись настолько расстроено все же имели синяки под глазами. Боря единственный одарил немного рассредоточенную младшую легким движением уст вверх, придавая спокойствия. Выдыхая через нос горячий воздух, она снова окинула всех взглядом. Почти все. Почти. Будто читая мысли напротив стоящей, психолог наклонился в понимающем кивке: — отошел, сказал догонит. Одобрительно мотнув головой, больше для самой себя она двинулась за группой к выходу, уже прикидывая кто именно может с ней поехать. Понятное дело все в небольшую машину не влезут, часть будут добираться на такси. Прохладный воздух ударил потоком сразу как раздвижные стекла открыли путь к стоянке, темнота окутала, но не завлекла полностью под светом фонарей. Капитан сразу же потянулся к мобильному устройству для вызова транспорта: — Вызовем одну, так быстрее для всех, — осмотревший и оценив собравшуюся компанию, — младшие едут с Викторией, это явно быстрее и надежнее. Все кто предварительно подходили под отцовское ‘младшие’ утвердительно кивнули, а девушка поспешила открыть багажник и помочь уставшим киберспорстменам в погрузке. Даня выглядел настолько сонно, что аккуратно коснувшись его ладони, старшая наклонилась к нему: — Садись, пока ждём сможешь отдохнуть на сидении. Тот благодарительно кивнул в ответ, прощаясь и залезая на задние места. К моменту когда в кругу успели выкурить по две сигареты а на табло ‘ваше такси скоро прибудет к месту назначения’ высокая фигура наконец показалась на горизонте. Мирослав был в привычной для неё кофте, все внимание парня находилось в электронном устройстве где он что—то быстро печатал. Растерянный взгляд устремился прямо и юноша выглядел так, будто впервые увидел её. — Привет, — едва смог выдавить удивленный голос. «А надо было читать мои сообщения.» Заговорчески прозвучало где—то в мыслях, а Виктория лишь кивнула на приветствие. — Наше такси почти тут, можете ехать, — Влад, что до этого стоял крепко вцепившись в чемодан и лишь изредка что—то говорил, наконец оживился, — чтоб каждый написал как будет дома.

Сербия.

04:32

Когда Виктория кажется изучила еще больше новых улиц города в машине осталось всего двое, она и Мирослав, что согласился с участью человека, которого завезут домой последнего и устало склонил голово на стекло. — Ты в порядке? — вопрос прозвучал настолько неожиданно, что на секунду ей показалось руль выскользнет из под ладоней. — Мне кажется из нас двоих этот вопрос должна была озвучить я, — улыбка впервые за эту долгую ночь выглядела искренней, — как будто нужно сменить места. Смешок вырвался из губ юноши и он наконец полностью повернулся к собеседнице, наблюдая как та уверенно смотрится за рулем автомобиля. Все же зачетку по вождению ей подписали не за красивые глазки и похвастаться зарубежными правами мог далеко не каждый приезжий. Особенно тот который не пользовался языком в разговорном ключе настолько активно, чтоб тот звучал как родной. Музыка приглушенно звучала из динамиков, композиция the weekend приятно грела слух, расслабляя. — Уверена, что хочешь довести меня? — и сразу же поправил свои же слова, — Ты уставшая, это не вопрос а факт. — Есть другие предложения? — дорога виднелась впереди и на горизонте вот вот и знакомый перекресток, на котором им уже доводилось расставаться, — я обещала капитану что довезу вас всех в целости и сохранности. — Доедем до тебя, а там разберёмся, — голос звучал утвердительно и на спор не хватало ни желания ни сил.

Сербия.

04:59

— Спасибо, — чемодан, что стоял рядом с двумя молодыми людьми, служил парню опорой, что поддерживала корпус. Спать хотелось невыносимо и по тому насколько вялый вид имел Мирослав, явно не только ей одной. — Может переночуешь у меня? — предложение вылетело настолько необдуманно для самой себя, что захотелось ударить себя чем—то тяжелым, а лучше сразу конкретно приложить кирпичем. Сразу вспомнилось как ужасно выглядит её квартира когда она оставила ту с утра, чашка с холодным чаем на столе, хаотично откинутый плед на диване и пыльный шкаф в прихожей. Но кто она такая чтобы отступить словно крыса с тонущего корабля? И Плахотя снова удивляет её словно впервые — соглашается. Виктория уверенна, что однажды его слова потопят её окончательно, разрушат и разорвут своей неожиданностью. Но не сейчас когда он устало засыпает на её диване, открыто рассказывая ей перед этим что устал и морщась во сне бормочет что—то себе под нос. На удивление — девушка не получила отказ. Зато получила сто один вопрос от Маши, что приехала утром чтобы забрать машину и обнаружила игрока их команды прямиком на просторном диване своей коллеги.