Здравствуйте, я - Ведьма! Книга 3: Война миров

Эльфы и гномы увлечённо что-то обсуждали, Чара болтал с Дорой, Эриком и Мирой. В принципе, Мира не особо-то и участвовала в беседе, в своей обычной манере сохраняя молчаливый нейтралитет. А я… Я искал глазами очертания знакомого дома. Я точно уверен, что он должен быть где-то здесь. Сделав пару шагов вперёд, я обернулся: никто из товарищей не обратил внимания на моё отсутствие. Кивнув самому себе, я продолжил путь. Уже через метров двадцать я увидел то, что искал: дом семейства Вит Оллов, а за моей спиной послышался голос Чары: - Элиот, ты куда идёшь? - Пошли со мной и увидишь. – бегло обернувшись, ответил я, не замедляя шага. - Подожди ты! – кричит друг. За спиной слышны быстрые шаги, сильно заглушённые влажным песком. Наконец, друг нагоняет меня, хватая за руку, и сгибается пополам, пытаясь отдышаться? - Подождать нельзя было? Ты куда так бежишь? - Пошли. – тяну друга за руку. – Хочу навестить знакомых, а заодно пополнить ряды нашей армии достойными кадрами. – подмигиваю другу и ускоряю темп ходьбы. – Пошли, не тормози. - Чей же это дом? – не унимается Чара, повисая на моей рукой. – Ах, точно! – восклицает друг. – Вит Оллов! Элиот, ты – гений! - А ты сомневался? – заливаюсь смехом и тяну его за рукав. – Бежим наперегонки? - А проиграть не боишься? – сощуривается друг. - У себя спроси. – фыркаю я, щёлкая друга по носу и срываясь с места. – Догоняй, улитка! - Так нечестно! Ты побежал раньше меня! – кричит друг, тоже срываясь с места. - А разве я говорил, что старт будет объявлен? – спрашиваю между рваными частыми вдохами. Больше друг не возмущался, молча и упорно пытаясь меня догнать. Конечно, половина эльфийской крови, текущая в его венах, давала ему фору в скорости и ловкости, но десять метров, на которые я оторвался от Чары на старте, давали мне весомое преимущество. Мне было так хорошо и приятно сейчас. Закрываю глаза и вот мы уже вновь дети: свежий ветер обдувает лицо, трепля шёлковые волосы, губы растянуты в улыбке, а впереди только хорошее… А впереди только беззаботность и счастье, только радость и любовь. Раскидываю руки в стороны, растопыриваю пальцы, чтобы не пропустить ни одно игриво-ласковое касание морского ветра, ни одну мельчайшую капельку огромного моря, ни один невидимый глазу кристалл соли, ни одну эмоцию матери природы. Опасаясь, что пробегу дом, открываю глаза и тут же торможу. От резкой остановки ноги немного уходят в песок, а в мою спину врезается Чара. Смотрю вперёд, потом оглядываюсь на друга. Он рвано дышит, в его глазах недоумение, а беззаботная улыбка сползает с его лица подобно мягкому воску, так же, как и с моего. Возвращаю свой взгляд на дом. Громко сглатываю. Дом Вит Оллов был заброшен. Дом, в котором я проводил столько времени, начиная с самого рождения, походил сейчас на молчаливого призрака прошлого. Память услужливо извернулась и выбросила к поверхности сознания картину былых времён. Вот, мы летим к Вит Оллам. Я сижу верхом на своей первой метле, мне года четыре, не более. Я вижу море и их дом, мы начинаем снижаться, я это делаю ещё так неумело. Совсем низко, в окнах видно Адэйра, который широко улыбается и машет нам рукой, обнимая крепкой рукой свою любимую жену, которая так же улыбается нам, только чуть более робко. Мы приземляемся. Бурные приветствия. Богатый и разнообразный стол, за который меня – слишком шустрого мальчишку еле усаживают. Я кричу и закрываю руками лицо, когда Касси пытается накормить меня водорослями, хотя Адэйр их спокойно есть и утверждает, что это вкусно. Столько лет, столько проведённого вместе времени. А какая радость была, когда семь лет мы приехали сюда вместе с Чариной семьёй… Сколько мы пробежали миль по влажному морского песку, скольких чаек встревожили и скольким русалкам не дали понежиться на камнях, дёргая их за длинные мокрые волосы… Пару раз моргаю и делаю шаг вперёд. Стёкла в окнах разбиты и их пустые глазницы смотрят на нас, словно мертвецы на живых. В каких-то окнах колыхаются занавески, в других виден лишь оборванный карниз, на котором держались шторы. Ещё пару шагов на негнущихся ногах. Сердце сжимается странной болью. На крыльце валяется мягкая игрушка в форме синей рыбки – любимая игрушка одной из дочерей Адэйра и Касси – Марики. Девочка никогда не расставалась с этой рыбкой, ни в море, ни на суше. Теперь же рыбка была забыта и присыпана песком. Она валялась на крыльце у самых ступеней. Глаза начало резать, на них навернулись слёзы. Подхожу к крыльцу, поднимаюсь на четыре ступени и опускаюсь на корточки, подбирая рыбку. Потрепанная, чуть влажная после дождя, измазанная в песке, я никак не мог поверить в то, что Марика бросила свою любимую игрушку. Должно быть, им пришлось бежать. Бежать внезапно и быстро, чтобы спастись от наступающих врагов. А, может быть… Нет! Мне даже подумать было страшно о том, что с ними случилась беда. Не может быть, Адэйр сильный мужчина и умелый ведьмак, он мог их защитить. Касси с детьми могла уйти в море, если совсем были плохи дела. С ними не могло случиться беды. Не выпуская из рук рыбки, встаю и толкаю дверь. Она оказалась не заперта. Мне представляется картина полной разрухи: разбитые светильники, опрокинутая мебель. Повсюду какой-то мусор, какие-то осколки. Сглатываю и прохожу вперёд, выходя на середину гостиной. Некогда красивая подвесная люстра лежит на полу, вокруг осколки стекла, хрусталя и камни, украшающие её. Стараясь ни на что не наступить, прохожу к лестнице. Под ногами хрустит стекло, картина дома угнетает, но меня радует то, что нигде нет пятен крови. Это означает, что борьбы не было. Вероятнее всего, Вит Оллы успели сбежать, а потом пришли чужаки и разгромили дом в поисках наживы и ради потехи. Кулаки невольно сжимаются, когда я представляю себе панику в глазах Касси, ужас и непонимание на лицах их детей, попытки Адэйра изобразить спокойствие, успокоить семью, отправить их в море, потому что только там они будут в безопасности. Как же должно быть страшно отпускать дорогих людей, зная, что, возможно, не увидишь их больше никогда. Вздрагиваю и стискиваю зубы. Резко разворачиваюсь, врезаясь в Чару, который стоял за моей спиной. - Чара, - твёрдо говорю я, - довольно. – качаю головой. – Я больше не позволю им разрушить ни один счастливый дом. С момента, официально, я объявляю им войну. Друг кивает, в глазах читается согласие и почтение к моим словам. - Я с тобой, друг. – протягиваю ладонь, друг кладёт свою поверх. – Для меня большая честь сражаться с тобой плечом к плечу. - До конца. До последнего гада, что посмел посягнуть на наш мир и наше счастье. И не будет мне покоя, пока останется хоть одна чужестранная мразь в наших землях. Не будет мне покоя, пока солнце вновь не начнёт освещать счастливые дома, а небо не станет мирным. Не будет мне покоя, пока я не смогу победить. – говорю это и убираю руку. – Пошли. Мы молча и быстро вернулись к нашим товарищам. - Где вы были? – встревожено спрашивает Мавис. - Это дом добрых друзей моей семьи. – говорю я, указывая на здание. – Он разорён, а обитатели его покинули. Я намерен отомстить и восстановить справедливость. Не стоит соваться в чужой мир со своими законами, не стоит писать свой уклад тем, кто жил счастливо без него. Вокруг меня начинает собираться люд, окружая меня кругом. - Да, - киваю, продолжая, - у них есть оружие, равного которому нет у нас, но… Но у них нет совести и чести, а без них не победить. Нас не много, но мы светлы сердцем и боремся за истинно благое дело! – уже почти кричу. – Мы боремся за свои дома и семьи, за своих родителей, братьев и сестёр, за своих друзей и возлюбленных, они же борются за золото и власть! На их стороне огнедышащее оружие, на нашей – смекалка и хитрость! Нас не много, но среди нас лучшие! Капля может склонить сосуд в нужную сторону, если упадёт в правильное место и в правильный час! Сможем ли мы все вернуться из боя? Я не знаю! Я самолично пойду впереди вас, пойду под пули, но я не погибну. Знаете, почему? Потому что, пока я не увижу нашу победу – не будет мне покоя! А, как известно, смерть дарит покой! - Да! – крикнул Аларм и ещё несколько эльфов, подняв руки в воздух. - Так пусть и вам не будет покоя, пока рассветы не перестанут быть кровавыми, пока семьи не воссоединяться, пока мы не установим свой флаг на башне противника! - Да! – крикнуло уже большее количество эльфов и гномов. - Пусть же мы станем теми, кто освободит наш мир от вражеского нашествия! И нет никакой разницы, что мы такие разные! Мы пойдём к цели, к победе единой братией! Мы сможем это сделать, потому что мы сражаемся не только за себя, а всяк, кто идёт за другого, уже победитель! Не каждый может пойти под пули, чтобы спасти тех, кого он даже не знает, - оглядываю всех присутствующих, - в этом и есть наше коренное различие с чужаками – они никогда не пойдут на защиту другого! Им чужды такие понятия, как: честь, любовь, семья, долг, дружба! Честь для них – это что-то, что легко продаётся, только нужно подобрать сумму! Любовь для них – это то, что происходит между двумя людьми в горизонтальном положении, для них любовь – лишь физическая близость, а иногда, и вовсе, они говорят «люблю» не людям, а вещам! Семья для них – это лишь штамп в документе! Семья для них – пустой звук, их семьи рушатся каждый миг и им плевать! Для них важнее удовлетворить низменную потребность в сексуальном влечении, не важно, с кем и когда, чем любить, быть любимым и дать жизнь и любовь своим детям! Долг для них – лишь банковское определение, они знают, что можно быть должными банку, быть должными деньги, но не знают, что есть высшие обязательства, которые несёт каждый живущий и обладающий разумом! Они плюют даже на собственную планету, собственный общий дом! Они загрязняют её и убивают, отравляют! Они убивают животных и уничтожают целые виды! Они покапают новый телефон, вместо того, чтобы покормить голодающее животное! Они убивают своих нерождённых детей только потому, что не нагулялись/не построили карьеру/не вовремя и так далее! Они убивают даже других людей, просто за то, что они чем-то отличаются! Так как эти люди смогут нас победит? Никак! Им никогда не одержать победу! - Да! - За нами же – выигранная война! - Да! - Им никогда не захватит нас, не сломить дух! Они могут убить одного человека – за него встанет десяток, могут убить десять – придёт сотня! Чем больше они нас будут губить, тем мощнее будет наша отдача! Мы победим просто потому, что это наш мир, наш дом, - уже кричу так, что болят голосовые связки, - и только мы вправе писать законы его существования и распоряжаться своими жизнями! - Да!!! - Так дадим же бой вражескому лагерю! Вы со мной? - Да!!!! Последний крик вылетел из каждого рта, две сотни криков обрушиваются на меня безумным гулом, но я не чувствую неудобно или неприятно. Я чувствую в себе силу. Я чувствую волю к победе и способность повести за собой народ. И я смогу. Клянусь, что смогу. - Элиот, - говорит Чара, улыбаясь, когда крики чуть стихли, - это была самая волшебная речь, которую я когда-либо слышал. - И я не лгал. – слегка улыбаюсь другу. – Впервые в жизни я не лгал, не лукавил и не кривил душой. Я сказал, что не будет мне покоя, пока я не приведу народ к победе – и я сдержу слово. - Ты молодец. – шепчет Чара, касаясь моего плеча. – Я горжусь тобой. - Лучше гордись нами, ведь, что может одинокий герой? – спрашиваю и тут же сам отвечаю. – Одинокий герой может лишь кичиться своей исключительностью. Знаешь, - прикрываю глаза и беру друга за руку, - сейчас я начал понимать, что не зря всё это случилось со мной: не зря я лишился силы. Только лишь так я получил шанс понять, что на самом то деле я ничего из себя не представляю, у меня появился шанс научиться быть кем-то, не прикрываясь магией. У меня появился шанс научиться ценить других, их время, их чувства. У меня появился шанс научиться ценить жизнь и жить, по-настоящему. И… - опускаю глаза, облизываю губы. – Это куда лучше, чем я, если бы я прожил всю жизни, не осознав этих простых истин. Пусть я больше не особенный, не особенный по рождению, но я могу стать особенным по поступкам, по действиям. – друг внимательно слушает меня, глаза блестят, на губах лёгкая улыбка. – Я могу сделать что-то, чего бы никогда не сделал, оставаясь просто самой сильной ведьмой. Может быть, - вздыхаю, - так будет сложнее, куда сложнее… но я рад, что всё происходит именно так. Знаешь, - убираю волосы за ухо, прикусываю губу, - мой отец был прав, говоря, что я должен быть кем-то, вне зависимости от того, какая сила мне дана. Я всегда отмахивался от него, говорил, что это бред и зачем мне учиться что-то делать без магии, если она мне дана с рождения, да ещё и такая сильная? Какой же я был глупец… - опускаю голову. – Чара, сколько я сказал лишнего за свою недолгую жизнь, сколько сделал плохого… Пришло время платить по счетам. – поднимаю голову, глаза горят уверенностью. – Пришло время посмотреть в глаза судьбе и сказать: «ты сильна, но я сильнее». Пришло время бороться, и начну я прямо здесь и с себя. – не отпуская руки друга оборачиваюсь к остальным. – Дора, Эрик? - Что, наш командир? – улыбаясь, спрашивает Дора. В словах девушки нет ни тени иронии, как видно, и её тоже затронули мои слова. Мне в радость видеть веру и доверие в глазах моих товарищей. Для меня это честь. - Дора, Эрик, - отпускаю Чарину ладонь и делаю шаг к девушке и парню, - нам нужно добраться до вражеского укрепления как можно быстрее, а лошадей мы оставили на том берегу. Вы можете нас перевезти? – Дора с Эриком пересмотрелись. - Элиот, тебе же было так страшно лететь? – спрашивает девушка. - Я решил, что стоит бороться со своими страхами. Я справлюсь. - Если ты уверен, то… - Дора смотрит на брата, тот кивает. – То мы можем это всё устроить. - Это хорошо. Смотрите… Мавис, где карта? – женщина протягивает мне карту, разворачиваю её и указываю молодым людям-драконам на обозначения. – Мы здесь, а нам нужно вот сюда. Здесь примерно двести километров прямого пути, пешком мы будем идти не менее четырёх дней. И это при условии, что мы будем идти двенадцать часов в сутки, что сложно, без перерывов. К тому же, среди нас есть женщины… - кошусь на Миру, которая тут же реагирует. - Я не сказала бы, что я менее вынослива, нежели кто-либо из мужской части нашей братии. - Мира, ты не единственная особа женского пола среди нас, есть ещё Дора и Мавис. Допустим, что Доре просто дастся такой путь, но Мавис… - Согласна. – кивает женщина. – Не та длинна ног, да и не девочка я уже… - Вот. – возвращаюсь к теме. – Если мы пойдём пешком, то наш путь будет долог и сложен, мы устанем, и нам будет сложнее сражаться. Если же мы полетим… - То устанем только мы. – перебила меня Дора и хихикнула, махнув рукой. – Шучу я, шучу. – смотрит на меня искрящимися янтарно-медовыми глазами. – Двести километров – такой пустяк! – беззаботно говорит девушка. – Я согласна, Эрик тоже. - Можно было бы спросить меня. – говорит юноша. – Но – да, я согласен. - Отлично. Спасибо. – тепло улыбаюсь Доре и Эрику. – Значит, так… - сажусь прямо на песок, моему примеру следует Чара, Дора, Эрик и многие другие. – За сколько вы можете пролететь двести километров? - За… - Дора прикрывает глаза, считая. - За два часа. – отвечает Эрик. – Это примерно. - Это отлично. – киваю. – Надо, чтобы за раз вы увезли пятьдесят человек, тогда вам придётся всего один раз возвращаться. - А пятьдесят человек рассядутся? – спрашивает Чара. - Рассядутся. – киваю. – Может быть, с меньшим комфортом, потому что лучше сидеть ближе к голове, но рассядутся. - Мы согласны. – говорит Аларм. – Все мои собратья согласны с вашим планом. - И наши. – говорит Абрам. - Спасибо вам, что вы слушаете меня. – улыбаюсь я эльфу и гному. – Мне приятно и дорого ваше доверие. Дора, Эрик, вы же сможете унести пятьдесят человек? - Элиот, ты смеёшься? – спрашивает Дора. – Мы и сотню унесём спокойно, важно, чтобы все смогли сесть и держаться, за нас не волнуйтесь. – девушка повернулась к брату и взяла того за руку, тихо, только для него добавляя. – Наконец-то, мы сможет сделать что-то для всех и со всеми. - Я согласен с тобой, Дора, - улыбается Эрик, - это здорово, что мы встретили всех этих людей на своём пути. - Дора, Эрик? – аккуратно окликаю я молодых людей. - Да? - У меня ещё несколько примечаний. - Конечно, слушаем. – кивают обращенцы и разворачиваются ко мне. - Те, кто полетят в первой партии, должны будут устроить безопасный перевалочный пункт, замаскировать его. Мы окажемся в землях, где пока что правит наш враг, он может контролировать территории, патрулировать их. Мы не должны быть замеченными. - В случае, если встретите чужаков, - заговорила Мира, - уничтожайте их. - Лучше берите в плен. – поправил я девушку. – Зачем нам лишняя кровь? К тому же, они могут дать нам информацию. - Хорошо. – кивает Дора. - Хоть посмотрим, что за чужаки такие там… - задумчиво говорит Мавис, протирая лезвие топора. - Полагаю, - говорит один из эльфов, - их кровь так же красна и тепла, как наша. - А по делам их, - возражает Босний, - им больше подходит кровь чёрная и смрадная. - Вот и увидим, кто прав… - говорит эльф, вынимая меч из ножен и смотря на своё отражение в холодном тонком металле. Я удовлетворёно кивнул себе. Народ был настроен на бой, настроен на победу, а это уже половина успеха. У нас непременно всё получится, потому что мы боремся за мир, а чужаки воюют ради войны. В этом наше коренное различие, что станет решающим в момент истины, я точно это знаю.