Black Deal

13.

После такого насыщенного и утомительного дня, и Вэй Ин, и Лань Чжань проспали целые сутки. Никто их не трогал, все отлично понимали, что духовные практики что светлых, что темных техник, отнимают слишком много жизненных сил. В этот раз Вэй Ин спал без кошмаров. Но сны были слишком яркие и, мягко говоря, имели какой-то интимный подтекст. Вероятно, сцена с источником так плотно втемяшилась в его сознание, что оставляла за собой особый след. Проснувшись, Усянь уже не помнил подробностей сновидений, но остаточное впечатление не покидало его все утро. Даже потом, когда он завтракал рядом с Лань Чжанем, оставалось призрачное ощущение, что наяву происходило гораздо больше, чем он сам помнил. А потому испытывал легкое смущение, иногда косо поглядывая на Ванцзи, явно не подающего вида и якобы не замечающего пристального взгляда. Хотя одно происшествие все-таки смогло немного отвлечь Вэй Ина. Зайдя в свои покои после трапезы в полном одиночестве, он нашел на своей кровати что-то плотно завернутое в пергамент. Что-то подозрительно напоминающее флейту. Даже не перестраховавшись (ну а вдруг это проделки какого-нибудь врага!), сгорая от любопытства, он быстро развернул «подарок». Да, это флейта. Черная. Его собственная Чэньцин. Кто? Кто мог найти ее и сохранить до сегодняшних дней? Ответ находился на самом пергаменте. На нем чем-то похожим на уголь было написано сообщение следующего содержания: Это в благодарность за спасение Цзинь Лина. Не вздумай использовать ее при старых знакомых! А то руки оторву! Читая это, Вэй Ин грустно улыбался. Цзян Чэн явно разрывается между двумя мнениями: с одной стороны, он ненавидит Усяня и никогда не простит его, но с другой, все еще дорожит им как братом. Эта мысль хоть немного утешала. Так как душа сабли была найдена, следовало вернуться в город И, чтобы передать ее остальным. Там она будет спрятана надежно. Тогда Лань Чжань под предлогом того, что необходимо разобраться, кто же все-таки мог напасть на родовой некрополь Цинхэ Не, сообщил Сичэню и Лань Цижэню, что отправится на поиски вместе с якобы Мо Сюаньюем. Его предложение звучало так убедительно, что ни у кого не возникло сомнений в данной необходимости. Вэй Ин и Лань Чжань отправились в путь на мечах. Точнее, на одном мече, так как у Усяня не было своего оружия. Взгромоздившись вдвоем на Бичэнь, они взяли курс на восточную часть Сычуаня. Для того, чтобы уместиться на лезвии вдвоем, Вэй Ину пришлось держаться за Лань Чжаня. И так как плечи располагались высоковато, он расположил свои руки на талии Ванцзи. И делал все возможное, чтобы избавить свою голову от странных мыслишек. Слишком много всего произошло, а еще эти сны. Убийственно. Пока заклинатели преодолевали достаточно большое расстояние, они отметили, что душа сабли все время рвалась на северо-восток. - Если меня не подводит память, - Вэй Ин не отрывал взгляда от мешочка, висящего на поясе ханьфу Лань Чжаня, - в той стороне находится Орден Ланьлин Цзинь. - Хочешь развернуться? - Ванцзи посмотрел на него через плечо. - Нет, - Усянь отрицательно мотнул головой. - Просто отметил, что, похоже, Сюэ Ян ни в чем не лгал. И тут же осекся. Наверное, не стоило упоминать его имени. Лань Чжань лишь одарил Вэй Ина нелегким и явно что-то скрывающим взглядом, после чего вновь направил свой взор вперед. - У тебя Чэньцин из-за пазухи торчит. Вэй Ин опомнился и глянул на свою грудь. Действительно из-за ворота робы виднелась половина черной флейты. Охнув, он осторожно убрал одну руку с талии Лань Чжаня и отправил инструмент за пределы плотной ткани. - Цзян Чэн тебя раскрыл? - догадался Ванцзи. - Да, - слегка помрачнев, ответил Усянь. - Но обещал пока меня не выдавать. Правда теперь за неделю мне нужно найти все доказательства, чтобы раскрыть ему глаза на то, что произошло на самом деле. Это не отменяет моей причастности к смерти Шицзе, но все же может внести ясность. - Неделя, значит? - задумчиво протянул Лань Чжань. - Тогда будем действовать максимально быстро, чтобы все успеть. В очередной раз получив своеобразную поддержку от вечно холодного, но на самом деле очень заботливого Лань Чжаня, Вэй Ин невольно улыбнулся его спине и вновь положил свободную руку на его талию, балансируя на мече. Спустя длительный промежуток времени они приземлились у самых ворот города И. Перед тем, как зайти, Вэй Ин, наконец снявший мешающуюся маску с лица, нарисовал в воздухе заклинание и отправил его прямо в ворота, таким образом, предупреждая построенный силами его, Сун Ланя и Синчэня защитный барьер о том, что пришли «свои». Затем обрисовал вокруг ладони еще одно заклинание и протянул ее Лань Чжаню. - Дай мне свою руку. Лань Чжань вопросительно уставился на него. - Тут такая же система, как с пещерой за источником, где хранился осколок темного железа, - пояснил Усянь. - Только там барьер уничтожал любого, у кого нет налобной ленты клана Лань, а здесь всех, кто не участвовал в создании барьера, за исключением Вэнь Нина. Так как я, отчасти, создал его таким, барьер его принимает. Немного помедлив, Ванцзи все-таки вложил свою руку в ладонь Вэй Ина, и заклинание охватило его вплоть до локтя. Вэй Ин снова почувствовал, как предательски скрутило живот от вроде бы обычного прикосновения. Да что ж такое! Стараясь не выдавать свое смятение, он зашагал вперед, Лань Чжань последовал за ним. Как только они пересекли зону ворот и оказались внутри окрестностей огороженного заброшенного города, с крыши одного из ветхих зданий кто-то спустился в один мощный прыжок. Лань Чжань, как по приказу, внезапно загородил собой ошеломленного Вэй Ина, уже готовясь вынуть меч из ножен. - Второй господин Лань! Это я, Вэнь Нин! Перед ними действительно стоял Вэнь Нин, растерянно вскинув руки вверх. Разглядев в нем своего товарища, Вэй Ин негромко рассмеялся. - Ты нас напугал! - Простите, господин Вэй, я не нарочно, - Призрачный Генерал стыдливо опустил голову, на что Усянь сразу же запротестовал. - Так, не надо тут извиняться! - он шутливо хохотнул. - Ты что, все это время ждал меня здесь? Вэнь Нин поднял голову и энергично закивал. - Да! Боялся, что с вами могло что-то приключиться. Подумал, что, если не появитесь в ближайшие пару дней, придется вас искать. Такой верности и самоотверженности можно позавидовать. Вэй Ин расплылся в довольной улыбке, но мгновенно остепенился, узрев на себе взгляд Лань Чжаня исподлобья. - Аааа, - Усянь стал на ходу изобретать тему для разговора, - а что там с Сун Ланем и Синчэнем? - Они здесь, - подтвердил Вэнь Нин. - Тоже ждут вас. Идемте. Он развернулся и приготовился идти, как вдруг задержал шаг. - Господин Вэй, вы же уже вошли, можете не держаться за руки. И, словно смутившись, быстро потопал вперед. Тогда Вэй Ин опустил взгляд на свою руку. А после резко отпрянул, неловко хохоча. - Ой, забылся. Наблюдая за тем, что выражение лица Лань Чжаня остается неизменно спокойным, он несуразно улыбнулся и поспешил за Вэнь Нином. Встретившись с Сун Ланем и Синчэнем, которые незадолго до этого медитировали в высаженном собственными руками саду с искусственным прудом, все пятеро решили, что лучше обсудить дела за едой. Они обменялись новостями, Сун Лань и Синчэнь подробно рассказали про свои наблюдения за орденом Ланьлин Цзинь, и что больше всего поразило Вэй Ина, так это гармоничная слаженность их совместной работы. По факту, Сун Лань был глазами, он оценивал все, что только мог увидеть, а Синчэнь - ушами, он подслушивал различные сплетни и мимолетные разговоры прохожих, собирая достаточно информации. Их союз действительно воодушевлял. Теперь нисколько не удивляло, что когда-то Синчэнь отдал свои глаза Сун Ланю. Вэй Ин и Лань Чжань также поделились последними известиями: они сообщили о родовом некрополе Цинхэ Не и продемонстрировали дух сабли Минцзюэ. - Значит, по пути сюда дух сабли указывал на северо-восток? - Сун Лань задумчиво крутил в руке мешочек Цянькунь. - Да, - подтвердил Усянь, отодвигая от себя уже пустую тарелку, - похоже, что голова Минцзюэ действительно находится в Ланьлине. - Только вот как туда попасть? - вздохнул Синчэнь. - Сейчас Цзинь Гуанъяо использует технику обороны, как у Гусу Лань. Без приглашения не войти. - О! - Вэнь Нин, сидевший в самом углу стола, неожиданно подпрыгнул, но тут же сконфуженно опустился обратно, понимая, что мог так напугать остальных. - Простите, я просто тут кое-что вспомнил... - Что же? - Вэй Ин внимательно взглянул на него. - Когда я возвращался в город И, мимоходом видел странствующих заклинателей. Они говорили, что глава клана Цзинь планирует собрать трехдневный совет крупных орденов. - Только вот четверо из нас не принадлежат кланам, - подметил Сун Лань. - Да и будь у нас клан, не думаю, что живых мертвецов встретили бы с почестями. - Сичэнь, - внезапно выдал Лань Чжань, обратив на себя внимание всех. - Полагаю, что Гуанъяо обязательно пригласит его на это мероприятие. - Хочешь напроситься с Сичэнем? - догадался Вэй Ин. - Но как? Еще и с каким-то там Мо Сюаньюем... - Сюаньюй был приглашенным учеником ордена Ланьлин Цзинь, - Ванцзи сопроводил серьезным взглядом каждого присутствующего. - Можно сослаться на то, что Мо подумал над своим поведением и решил попробовать снова присоединиться к заклинателям клана. А что касается меня, Сичэнь и в прошлом году звал меня на такой же совет. Только я не пошел. - И как ты планируешь успеть спросить у него разрешения? Лань Чжань достал из широкого рукава бумажного аиста, являющегося заготовкой магического предмета. - Отправлю ему сообщение. Заклинание действует мгновенно, так что ответ не заставит себя ждать. - Хм, - Вэй Ин, задумавшись, почесал макушку. - В принципе, план неплохой. А остальные? - Если техника обороны действительно такая же, как у моего клана, то есть одна лазейка. Принцип «пригласи друга». - Пригласи друга? - переспросил Синчэнь, обратив свое лицо по направлению голоса Ванцзи. - Это же правило, предполагающее, что каждый входящий гость может оставить за собой метку-приглашение для еще одного человека? - Именно так, - подтвердил Лань Чжань. Как же хорошо, что даже в безупречной системе ордена Гусу Лань бывают вспомогательные бреши. Благодаря этому была разработана стратегия. Она подразумевала, что Лань Чжань и Вэй Ин незаметно оставят метки приглашения, которые ближе к вечеру, когда будет самый разгар первого дня совета, а значит и охрана будет не такая усиленная, позволят войти Сун Ланю и Синчэню. Прятаться во владениях клана Цзинь двое «приглашенных» будут по возможности своими силами, в крайнем случае применяя заклинание «мнимой невидимости». Вэнь Нин будет стоять снаружи и следить за ситуацией, в случае чего отвлекая настырную охрану. В это время Сун Лань и Синчэнь подадут условный сигнал с помощью талисмана о том, что прибыли, и тогда Усянь вытворит что-нибудь эдакое, чтобы отвлечь наибольшее количество народа. Затем, следуя подсказкам духа сабли, Сун Лань и Синчэнь найдут примерное местонахождение головы, а после затаятся. И уже ночью, когда все будут спать, Сун Лань, как зрячий, будет стоять на стороже, Вэй Ин проведет ритуал «временного зрения». С его помощью слепой Синчэнь на час получит возможность видеть и воспринимать все, однако его магические ненастоящие глаза будут тесно связаны с сознанием Усяня, что позволит тому также наблюдать за происходящим и, возможно, подсказывать. Такая сложная схема была придумана для того, чтобы никто не заподозрил Вэй Ина или Лань Чжаня в краже на случай, если что-то пойдет не по плану. В конец концов, даже к признанным пропавшими без вести Сун Ланю и Синчэню будет больше доверия.

14.

Поздно вечером Вэй Ин сидел на большом вытянутом бревне в одиночестве у костра. Он задумчиво рассматривал, как колышутся языки пламени, иногда поправляя хворост палкой. Огонь от костра кажется безопасным, если не использовать его в пагубных целях. Вскоре к Усяню присоединился и Лань Чжань. Он беззвучно подошел к костру, взглянув на витающего в облаках Вэй Ина. - После всего пережитого ты все еще можешь спокойно смотреть на огонь? Голос был тихий, словно Лань Чжань не хотел тревожить умиротворенного друга. - Пламя может убивать, но также оно способно дарить тепло и подогревать нам пищу, - Вэй Ин улыбнулся одними губами и, подняв взгляд на Ванцзи, слегка подвинулся, освобождая место рядом. - Важно, какую функцию выберет человек. Лань Чжань еще немного постоял на месте, затем подошел к Вэй Ину и опустился на бревно, придерживая Бичэнь. - Сычжуй также говорил про тебя и темный путь в принципе, - неожиданно выдал он, направив усталый взгляд на трещащий костер. Лицо Вэй Ина вытянулось в изумлении. - Сычжуй? Про меня - это про Мо Сюаньюя или... - И про тебя, как про Старейшину Илина, - Лань Чжань в подтверждение своих слов кивнул. Усянь не сдержал мягкой улыбки. - Он мне тоже говорил что-то подобное. Чье это дитя вообще? Такой способный и умный парень. Показалось подозрительным то, что перед ответом Ванцзи выждал сомнительную паузу. - Я держу это в тайне ото всех, - говоря это, он обратил свой взгляд на Вэй Ина. - Если ты узнаешь правду, готов ли не рассказывать об этом самому Сычжую? Он не помнит своего детства и, конечно же, ему лучше этого не знать до подходящего момента. - Конечно, - Вэй Ин утвердительно кивнул. - Если это требуется, я буду хранить молчание. Лань Чжань внимательно оглядел лицо Усяня, сгорающего от любопытства, и вздохнул. - Имя, данное ему мной, Лань Сычжуй. Второе имя - Лань Юань. А имя от самого рождения, - он помолчал пару секунд, как будто ему было сложно произнести это вслух, - Вэнь Юань. Сознание Вэй Ина прошибло разрядом молнии. Сперва он даже не поверил в то, что услышал. - Подожди, - он оторопело уставился в землю с широко раскрытыми глазами, - Вэнь Юань... тот самый Вэнь Юань?! И снова взглянул на Лань Чжаня, только уже окончательно впав в ступор. Ванцзи сдержанно кивнул. - Да, тот самый. - Разве он не погиб от истощения, когда оставшихся людей из клана Вэнь захватили? - Нет. Я нашел его. Он был при смерти, но мне удалось его излечить. И оставить в Гусу. Об этом знают только мой брат и дядя. Эта новость шокировала гораздо больше, чем все произошедшее с момента воскрешения. Значит, этот ребенок, которого когда-то Вэй Ин закапывал в землю, как редьку, не просто выжил, еще и стал талантливым учеником Гусу Лань. - Я никому не расскажу, - заверил Усянь. - И Вэнь Нину пока тоже не стоит знать этого. - Угум. Дальше они какое-то время сидели в глубокой тишине, слушая приглушенный треск хвороста, ломающегося под силой огня. Вэй Ин, провалившись глубоко в свои мысли, ковырял рыхлую землю тонкой палкой, пока в какой-то момент к нему не потянулась рука Лань Чжаня, забрав прут себе. Вэй Ин искренне недоумевал и ожидал, что же будет дальше. Тогда Лань Чжань прочертил на земле «сыграй мне что-нибудь на флейте». На миг Усянь замер в замешательстве. Затем перевел изумленный взгляд на Ванцзи, но тот лишь смотрел в сторону костра. А в его темных глазах отражалось мягкое пламя, заставляя взгляд сиять еще ярче. Эта картина завораживала. Сейчас Усянь созерцал, как отточенный ледник переливается всеми оттенками красного и желтого, принимая огонь, как должное. Сыграть, так сыграть. Не скрывая улыбки, Вэй Ин достал свою родную черную флейту и недолго покрутил ее на пальцах. В принципе, если не призывать темную энергию, то Чэньцин может сойти и за обычный музыкальный инструмент. Приложив флейту к губам, Вэй Ин направил поток воздуха, не забывая перебирать пальцами, чтобы мелодия звучала гармонично. Приятные слуху звуки распространялись, подобно дыму от костра, вливаясь в атмосферу, как изысканное вино, наполняющее чашу. Вэй Ин играл самозабвенно, прикрыв глаза, проникаясь музыкой, не замечая ничего вокруг. И очень сильно удивился, когда на его плечо легла чья-то голова. Он даже перестал играть, замерев в прежней позе с округлившимися глазами. И узрел перед собой чужую макушку. Лань Чжань, сидевший с боку от него, видимо, задремал и, не осознавая этого, облокотился на плечо рядом. Пряди его ухоженных волос россыпью падали на грудь Усяня, который, спустя несколько секунд, все-таки отмер, аккуратно отстранил от себя флейту и чуть склонил голову. Ему хотелось хорошенько разглядеть расслабленное, абсолютно безмятежное выражение лица спящего Лань Чжаня, ведь в бодрствовании он всегда пытался держать себя в уздах и не давать волю эмоциям, отчего мог выглядеть весьма хладнокровным. Но сейчас, пребывая в царстве снов, Ванцзи был таким смиренным и милым, что щеки Вэй Ина налились румянцем. Не улыбаться этому было просто невозможно. Вероятно, оттого, что спящий Лань Чжань казался беззащитным, невольно хотелось позаботиться о нем. Поэтому, спрятав флейту обратно под одежду, Усянь закинул свою руку за спину Ванцзи и осторожно приобнял его, позволяя придвинуться ближе. И его охватило чувство неимоверного спокойствия и неземной легкости, прошмыгнув волнующей дрожью по всему телу, сконцентрировавшись где-то под ребрами. Как будто сей мимолетный миг был предначертан самой судьбой. Столько волнующих эмоций скопилось в растроганной душе, что Вэй Ину больше не хотелось сдерживать свои порывы. Он, склонив голову, мягко коснулся макушки Лань Чжаня своими губами, оставив мимолетный поцелуй и почти сразу отпрянул, но руку не убрал. Была ли цель у этого действия или какое-то особое предназначение? Нет. Просто Вэй Ину на тот момент показалось, что только так он может выразить свои настоящие чувства. Просидев так еще некоторое время, он все же разбудил Ванцзи, чтобы отвести его в дом.

15.

На следующий день все пятеро отправились в путь: Лань Чжань и Вэй Ин вместе прямой дорогой, а Вэнь Нин, Сун Лань и Синчэнь обходным путем. Так как Вэй Ин давно не выходил в люди, Лань Чжань предложил посетить встречающиеся мимоходом поселения. И, конечно же, Усянь был в безудержном восторге от такой идеи. Он с удовольствием прогуливался по населенным пунктам, заглядывая на ярмарки и во все возможные магазины, как ребенок, радуясь всему, что попадалось на глаза. И Лань Чжань, тронутый таким озорным поведением, повсюду следовал за ним, покупая то, что уж больно приглянулось Вэй Ину. По большей части это была еда и вино, но среди них затесалась одна деревянная игрушка в виде бабочки на палочке, напомнившей ему ту, что когда-то была подарена Юаню много лет назад. Переночевав в одном городе, они двинулись по направлению к поселению, которое находилось ближе всех к ордену Ланьлин Цзинь. По пути Вэй Ин почти не умолкал, то предаваясь воспоминаниям о прошлой жизни, то еще на раз обсуждая схему дальнейших действий, то рассуждая о самосовершенствовании. И Лань Чжань все это время внимательно слушал его, иногда вступая в диалог. Похоже, ему нравилось слушать Усяня, и он не выглядел утомленным, даже когда одна тема резко сменяла другую. А еще Вэй Ин случайно приметил дикорастущий пион в кустарных зарослях. - Лань Чжань, смотри! - он в два прыжка преодолел расстояние и присел к целому семейству красивых и благоухающих приятным ароматом цветов. - Давно ли ты видел, чтобы такой прихотливый цветок рос сам по себе? - Он неприхотливый, - опроверг его слова Ванцзи, подойдя ближе. - Тогда почему не растет на каждом шагу? - Усянь нежно прикоснулся к лепесткам, затем обхватил пальцами стебель. - Изящество выбирает себе правильное место. Фраза Лань Чжаня прозвучала так многозначительно и емко, что было бы неплохо прямо сейчас ее записать, чтобы не забыть. А еще Вэй Ину вдруг захотелось совершить одну маленькую, но, как ему казалось, милую дурость. Одним рывком он сорвал самый, как он считал, прелестный цветок, встал и с размаху вручил его Лань Чжаню, да так, что удар в солнечное сплетение слегка сбил его дыхание. - А? - Ванцзи ошарашенно глянул на Вэй Ина, затем опустил опешивший взгляд на цветок. - Мне? - Ну да, - Усянь заулыбался, радуясь тому, что привычно непринужденное выражение лица Ханьгуан Цзюня преобразилось красочными эмоциями. - Изящный цветок изящному Лань Чжаню. На миг могло показаться, что эти слова смутили Лань Чжаня, ведь не зря его щеки приобрели легкий розоватый оттенок в тон лепесткам. Ничего не говоря, он, помедлив, забрал цветок и погладил подушечками пальцев полностью раскрывшийся бутон. И уголки его губ слегка дернулись в улыбке. Именно ради этого короткого, но греющего душу мгновения Вэй Ин и подарил пион. - Знаешь ли, что в древних традициях означает подарить только распустившийся цветок? - Ванцзи спросил это, не поднимая взгляда. - Что же? - Усянь беспечно скрепил согнутые руки на затылке. Еле слышно хмыкнув, Лань Чжань украдкой бросил оценивающий взгляд в сторону спутника, затем, не отпуская цветка, молча последовал вперед, спрятав одну руку за спиной. - Да ла-а-а-дно, - недовольно протянул Вэй Ин. - Вот просто так возьмешь и оставишь меня без ответа? А Лань Чжань действительно не планировал отвечать, продолжая свой путь. Усяню пришлось смириться с таким подходом и идти за ним. Подходя к границе точки назначения, они наткнулись на заброшенную деревню. Вэй Ин сразу же ощутил присутствие нехорошей энергии. Ему стало дурно, а в голове раздавался гул тысячи неразборчивых голосов. - Здесь что-то не так, - прошипел он, схватившись за голову. Лань Чжань в этот же миг ринулся к нему и схватил его за плечи. - Что с тобой? - взволнованно спросил он, заглядывая в сощуренные от недомогания глаза. - Кажется, здесь есть неупокоенные души. И как только Вэй Усянь закончил фразу, из гущи зарослей деревьев послышался крик, очень похожий на боевой клич. Он переглянулся с Лань Чжанем и, увидев в его глазах полное согласие, рванул в сторону предполагаемого сражения. За деревьями было небольшое поле, где развернулась настоящая битва: юные заклинатели пытались сразить озлобленных призраков с помощью оружия и талисманов. Но никто из них не владел искусством упокоения на таком уровне, чтобы усмирить переполненных темной энергией духов. - И почему Цзинь Лин всегда появляется там же, где и Сычжуй? - задался резонным вопросом Вэй Ин, когда признал в заклинателях молодых адептов клана Лань и своего племянника. На это Лань Чжань не смог ответить. Он лишь многозначительно вздохнул, и вскоре на его руках материализовался гуцинь. Усянь тоже не стал медлить и изъял из-за пояса бамбуковую флейту, придя к мнению, что не стоит пока светить своей знаменитой Чэньцин. Не сговариваясь, он и Ванцзи начали исполнять мелодию успокоения. - Ханьгуан Цзюнь и Господин Мо! - радостно воскликнули адепты с налобной лентой, а Цзинь Лин лишь раздраженно цокнул языком. Музыка, обладавшая двойной силой, повлияла на озлобленных призраков. Он стали передвигаться по воздуху медленнее, иногда замирая, что давало шанс другим заклинателям наложить на них печать. Спустя несколько минут, духи успокоились, а вскоре, наконец, покинули этот мир. - Почему опять ты, Мо Сюаньюй?! - возмутился Цзинь Лин, с характерным дребезжащим звуком убрав меч в ножны, когда мелодия затихла. - А почему ты вечно попадаешь в передряги? - передразнил его Усянь, спрятав флейту за пояс. - Я просто возвращался с ночной охоты, а на меня напали призраки! - Цзинь Лин все еще строил из себя героя. Хотелось Вэй Ину подшутить с вопросом, а где же его дядя, но лучше не будить лихо, на всякий случай. - Мы тоже шли с охоты, - добавил Сычжуй, подойдя ближе к старшим. - Увидев такое количество злых духов, решили помочь. - А я и не просил мне помогать! Вэй Ин поражался, почему его племянник перенял все самые дурные черты характера своего отца и Цзян Чэна, а от матери вообще ничего не досталось. - Ты никогда не просишь! - теперь на него напирал Цзинъи, притопнув ногой. - А потом тебя все спасают! Даже в прошлый раз в Гусу, если бы не Ханьгуан Цзюнь и господин Мо, тебя бы уже в живых не было! Цзинь Лин так рассерженно надулся, что вот-вот мог бы лопнуть. Усяню пришлось приложить усилия, чтобы не покатиться с хохотом. - Куда вы сейчас направляетесь? - Лань Чжань подумал, что пора остановить этот балаган. - Мы собирались домой, - с учтивой улыбкой ответил Сычжуй, - но призраки нас задержали, и скоро начнет темнеть. Тогда Ванцзи предложил младшим переночевать в соседнем городе. И все, даже Цзинь Лин, согласились. Гостиница в крохотном городке была всего одна и очень маленькая. В нее редко кто заглядывал, а потому интерьер был весьма скромный. Зато работники оказались великодушными и добрыми, разместив гостей по нескольким комнатам. Из-за небольшого числа спальных помещений, пришлось разделиться по двое. И, конечно же, Лань Чжань и Вэй Ин поселились вместе. Но перед заселением Усянь улизнул на некоторое время, чтобы увидеться ненадолго с Вэнь Нином. Убедившись, что все идет по плану, он вернулся в гостиницу и застал эффектную сцену конфликта. Цзинь Лин с пеной у рта доказывал, что Старейшина Илина недостоин звания великого заклинателя и за свои деяния должным образом поплатился, а Сычжуй был с ним не согласен, утверждая, что они не знают всей истории наверняка, и правда может быть совсем иной. Вэй Ин не собирался принимать слова Цзинь Лина близко к сердцу, его можно понять, но вмешался в разговор, в манере Сюаньюя предложив молодому поколению воспользоваться тем, что Ханьгуан Цзюня нет рядом и насладиться вином. И к его удивлению, охотней всех такое предложение поддержал Цзинъи. Убедившись, что ссора миновала, Вэй Ин поднялся к себе в комнату. Там его уже ждал Лань Чжань, сидевший за столом, на котором были расставлены тарелки с едой, а еще красовалась бутылка «Улыбки Императора». Сдержать восторженную улыбку не получилось. - Лань Чжань, Лань Чжань, - ехидно хохотнув, Усянь, скинув с себя маску, надеясь, что никто без спроса не зайдет, присел за стол напротив и отправил в рот кусочек жаренного на огне мяса, - ты так часто покупаешь мне вино, что скоро сам начнешь его пить. Он тут же перестал жевать, когда увидел, как Ванцзи, придерживая рукав ханьфу, аккуратно разливает напиток в две чашки. - Да ну? - изумленно проглотив кусок еды, Вэй Ин обхватил пальцами маленькую емкость и поднес ее к губам. - Составишь мне компанию? И запрокинул в себя всю порцию вина. Лань Чжань, ничего не ответив, сделал то же самое, после осторожно поставил чашку обратно на стол. Вэй Ин внимательно следил за ним, но не заметил никаких изменений, даже газа не захмелели! - Вот это да, - хвалебно протянул он, наливая себе еще вина и выпивая его в мгновенье ока. - Получается, пока меня не было, ты все-таки научился противостоять алкоголю? Но выводы были сделаны раньше времени. Как по счету раз-два-три, собственно, на «три» веки Лань Чжаня вдруг смежились, а голова опрокинулась вниз, касаясь подбородком груди. - Ладно, поспешил, - Вэй Ин коварно хохотнул и привстал, потянувшись туловищем через стол, опираясь на руки. - Так ты на самом деле спишь? Возникнув перед лицом Ванцзи так близко, что, будь тот в бодром состоянии, точно бы отпрянул, Усянь внимательно оглядел его и, не заметив ничего подозрительного, осторожно приподнял его голову, обхватив пальцами подбородок. Лань Чжань, будучи в алкогольном забытие, не мог сопротивляться, даже если бы хотел. А хотел бы он?... Вэй Ин невольно ухмыльнулся своим мыслям и зачем-то еще больше сократил расстояние, уткнувшись носом в раскрасневшуюся от вина щеку Лань Чжаня. И вдохнул поистине прекрасный аромат. От Лань Чжаня пахло свежестью и яблочным деревом, как будто он только что покинул цветущий плодами сад. - Ну как можно быть во всем вот таким... идеальным, - сам себе прошептал Усянь, вообще переставая понимать, почему все это делает, и что с его собственными мыслями. Похоже последние несколько дней сближение произошло так стремительно, что сам Вэй Ин начал потихоньку сходить с ума. Иначе как объяснить все эти сны и необъяснимое желание касаться украдкой и по возможности. Немного отстранившись, он пробежался лихим взглядом по лицу Лань Чжаня и остановился на налобной ленте. Помнится, тот очень сильно злился, когда Вэй Ин ненароком пытался стянуть ленту со лба. А сейчас он сможет воспрепятствовать? Вообще не думая над возможными последствиями, Усянь потянулся рукой к заветному предмету, но неожиданно Лань Чжань очнулся. Сначала его рука взмыла вверх, схватившись за запястье Вэй Ина, затем уже открылись глаза. Вэй Ин сконфузился, виновато глядя на пришедшего в себя, но явно еще пьяного Ванцзи. - Э-э-э, прости, - неряшливо хохотнув, Усянь хотел отодвинуться. Но Лань Чжань не позволил ему, крепко вцепившись в руку. - Эй, Лань Чжань! - Вэй Ин даже чуть-чуть испугался. - Я же пошутил! А Ванцзи, кажется, шутить не собирался. Пьяно взирая на плененного человека, он без слов схватился за налобную ленту и одним движением сорвал ее. Вэй Ин аж окаменел, шокировано наблюдая за тем, как тонкая линия белой ткани касается пола. Чего?! Разъяснений ждать не пришлось, Лань Чжань, не теряя невозмутимости, в два счета обвязал лентой свою руку и захваченную руку Вэй Ина, крепко стянув ее на несколько узлов. Вот это поворот. - Постой-постой! - Усянь в панике задергался. - Мы это уже проходили! Только тогда в пещере была необходимость, а сейчас... - Зато больше не уйдешь, - заплетающимся языком выдал Лань Чжань. И эти слова заставили Вэй Ина замереть. Так вот оно что. Говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Значит, Лань Чжань на самом деле сильно переживал, когда Вэй Ин исчез? Проникнувшись этой мыслью, Вэй Ин заботливо погладил связанное запястье Лань Чжаня свободной рукой. - Не уйду я никуда больше. Куда я от тебя денусь. Ванцзи вдруг хмыкнул и... сиганул в окно, потащив за собой ошалевшего Усяня. Дальнейшие события нужно было записывать в летопись, чтобы предавать это из уст в уста, как небылицу. Что только пьяный заклинатель не вытворял. И менял местами предметы во дворе, и перевернул бочку с водой, залив порог какого-то сарая, и выцарапал мечом на деревянной стене фразу «здесь был Лань Ванцзи». А кульминацией этого всего стало то, что Лань Чжань ворвался в хозяйственный двор и стащил курицу, которую вручил Усяню под предлогом, что, раз ему подарили цветок, он должен что-то тоже принести в дар. Вэй Ин вообще ничего не смыслил в традициях, но подыграл, приняв курицу, а затем незаметно для Лань Чжаня, пока тот зачем-то разглядывал верхушки деревьев, вернул ее на место. Через пару секунд Лань Чжань резко оттолкнулся от земли и, утянув с собой беспомощного Усяня, начал перепрыгивать с одной ветки на другую, пока одна из самых толстых и крепких не показалась ему достаточно привлекательной. Тогда он, наконец, остановился. Вэй Ин с трудом сдержал равновесие и с диким облегчением выпустил воздух через рот. - Лань Чжань, чтоб тебя! - шуточно ругался он. - Мы же могли упасть! Лань Чжань вновь ничего не сказал. Он только притянул ничего не подозревающего Вэй Ина за привязанную руку и прижал к себе, заключая его в крепкие объятья, обхватив одной рукой за талию. Приплыли. Добрейшей ночки. У Усяня сбилось дыхание. Простояв в ступоре несколько секунд, пытаясь понять, отчего же так резво плещется кровь в заточении тела, он вдруг ощутил знакомое и умиротворяющее тепло. И тогда все прояснилось. - Лань Чжань, - не смело прошептал он, - это же ты приходил ко мне ночью в Облачных глубинах, когда мне снились кошмары? - Да, - еле слышно отозвался Ванцзи. Конечно, иначе быть не могло. - Значит, это ты меня обнимал, чтобы я мог уснуть? - Да. Сердце буквально заходилось от неимоверного чувства радости и успокоения. Растроганный признанием, Вэй Ин положил свободную руку на плечо Лань Чжаня и чуть сжал пальцы. - Спасибо тебе... Ты, как всегда, меня спас. - Я всегда буду спасать тебя, - выдал весьма откровенное заявление Лань Чжань. - Я не хочу снова потерять тебя. Вэй Ин уже ощущал, как глаза начало щипать от слез, а горло тянуло из-за необходимости сдерживать свои эмоции. Он так сильно переволновался, что неожиданно качнулся, а нога его соскользнула с ветки. Он тут же начал балансировать, боясь, что сорвется вниз и потянет за собой Ванцзи. Но Ванцзи вовремя перетянул вес на себя и полетел спиной вниз, не выпуская Вэй Ина из объятий. Это было очень опасно. Благо Усянь успел создать заклинание, замедлившее падение. Тогда Лань Чжань мягко приземлился на спину, а Вэй Ин упал на него сверху. Кряхтя и извиняясь, Вэй Ин приподнялся на локтях и в очередной раз застыл. Да, сила ледника так влияла на него, особенно в такие неоднозначные моменты. Сейчас Усянь нагло лежал на Лань Чжане, который смотрел на него как-то слишком очаровывающе и... даже немного непристойно. Боясь пошевелиться, Вэй Ин лишь молча смотрел в ответ, замечая, как в темных глазах напротив появилась подозрительная искра. Пользуясь замешательством, Лань Чжань потянулся к голове Вэй Ина и, запустив пальцы в густые волосы, надавил на его затылок. Под чужой силой Усянь начал медленно наклоняться, и его лицо становилось все ближе к лицу Лань Чжаня, чарующего одним лишь своим гипнотизирующим взглядом. И так до тех пор, пока их губы неожиданно не коснулись друг друга. Если до этого пульс зашкаливал до бешеных скоростей, то сейчас сердце едва не остановилось, разлетевшись на мельчайшие куски. Ощутив влажное прикосновение чужих губ к своим губам, Вэй Ин собирался отпрянуть, но Ванцзи снова надавил на затылок, заставляя прижаться и сильнее скрепить легкий, но такой горячий поцелуй. Усяню показалось, что он сейчас вновь умрет и возродится заново. Кровь так сильно бурлила в венах, что тело непроизвольно обмякло и подчинилось. Он не знал зачем, он не понимал почему, да и не хотел вообще знать. Но сейчас поцелуй Лань Чжаня - это все, из чего состоял его мир. И где-то в подсознании забилась мысль, что именно этого и требовала душа последние несколько дней. О боги, да что же между ними происходит?! Кажется, он пропал. Понимая, что пока их губы нежно мнут друг друга в поцелуе, сделать ровный вдох не получится, Вэй Ин все-таки нехотя отстранился и хотел заглянуть в глаза Ванцзи, чтобы найти ответы на негласные вопросы, но тот лишь снова притянул его к себе, заставив уткнуться лицом в изгиб шеи. И снова этот блаженный аромат свежести. И снова безграничный уют. И снова вопросы без ответов. - Ханьгуан Цзюнь и Господин Мо! - послышался еще отдаленный, но уже заметно приближающийся голос Цзинъи. - Мы видели, что вы упали с дерева! Вы в пор... Ы! Усянь так резко отпрянул и повернул голову, что в ушах запищало. Прямо на него сейчас уставилось три пары глаз: пребывающий в полном незримом шоке Цзинъи, изумленный, но как будто ехидный Сычжуй и кипящий от стыда и негодования Цзинь Лин. И мало того, что Лань Чжаня и Вэй Ина застали в весьма интересной позе, так еще и последний был без маски. Сычжуй и Цзинъи, конечно, лично никогда не видели внешности Сюаньюя, а вот Цзинь Лин... Но спас ситуацию (ну как спас, подкинул дров в костер) Лань Чжань: он вскинул связанные между собой руки обоих мужчин вверх, как будто нарочно демонстрируя, чем именно они были связаны. Цзинь Лина перекосило, Цзинъи просто безмолвно упал на колени с выпученными глазами, а Сычжуй, напротив, закрыл рот руками, сдерживая смех. Похоже молодежи сегодня будет, что пообсуждать. - Да что здесь творится?! - вспыливший Цзинь Лин был готов рвать на себе волосы. - Это же налобная лента клана Лань! Бесстыдник! Ты хоть знаешь...?! Договорить ему не дали Цзинъи и Сычжуй. Они плотно зажали его рот ладонями, зачем-то извиняясь перед Ванцзи и Вэй Ином, и побежали прочь, утащив третьего все еще пытающегося орать за собой. Возможно, сейчас бы предстоял самый неловкий диалог на свете. Но Лань Чжань, привыкший ложится спать рано, вдруг сел и, заявив, что пришло время сна, помчался к гостинице вместе с Усянем. Миновав шушукающихся молодых адептов, Ванцзи зашел в комнату, отвязал себя от Вэй Ина и, даже не раздеваясь, лег на кровать, мгновенно заснув. А Вэй Ин еще какое-то время стоял неподвижно, растерянно оглядывая спящую фигуру, которая недавно целовала его. От одного воспоминания о поцелуе, у Усяня загорелись губы, пришлось с силой сжать их, чтобы не сойти с ума. В любом случае, практика показывает, что, протрезвев, Лань Чжань не будет помнить ничего из прошедшего весьма откровенного вечера. Как бы ни было печально, нужно просто оставить это в памяти, как очень приятный и незабываемый опыт, и больше не тревожить. Сняв с себя ленту, Вэй Ин повязал ее обратно на лоб Лань Чжаня и, еще немного посокрушавшись над тем, что все это будет забыто вторым человеком, осторожно прилег рядом, закрыв глаза.