Пять способов стать "хорошим" братом

***

      Колючие снежинки падали с неба, окутывая улицы города тонким белым одеялом. Шел первый снег. По улице шагали две беззаботные девушки, которые учились свой последний год в школе. Сегодня Анне исполнилось семнадцать лет. Такое странное чувство, вроде как ты еще беззаботный подросток со своими проблемами, особенными взглядами на жизнь и принципами… ты думаешь, что уже всё понимаешь и осознаешь. Знаешь, как устроен мир, как поступать, относиться ко всему, принимать решения. И вот до взрослой жизни буквально рукой дотянуться, она пугает своим туманным будущим, но при этом манит. Всего один год, и ты уже не просто беззаботный подросток, а самый настоящий, сформированный человек, который уже вправе принимать взрослые решения, например: переезжать, работать, учиться, где пожелаешь, голосовать на выборах, ездить за границу, заключать брак, покупать алкоголь. Да, семнадцать лет — это определенно странный возраст, последний год беззаботного детства на грани с суровым, неизбежным взрослением. Все эти мысли свалились неожиданно, словно снежный ком, грядущий перед Новым годом. — Эй, чего взгрустнула? — вырвала из размышлений именинницу подруга. Оля плелась рядом, стараясь сохранять равновесие на своих каблуках, которые пришлись не кстати с такой погодой. — Мы же классно отметили, я прям уверена, что ты приглянулась Максу! — Что? А, Макс… прости, а кто это? — недоумевая, спросила брюнетка, пряча руки в карманы. От городских фонарей исходило приятное теплое свечение, которое очень красиво подсвечивало пролетающие хлопья снега. — Тот тип, что позвал нас на хату, — сведя брови, медленно проговорила Новикова. — А, точно. Прости, но твой Максик явно не в моем вкусе, иначе я бы его запомнила, — усмехнулась она, снимая телефон с блокировки. — Но тортик был чудо, спасибо тебе. — Да ладно, не стоит, — блондинка наклонилась ближе и продолжила шепотом, прикрывая рот рукой, будто ее кто-то мог услышать. — На самом деле я очень старалась, столько выброшенных коржей ты в жизни не видела!       Девушки, не стесняясь пустой вечерней улицы, тут же захихикали. Одно радовало: несмотря на холодную погоду, градус в крови неплохо обогревал изнутри. Аня пролистала телеграм с поздравлениями, а затем быстро убрала телефон в карман куртки. Новикова заметила это движение и не смогла оставить его без внимания, решив зайти издалека. — Что загадала? — А ничего, что если рассказать, то не сбудется? — Да брось! Типа ты у нас вся такая суеверная, ну-ну. Расскажи, ничего не будет. — Не хочу, говорю же, не сбудется!       Новикова обиженно вздохнула, закатывая глаза. Тем временем Ане пришло сообщение, она мигом достала телефон из кармана и просмотрела уведомление, но тут же поменялась в лице и убрала мобильный обратно. — Кто написал? — спросила светловолосая, стараясь не отставать от подруги. — Доставка суши, дарят промокод, — флегматично ответила кудрявая, зарываясь носом в шарф. — Ань, я, кажется, знаю, в чем дело. Ты все еще сохнешь по Дане, да? — Что? — с неприязнью возразила она, оборачиваясь, но поняв, что реакция неподходящая, заулыбалась и выдавила нервный смешок. — А с чего ты вообще взяла, что мне этот придурок нравится?       Оля неловко поджала губы и усмехнулась. — Тут как бы не надо быть Шерлоком, у тебя на лице все написано. Ждала от него поздравлений?       Енина обернулась и продолжила идти. Оля пошла за ней следом. — Да, и? — после недолгой паузы выдала зеленоглазая, ловя небольшую дрожь от холода. — Не мучай себя, просто забудь его и удали все фотки, начни хотя бы с этого. Я вот, например, так и сделала. — Помогло? — Не-а, мы с Сашей все равно сошлись. Ладно, плохой пример… но у нас другая ситуация. А Даня типа знать не знает, что ты втрескалась. — Да ничего я не… как ты сказала? Короче, плевать, он все равно меня ненавидит. — Ну, как знаешь, — решив не развивать эту тему, Оля усмехнулась и медленно остановилась. — Сама дойдешь или проводить?       Аня оглянулась, они уже успели дойти до развилки. Ей прямо, а подруге направо. — Не парься, тут две минуты пешком. Завтра я, наверное, дома останусь, ты же не против? — А, то есть смотреть «Один дома» со мной уже не вайб? — Ненавижу этот фильм, каждый год в ленте… — Ну ладно, ты как обычно, блин. — Да-да… знаю, но если что я напишу в районе обеда, ладно? — Оки, пока! — Пока.       Слегка шатаясь от выпитого, одиннадцатиклассница внутри обрадовалась, что подруга решила не развивать дальше эту неприятную до дрожи тему. В своих размышлениях она едва заметила, как вплотную подошла к воротам дома. Недолго потупив у входа, Енина помотала головой, дабы отрезветь, но вышло довольно скверно. Аня взяла себя в руки и осторожно прокралась на задний двор. В окнах Виктории Сергеевны и Владимира свет уже не горел, а значит, ее план сработал. С широкой улыбкой девушка подошла к своему окну и тут же спустилась с небес на землю. Побег не задался, заблаговременно захлопнутое окно примерзло. Спустя пару безуспешных попыток она отбросила найденную в саду палку, которую пыталась использовать в качестве рычага, и потянулась за ключами. Придется воспользоваться планом Б. Она довольно долго была примерной девочкой, но в позднее время должна быть как штык дома. Мысли о нотациях явно не грели душу, но вариантов больше не было. Подойдя ко входной двери и вставив ключ, Аня несколько раз пыталась открыть, но быстро поняла — дверь закрыта изнутри.       *Наверное, они не заметили, что меня нет, и закрылись, пиздец.*       Енина хмыкнула и убрала ключи в карман, тут же чувствуя вибрацию телефона. На этот раз поздравление прислал какой-то бот. Холод придавал трезвости, но недостаточной для того, чтобы не открыть старую переписку. Она снова перечитывает все сообщения, облокотившись о стену дома. Подруга была права, в этом году задутая свеча была желанием о ком-то конкретном. У него рыжие волосы, красивая улыбка, взбалмошный характер и красивые небесно-голубые глаза. Невольно по щеке Ани прокатилась горячая, контрастная на фоне холода, неуместная слезинка.       С того времени многое изменилось, Виктория нашла для дочери хорошего психолога, с которым Енина уже успела проработать многое, включая ночные кошмары. Та самая обидчица Ульяна перевелась в другую школу из-за переезда родителей. Оля вновь сошлась с Сашей. А Сашу отчислили из универа на пару с Даней и Аней. И если именинница знала хотя бы приблизительную судьбу Панкрашева и Дерёминой, которая также переехала в соседний город, то про Кашина не знала ничего, от слова совсем. На его биографии расположилось огромное черное пятно с вопросительным знаком. Все его мессенджеры и аккаунты стали приватными, Саша ничего не говорит, а Владимир, сколько бы ни пытался, не может связаться с сыном. Он очень быстро понял, что переборщил, в сердцах сказал то, что не должен был, но было уже поздно — нить оборвалась, связь была утеряна. Осев на холодное крыльцо, Аня горько улыбнулась и продолжила читать переписку, пока ее пьяный мозг не подкинул очередную рисковую идею.       little.nightmares: привет, хочу поговорить. скинь свой адрес.       Сообщение было на удивление быстро прочитано, но собеседник долго не отправлял ответ. Анне оставалось только гадать, почему ее еще не кинули в чс и не снесли переписку, но в данный момент все, чего ей хотелось, — это получить долгожданный ответ. Она для себя решила, что прошло довольно много времени, чуть больше полугода, если быть точнее. И если не попробуешь рискнуть, то точно не узнаешь, что из этого могло бы выйти. В худшем случае он ее пошлет и заблокирует, а в лучшем…       neel: ул. **** дом 21, квартира 19. У тебя час. — Серьезно, блять? Он угарает? — опомнившись, брюнетка закрыла свой рот рукой и завертела головой по сторонам. Это было слишком громко.       Сказать, что Аня была в шоке, это ничего не сказать. Слить свой адрес фактически бывшей девушке по переписке в одиннадцать вечера за неделю до Нового года — тот еще бред. А вдруг адрес не настоящий? В любом случае стоило проверить. С трудом поднявшись на ноги и едва не потеряв равновесие от выпитого алкоголя, кудрявая вызвала такси и, отойдя от дома на приличное расстояние, закурила сигарету. Да, в трезвом виде она явно не восприняла бы эту идею всерьез, но сейчас… в общем, семнадцать лет — это возраст для глупых и необдуманных поступков, так ведь? В наушниках играл давно забытый трек, который только нагнетал атмосферу. Ехать оказалось прилично, через двадцать минут поездки, которая днем с учетом пробок могла бы выйти во все сорок пять, школьница рассчиталась с пожилым, но молчаливым водителем и подошла к нужному подъезду, который оказался угловым. На табличке как раз был заветный номер квартиры. Значит ли это, что ее не обманывают? Нет. Но проверить стоило, ведь эта мысль, давно засевшая в пьяной голове Ани, буквально все это время рвалась наружу. Раз уж она не имеет возможности написать брату с основного аккаунта, то не воспользоваться дополнительным просто грех. Да, она своим появлением раскроет очередной секрет, да, без заготовленной речи, но Енина искренне верит, что оно того стоит.       Из тени двора появилась торопливая женщина с пакетами, которая наверняка спешила после смены домой, дабы накормить семью ужином. Аня вежливо поздоровалась и отошла в сторону, пуская жительницу дома открыть подъезд, затем прошла следом. Молча пропустив женщину в лифт, Енина приняла решение идти пешком по лестнице, ведь какой этаж, она не знала наверняка, а грузить сейчас мысли подсчетами явно не входило в ее планы. Доковыляв до шестого, брюнетка увидела заветное число и, облокотившись о колени, принялась хватать ртом воздух. Внезапно ее одолело чувство легкой тошноты, то ли от количества выпитого, то ли от нервов. Одно она понимала наверняка — пора бы уже бросить курить, эта одышка совсем не к месту.       Подойдя к двери, школьница застыла на месте. Что сказать, как объясниться, и как Даня отреагирует на нее?       *Черт, вот же дура, надо было раньше об этом думать….*       Невзирая на животный страх, Аня понимала, что никогда не простит себе то, что, преодолев такой путь, в последний момент решила опустить руки. Эти месяцы многое расставили по своим местам, но в случае с Кашиным это было явно несправедливо. Хотелось все рассказать, помочь, если это возможно, выговориться и, немало важно, — быть услышанной. Она понимала, что никаких теплых отношений явно не сложится, но хотелось получить хотя бы самое простое — прощение, если это, конечно, было возможным. Разум перешагнул страхи, девушка нажала на звонок и тут же прильнула к двери, вслушиваясь в звуки. Лампочка с индикатором движений погасла, в подъезде воцарилась пугающая, непроглядная темнота. Но страшнее этого было то, что внутри квартиры была абсолютная, тотальная тишина. Аня не планировала сдаваться и, позвонив повторно, тут же принялась стучать по металлической двери. Она тарабанила непрерывно минуты две и в полнейшей панике даже не сразу заметила, как замок провернулся и дверь слегка приоткрылась. В подъезде было все также темно, но девушка уже успела привыкнуть к темноте и, встав в узком проеме, увидела знакомое до боли лицо. Это был Даня, слегка заспанный, похудевший, но Даня. Бывший студент, в свою очередь, долго пытался разглядеть лицо внезапной гостьи, пока она не решилась заговорить первой. — Привет!       Рыжеволосый, не меняя скептического выражения лица, по всей видимости, понял, кто пожаловал в гости, и наглым молчаливым образом захлопнул перед ней дверь, но Аня предвидела такой шаг, предусмотрительно подставив ногу. — Ай, да что ж ты…! — заскулила кудрявая, поджимая ногу ближе к себе.       Распахнув дверь вновь, Кашин вздохнул и протер глаза указательным и большим пальцами. — Нахуя ты здесь? — устало спросил он, облокачиваясь о косяк двери. На нем была надета забавная пижама из бело-голубых штанов в вертикальную полоску и такой же принт рубашки. Для идеальной картинки не хватало только мультяшного колпака. — И откуда мои координаты?       Оценив взглядом сводного брата, Аня поняла, что застыла, словно олень на дороге перед светом фар, и, спохватившись, достала из кармана куртки свой смартфон. Слегка трясущимися от волнения руками она молча открыла переписку и протянула телефон Даниле. Он прищурился от яркости, что была так непривычна после темноты подъезда, и, выхватив телефон, принялся листать чат. — Я войду? — не дожидаясь ответа, она приоткрыла дверь и, пользуясь моментом вовлеченности голубоглазого, вошла внутрь. — Нам очень надо поговорить, прошу, просто давай поговорим.       Подняв глаза, он вздохнул и, поджав губы, с явно недовольной гримасой закрыл дверь на ключ изнутри. Сам ключ Кашин тут же спрятал в карман. Анне лишь оставалось надеяться, что это действие не будет иметь последствий. Закончив с дверью, Кашин молча прошел на кухню, включая настольную лампу. В квартире наконец стало светло, и, приняв это молчаливое приглашение, кудрявая разулась, сняла куртку, повесила ее на вешалку и послушно проследовала за Данилой.       В квартире ремонт буквально олицетворял собой лихие девяностые с характерной плиткой, скрипящими полами, окрашенным потолком, старой плитой и потрепанным столом с двумя стульями. Иными словами — бабушкин шик, не хватало только ковра на стене, хотя Аня была буквально уверена — зайди она в спальню, и этот элемент декора предстанет перед ней во всей красе. Заняв свободный табурет, Енина со скрипом продвинулась ближе и, поправив свой бордовый свитер, неловко облокотилась о стол. — Чай будешь? — на удивление спокойно спросил явно подуставший хозяин у гостьи. — Да, если можно, — скромно пробормотала она, уткнувшись в пол.       Данила положил ее телефон на обеденный стол и налил с еще горячего, по всей видимости, чайника кипяток в заварник. — Черный попьешь, другого нет. — Ладно.       Усевшись обратно и не сводя взгляда со сводной сестры, рыжеволосый подвинул через весь стол какую-то старую кружку с надписью «Анапа 2007», на которой красовались незнакомые ей люди, и сам сделал глоток из своего уже прозрачного стакана без надписей и рисунков. — Я правильно понял: ты сделала все возможное, чтобы подпортить мне, Сане и Ане жизнь. По твоей вине нас всех отчислили, меня выгнали из дома, а теперь, спустя семь месяцев, ты заявляешься ко мне на хату и буквально признаешься в том, что, помимо всего этого, блять, дерьма, еще и дурила мне голову, притворяясь другим человеком? Я прав? — Не совсем… — замялась она, беря горячую кружку в руки. — Как бы банально это ни звучало… короче, это долгая история, но я должна ее тебе рассказать, ты просто не всё знаешь. — Окей, валяй, — откинулся на спинку стула он, явно борясь с желанием стукнуть Аню чем-то тяжелым по голове. Но, тем не менее, он имел право злиться, и Аня это прекрасно понимала. Удивительно, как он еще умудряется сохранять спокойствие и рассудительность в такой-то ситуации. — Мне даже интересно послушать твои оправдания, пиздец как интересно, как ты вывернешь из этого хоть что-то правдоподобное.       Енина вздохнула и поставила кружку на стол, она побоялась пересекаться взглядом с напротив сидящим. Заведомо знала, что проиграет в этой «схватке», и максимум, что может выйти, — нелепые запинки на каждом слове. Нет, этому не бывать. Собрав всю волю в кулак, она наконец начала говорить. — То видео попало ко мне в руки уже после того, как его слили. Я правда не смотрела его и уж точно не сливала. Я до сих пор не знаю, кто это сделал, но это явно человек из моей школы. Ты помнишь, как я попросила у тебя флешку? — Да, и я просил не трогать крайнюю правую. Но ты решила сделать по-своему. — Ты прав, я однозначно проебалась, но я не специально, правда, — Анна старалась сохранять спокойный тон. Лампочка слегка погасла, оставляя собеседников в слабом, желтоватом освещении. — Ты помнишь, как Оля попала в больницу с отравлением? — Да. — В тот день я не успела забрать флешку у Ирины Николаевны, ну, нашей географички. А на следующий день ее уже не было в том кабинете, я искала, и учительница тоже не в курсе, она бы отдала… — И? — Ну, в общем, тогда все и началось… — именинница потянулась за телефоном и, недолго копаясь, открыла те самые сообщения от неизвестного отправителя. — На, посмотри. Меня шантажировали. Да, надо было еще тогда с тобой поговорить, но… — Тихо.       Кашин остановил сестру жестом и принялся внимательно перечитывать все угрозы, сверяясь с датами. Закончив читать последнее сообщение, он отложил телефон в сторону и вновь облокотился о спинку стула. — Почему ты промолчала? — Я… я не была уверена, что это видео вообще существует, понимаешь? Ну типа, я даже не знала, что там, а с тобой мы вроде как не в лучших отношениях, поругались накануне, все дела. Ты сдал меня маме в конечном итоге. Короче, я просто не решилась, думала, что само рассосется, и это моя вина, полностью. Но…! Надеюсь, ты понимаешь, что шантаж бы не прекратился? — искренне взглянула на собеседника Аня, впервые поднимая глаза. — Да, возможно, мы бы договорились, но где гарантии? И что бы ты сделал, пошел в полицию? — Роднулькина, то, что ты промолчала, не делает тебя невиновной. Я бы нашел способ сделать так, чтобы то видео не попало во все тг-каналы, уж поверь. Да, ты затупила с флешкой и, предположим, повторюсь, пред-по-ло-жим, что ты не видела содержимого, но, блять, не сказать мне? Серьезно? И ты считаешь, что своим молчанием не сделала нихуя плохого? — Я так не говорила! — вскрикнула она, ударяя руками по столу. Не в силах дальше держать зрительный контакт, зеленоглазая отвернулась, глотая уже приемлемой температуры чай. — Еще и пьяная, зашибись. Ладно. Допустим, так и было. Вопрос — а нахуя ты стала флиртовать со мной по переписке, слала интимки, ты совсем больная на голову?!       Этот вопрос, очевидно, засмущал девушку, и та приобняла себя руками, утыкаясь в стол лбом. Именно этого вопроса она боялась больше всего, было стыдно и неловко. Но Кашин терпеливо ждал ответа, стараясь утаить свое раздражение, которое то и дело рвалось наружу в виде сбитого дыхания. — Я не знала, что это ты, правда не знала. Поняла только на нашей, так сказать, «свиданке». Я увидела тебя издалека. Было больно, стремно, стыдно и… короче, ничего хорошего я сама в тот момент не испытала. И чтобы продолжить с тобой хоть какое-то плюс-минус нормальное общение, решила не рассказывать. Вот, я всё сказала.       Данила молча выслушал, не вмешиваясь. Он принял ситуацию как есть, и чтобы окончательно убедиться, решил кое-что проверить. Встав со стула, он быстро подошел ко все еще лежащей на столе Ане и, воспользовавшись ситуацией, аккуратно отодвинул ее теплый бордовый свитер, внимательно осматривая все предплечье. Да, на фотках интимного характера была Аня, все сходится. Та самая родинка была на месте. Енина настороженно подняла голову, вглядываясь в лицо Дани своими влажными глазами. Она искренне не понимала, что означают его странные действия. — Клянусь, я говорила правду! И если ты мне не веришь, я… — Успокойся, я тебе верю, — с каким-то непонятным, раздраженным и отчаянным спокойствием сказал он, похлопав девушку по плечу. — Знаешь, что самое обидное? Хотя нет, забей, я вызову тебе такси. — Чт… в смысле?! Что ты имел в виду… стоп, просто вызовешь такси и всё? Дань, ты шутишь? — развела руки в стороны брюнетка, пытаясь сообразить, куда делась та вселенская ненависть, которая по всем законам логики должна была вырваться наружу. — Я никуда не поеду, пока мы нормально не поговорим.       Бывший студент оперся о косяк двери на кухне и безразлично окинул взглядом ночную гостью. — Ты такая пиздодельная, я смотрю. А чего вообще ждала? Я без сарказма, просто реально интересно. — Ну, как минимум диалога. — А у нас, блять, что, монолог? — Нет… просто мне было важно, чтобы ты знал правду. Не более. — Ну, окей. Теперь я ее знаю, хоть и сомневаюсь в некоторых деталях, но в целом история правдоподобна. Если это пиздеж, то он будет на твоей совести. Усекла? — Ага. — А теперь будь добра, съеби домой. — Не хочу. — А, да? Ладно.       Данила оттолкнулся от стены и решительно направился в свою комнату. Аня закрыла лицо руками и усиленно протирала глаза. Да, последняя выпитая бутылка была явно лишней, наверняка от нее ужасно воняло перегаром, и дабы это скрыть, брюнетка съела последнюю жвачку. Спустя пару минут Кашин объявился с куском поролона размером с односпальный матрас, постельным бельем и подушкой. — На, стелись. Завтра утром чтобы я тебя не видел. — Данила достал пачку сигарет, что лежала на холодильнике, и направился в сторону спальни. — Спать здесь будешь, на кухне. — Погоди, вот так просто? — не верила в происходящее именинница, все также сидя на стуле, нервно теребя чехол от телефона. — И ты реально разрешишь мне остаться? — Эээ, ну да, а че, альтернатива какая есть? Не, ну если хочешь затусить на улице, то пожалуйста, валяй. Мне-то что? Я, конечно, точно не знаю, но думаю, что домой тебе ехать не вариант, раз уж ты до сих пор здесь. — Так и есть… — Ладно, бывай. — Кашин подкинул пачку и поймал ее на лету, разворачиваясь на выход. — Кстати, тут живут тараканы, я предупредил. — О боже…       Оставив сводную сестру в полумраке настольной лампы, Даня закрыл дверь спальни изнутри и плюхнулся на кровать. С утра он даже и представить не мог, что день завершится на такой непонятной ноте. Зарывшись с головой в одеяло и повернувшись набок, рыжеволосый невольно начал прокручивать случившееся в голове. Он был до сих пор очень зол, и объяснения причинно-следственной связи хоть и расставили всё по полочкам, но легче от этого явно не становилось. Неужели это все правда. А даже если так, то что это изменит? Время вспять уже не вернуть, и останься он с сестрой еще хотя бы минуту один на один, явно бы не сдержался. Кашин едва сдерживал себя, чтобы не наорать, не ударить, и вроде как все прошло плюс-минус нормально. Зарывшись рукой в волосы, он поправил прическу и укутался в одеяло. Завтра предстоял трудный день, с утра он должен был поехать на студию звукозаписи и свести пару треков, ближе к обеду его ждал монтаж роликов одного небезызвестного ютубера, а вечером — смена официантом. Да, дел по горло, даже перерыва на обед явно не остается, разве что Даня успеет перекусить по дороге со студии или в кафе. Но несмотря на весь уровень абсурда, у него из головы не выходила та ситуация, что он так долго общался со сводной сестрой по переписке. Испытывал к ней чувства, переживал перед встречей, да и, что греха таить, даже успел передернуть на фотки интимного содержания. От этих мыслей Данила невольно накрыл голову подушкой в попытке провалиться сквозь землю. А больше всего его добивал тот факт, что та девушка, которая так долго не выходила у него из головы, сейчас находится через стенку от него, буквально рядом. Да, заявиться как гром посреди ясного неба было смело, очень даже, но прошло уже целых семь месяцев с момента их расставания.       *И почему она припёрлась именно сегодня?*       Не в силах уснуть, Кашин схватил свой телефон, что лежал на тумбочке, и открыл телеграм. Провалившись в переписку, он заметил одну забавную строку в самом верху.       *Др? Реально? Так вот почему она в невменозе… Свалила из дома и нажралась, ну супер.*       Поздравлять новоиспеченную именинницу было как-то тупо, особенно если учитывать, что через пять минут будет полночь. Данила постарался выбросить все мысли из головы, отбросил смартфон в сторону и лег на бок. Будильник на утро уже стоит, а значит, надо спать. Завтра будет очередной изматывающий рабочий день, и Кашин очень надеялся, что по утру не обнаружит на кухне нечто похмельное и проблемное, которое именуется его сводной сестрой.       Наконец, провалившись в что-то близкое к глубокому сну, тело парня расслабилось, и его обладатель даже расплылся в легкой улыбке, как вдруг громкий вскрик пробудил Данилу, не оставляя ни единого шанса не проснуться. Вскочив на месте, он завертел головой и, протерев глаза, посмотрел на время. На циферблате — второй час ночи. Внезапно в комнату врывается взъерошенная гостья, которую явно что-то напугало. — Там, там, там эти… ну, тараканы! Сука, он полз по мне, клянусь, он был на моей руке! — прыгая на месте и вздрагивая от отвращения, тараторила она, попутно отряхивая руки и волосы.       Даня скривился, наблюдая эту картину, и, глубоко вздохнув, лёг обратно. — Блять, заткнись, пожалуйста, ты меня разбудила… — Но… — Нет у меня никаких тараканов, иди спи. — Да есть же, я сама видела!       Рыжеволосый усиленно протер глаза, затем сделал нервный вздох и встал с кровати, молча направляясь на выход из комнаты. — Ты куда? — Спать. — В смысле? — не унималась Енина, сложив руки на груди. — Ложись тут, только не ори, пожалуйста, реально выбесила… — Погоди! — Аня успела схватить парня за руку на самом выходе и застыла на месте, подбирая слова, но в сонную голову толком ничего адекватного не приходило, поэтому она сказала то, что было у неё на языке. — Давай ляжем вместе? — Ебанулась? — вконец пробудился Кашин, расплываясь в лёгкой ухмылке. — Ты всё ещё пьяная, или как? — Ну… да, как видишь. Так что? — Нет. — отрезал он, закатывая глаза.       Голубоглазый убрал чужую руку и ушел на кухню, а спустя минуту вернулся с Аниным одеялом и подушкой. Девушка уже сидела на кровати, нервно потирая ладони. Ей было неловко, что Дане придется спать на полу. В тот момент, когда он потянулся взять свое постельное, кудрявая сама не поняла, что на неё нашло, и, повалив парня на кровать, бесцеремонно впилась в чужие губы своим робким, неумелым поцелуем. Даня лишь успел промычать что-то в этот момент, прежде чем схватил сестру за волосы, с силой оттащив от себя. — Ты больная?! Зачем?! — Прости!       Кашин мигом перехватил инициативу в свои руки и устроился сверху, заламывая кисти Ани над головой. Их дыхание сбилось, и оба смотрели друг другу в глаза, пытаясь осознать произошедшее. — Да что с тобой?! — Я… я загадала желание! Прости, я просто хотела, просто ты… чёрт, отпусти, мне больно! — брюнетка приняла несколько попыток вырваться, но хватка шокированного парня была слишком крепка. — Даня! — Договаривай, давай! — не унимался бывший студент, всё это не укладывалось в его сонной голове. — …У меня день рождения, я загадала поцелуй. Прости! Прости, ну правда, я… — Ты ужасно целуешься. — Спасибо, знаю. А теперь не мог бы ты… — Научить? Совсем крыша съехала? Я тебя щас выставлю к хуям из этой квартиры. — Вообще-то отпустить! Это было ошибкой, я уже поняла. Не знаю, что на меня нашло. — Енина повторно попыталась освободить руки, но выходило скверно. Кашин молча наблюдал за этими безуспешными попытками, переваривая ситуацию, а его лицо пугающим образом не подавало ни единой эмоции. — Да отпусти ты меня, ну пожалуйста! — Заткнись. Замерев от такого холодного тона, девушка уставилась своими мокрыми от наступающих слез глазами в его холодные голубые радужки, которые выделялись даже в темноте. Она не понимала, чего ей ожидать и как быть дальше, но когда парень наклонился максимально близко и она ощутила на себе его дыхание, единственное, что она смогла сделать, — это зажмурить глаза в ожидании удара. Каково же было её удивление, когда его не последовало. Вместо этого Даня отпустил её руки и аккуратно поправил прядь волос, практически шёпотом говоря: — Просто расслабься, не двигайся и запоминай, показываю один раз.       Не успела она возразить, как почувствовала на себе влажные тёплые губы, которые бесцеремонно захватывали то верхнюю, то нижнюю губу. От страха Енина сомкнула рот, но напористый партнёр без капли стеснений надавил на её челюсть, таким образом заставляя открыть её и довериться моменту. Его язык наглым образом ринулся исследовать ряд её зубов, попутно переплетаясь с её языком, но Аня была послушной и не поддалась соблазну, не сдвинувшись ни на миллиметр. Урок закончился так же внезапно, как и начался. В завершение Даня лишь чмокнул её в губы, медленно отодвигаясь назад. Их дыхание сбилось, и оба наконец посмотрели друг другу в глаза. — А теперь повтори.