Now What? || Что теперь?

— Эй, Мэйбл! Сиф! Билл! Смотрите! — Диппер подошёл к двум девушкам и демону, которые оживлённо беседовали в сувенирном магазине Хижины Чудес. Что-то о школе, потом о мальчиках, потом о том, как патриархат и систематический сексизм влияют на самооценку женщин и в конечном счёте приводят к внутреннему женоненавистничеству, из-за чего многие женщины соперничают друг с другом. Диппер не мог участвовать в этом разговоре, даже если бы захотел. Вместо этого он протянул газету своей сестре, её демоническому сообщнику и своей... подруге. — Пару раз уходят на перерыв. Это конец самого популярного бой-бенда? — монотонно читает Билл. Мэйбл вырывает газету из рук её брата. — ЧТО?! — она продолжает читать статью. Диппер забирает ее обратно. — Нет, я имел в виду это! — он указывает на статью прямо под душераздирающими новостями. — Сегодня ночь падающих звезд! Там будет примерно... по сотне звезд, падающих каждый час! Мы должны это увидеть! — На самом деле это круто. Я никогда не видела звездопад! — Пасифика взволнованно повернулась к парню. Он вспыхнул. Они оба посмотрели на Мэйбл, которая, казалось, заметно дрожала от волнения. — И я отведу вас посмотреть на них! — дверь магазина распахнулась, и на пороге появился невысокий пухлый мальчик с очень нежной бледной кожей и белоснежными вьющимися волосами. Раньше он был очень большим, но теперь выглядит почти нормально. На нем были простейшие шорты-карго и рубашка-поло. На поло была маленькая нашивка с изображением созвездия, вшитая в карман на груди. Он торжествующе упер руки в бока. Все присутствующие удивленно уставились на него. — Гидеон! — сказал парень, на самом деле радуясь встретить мальчика. Он подошел и дал ему пять. — Как дела, чувак? — У меня все отлично, Диппер! Потому что, как я уже сказал, сегодня вечером я возьму всех вас с собой посмотреть на падающие звезды! В поход! Затем в кемпинг! И любоваться звездами! — он поднял руки и громко провозгласил. Близнецы выглядели восторженными, в то время как Пасифика и Билл... не очень. Турист прошел мимо подростков к кассе, чтобы купить несколько дешевых сувениров. — С вас 32,60 баксов, — устало пробормотал треугольник. Посетитель отдал ему деньги, прокомментировав, какой крутой демон-аниматроник у кассы. Билл снова раздраженно вздохнул. — Номер 22 для демона-аниматроника, — он что-то записал на листе бумаги. Это был список имен, которыми его обзывали, и отметки рядом с ними, указывающие, сколько раз его называли определенным образом в течение недели. Был вторник. Диппер хихикнул. — Это становится забавным. Гидеон посмотрел на треугольник, и осознание вот-вот должно было настигнуть его через 3... 2... Пасифика и близнецы бросились закрывать мальчику рот, чтобы крик не был слишком громким. Когда он перестал орать, они, наконец, отпустили его. — Не кричи! По крайней мере, не в рабочее время! — сказал Билл Гидеону, своему бывшему напарнику. Мальчик, в свою очередь, был просто потрясен и мог только заикаться, по крайней мере, несколько мгновений. — Би-Билл Шифр?! — произнес он, его голос довольно забавно дрогнул, что рассмешило демона. — К-как?! К-что это?! Я... — мальчик не мог даже составить ни единого предложения. — Да. Я знаю, — сказала рядом стоящая Элиза с широкой улыбкой, облокотившись на стойку. — Безумие, не так ли? — Что ты говоришь, говоришь, Пасифика! — воскликнул Гидеон, потрясенный тем, что ни у кого из них не было такой же реакции, как у него. — Ты не боишься, что он собирается... Я не знаю... Переставить твои конечности или превратить тебя в кричащую голову... Или снова захватить власть над миром?! — О да, конечно! Как я мог забыть, что был в самом разгаре разрушения мира?! — Билл отлетел от стойки и хрустнул костяшками пальцев. — Так чьи конечности мне сегодня переставить? — он рассмеялся, маниакально, но явно фальшиво. Мальчик поверил и начал паниковать. — Боже, малыш! Расслабься! Я работаю в розничной торговле, как, по-твоему, я смогу завоевать мир?! — он отлетел обратно на исходную позицию. — К тому же, я сейчас довольно слаб. Я не смог бы захватить даже Гравити Фолз, не говоря уже о мире! — Почему вы, ребята, так спокойно к этому относитесь?! — прошептал Гидеон, но так же, как если бы закричал. — Он здесь уже некоторое время. Теперь у нас вроде как всё в порядке, — Мэйбл подошла к Биллу и положила руку на... его плечо? Затем она похлопала по нему. — Мы приятели! — Если ты не отпустишь меня сию же минуту, я без колебаний брошу все твои вязальные принадлежности в Бездонную яму, — сказал он на одном дыхании, и девочка немедленно убрала ладонь, подняв их обе вверх. Диппер и Пасифика захихикали. — Я абсолютно серьезен, идиоты. В любом случае, мошенник, как насчет того, чтобы я присоединился? Всё лучше, чем торчать у прилавка! — он снова вылетел и покружил вокруг Глифула. — К тому же, я давно не видел падающих звезд, если не считать эту придурковатую! — он указал на Мэйбл. Она прыснула. На этот раз это было похоже на комплимент. — Смело с твоей стороны предполагать, что я захочу провести с тобой время, ты... э... хм... ты треугольник! — Гидеон изо всех сил старался, чтобы его голос звучал угрожающе. В основном он говорил как молодой Диппер, только еще более неуверенно. — Вау, нам действительно нужно поработать над твоими оскорблениями, чувак, — Пайнс скрестил руки на груди и улыбнулся. — Но, Билл, Венди сегодня здесь нет, а все остальные заняты. — Без проблем, я просто спрячусь в рюкзаке! — он развернулся на 360 градусов, как бы показывая себя. — Я компактный! — Звучит как идея! — воскликнула Мэйбл. Она всегда была рада брать Билла с собой и Диппером в приключения, а поход — это уже само по себе приключение. — Чувак, ты не представляешь, как я счастлив отправиться в поход! — сказал Диппер, хватая Гидеона за плечо. — И со всеми вами! Похоже, что группа снова вместе. — И Пару раз не... — сказали остальные подростки с грустью в голосах. Парень разочарованно вздохнул. Как только Пасифика и Гидеон выбежали из хижины, чтобы забрать свои вещи, Мэйбл и Диппер тоже бросились собирать самое необходимое. Закуски за Нортвест, а игры за Глифулом. Они упаковали бутылки для питья, обе покрытые разными красочными наклейками; спальные мешки; палатку, которая была на них, потому что они были единственными, у кого в доме действительно была палатка; немного теплой одежды; карты. Всё, что вам когда-либо понадобится для такого похода. К тому же он будет долгим, поэтому все они решили взять только самое необходимое, чтобы не перегружать себя. Кроме того, Дипперу пришлось освободить немного места, чтобы Билл мог спрятаться. Ему пришлось выбирать между забиранием своего дневника и демона. Он был действительно близок к тому, чтобы выбрать дневник, прежде чем Мэйбл схватила его и просто положила в свой рюкзак. Диппер немного расстроился, но ненадолго. Два часа спустя они уже были в сувенирном магазине. — Хорошо. Ты где-нибудь видишь Стэна? — прошептал Пайнс своей сестре. Она покачала головой. — Отлично. Продолжай быть начеку. Билл, полезай в рюкзак! Быстро! Демон быстро запрыгнул в его рюкзак, и мальчик закрыл его, чтобы никто этого не увидел. Прямо перед тем, как они смогли сбежать из магазина, они врезались головой в одного из своих двоюродных дедушек. Умного из них. — Куда вы идете? — Форд спросил с искренним любопытством. — В поход! Сегодня будет много падающих звезд, и мы планируем достичь одной из вершин Гравити Фолз, чтобы лучше их разглядеть! — воскликнул Диппер, явно взволнованный. — Ха! Что ж, звучит здорово! Повеселитесь там и сделайте для меня несколько фотографий! Кроме того, есть одно созвездие, которое видно только в Гравити Фолз, так что, если вы сможете его увидеть, я был бы рад получить его фотографию! Оно называется Уил... подождите, где Билл? — он заметил отсутствие треугольника на стойке. — О, точно, нам нужно купить камеры! Нам лучше пойти и взять несколько! Пока, дедушка Форд! — крикнула Мэйбл, схватила Диппера за руку и побежала так быстро, как только могла. Стэнфорд смотрел им вслед. Они определенно забрали его с собой. Будет ли он что-нибудь с этим делать? Конечно, нет. Он просто пошел на кухню и, улыбаясь, продолжил свой рабочий день. Они все встретились в городе. У Пасифики была сумка с закусками и фотоаппаратами, а у Гидеона была сумка с разными играми, в которые они могли поиграть, когда будут там. Очевидно, у них было всё, чтобы разжечь костер и поджарить маршмеллоу. Какой же поход без маршмеллоу? — Знаете, я думаю, нам нужно придумать какое-нибудь название для нашей маленькой группы! — предложила Мэйбл, давая пять Гидеону, когда они подошли. Все остановились, чтобы придумать подходящее название. — Таинственная банда? — предложил Диппер. — Нет, мы уже таинственные близнецы. И «банда» звучит так, будто мы какие-то тюремщики... Без обид, Гидеон, — сказала Мэйбл, поворачиваясь к мальчику. — Всё нормально, Мэй! — он отмахнулся. Иногда он немного скучал по своим тюремным приятелям, но они где-то там, снова строят свою жизнь с нуля, и он вполне может постоять за себя! — Может быть, команда Гравитация? — Нет, звучит немного не так... О, подождите! Как насчет Гравити Фор? — произнесла Мэйбл. Все остальные посмотрели на нее и кивнули в знак согласия. Гравити Фор звучало точно так же, как Гравити Фолз, что было абсолютно идеально. — А как же я? — Билл расстегнул рюкзак Диппера и разочарованно посмотрел на остальных членов группы. — Ну, я думаю, ты... э-э... немного не в своей тарелке, — сказала Пасифика, стараясь быть осторожной, чтобы не обидеть демона еще больше. — Но эй! Билл Сайфер и Гравити Фор! Звучит как название группы! — Ага, как Фил Форест и сороконожки! — воскликнула Мэйбл. — Или как там это называлось... Я никогда не запоминала правильно... — она хихикнула. — У тебя почти получилось. В любом случае, давайте двигаться, ребята! Диппер махнул рукой в том направлении, куда им нужно было идти, и они двинулись дальше, скандируя: «Гравити Фор! Гравити Фор! Гравити Фор!» Когда они достигли середины леса, готовясь подняться вверх по дороге, Гидеону и Пасифике стало любопытно. В конце концов, они знали о Билле меньше всех, так что это был идеальный момент, чтобы задать миллион вопросов о нем, потому что ему некуда деться. Они улыбнулись друг другу, точно зная, о чем они оба думают. Затем они мягко подтолкнули Мэйбл и Диппера в плечи и кивнули в сторону рюкзака одного из близнецов. Оттуда выглянул Билл, вглядываясь в, казалось, бесконечное море деревьев. Группа начала энергично задавать ему множество стандартных вопросов о его поведении, о том, как он сюда попал, почему он выбрал Гравити Фолз из всех мест и что вообще привело его сюда. Треугольник быстро отвечал, как можно короче. Затем беловолосый мальчик задал неудобный вопрос. — Итак... Билл. Откуда у тебя этот странный шрам? — Гидеон спросил первым, пытаясь привлечь внимание демона. Он перевел взгляд на него. — Получил удар в лицо от двоюродного деда Мэйбл и Диппера, а затем был уничтожен обжигающим, болезненным синим пламенем, вызванным пистолетом памяти, который стер меня с физической поверхности, — сказал Билл, раздраженный вопросом. Глифул медленно повернул голову к остальной группе, прежде чем громко сглотнул. Им нужно было задать другой вопрос, и побыстрее. — Ууууух… Ты превратил Стэнфорда в золотую статую, в отличие от остальных горожан, — внезапно заговорила Пасифика. — Я имею в виду, во время Странногеддона. — Да, когда же еще? — Билл рассмеялся. Элиза тоже добавила пару нервных смешков. — Почему? Он особенный или что-то в этом роде? — треугольник глубоко вздохнул в ответ. — Он... Когда-то мы были партнерами по работе. Я бы сказал, даже друзьями! — он хотел повысить их статус, но передумал. — Я использовал его и манипулировал им. Играл с ним, как с марионеткой. Лучшая марионетка из всех, но, тем не менее, марионетка. По сравнению с остальными гражданами Гравити Фолз... Нет, по сравнению со всем остальным миром, он был чем-то особенным! Настоящий гений, — с каждым предложением он становился громче, в то время как Гравити Фор слушала с волнением. — Плюс, он понимает меня на многих уровнях. Несмотря на то, как я к нему относился, я не могу отрицать, что питаю к нему слабость. Годы, проведенные с кем-то вроде Форда, сделают это с демоном, ха-ха!.. Вот почему— — Пожалуйста, в следующий раз более тщательно подбирай фразы. Это прозвучало так, как будто вы были влюблены друг в друга или что-то в этом роде, — сказала Пасифика с обычной насмешкой в голосе. — Ты ходил на свидания и все такое? — Мэйбл рассмеялась. — Господи, нет! Но однажды мы действительно ходили на караоке! Я имею в виду, что я заставил караоке-машину появиться в его воображении, — Билл попытался вспомнить. — О, тогда это было самое веселое, что у меня было в жизни! Конечно, это была небольшая задержка в разработке портала, но, боже, оно того стоило! Этот мужчина был пьян сильнейшим волшебным напитком, который я смог ему приготовить, и все ещё мог довольно красиво петь! Я удивлен, что он вообще мог стоять! — демон рассмеялся, вспоминая более простые времена. — Мы не встречались, но подобные вещи заставили бы человека захотеть быть с ним, ха-ха! — он хохотнул. Через несколько секунд он заметил тишину, когда все остановились и в удивлении уставились на него. — ЧТО?! — закричала Мэйбл. Билл тут же ярко покраснел и спрятался в рюкзак, смущенный, неспособный защитить себя. Все остальные просто в шоке переглянулись, но решили больше не беспокоить Сайфера. Кто знает, что случилось бы, если бы они продолжали давить на него. Может быть, он действительно перемешал бы их органы и захватил мир. Так что они просто снова начали идти, разговаривая друг с другом. Тем не менее, группа слегка хихикала каждый раз, когда вспоминала оттенок розового, в который в тот момент окрасилось всё тело треугольника. Тем временем он проклял их на своем родном языке таким количеством ругательств, какое знал. Наконец, незадолго до захода солнца, компания друзей добралась до места назначения. Они сложили свои вещи и начали искать какое-нибудь большое бревно, на котором можно было бы посидеть. Они действительно нашли его. Пока Пасифика и Мэйбл ставили свою гигантскую палатку, в которой легко могла поместиться группа из четырех человек, Диппер и Гидеон разводили костер и готовили камеры. Демон покинул своё тканевое убежище и решил просто полетать. В какой-то момент Мэйбл позвала его на помощь, и он почти сразу согласился. С его способностями к левитации им с легкостью удалось установить палатку. Небо было кроваво-красным. Это напомнило Биллу об Странногеддоне. Линии, оставленные в небе самолетами, пересекались друг с другом в идеальной копии гигантского разрыва в реальности, который был над Гравити Фолз. Если бы он поднял глаза, то мог бы представить Страхомиду, угрожающе парящую над мириадами живых существ и растений, населявших леса города. Это заставило его почувствовать себя в полном порядке. Воспоминание о бесконечной вечеринке с Приспешниками, о сильном теле, безграничной власти и обо всем, чего он только мог пожелать, у него на ладони. Это длилось недолго, но он бы солгал, если бы сказал, что это не было приятным воспоминанием. Он даже не сильно сожалел об этом. Это была важная глава его жизни, закончившаяся трагедией, но читать ее все равно было приятно. Пурпурные и розовые тона заслонили солнце, когда оно скрылось из виду, и их сменило темно-синее небо. На небе начали появляться звезды, и дети показали все созвездия, которые смогли вспомнить. Первым, конечно, была Большая Медведица. Классическое, самое простое и культовое, благодаря одному из близнецов. Затем Малая Медведица, Кассиопея, Лебедь. Диппер потратил не менее 5 минут, рассказывая историю, стоящую за названием Кассиопеи, о чем эта история, и всё такое прочее. Мэйбл набивала рот мини-зефиром, в то время как Гидеон вообще не слушал. Элиза, однако, слушала, потому что любила это. Билл продолжал поправлять Пайнса каждый раз, когда тот неправильно произносил название или перепутывал детали истории. Прежде чем он успел закончить свой рассказ, его сестра указала на небо и начала пытаться привлечь всеобщее внимание. — Падающая звезда! — все они посмотрели туда, куда указывала Мэйбл, и, конечно же, своими глазами увидели падающую звезду. Девочка встала, схватила всех и усадила на землю. Затем она легла на спину и посмотрела вверх, попросив всех сделать то же самое, что они и сделали. Когда они легли по кругу, она повернулась к Биллу. — Ты тоже, дурачок. Демон заколебался, но, прежде чем он успел возразить, Мэйбл схватила его за руку и потянула вниз, заставляя лечь между ней и Гидеоном. Подростки показывали на каждую падающую звезду и фотографировали своими одноразовыми фотоаппаратами всякий раз, когда находили зрелище достаточно привлекательным. Они говорили о том, как это красиво и как им повезло стать свидетелями чего-то подобного. — Ребята, вы собираетесь что-нибудь загадать? — тихо спросила Пасифика. — Хм. Думаю, у меня есть всё, о чём я когда-либо мечтала, — так же тихо ответила девушка и огляделась. Здесь было так спокойно. Ей это нравилось. — Я мог бы пожелать кое-что... — затем заговорил Гидеон. Он закрыл глаза, пытаясь придумать желание, которое было бы достаточно хорошим. — А ты, Диппер? — Норвест повернулась к парню. Она увидела, как в его глазах заблестели звезды. Он тоже повернул к ней голову и мягко улыбнулся. — Может быть, я так и сделаю... — сказал он. Пасифика улыбнулась в ответ и положила ладонь на ладонь мальчика. Он взял ее, держа ее холодную в своей мягкой, теплой руке, в безопасности, как всегда. Мэйбл увидела это и широко улыбнулась. Она даже фыркнула про себя, изо всех сил стараясь не взорваться, что вызвало осуждающий взгляд Диппера. Было видно всё больше и больше созвездий, поскольку чистое небо Гравити Фолз открывало красоту космоса. Затем внезапно они увидели созвездие, которое никто из них не узнал... кроме Билла. — О, эй! Посмотрите на это! — треугольник встал и указал на созвездие. — Это мое созвездие! Оно называется Уильям! — он возбужденно воскликнул. — На самом деле это довольно редкая вещь, так что вам лучше сфотографировать! — О, должно быть, это то созвездие, о котором говорил дядя Форд! — Диппер достал фотоаппарат и быстро сфотографировал звезды. — Должен сказать, оно действительно похоже на тебя, Билл, — он рассмеялся. — Это действительно так, не правда ли? — демон тоже рассмеялся. — Знаешь, раньше оно было одним из любимых у Шестопала! — он снова лег. — Когда он увидел его в первый раз, у него не было возможности сфотографировать, но он нарисовал его в своем дневнике. Сразу же добавил его в число двух других своих любимых созвездий. — Честно говоря, если бы существовало созвездие, похожее на дядюшку Форда, оно было бы твоим любимым на все сто процентов, — произнесла Мэйбл с лукавой улыбкой на лице. Билл усмехнулся. — Мечтай! Он не получит от меня столько похвал, — он скрестил руки на груди. — Он тебе не нравится? — Пасифика слегка повернулась к Биллу, ожидая очень взволнованного ответа. — Ну, это зависит от того, какую симпатию ты имеешь в виду. Романтически?.. — демон помолчал всего секунду, затем встряхнулся, как будто пытаясь избавиться от какой-то мысли, которая ему не по вкусу. Он продолжил говорить. — Ни за что. В общем? Да. Я достаточно взрослый, чтобы признать это, — девушка была настроена скептически, но позволила ему говорить дальше. — Ты продолжаешь спрашивать меня о нем, как будто я собираюсь сказать что-то революционное о наших отношениях, но на самом деле в этом нет ничего особенного... Он просто... Он просто Форд. Он снова посмотрел на созвездие. Он подумал о том, сколько времени Стэнфорд провел, просто глядя на него, наслаждаясь красотой неба над головой, когда впервые увидел его. Он был так взволнован, рассказывая Биллу о своем опыте, и треугольник выслушал его. Сначала ему пришлось притворяться, что ему интересно, но со временем ему действительно стало любопытно, что скажет старик, особенно когда речь зашла о самом Билле. Лесть, поклонение — все это заставляло его что-то чувствовать. Возможно, ему просто нравилось, когда люди обращали на него внимание... Но то, как Форд разговаривал с ним, было другим. Он был мягким, он был тихим, он был нежным. Это искреннее волнение, которое он проявлял, разговаривая с демоном, обожание в его глазах, когда он смотрел на него, это было... Билл не мог описать это, не почувствовав, что самым подходящим словом было бы «привыкание». Он убедился, что слышал, как Стэнфорд говорил подобное каждый раз, когда они встречались. Он с нетерпением ждал его улыбки, его счастья и его рук, которые обхватят его руки, когда тот пожмет их. Он с нетерпением ждал обладания Фордом, чтобы почувствовать желанную улыбку и руку, прикосновения которой он жаждет... Одна мысль об этом заставляла Билла злиться на себя, потому что это заставляло его чувствовать себя таким слабым. Он вспомнил, как бережно мужчина держал его после того, как на них напала полиция... — Просто Форд? — спросил Гидеон, возвращая его к реальности. — Правда? — на лице у него была раздражающая улыбка. Затем он повернулся к Мэйбл. — Ставлю десять баксов, что он лжет о своих чувствах к этому старику. — Готов поспорить на твое уродливое лицо. Я не лгу, — Билл зарычал на него. — Он всего лишь одна яркая звезда в этой галактике, которая может взорваться в любую минуту, и я перейду к другой. — Ммм... Ты всё же пойдешь? — сказал Диппер. — Ты оставил Терапризм, и твоей первой мыслью было прийти сюда. Я почти уверен, что это не потому, что тебе нравятся Гравити Фолз или, боже упаси, я, Мэйбл и дядюшка Стэн. Единственный человек, с которым у тебя действительно была связь, — это двоюродный дедушка Форд. — треугольник быстро повернулся к парню. Мальчик закрыл глаза, гордый собой. — Может быть, когда-нибудь ты отбросишь этот фасад, который выстроил для себя, и признаешь, что на самом деле он тебе очень дорог. — Я вас всех так сильно ненавижу, — пробормотал Билл. Все остальные захихикали. — Стэнфорд хорош, ясно? С ним всё в порядке... Я забочусь о нем в стандартной степени. Немного больше, чем об остальных, потому что он, по крайней мере, компетентен во всем, в отличие от вас. Всё, чего вы хотите, это просто вытянуть из меня что-то, что будет звучать так, будто я действительно влюблен в этого мужчину... Это не так. И даже если бы и был, вам-то что с того? Ему будет все равно, он не влюблен в меня, никогда не будет... Так что вам лучше отказаться от этой идеи, — демон закончил свой ответ с легкой грустью в голосе. Билл задумался об этом. Он действительно напряженно думал. Он думал обо всем, что имело отношение к Форду, и пытался вспомнить, на что это было похоже. Представляя его лицо и теплую улыбку, временами действующую на треугольника как солнце. Его большие усталые руки, держащие демона. Боль, которую он испытывает, когда Стэнфорд злится, боль, которую он испытывал после их той ссоры более 30 лет назад. Он погубил мужчину, единственного человека, которому когда-либо было не наплевать на чувства Билла. Даже сейчас, несмотря на все ужасные вещи, которые он совершил, несмотря на все травмы и боль, старик все еще смотрит на него с заботой. Он все еще бережно обнимает его. Он все еще бережно разговаривает с ним. Почему он не ненавидит его? Почему он проявляет столько доброты? Как он вообще его терпит? Билл этого не заслуживал. Он заслужил, чтобы его пытали, отвергли, выбросили подальше от Стэнфорда и его улыбки... Демон думает, что Форд должен ненавидеть его, но потом он улыбается, и мир становится ярче, и ему становится лучше, и внезапно все его тревоги и страхи исчезают. Он... — О, — тихо сказал Билл. Наконец до него дошло. — О, нет. — Билл? — Мэйбл занервничала. — Ты в порядке? — демон взлетел, ни на кого не глядя. — Да, эм... Я собираюсь немного полетать. Идите и проведите время без меня, — девочка посмотрела на своих друзей и пожала плечами. Все они были в таком же замешательстве. Осознание поразило Билла, он наконец-то кое-что понял, он наконец-то нашел последний кусочек головоломки. Это непонимание, связанное с одним из самых сильных чувств, которые может испытывать живое существо, сопровождало его всю жизнь и ослепило его. Как будто всё, что он делал, — это отрицал все сильные эмоции, как будто он останавливал себя от дальнейших чувств, несмотря на то, что знал, что ему это действительно нужно. Вот почему он отказывается оплакивать Эвклидию должным образом, вот почему он не хочет двигаться дальше, вот почему он отталкивает всех и вся. Непонимание того, что ему на самом деле не надобно всё то, чего он жаждет. Слабость, любовь, принятие, способность горевать — нет, ему это было не нужно. Он думал об этом, но был так убежден, что всё это ему никогда в жизни не понадобится. И всё же, наконец, пришло осознание того, что, возможно... ему это необходимо. Потому что каждый раз, когда он думает о Эвклидии, ему хочется плакать. Каждый раз, когда он вспоминает свою мать, ему хочется кричать. Каждый раз, когда Форд улыбается, ему хочется молить о прощении. Он хочет так много, он хочет прикоснуться к звездам, а не просто увидеть их или стать одной из них. И он почувствовал, как что-то внутри него треснуло, как будто что-то захотело вырваться на свободу. Это было больно, но в то же время приятно. — Билл? — Мэйбл стояла на краю вершины, где парил Билл, и смотрел в пустоту. Когда она позвала его, он мгновенно развернулся и подлетел к ней. — Что? — спросил Билл. Девушка начала рыться в своей джинсовой куртке, сплошь покрытой заплатками и булавками. Она достала листок аккуратно сложенной бумаги. Она протянула руку, протягивая ее демону. Он посмотрел на неё и взял его. — Поговори с ним. Тебе больше не нужно вести себя жестко, так что будь хоть раз уязвимым. Это сложно, но я почти уверена, что это то, чего ты хочешь, — тихо добавила девочка, когда Билл развернул лист. Это был единственный рисунок, сохранившийся с того времени, когда треугольник рисовал в комнате Мэйбл и Диппера. Единственная бумага с лицом Форда, которая не была полностью зачеркнута и уничтожена. Он поднял глаза на неё. Она выглядела расстроенной. Билл хотел спросить ее, что случилось, но что-то остановило его. Внезапно стало трудно быть нежным. Он просто кивнул, Мэйбл ответила слабой улыбкой и ушла. Все они еще немного поговорили, поели и поиграли в игры. Около полуночи укусы комаров начали раздражать их всех, так что компания, наконец, отправилась спать, и тишину нарушал только стрекот сверчков. Билл всю ночь просидел на улице, думая, что бы такое сказать Форду. Поговорить с ним... Как будто это так просто. Годы манипуляций и его извращенное понимание любви затруднят формирование хотя бы одного слова. Однажды он попытался извиниться, но это ни к чему не привело. Он сомневается, что сейчас что-нибудь произойдет. Демон еще раз взглянул на звезды и увидел, как созвездие Уильяма плывет по шелковым волнам космоса... Он прищурился. Прямо там было какое-то пятнышко, крупнее других звезд вокруг нее и неузнаваемая Биллом. Оно двинулось в другом направлении, и по какой-то причине ему казалось, что оно наблюдает за ним, и только за ним. Он старался не думать об этом. И вот ночь растворилась в восходе солнца, звезды исчезли из поля зрения человека... Группа друзей проснулась, со стонами и зевками выбираясь из палатки. Всего через несколько часов они уже спускались с вершины. Они говорили о том, как это было весело, какими замечательными были падающие звезды и с каким нетерпением ждали возможности отправить друг другу все классные фотографии с камер. Все они сделали отличные снимки. — Я определенно придумаю больше приключений, в которые смогу вас втянуть! — гордо объявил Гидеон. Все остальные рассмеялись, но согласились. Если это означало проводить больше времени вместе, то, конечно, почему бы, черт возьми, и нет? — И я принесу еще средства от комаров... — добавила Пасифика, с грустью глядя на свои ноги. Они были покрыты укусами, и она умирала от дискомфорта. Диппер на самом деле предложил отнести её, но она почему-то сразу забыла дату, свой возраст, где она была и кто такая Пасифика Нортвест. Поэтому он оставил её разбираться с этим самой, о чем она очень сожалеет. Все они некоторое время просто стояли и разговаривали, прежде чем разойтись. Билл удобно устроился в рюкзаке Диппера, обдумывая слишком много мыслей. Когда они, наконец, двинулись к хижине, его беспокойство только возросло. Ему показалось, что он сейчас упадет в обморок, когда они вошли в дом. Парень выпустил его, как жука в стакане, и треугольник, не сказав ни слова, полетел прямо через коридор к торговому автомату. — Куда он отправился? — Диппер поправил очки и повернулся к Мэйбл за ответом. — Дядюшка Форд, — сказала она. Мальчик сразу понял и просто предоставил Билла самому себе. Демон прилетел в лабораторию и увидел мужчину, работающего возле изолированного разрыва. Он заметил, что кто-то влетел, только когда он объявил о себе. — Стэнфорд! — воскликнул треугольник сквозь свой обычный, немного тревожный смех. — Как дела? — Билл, ты вернулся! Тебе было весело с близнецами? — демон уже понял, что Форд знал, куда он исчез. Он усмехнулся. — Не стоит слишком доверять этим детям, они не знают, что нужно, чтобы развлечь меня! Тем не менее, падающие звезды были просто великолепны! Ты бы только видел их! — сказал Билл, облетая просторную комнату, в которой когда-то находился Портал. — К сожалению, я застрял здесь, работая. Я пытаюсь записать любые изменения, связанные с этим странным разрывом, но с тех пор, как он появился, из него ничего не вышло и в него ничего не вошло. Что, конечно, хорошо, но странно, — он почесал подбородок, с любопытством разглядывая шар. — Ну, во всяком случае! Я действительно хотел тебе кое-что сказать! — треугольник перестал кружить и остановился перед Фордом. Он выпрямился и поправил очки. — Конечно! В чем дело, Билл? — он улыбнулся. Он. Улыбнулся. — Э-э... гм... что ж... — демон подготовил целую речь, но почему-то не смог её произнести. Он вздохнул. — Сегодня мы видели созвездие Уильяма, и дети сделали несколько фотографий. Они у них есть, если хочешь посмотреть... — он посмотрел вниз, а Стэнфорд загорелся от предвкушения. — Правда?! О, это здорово! — старик собрал с пола всё, что ему было нужно, и начал возвращаться в настоящую лабораторию. — Тогда я лучше попрошу их поделиться ими со мной! — Да... лучше сделай это, — пробормотал Билл. Форд на секунду остановился. — Всё в порядке? Ты выглядишь... расстроенным, — в каждом слове мужчины слышалось беспокойство. — Нет, я в полном порядке! — демон поднял голову и пролетел мимо Форда. — Со мной всегда всё хорошо! О чём ты говоришь? — фальшивый смех, к сожалению, вернулся к Биллу. Он колебался между тем, чтобы сойти с ума или рухнуть на землю в депрессии. — А теперь иди и забери эти фотографии, Шестопал! Шестопал еще раз улыбнулся и вышел из лаборатории. Может быть, как-нибудь в другой раз.