1.13. avant
23 июня 2026 г., 21:13
За полчаса до ужина Сону приблизился на корточках к запертой двери и тихо поскрёбся. Когда колени закололо от холодного пола, внутри кладовой зашевелились.
— Чонвон-а, ты здесь? — шепнул Сону, и сквозь дряхлое дерево послышался всхлип. — Чонвон-а, всё хорошо, ты не один.
— Мне страшно, хён, — пропищал Чонвон и издал странный звук, будто захлебнулся. Сону зажмурился, вжавшись лбом в ледяную стену. — Тут очень темно и тесно.
— Не бойся, хён рядом, — Сону сжал пальцы в кулак и сфокусировался на том, как острые ногти давят на внутреннюю сторону ладони. — Тебя скоро выпустят, и мы пойдём на ужин.
В стенах «Миринэ» наказание раздавали и за случайное попадание на глаза. Чонвона по какой-то причине запирали чаще в пыльной и крошечной кладовой без света. Сону всегда хотелось поменяться местами.
Там бы его никто не нашёл.
— Почему мы? — спросил Чонвон, задыхаясь от плача.
Грудную клетку Сону пронзила настоящая физическая боль.
— Почему именно мы, хён?
Он не сумел сберечь ни маму, ни Юджин, а теперь, казалось, не уберёг и младшего брата.
— Что с нами не так? Почему мы… такие? — продолжал спрашивать Чонвон. У Сону, к сожалению, не было ответов.
— Вдохни поглубже. Хён здесь.
— Почему все умирают? Это из-за нас?
Сону не забыл того высокого и бледного парня, от которого пахло костром. Тот сказал, что «спасай себя сам» — это ключ к выживанию.
— Это не из-за нас, Вони. Мы в порядке.
Звуки из сжатого горла вышли с трудом. Сону разжал ладонь. На стёртой работой коже остались глубокие полумесяцы. Они ничем не отличались от шрамов и ожогов на запястьях.
— Нам просто не повезло.
Позади раздался скрип. Сону хорошо знал его. Мог с закрытыми глазами определить, кто приближался.
Не то чтобы это помогло.
От по-животному сильного толчка под рёбра он неуклюже свалился на бок и в последнюю секунду успел закрыть голову. В следующий раз ботинок попал ему по уху. Сону перекатился, пытаясь встать на ноги, и тогда его пнули под задницу.
Чонвон в кладовой услышал, что хён затих, и затарабанил по двери.
— Это крыло персонала, — сказал один из воспитателей. Не самый крупный, но не менее ненавидимый. — Что ты здесь делаешь?
Чонвон с той стороны продолжил биться.
— Закрой пасть! — гаркнул воспитатель и потянулся к поясу брюк за связкой ключей.
Сону перевернулся на спину и прижал плоскую ладонь к тянущему покалыванию у рёбер. Глаза защипало, и внутри Сону поднялась тёмная волна. Отомстить не получится — так бы его сразу отвели к самому крупному воспитателю, а тот предпочитал более «мягкое», с его слов, воспитание.
Поясницу после такого «воспитания» до сих пор простреливало.
Когда дверь наконец открылась и в коридор вывалился взъерошенный Чонвон, Сону метнулся к нему и заслонил собой, прижимая к груди. Воспитатель пнул их по ступням, чтобы убрать с порога.
Это просыпалась уже не жажда мести. Что-то более глубокое. Животное. Прижимая Чонвона к сердцу, Сону медленно поцеловал его в макушку и пригладил чёрные пряди у висков.
Сону хотелось, чтобы каждый воспитатель испытал на себе всё, через что заставили пройти его, Чонвона и Юджин. Чтобы они давились собственной кровью, умоляя о прощении.
В конце концов воспитатель направился по коридору дальше. Сону проводил его пристальным взглядом, только через несколько секунд заметив, что Чонвон под ним заёрзал. Настолько сильно сжал его. А воспитатель тем временем исчез в полумраке, не забыв напоследок напомнить об ужине.
Когда-нибудь они все сдохнут.
