Всё, чего нам не хватает

Хелен

      ХЕЛЕН ЗАЕХАЛА на своей машине «Тойота Камри» на узкое парковочное место и убедилась в том, что зазор с обеих сторон составляет не менее шести дюймов. Она припарковалась впритык, и места едва хватало, чтобы открыть дверь и выскользнуть, не повредив при этом свою или чужую машину. Она не могла понять, то ли машин стало больше, то ли парковочных мест — меньше.       — Скорее всего, и то, и другое, — сказала она вслух, вытаскивая ключи из замка зажигания.       Хелен откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Свершилось. Она это сделала. Она чувствовала, как сильно колотится в груди её сердце. Она глубоко вдохнула, и сосредоточилась на том, чтобы замедлить его ритм. Через несколько секунд она открыла глаза и иронично усмехнулась тщетной попытке. Как она могла успокоиться, когда, наконец, нарушила все свои годами выстроенные правила?       Но дело было как раз в том, что эти планы не были её собственными, напомнила она себе. Это были правила Дэвида. И с этой секунды они больше не действуют. Отныне она собиралась жить своей жизнью и делать то, что хотела.       Она вспомнила момент, когда решила уйти от него. Это произошло после разговора с Джеймсом. Он рассказывал о том, что хотел бы отправиться на Эверест, и предложил им обоим внести это в список своих желаний. Хелен никогда не задумывалась об этом, но при одном упоминании внезапно поняла, что хочет это сделать. Она также понимала, что это несбыточная мечта. Реальность заключалась в том, что её жизнь никогда не изменится, если она не перестанет довольствоваться тем, что было безопасным и привычным. И тогда она поняла, что если она хочет жить по-настоящему, ей нужно выйти за пределы границ, в которых она существовала. Ей необходимо уехать.       О своём решении она не сказала никому, кроме своей подруги Эммы. Они познакомились четыре года назад по работе, и она была единственным человеком, с которым Хелен делилась всеми своими сокровенными мыслями — ну, почти всеми. О некоторых вещах не знала даже Эмма. Они обе были на работе и разговаривали по телефону, когда Хелен сообщила о своём решении.       — Ты шутишь?       Хелен услышала, как Эмма открывает банку с диетической колой.       — Я просто больше так не могу. Я ненавижу то, во что он меня превратил, — Хелен покачала головой. — Нет, на самом деле, я ненавижу то, кем я позволила себе стать.       Эмма молчала, и Хелен представила, как она сидит за письменным столом, разложив перед собой бумаги, а в левой руке небрежно держит свой чёрный «Монблан». Хелен называла это «позой для размышления». Она услышала, как Эмма бросила ручку на стол с документами, а затем её глубокий вздох.       — Как твой адвокат, я должна сказать, что тебе нужно серьёзно всё обдумать, — наконец сказала она.       Хелен улыбнулась и откинулась на спинку кресла.       — Ты не мой адвокат, Эм.       — Ну, я адвокат. И ещё я твоя подруга. И поэтому я должна предостеречь тебя от необдуманных поступков. Я не говорю о том, чтобы бросить Дэвида; он — сволочь, и тебе давно следовало это сделать. Но бросить работу? Начать всё сначала? Это рискованно. Разве ты не можешь просто перевестись в другой офис? Как насчёт Нью-Йорка? Или ты могла бы приехать сюда.       — Я очень ценю твою заботу. Правда. Но это то, что я должна сделать. Я больше не могу плыть по течению. Мне нужны кардинальные перемены. Я хочу начать всё сначала. Мне нужно рискнуть.       Эмма тихонько рассмеялась.       — Это звучит забавно из уст женщины, которая зарабатывает на жизнь расследованием несчастных случаев.       — Это ненадолго, — сказала Хелен.       — Ты должна приехать сюда и пожить у меня, — предложила Эмма. — Это будет полезно для нас обеих. А поскольку Дэвид даже не догадывается о моём существовании, ты сможешь исчезнуть на некоторое время.       Хелен думала об этом, но не знала, как заговорить на эту тему. Тот факт, что Эмма жила в том же городе, что и Джеймс, делал её идеальным запасным планом. Единственная проблема заключалась в том, что она до сих пор не рассказала Эмме о Джеймсе. Пока ещё нет. Но она хотела. Ей нужна была такая роскошь, как доверенное лицо, — более того, она остро нуждалась в нём. Но у Эммы были строгие правила относительно того, что уместно, а что нет. А неверность не относилась к добродетелям. Даже до того, как её партнёрша разорвала с ней семилетние отношения ради женщины, с которой познакомилась на конференции, Эмма не одобряла неверность. Теперь она была непреклонна.       — Я не знаю, — сказала Хелен.       — А я знаю, — сказала Эмма. — Без Сары здесь пусто и одиноко, и было бы неплохо завести подругу. Кроме того, ты увольняешься. Можешь остаться здесь бесплатно, и это даст мне шанс проверить свои навыки бостонской браминской хозяйки.       Хелен услышала, как Эмма тихонько засмеялась.       — Я не имею понятия, что это значит.       — Я попыталась над собой самоуничижительно пошутить, — сказала Эмма. — А если серьёзно, почему бы и нет? У тебя есть предложения получше?       Хелен задумалась. Запасной план — неплохая идея. И если с Джеймсом всё пойдёт так, как она предполагала, у неё будет дом, пока они будут решать, как быть дальше. Она подумала о том, как она объяснит это Эмме. Ей придётся солгать о том, где и когда они познакомились.       Это была хорошая идея. Несмотря на желание начать всё с чистого листа, всегда есть смысл иметь запасной план. Она не стала бы называть конкретную дату. Лучше поехать в Бостон, встретиться с Джеймсом, а потом связаться с Эммой. Хелен покачала головой. Ей вовсе не хотелось никого обманывать.       — Честно говоря, я ещё не знаю точно, что собираюсь делать, но я знаю, что даже если это будет просто поездка в Бостон, Бостон — это моё будущее.       — Конечно, — сказала Эмма. — Просто знай, что у тебя есть место, где ты можешь приземлиться, если тебе это понадобится. Я не знаю что бы я дедала без тебя весь прошлый год.       Хелен ответила молчанием.       — Странно, правда? — спросила Эмма, вздохнув.       — Что?       — То, к чему мы пришли, — как сильно мы изменились за последние четыре года. Ты и Дэвид. Я и Сара. Любовь причинила нам обеим боль, но мы продолжаем двигаться вперёд.       — Разве есть другая альтернатива?       — Наверное, ты права, — сказала Эмма и сделала паузу. — Слушай, мне нужно идти давать показания, но пообещай, что ты подумаешь над этим.       — Да, подумаю, — ответила Хелен. — Я дам тебе знать, как только у меня будут более конкретные планы.       — Окей, — сказала Эмма. А потом она ушла.       Хелен отняла телефон от уха. Экран был заляпан косметикой в том месте, где она прижимала его к щеке. Она хотела порыться в сумочке в поисках салфетки, но вместо этого воспользовалась изнаночной стороной блузки.       Смогла бы она жить с Эммой? Они были такими разными, такими неподходящими подругами — Эмма с её бостонской утончённостью и Хелен с её польскими предками во втором поколении. И, честно говоря, поначалу Эмма не понравилась Хелен. Она выглядела слишком элегантно в своих дорогих костюмах и с безупречной причёской. День за днём она бесстрастно сидела за столом переговоров, пока они обсуждали катастрофу самолёта Air India, обязательства компании по выплатам и возможные судебные иски. Она щёлкала автоматической ручкой, постоянно делала пометки в своей записной книжке и пила диетическую колу. Лишь однажды вечером, после работы, когда команда коллег отправилась куда-нибудь выпить, они разговорилась — и то, только потому что Эмма спровоцировала этот разговор.       Хелен стояла у барной стойки и ждала, пока бармен принесёт ей бокал шардоне, когда почувствовала, что рядом с ней кто-то есть. Повернувшись, она увидела Эмму с сумочкой на плече и кредитной картой, элегантно зажатой между указательным и средним пальцами.       — Что я могу вам предложить? — спросил бармен, аккуратно ставя бокал Хелен на белую салфетку для напитков.       Эмма оглядела ряды бутылок с ликёрами.       — Мне двойной «Лагавулин». Чистый, — она протянула ему карточку, слегка кивнула в сторону вина Хелен и улыбнулась. — И оба напитка за мой счёт, пожалуйста.       Бармен кивнул и удалился.       — Спасибо, — поблагодарила Хелен, — но тебе необязательно было покупать мне напиток.       Эмма посмотрела на неё с той же вежливой улыбкой, что и на бармена.       — Я хотела… вообще-то, я хотела поговорить с тобой.       — О, — Хелен моргнула. — Ну…       Она запнулась и посмотрела на коллег, столпившихся возле двух столов, сдвинутых вместе. Их разговор был достаточно громким, так как они пытались перекричать друг друга. Вместо этого она жестом показала на барные стулья рядом.       — Хочешь сесть здесь?       Эмма повернула голову в сторону стола, а затем посмотрела на Хелен.       — Да.       Она элегантно опустилась на барный стул как раз в тот момент, когда бармен вернулся с её напитком и папкой с чеком по кредитной карте. Эмма кивнула в знак благодарности, взяла напиток и повернулась лицом к Хелен.       — Итак, почему я тебе не нравлюсь? — она пристально посмотрела на Хелен, поднесла бокал к губам и сделала глоток.       Хелен почувствовала, как краснеет.       — Я не понимаю, о чём ты.       — Ммм… — Эмма изогнула идеальную бровь и поставила стакан на барную стойку. — Я не обиделась. Просто любопытно.       Она одарила Хелен едва уловимой улыбкой и, казалось, ждала, когда та заговорит. Когда она этого не сделала, Эмма наклонилась вперёд и сказала низким голосом:       — Это потому, что я лесбиянка?       — О Боже, нет, — Хелен так резко отпрянула, что чуть не потеряла равновесие.       Эмма рассмеялась и поймала её за руку.       — Прости меня. Иногда я не могу удержаться и пытаюсь вызвать у людей реакцию — особенно, если мне кажется, что я им не нравлюсь.       Хелен несколько раз моргнула и попыталась добродушно улыбнуться.       — Почему тебя волнует, нравишься ты мне или нет?       — Я не уверена, — улыбка Эммы исчезла с губ. Она подняла свой бокал. — Но я не ошиблась, не так ли?       Хелен нахмурилась.       — Не то, чтобы ты мне не нравилась. Думаю, дело скорее в том, что ты… — она покачала головой и попыталась вспомнить, что именно в Эмме отталкивало её. — Я думаю, ты меня пугаешь. Ты так хорошо упакована.       — Аааа… — Эмма кивнула и сделала ещё один глоток своего напитка. Она подержала виски во рту несколько секунд, прежде чем проглотить. — Внешность может быть обманчива.       Она перевела взгляд со своего стакана на Хелен. Хелен слегка склонила голову набок.       — Это странный разговор.       — Да, но всё же, — Эмма снова улыбнулась искренней улыбкой, и Хелен почувствовала, что смягчается. — Не знаю, почему это так важно для меня, но мне бы хотелось, чтобы мы стали подругами.       И они стали. Эмма стала её лучшей подругой, хотя Хелен никогда не говорила Дэвиду о её существовании. Он не только не одобрил бы её образ жизни, но и счёл бы её претенциозной. Её деньги и манеры отпугнули бы его. Но, если быть откровенной, не это было настоящей причиной, по которой она скрывала свою дружбу с ней. Правда заключалась в том, что Хелен хотела заполучить Эмму только для себя. Ей нужен был человек, который принадлежал бы только ей. И Эмма была этим человеком. А теперь ещё и Джеймс.       При мысли о нём Хелен широко улыбнулась. Именно он был ответственен за всё это — или, если не сказать больше, послужил толчком. Джеймс с его тёмными вьющимися волосами, красивым лицом и стройным телом бегуна, был тем, кто показал ей, что она может жить так, как хочет. Он сделал это.       Несмотря на то, что он был из бедной семьи, он поступил в медицинскую школу. И вместо того, чтобы зарабатывать деньги частной практикой, он выбрал работу в отделении скорой помощи, где ежедневно помогал людям. Он любил хорошую еду, хорошее вино и жил каждый день на полную катушку. Он занимался бегом. Поднимался в горы. Прыгал с парашютом. Он любил её. Эта мысль до сих пор заставляла её краснеть от волнения. Джеймс Рейли любил её.       Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Она не стремилась влюбиться. Она просто выполняла свою работу. Это было обычное расследование по страховому случаю. Мужчина погиб, прыгнув с парашютом. Она изучала этот вид занятия. Это была случайность, что она прочитала комментарий Джеймса в потоке обсуждений. Даже сейчас она не могла точно сказать, что именно было в его комментарии, но что-то в манере излагать свои мысли, теплота слов, когда он рассказывал о личном опыте парения и скольжения по воздуху, заставили её разыскать его.       Даже перейдя по ссылке на его страницу в Facebook, она понимала, что поступает непрофессионально. Но она не могла остановиться — так же, как не могла остановиться, глядя на его фотографии и читая его посты. А потом она связалась с ним. Конечно, всё это происходило под прикрытием её работы, но разговор сложился. И не успела она опомниться, как между ними возникло личное общение.       Хелен сглотнула, вспомнив, как в первый раз их переписка стала чем-то большим. Она сидела за своим рабочим столом. Весь день они обменивались короткими сообщениями. Джеймс тоже находился на работе — в своём кабинете в больнице. В отделении скорой помощи всё было спокойно, и он решил немного отдохнуть. Разговор начался вполне невинно, с лёгкого флирта.       

      «Итак, как дела в мире страхования? Происходит что-нибудь интересное?»

      Она усмехнулась, набирая ответ.       

      «Ничего такого. Как проходит твой день?»

      В ожидании его ответа она выглянула из своего кабинета, чтобы посмотреть, нет ли кого-нибудь в коридоре.       

      «Здесь всё спокойно. Около часа назад привезли мальчика со сломанной рукой. Но, кроме этого, больше ничего не произошло. Что ты сейчас делаешь?»

      Пальцы Хелен забегали по клавиатуре.       

      «Ничего особенного. Всё как обычно. Я просто жду когда закончится рабочий день, чтобы уйти отсюда. На шесть у меня назначен массаж, и я не могу дождаться! У меня есть некоторые проблемы, которые действительно требуют проработки.»

      Она не пыталась быть провокационной, но какая-то часть её души надеялась, что Джеймс ответит чем-то менее подобающим. Они обменялись фотографиями и знали друг о друге достаточно, чтобы признать, что оба довольно привлекательны. И судя по тонкому флирту, которым они занимались последние пару недель, она была уверена, что их влечение друг к другу взаимно. Его ответ её не разочаровал.       

      «Массаж — это здорово. Мне говорили, что я отлично массирую спину. И тело тоже.»

      Хелен улыбнулась, когда в её сознании промелькнул образ его рук на её теле, его загорелая кожа резко контрастировала с её более светлым цветом лица. Она на несколько секунд закрыла глаза, наслаждаясь мыслью о том, как его руки скользят по её бёдрам и…       — Хелен, ты не знаешь, где находится папка Локхарта?       Глаза Хелен мгновенно распахнулись, и она резко выпрямилась. В дверях стоял её начальник Грег, в одной руке он держал мячик для снятия стресса, а в другой — шариковую ручку.       — Извини, Грег, — быстро сказала Хелен, смущённая тем, что её застали врасплох посреди фантазии. — Ты хотел?..       — Досье Локхарта, — сказал он, ритмично сжимая поролоновую игрушку. — Смерть аквалангистов. В Южной Флориде.       — Да, точно, — Хелен посмотрела документы и папки у себя в столе. В этот момент запищало оповещение в мессенджере. Она взглянула на монитор. Это был Джеймс.       

      «Главное — много масла и по-настоящему использовать большие пальцы для стимуляции мышц.»

      Грег вошёл в кабинет и встал рядом со столом.       — Я… э-э-э… не думаю, что оно у меня. Может, во входящих у Сьюзен?       Хелен молилась, чтобы он не обошёл стол и не увидел экран её компьютера. Её мессенджер снова пискнул.       

      «Ты там?»

      Грег перевёл взгляд на её компьютер. Он слегка нахмурился и снова сжал свою антистрессовую игрушку. Хелен невинно улыбнулась ему и подождала, пока он ответит.       — Хорошо. Я пойду спрошу у неё, — он повернулся, чтобы уйти, а затем щёлкнул пальцем и снова повернулся к ней лицом. — Когда у тебя появится минутка, не могла бы ты зайти ко мне в офис? У меня есть новое заявление, которое я хотел бы, чтобы ты рассмотрела.       Хелен кивнула и заставила себя улыбнуться.       — Я зайду сегодня.       Вместо ответа Грег слегка наклонил голову и изучающе посмотрел на неё. Хелен постаралась не вздрогнуть под его пристальным взглядом.       — Ты изменила причёску? Ты выглядишь… — он пожал плечами, — по-другому.       Хелен расслабилась. У неё не было проблем. Она улыбнулась.       — Да. Спасибо, что заметил.       — Выглядит неплохо, — он улыбнулся, напоследок сжал в руке свой мяч, повернулся и вышел из её кабинета. Когда он скрылся из виду, Хелен позволила улыбке исчезнуть и глубоко вдохнула. На работе существовали строгие правила, касающиеся использования личной электронной почты, и, учитывая характер последних сообщений Джеймса, она бы, по меньшей мере, получила выговор, если бы Грег увидел их переписку. Она взглянула на экран в тот момент, когда пришло очередное сообщение.       

      «Я ведь не напугал тебя, правда? Я просто пошутил.»

      Хелен покачала головой. Ей нужно было прекратить переписку. То, что она общалась с Джеймсом на работе, было наименьшим из её проступков. Если добавить к этому тот факт, что она переписывалась с Джеймсом только во время работы, чтобы Дэвид не мог об этом узнать, и, что ещё важнее, что она не сказала Джеймсу, что замужем, то станет ясно — она нарушила несколько довольно важных правил. Она положила пальцы на клавиатуру и задумалась, что написать.       — Просто скажи ему правду, — пробормотала она себе под нос. — Этого будет достаточно, чтобы отпугнуть его.       

      «Мой босс только что вошёл в мой кабинет.»

      Она нажала кнопку «отправить». Хелен тянула время и знала это.       — Давай, Хелен. Сделай это, — сказала она вслух.       Пока она готовилась сообщить всю правду, Джеймс прислал ещё одно сообщение.       

      «Уф! Я подумал, что слишком далеко зашёл.»

      Хелен взглянула на его слова и пересмотрела свой ответ.       

      «Вовсе не слишком далеко. На самом деле…»

      Слова появились как будто сами собой. Хелен нажала клавишу ввода, слегка прикусив нижнюю губу, и стала ждать ответа.       

      «Значит, это взаимно?»

      Она выдохнула.       «Действуй или заканчивай с этим», — подумала она.       

      «Да, это взаимно.»

      Она ждала, пока молчание не показалось ей бесконечным.       

      «Окей… раз уж мы так откровенны, не слишком ли будет странным, если я скажу, что ты мне нравишься? Я не пытаюсь торопить события и знаю, что мы живём в разных штатах, но ты кажешься мне… интересной. Весёлой. Чертовски сексуальной.»

      Хелен раскраснелась от удовольствия, хотя и почувствовала укол от страха перед тем, что делает.       

      «Ничего странного. Я чувствую то же самое. В тебе есть что-то такое, что я не могу выкинуть из головы. Обещаю, что я не психопатка.»

      «Я знаю, что ты не психопатка. Не забывай, что я врач и умею распознавать симптомы.»

      Хелен нервно постучала пальцами по столу. Она должна была сказать Джеймсу правду. Каким бы захватывающим ни был этот разговор, было несправедливо продолжать лгать ему, даже если это были недомолвки. Она подняла глаза и посмотрела на монитор, когда снова раздался знакомый звук.

      «Итак, что же мы будем делать дальше?»

       В конце концов они продолжали общаться в интернете. А позже — по телефону. И наконец, они договорились встретиться. Изучая своё отражение в зеркале заднего вида, Хелен поняла, что то, что она оказалась здесь, сидя в своей машине на автовокзале в Чикаго, было неизбежно. Она взглянула на часы, которые Дэвид подарил ей на годовщину свадьбы вместе с открыткой, в которой в шутку говорилось, что они помогут ей не опаздывать. Было почти три часа. У неё оставалось ещё три часа, чтобы купить билет, немного конфет в дорогу и дождаться посадки.       Хелен ещё раз оглядела салон машины. В последний раз. В конце концов, после развода, она получит свою долю в недвижимости и в совместно нажитом имуществе. Но пока она хотела отвечать только за свои вещи и за себя.       Она достала из сумочки телефон и отправила Джеймсу сообщение.       

      «Уже на автовокзале. Уезжаем в четыре. Можешь поверить, что чуть больше, чем через двадцать четыре часа я окажусь в твоих объятиях? Я люблю тебя.»

      Они договорились, что поскольку у неё не будет возможности зарядить телефон в автобусе, а он будет всё время на связи, они будут лишь изредка обмениваться сообщениями во время поездки. По иронии судьбы, это будет самый долгий перерыв в общении с тех пор, как они начали переписываться. Ожидая его ответа, она протёрла экран телефона краем своей блузки.       

      «Путешествуй спокойно. Я буду ждать тебя в холле твоего отеля. Мне нужно кое-что сделать сразу, как ты приедешь. Мне нужно кое-что тебе сказать».

      Хелен улыбнулась. Она подумала, что он хочет её поцеловать. Возможно, он хотел заняться с ней любовью. Может быть, он хотел… Нет. Для этого было ещё слишком рано. Но, возможно… Они оба понимали, что это «то самое». Она замотала головой, как будто отгоняя эту мысль. Что бы это ни было, она достаточно скоро об этом узнает. Но потянувшись к дверной ручке, она подумала, что если не поторопится, то опоздает на автобус.