Пиковые хорошо умеют...

             Конечно же он сбежал – ушёл, весь дрожащий и не мигающими глазами следя за действиями Пика, который остался стоять на месте, лишь обернувшись и, как ни в чём не бывало, грозно смотря на чернового короля. Только прийдя в Верону и закрывшись в спальне, выгнав предварительно оттуда всех девушек, стал перегонять через фильтр прибывающего спокойствия недавно произошедшие события. Идеи: "что же это было?" совсем не шли и, даже если Ромео максимально сосредоточиться, у него не получится понять всего, да даже придумать, как восьмой ему говорил, не получится. Слишком это всё необычно и странно – пугающе. Обычно, когда происходит что-то странное в окружении клона, он старается сбежать куда подальше, но куда бы он сбежал от этих красных глаз, следящих за каждым его шагом. Пик будто вампир, питающийся страхом, взглядом приводя в ступор, или это просто червь так восприимчив и труслив.       Мягкая розовая кровать "ночью" не ощущалась мягкой, да и кроватью тоже, а скорее это был твёрдый-твёрдый футон, лежащий не на дереве, а на промёрзшем полу, и точно не в замке Ромео, а где-то в темнице Варуленда. Там и правда лучше не появляется. Плохо было и махровое одеяло, что не спасало от жгучего холода, а вместе с ним и ночник, внезапно переставший работать. Что с погодой?       – Снег. – лишь увидев безобразие на улице, мысленно удивившись, произнёс розовый клон. Белые безформенные шарики, даже не снежинки, падали с тёмно-синих, во мраке ночи, облаков. Один такой мелкий комочек упал на выставленную из окна ладонь Ромео, который, как он приземлился, ничего не почувствовал, а растераться между пальцами, тот и вовсе отказывался. Сонный король, уже успев привыкнуть к холоду в покоях, достал генератор и сменил на обычную – ни при каких обстоятельствах не сменяющуюся погоду в Вероне. После этого на экране устройства, помигав пару секунд, изчез ещё один процент заряда под надзором обеспокоенного взгляда короля. *Что там говорил Пик? Помощь? Да... Мне нужна помощь.*       *Не от него.*       – Куро, помоги, – моляще взглянул Ромео на негласного "лидера" в сером костюме и очками на носу, иногда из-за бликов закрывающими его глаза. – Я не знаю, что делать.. – седьмой сегодня первый день пришёл максимально рано, чтобы никто не застал их разговор с Куромаку. Ну или рано из-за того, что, после увиденного снега ночью, клон больше не заснул, а лишь ворочался на кровати в одиночестве и, почему-то, не отпускающем холоде.       – А как же Пик? – Ромео вздрогнул. – Он же вроде согласился пом-       – Нет! Ни за что! – наотрез отказывался червь его слушать. – Пожалуйста! Ты же умный чел-.. клон, ты мне нужен! – Куромаку вздохнул.       – Хорошо, но работать прийдёться много. Готов? – в ответ уверенно качнули головой, ещё не зная, что его энтузиазм пропадёт уже на 13 странице книги, котрую ему дал старший треф. Рома не знал, даже прочитать не удосужился, что эта за книга и о чём он читает, но на следующий день не было прочтино больше ни слова.       – Ромео? – позвал его монотонный голос на очередном съезде правителей. Клон поднял взгляд на Куро и судорожно выдохнул, пытаясь принять лицо невозмутимости. – Как у тебя дела с прочтением книги, которую я тебе дал?       – А- я да... Всё хорошо.       – Так может ты что-нибудь хочешь предложить и поучаствовать в обсуждении поставленного вопроса? – не собирался отставать от Ромы второй, недоверчиво пялясь.       – Ромео взялся за ум? Интересно... – донёсся подозрительный риторический вопрос Пика. Он посмотрел прямо на червя, но, как будто между ними ничего не произошло. – Так вот почему отказался от моей помощи. Не могу не похвалить. – клон немного улыбнулся, будучи замеченым только Ромой, который решил – это плохой знак.       – Я не мог не отказаться! Потому что то, что произошло было жутко, ты просто больной! – не сдержавшись выдал седьмой, даже не подумав, и вскочил с вечно неудобного кресла. Он зло, неуверенно "зло", но посмотрел в ответ. На лице Пика потихоньку исчезла еле заметная улыбка.       – Что?..       – Чувак, ты чё бессмертный? – в лихом восторге хихикнул Вару, что был уже готов наблюдать за тем, как кто-то кого-то убьёт. Даже Рому передёрнуло.       – Т-ты такой странный. – всё равно продолжил он. – Я всё это время знал тебя другим и вдруг ты так себя повёл. Что с тобой не так? – сквозь ком в горле говорил розовый король не спуская глаз с ничего не показывающего эмоциями пикового короля. Он, кажется, совершает ошибку. Возможно, не стоило ставить себя под угрозу его кроваво красных глаз. Да, сейчас именно кровавых, злых. И это опять никто не видит, кроме седьмого.       – А почему не странно было то, что ты вчера без причины сбежал? М? – наглое враньё, всё было не так! Рома на время замолк, вспоминая, что было: он пришёл к пиковому королю в его империю, после, тот привёл его в мрачную, странного назначения комнату, потом он задал не менее странный вопрос о мастях и началось это "лёгкое" безумие, разве розовый клон что-то пропустил? Или...       – Что? Нет... Не без причины. Я испугался..       – Меня? Чего меня боятся? – убедительно невинно спросил Пик. И опять, как будто и не было тех глаз налитых красным. Он издевается. Только что, только вчера и снова он ведёт себя так – пугающе непонятно. Если это Пик, то что было в той комнате – в башне? Это было недолго, прямо как, например, приготовление лёгкой еды... другое сравнение червю в голову не пришло. Хотя.. Было ли это? Что если Ромео всё гипербализирует и сейчас выставляет себя полным глупцом, кем, впрочем, и является в глазах союзников.       – К чему был тогда тот вопрос? – медленно, подбирая слова вымолвил седьмой, думая, как бы ещё больше не показаться бредящим.       – Вопрос?.. Ты о мастях? Конечно, я задал его из личных интересов, что для тебя значит: обратиться именно ко мне. Что ты себе придумал? – ухмыльнулся восьмой, а Рому пробил холодный пот. Ну точно. Зачем все эти ужасы? Ты просто его боишься.       – А-.. Ладно, хорошо,.. – клон сел на своё место. – Я ещё подумаю... – тогда Пик отвёл от него взгляд на Куромаку.       – Продолжишь? – попросил его и второй без промедления заново завёл шарманку об ответственности каждого короля за своё королевство, кажется, пытаясь завуалированно, обратиться к Ромео, достучаться до него. Он же лишь тупил в белоснежный монолит с развивающимся на нём флагом Вероны – его умирающего королевства.       – Ты меня поражаешь. – снова здесь. – Опять. – почти здесь. Здесь, но немного в другом месте. – Хотя знаешь... я не удивлён. – по бокам довольно высокого кресла стояло двое стражей, точно таких же, как и по бокам противоположностоящего кресла Ромео. Напротив – пиковый король, а обстановка более официальная и место более мрачное – отсутствие окон его таковым делает. Это та самая переговорная; в ней действительно не обойтись без стражей, а то вдруг в мрачных углах этого помещения скрываются монстры, тихо ждущие приказа хозяина. Кажется, их дыхание сбоку вздымает розовые кудряшки, иначе: откуда здесь ветер? Хотя бы малейший его поток – всё наглухо – ни звука снаружи, ни звука изнутри.       – Д-да... Знаешь, я ведь мог ещё немного подумать? – Пик, выдохнув в соединённые в замок ладони у рта, опираясь локтями в продолговатый стол, прекрыл на секунду глаза и принял более расслабленный вид.       – Чай? И поговорим. – Ромео тут же кивнул. Ему бы не помешало орошить засушнюю пустыню у себя во рту, образовавшуюся за время их предварительного разговора. – Есть только чёрный. – почему червь ни чуточки не удивлён? Если смотреть в эту белую чашку с крепким напитком, что только что принесли и с него ещё тянет пар, не видно дна, совсем, даже его очертаний. Хотя казалось бы – белая посудина. Рома поднял взгляд вверх, где из бездонной чёрной потолочной ямы вместо самого потолка свисала одна единственная люстра со свечами. Она не давала ни ощущения своей надёжности, ни толкового освещения. Нужно надеяться, что спустя какое-то время седьмой не почувствует на своей щеке резко обжигающую, капнувшую оттуда субстанцию.       Нежные королевские пальчики в белых перчатках аккуратно коснулись чашки и, почувствовав, что там действительно налит подостывший несколько минут 100-градусный кипяток, рефлекторно одёрнулись. Напротив послышалось хмыканье и Ромео поднял взгляд на своего сегоднешнего собеседника.       – Чего, как будто первый раз видишь?       – Ну, я просто... я подожду, пока он остынет. – седьмой положил края пальцев на миску, где стоял чай, и легонько недалеко отодвинул от себя, что издался громкий звук прошедшегося по камню предмета. На него среагировал один из стражей и повернулся к гостю своего императора, скрипнув латами, что так же привлекло внимание Ромы; он метнул взгляд в его сторону, тут же себя одёрнув. Напротив вновь послышался, уже заметный, но чуть сдержанный смех.       – Так забавно за тобой наблюдать. Это было бы интересно видеть постоянно. – Пик взялся за свою чашку и, несмотря на её огненную температуру, немного отпил, не поведя и бровью.       – Что ты имеешь ввиду? – красные глаза неторопливо оглядели розового клона, будто оценивая, и потом вернулись в его карие. Они снова казались оранжевыми.       – Не воспринимай абсолютно всё, что я говорю. Это не всегда имеет значение, но отнимает долю времини.       – Ключевое слово, как я понимаю, "не всегда". – переговоры, наверное уже начались, просто Ромео не заметил.       – Конечно. Ты же не всегда уверенно можешь говорить о том, что видел, и этому так же не всегда верят. Хотя в твоём случае... – снова глоток. Этот напиток перебивает слова Пика, томя в приличном ожидании его слушателя, собеседника, в данном случае – червового короля. Каждое предложение содержит множество остановок и долгих, по меркам обычного разговора, пробелов, и, чтобы не сойти с ума ожидая нового, Ромео пододвигает обратно свою чашку и берёт её в руки, не сводя глаз с клона напротив. – В твоём случае это постоянно.       – Звучит, как оскорбление. – седьмой делает глоток чая, что горечью разливается у него во рту. В нём нет ни сахара, ни, кажется ещё, кипятка – одна заварка, крепкая, терпкая. Клон кривиться наклоняя голову в эту непроглядную глубину посудины. Это точно не разбавленный пепел?       – Хмх, вижу, не по вкусу? – Пик упирает одну щёку на руку локтём на столе, наблюдая сценку впереди.       – Не то слово. – чашка снова звонко помещается на законное место в блюдце.       – Так же, как и эта обстановка? И... может быть, я?       – Получше, думаю, – бесстрашно заявляет Ромео, будто страха в нём и в помине не было. – Намного... даже. – руки сложаны на коленях и взгляд направлен туда же.       – Уверяю, ты очень скоро поменяешь это мнение. – седьмой резко вскинул голову на Пика и в его глазах в ту же секунду всё поплыло, будто он только что неудачно встал. – Ты готов к нашему разговору или мне дать тебе время? – не обращая внимание на нестабильное поведение червя, из-за ухудшающегося самочувствия, начал наконец задавать вопросы пиковый король.              – Я тут подумал.. – ресницы дрогнули, как обзор стал ещё хуже. – Я, наверное, откажусь... – тело в последнюю очередь стали покидать силы, но клон всё же попытался встать. В глазах тут же потемнело и после этого больше ничего не было видно и ничего невозможно было ощутить. Лишь чёрная пелена, как если бы вы засыпали с большой усталостью и напряжением во всём теле.       – Я это предугадал, Ромочка.