All My Life

— Совершенно отвратительно! — воскликнула высокая девушка, захлопнув за собой дверь и ворвавшись в заднюю комнату квартиры, куда Ремус позволил привести себя своей новой подруге Марлен. Ремус широко раскрытыми глазами посмотрел на только что вошедшую девушку, чьи сальные светлые волосы свободными локонами падали на плечи. Ее щеки раскраснелись, подчеркивая бледность кожи, когда она подошла к дивану и склонилась над большой книгой. — Дори? Что случилось? — обеспокоилась Марлен, немедленно вскакивая с потрепанного красного дивана, на котором они с Ремусом разбирали нарисованную от руки книгу по искусству татуировок, которую она утащила его посмотреть. — Какой-то придурок снова пытался приударить за мной, — фыркнула Доркас, скрестив руки на своей блузке с узором шеврон. Марлен подошла к ней и поправила выбившиеся из прически пряди волос блондинки. — Честное слово, «Красивое платье, могу я тебя отговорить?» — насмешливо спросила она и закатила глаза от досады. — Серьезно?! На мне даже платья нет. Больше ничего не могли выдумать? — горько проворчала Доркас. Она поджала губы и приподняла брови, бросив взгляд на Ремуса, который с любопытством наблюдал за ней и Марлен. — Кто это такой? — спросила она, кивая в сторону Ремуса. Марлен обняла ее за плечи и положила ей голову на плечо. — Эм, я Ремус… Люпин. Я могу пойти, если… — начал Ремус. Он начал подниматься с дивана, но снова сел, когда Марлен махнула ему рукой, жестом приказывая остаться. Ремусу нравилась Марлен, но они только что познакомились, и теперь, когда он увидел, как она ведет себя с Доркас, было ясно, что она им увлечена. Правда заключалась в том, что он пришел только посмотреть на ее тату, а не для того, чтобы перепихнуться, поскольку был уверен, что сказать друзьям правду непозволительно. Тем не менее в ее рок-н-ролльском прикиде и беззаботной натуре было что-то, что ему сразу понравилось. Так что, даже если сегодня вечером он ни с кем не ляжет в постель, он решил, что никто не мешает ему попробовать. Вдруг у них может завязаться дружба? — Нет, нет, останься. Я не успела показать тебе свои наброски, — настаивала Марлен, переплетая свои пальцы с пальцами Доркас и отводя ее в сторону, где бы они присоединились к Ремусу на диване. — Дори, Ремус сказал мне, что ему нравится моя татуировка с Пинк Флойд, — усмехнулась она, и Доркас с легкой улыбкой перевела взгляд на знакомую татуировку в виде призмы на предплечье своей подруги. — Еще бы. Ты хныкала, как маленькая, на протяжении всего сеанса и после, — с ухмылкой объяснила Доркас. Марлен отпустила Доркас и легонько шлепнула ее по руке. — Это только потому, что ты не умеешь бить татуировки, — поддразнила Марлен, по-детски высунув язык, отчего Доркас с нежностью закатила глаза. — Это твоя работа? — воодушевленно спросил Ремус. — Это потрясающе! Мой па… друг, Сириус, обожает татуировки. На самом деле у него всего пара маленьких татуировок, но он как раз искал подходящего человека, чтобы набить еще одну. Я бы вас с ним познакомил. Он где-то здесь… Но Ремуса прервал яростный стук в дверь снаружи. — Ремус! Ремус, впусти меня! — раздался знакомый испуганный голос с другой стороны двери. Даже несмотря на громкую музыку снаружи, Ремус услышал раздражение в голосе Сириуса. Он мгновенно вскочил, обеспокоенный тем, что что-то может быть не так, но Доркас опередила его и бросилась к двери. — Это, наверное, тот самый придурок, о котором я тебе говорила, — яростно пробормотала она, направляясь к источнику шума. Сириус сбился с пути, следуя за Ремусом, и ему пришлось оттолкнуть девушку в футболке с дешевыми трюками, которая пыталась прижать его к стене в коридоре. В отчаянии проведя рукой по волосам и успокоившись, Сириус смог ускользнуть. И прежде, чем он успел толком сообразить, что делает и почему кричит, он оказался лицом к лицу с миниатюрной блондинкой, которая, судя по ее лицу, была готова надрать ему задницу. — Послушай, сопляк, я уже говорила тебе, что не хочу… о. Кто ты, черт возьми, такой? начала Доркас, сначала раздраженно, а затем все более смущенно, когда увидела растерянное выражение лица Сириуса. Сириус замолчал и несколько раз моргнул, пытаясь вспомнить, что именно он делал в первую очередь. Затем он увидел, как из глубины комнаты высунулась светловолосая голова Ремуса, а рядом с ним появилась брюнетка, и он снова почувствовал прилив адреналина. Сириус бесцеремонно оттолкнул Доркас, чем заслужил грубый комментарий. Впрочем, ему было все равно, потому что он был прав. Ремус вернулся не с одной девушкой, а с двумя! И они занимались неизвестно чем. От одной этой мысли у него по спине побежали мурашки, и он почувствовал, как задрожали руки. — Сириус? Что ты здесь делаешь? — спросил Ремус в искреннем замешательстве. Если это и было частью плана парней с самого начала, он не был до конца уверен, что должен чувствовать сейчас. — Я думал, ты будешь веселиться на вечеринке, — добавил он, все еще недоумевая, почему Сириус похож на бешеного пса, готового к прыжку. — Ты, — раздраженно сказал Сириус, полностью игнорируя слова друга и указывая пальцем с множеством колец на Марлен, которая стояла рядом с Ремусом с невозмутимым выражением лица. — Ты увела Ремуса с вечеринки. Он не должен был возвращаться сюда, — выпалил он, прищурившись, и потянулся к руке Ремуса, притягивая его ближе. Но Ремус отступил назад, и складка на его лбу стала еще глубже, когда он посмотрел на Сириуса. — Я и не знала, что у тебя есть парень-телохранитель. Никогда бы не подумала. Он немного вспыльчивый. И скажи ему, чтобы в следующий раз подводил глаза чуть светлее. Ты словно из «Ночи живых мертвецов», — усмехнулась Марлен, скрестив руки на груди и оглядывая Сириуса с ног до головы. Сириус обиженно фыркнул, но был слишком сосредоточен на Ремусе, чтобы что-то сказать. Комментарий Марлен, казалось, немного снял напряжение, исходившее от Сириуса, и Ремус заметил, как расслабилось его тело. Но это длилось недолго, так как Сириус снова потянулся к Ремусу и оттащил его в другой угол комнаты, изо всех сил стараясь не реагировать на комментарий Марлен в своем нынешнем состоянии. Ремусу стало интересно, что же такого он мог сделать, что так разозлило его друга, что он ввалился за ним, когда тот должен был впервые «предаваться воспоминаниям» с девушкой. Он забыл сказать «спасибо» или что-то в этом роде? Он приподнял бровь, глядя на Сириуса, как бы спрашивая, зачем он здесь, и Сириус просто уставился на него в ответ, затем прикусил губу и смущенно опустил взгляд в пол. Весь его прежний настрой был растоптан под тяжестью взгляда Ремуса. — Сириус? — нетерпеливо прошипел сквозь зубы Ремус, глядя на своего визави так, словно никогда его раньше не видел. По правде говоря, эта сторона Сириуса была редкостью и проявлялась только тогда, когда Сириус был чем-то настолько сильно задет, что ему казалось, будто он должен сразиться с Годзиллой и предотвратить конец света. Один из таких замечательных моментов был, когда вся их компания сидела в машине, какой-то парень остановился рядом с ними и обвинил Сириуса в том, что он будет просто сосунком, если не сможет его обогнать. Он чуть не угробил их всех, но доехал до конца улицы первым. Такое случалось редко и иногда пугало, но никогда не сбивало с толку. Ремус заметил беспокойство на лице друга и немного расслабился. — Что случилось? Зачем ты сюда ворвался? О нет, Пит ведь не снова проделывал эту штуку с ложками, не так ли? — спросил он с усталым вздохом. Сириус неловко усмехнулся и покачал головой. — Нет, нет. Дело не в этом. Я просто… — Сириус прочистил горло. В его серых глазах читался страх, но он изо всех сил старался скрыть свои чувства, держась немного прямее, что только заставляло его нервничать еще больше, поскольку теперь они с Ремусом были почти на одном уровне. Сириус сглотнул. Он был готов сказать что-нибудь — что угодно, что могло бы честно объяснить, почему он примчался сюда. Он был готов излить душу и забрать Ремуса с собой, если бы это только означало увести его подальше от какой-то незнакомой девушки на вечеринке, которая не заслуживала того, чтобы знать, какой забавный, умный и абсолютно потрясающий он парень. Честно говоря, Сириус не мог себе представить, чтобы кто-нибудь понимал, каково это — субботним утром смотреть поверх тарелки с хлопьями и видеть веснушчатое лицо Ремуса, освещенное солнечным светом, льющимся через окно. Он и представить себе не мог, что кто-то оценит рыжеватые пряди в его растрепанных волосах или то, как он нежно сжимал в своих длинных пальцах тарелку с завтраком, заставляя Сириуса пожалеть, что эти заботливые руки не могут держать его. Но потом он заглянул в эти большие зеленые глаза с ореховыми и золотистыми искорками и не смог заставить себя вот так просто разрушить годы дружбы. Он не мог заставить себя дать Ремусу возможность отвергнуть его. Не сейчас. И особенно не перед этими двумя девушками, которые смотрели на него как на сумасшедшего, который только что похитил их любимого кролика. Поэтому он придумал оправдание. — …послушай, я знаю, мы с Джеймсом и Питом придавали всему этому слишком большое значение. Но сегодня твой день рождения, и тебе действительно не обязательно проходить через это. Я не ожидал, что ты получишь два подарка, да еще так быстро… — с некоторой горечью произнес Сириус, краем глаза взглянув на девушек, прежде чем снова повернуться к Ремусу. — Честно говоря, приятель, я просто потрясен, но, в общем… Твой день рождения не должен быть посвящен перепихонам. Ты должен заниматься тем, что тебе нравится, веселиться, смотреть фильмы. Я знаю, ты ненавидишь вечеринки и большое скопление людей, и я пытался сказать Джеймсу, чтобы он не звал тебя никуда сегодня вечером, но ты же его знаешь, — вздохнул Сириус, чувствуя себя немного пристыженным тем, что не сказал этого раньше, зная, каким спокойным парнем на самом деле был Ремус. — Если бы я занимался организацией, мы бы просто устроили марафон фильмов ужасов, ели бы пирожные и глотали дешевый скотч до тех пор, пока нас не стошнило. И мы все еще можем это сделать, — быстро заговорил Сириус, его рука постепенно переместилась с руки Ремуса вверх, чтобы обхватить его за плечи и крепко обнять. — Итак, что скажешь, Лун? Хочешь убраться отсюда? — подытожил Сириус, с надеждой глядя на своего друга и изо всех сил стараясь не высказать вслух ни одной из мыслей, которые в данный момент крутились у него в голове. Может быть, когда они останутся наедине, Сириус снова наберется храбрости и, наконец, скажет что-нибудь своему другу, по которому он тоскует с пятнадцати лет. Да, безусловно. Именно так он и поступит. Подождет, пока они не останутся наедине. В любом случае Ремус бы этого хотел, верно? Только не эта болтовня о вечеринках. Только мы вдвоем, подумал Сириус, с беспокойством вздохнув. Он надеялся, что тогда ему будет не так больно, если Ремус отвергнет его. Марлен прочистила горло, привлекая внимание обоих парней. Она приподняла бровь, глядя на них, и слегка ухмыльнулась. Переспали? Сириус с негодованием подумал, что девочки, похоже, улавливают мельчайшие детали в разговоре. Ремус слегка порозовел и потер затылок. — Я… э-э, послушай, я могу объяснить… — Он запнулся, подбирая слова, и прочистил горло. Но Сириус прервал его, положил руку ему на плечо и встал перед ним, перехватывая инициативу. — Послушайте, я уверен, что вам, леди, было очень весело с Реми, но сейчас нам пора сваливать, — грубо сказал Сириус, которому не очень нравились новые подруги Ремуса, поскольку им почти удалось его украсть. Ремус состроил гримасу и слегка пихнул Сириуса, чтобы тот вел себя прилично. Марлин и Доркас сначала выглядели слегка обиженными, но на самом деле им просто было весело наблюдать, как Ремус и Сириус танцуют друг вокруг друга. — Куда вы? — осведомилась Доркас. — Мы хотим с вами. — Марлен ухмыльнулась Сириусу и одарила Ремуса своей самой милой улыбкой. — Мы… э-э… мы, наверное, просто вернемся к нашим приятелям, — ответил Ремус, не в силах просто отмахнуться от них после того, как они были так добры к нему. — Вы можете присоединиться к нам, если вы… — Да! Я захвачу свой набор для татуировок! — радостно воскликнула Доркас и подошла к краю дивана. Сириус поворчал, когда Ремус пригласил девушек с собой, но его глаза тотчас загорелись, когда он услышал слово «татуировки». — Ты делаешь татуировки? И как, получается? — поинтересовался он, когда они все собрали свои вещи и направились к выходу из комнаты. Они завели приличный разговор, который дал Ремусу надежду, что, возможно, они все смогут стать друзьями. Вечеринка стала еще громче и только набирала обороты, судя по появлению новых лиц в доме. Если бы Ремуса волновали подобные вещи, ему было бы неловко уходить в разгар всеобщего веселья. К счастью, он этого не сделал, и вскоре обнаружил, что направляется к столам с едой, где они оставили Питера и Джеймса. Питер что-то бубнил себе под нос, а вокруг его рта виднелись крошки от кексов, которые так и не были съедены. — Привет, Пит. Ты не видел Сохатого? Мы готовы идти, — сказал Сириус, протягивая руку за спину Питеру, чтобы взять последний оставшийся на столе кекс. — Не видел. Он ушел сразу после тебя, Пэдс. Сказал что-то о рыжеволосой… О, черт возьми, мой желудок! — Питер застонал. — Знаешь, Хвост, когда мы куда-нибудь выходим, тебе нужно быть поосторожнее с закусками. — Сириус покачал головой и повернулся. Он встал на цыпочки, надеясь разглядеть Джеймса поверх толпы. — Ре-ему-ус, — страдальчески позвал он, найдя друга в толпе. Ремус закатил глаза и нашел глазами Джеймса. Он сидел рядом с девушкой с очень длинной рыжей косой, обкрученной вокруг головы наподобие короны. На ее рубашке был цветочный принт, и, похоже, она… улыбалась Джеймсу. Она даже дотронулась до его плеча, что было для него большой редкостью, и все мародеры это знали. — Похоже, сегодня Сохатый справился лучше меня, — пошутил Ремус, указывая на своего друга остальным. Сириус ухмыльнулся и вскочил, театрально помахав Джеймсу рукой. Джеймс подошел к ним, но не один — он привел с собой улыбающуюся рыжеволосую девушку. — Лили? — удивленно спросила Доркас. — Э-э, нет… Джеймс, вообще-то. Привет, а ты кто? — спросил парень с растрепанными волосами. Казалось, он был не очень трезв после пары стаканчиков. Доркас закатила глаза и попросила Марлен ответить за нее. — Я Марлен, а это Доркас. Мы друзья Ремуса, и мы придем к вам сегодня вечером. — Она лукаво и в то же время уверенно улыбнулась. — Две девочки! Луни! — воскликнул Джеймс, поворачиваясь к своему самому высокому другу. — Ты настоящий ловелас! — Он возбужденно рассмеялся и хлопнул Ремуса по плечу. Ремус бросил на девочек извиняющийся взгляд и прикусил губу. — Э-э, нет, — возразила Доркас, уперев руки в бока и передразнивая пьяный тон Джеймса, которым он говорил минуту назад. — Мы просто его друзья. Мы вроде как уже заняты, видишь? — сказала она, беря Марлен за руку и поднимая ее повыше, чтобы подчеркнуть свои слова. — Чем больше, тем веселее! — Джеймс пожал плечами и с улыбкой повернулся к рыжеволосой девушке. — Итак, тебя зовут Лили? — Он широко улыбнулся. — Ты пришла сюда с ним и так и не знаешь его имени? — спросила Марлен у Лили, словно отчитывая ее. — Расслабься, Марлс. Я просто помогла ему немного привести себя в порядок после того, как пролила на него свой напиток, вот и все, — объяснила Лили милым и добрым голосом. — М-м-м, мы это уже слышали, — ухмыльнулась Марлен, скрестив руки на груди, когда заметила, каким взглядом они обменялись с Джеймсом. — Итак, вы все знакомы? — спросил Ремус, стараясь не отставать. — Мы лучшие подруги с начальной школы! — гордо объявила Марлен и взяла Доркас под руку, а Лили — под другую. — Вернее с этой девушкой на танцах в младших классах мы не просто подружились. — Она кивнула Доркас и чмокнула ее в щеку. — Слушай, я за то, чтобы узнать друг друга получше, но мы можем сделать это дома? — предложил Сириус. — Сегодня день рождения Лунатика, и я думаю, что нам пора отправляться в путь, если мы хотим найти время для веселых игр и шоколадного торта. — Последние слова он пропел, поворачиваясь к Ремусу, глаза которого слегка заблестели. — Шоколадный! Правда? — восхитился Ремус. Впервые за этот вечер он был по-настоящему рад. — Ты же не думал, что я позволю своему лучшему другу отпраздновать день рождения без торта, не так ли? — фыркнул Сириус, гордый собой за то, что заставил Ремуса улыбнуться. — Ну и чего мы все тут стоим?! — воскликнула Марлен. — Давайте начнем эту вечеринку! — подбодрила она. Ребята вышли на улицу и попытались втиснуться в машину. Лили присоединилась к своим друзьям, а Питер умудрился оторваться от стола при упоминании о торте и, спотыкаясь, отстал от остальной группы. Музыка с вечеринки все еще громко гремела у них за спиной.

***

Квартира была небольшой, зато у ребят были диван и телевизор, а это все, что им было нужно. — Чувствуйте себя как дома, я полагаю? Сириус пригласил девочек присесть на диван. Он позволил Ремусу устроиться в глубоком кресле, а сам уселся на подлокотник, свесив ноги с края. Джеймс и Питер устроились на полу по обе стороны дивана, и Джеймс включил радио на полную громкость, чтобы послушать их любимую рок-станцию. Джеймс сразу же заговорил с Лили, используя все свои лучшие шутки, чтобы расположить ее к себе, и, к удивлению, вызвал у нее смех. Доркас и Марлен тоже много подшучивали — в основном, над Джеймсом — и устраивали дружескую битву умов, где Лили была судьей, а Питер — очень пьяным и очень сытым зрителем. Сириус, казалось, был доволен своей ролью слушателя и не вставлял никаких колкостей, хотя Ремус знал, что у него их предостаточно. Ремус улыбнулся про себя, оглядывая комнату. Возможно, его день рождения прошел не так, как ожидали его друзья: он и какая-нибудь девушка убежали вместе на закат или просто перепихнулись в чужой комнате. Но все случилось именно так, как он хотел. Он проводил время со своими тремя лучшими друзьями и даже с несколькими новыми, и все они были вместе в его новом любимом месте. Это заставило его удовлетворенно улыбнуться и откинуться на спинку кресла. Рука Сириуса лежала в опасной близости над ним, на спинке кресла. Все было идеально. То есть до тех пор, пока на его глазах не сбылось одно из его худших опасений. — Кто хочет поиграть в бутылочку? — пропела Марлен, держа в руках пустую бутылку из-под пива, которую Джеймс только что допил. Ремус почувствовал, что его лицо стало еще бледнее, чем обычно, если такое вообще было возможно, а сердце нервно забилось в груди. Он и не подозревал, что всего в нескольких дюймах от него сердце Сириуса начало биться точно так же.