Amor Enim Vult

НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ Имперская столица Берун Резиденция Дегуршафф, Курфюрстендамм Декабрь 1931 года

Полковник Таня фон Дегуршафф была погружена в слегка эротический пасторальный сон, в котором фигурировали баварская корова, её жених в традиционном платье дирндл и несколько интересно скроенных кожаных штанов... когда её грубо разбудил странно точный удар ногой, от которого она упала с кровати. Пока Таня тихо стонала на ковровом полу своей спальни, ей в очередной раз пришло в голову, что спать с капитаном Викторией Ивановной Серебряковой было опасно во многих отношениях. Она поднялась как раз вовремя, чтобы услышать, как её невеста пробормотала: «Отпустите её, Ваше Высочество... или я пну вас в ваши королевские драгоценности...» Таня подняла бровь, глядя на бормочущую невесту с смесью нежности, удивления и раздражения. «Боже мой, – вздохнула она про себя, возвращаясь в постель и нежно убирая прядь волос со сморщенного лба своего бывшего адъютанта, – ей действительно нужно перестать думать, что все, кого я встречаю, интересуются мной в романтическом плане. Тем более что именно я получаю побои, когда она мстит во сне!» – подумала она, морщась от боли в повреждённых рёбрах. Когда нежное прикосновение Тани начало действовать, капитан постепенно успокоилась. «Полковник... – пробормотала она, переворачиваясь во сне и обнимая Таню, – Я люблю тебя, полковник...». – Я тоже люблю тебя, капитан, – прошептала Таня с слабой улыбкой, когда незнакомое напряжение сдавило её грудь и горло. Она никогда раньше не произносила этих слов вслух перед своей невестой... и, вероятно, не произнесла бы их, если бы капитан была в сознании. «О чём нельзя говорить, о том нужно молчать», – подумала Таня, вспомнив слова австрийско-альбионского философа Людвига Йозефа Иоганна Витгенштейна. То, что вызывал в ней ее бывший адъютант, обладало такой сложностью, глубиной и масштабом, что Таня не верила, что это можно адекватно выразить словами... и по этой причине она предпочла вообще ничего не говорить. – Чудесно… – пробормотала капитан, улыбаясь во сне. – В таком случае... давай потрахаемся, полковник… – Да, конечно, — с иронией усмехнулась Таня, прижимая к груди свою слегка пускающую слюну невесту. Наверное, её нельзя винить за то, что она не уловила настроение, ведь она спит. Но чтобы она хотела ещё одну порцию «обстрела» после вчерашней ночной канонады… Вспомнив события прошлой ночи, Таня улыбнулась и поморщилась. В обычных обстоятельствах «благодарность» капитана за ранний рождественский подарок Тани была бы для неё большим удовольствием. К сожалению, попытка сравниться с энергией и атлетичностью невесты в спальне без полноценной подвижности была похожа на попытку произнести сложные заклинания на поле боя без помощи магического устройства. То есть, в лучшем случае это было неуклюже, а в худшем – бесполезно. И, конечно же, попытки капитана облегчить задачу Тане обернулись довольно впечатляющим провалом: – Просто помоги мне, полковник, – прошептала её бывший адъютант, когда она буквально взяла одну из рук Тани и вставила её пальцы в скользкую, пульсирующую теплоту. – Остальное можешь оставить мне... Однако Таня просидела всего несколько мгновений, наблюдая, как её невеста с изящным мастерством наездницы оседлала её пальцы, прежде чем внезапно села – несмотря на скрипящие ребра – и толкнула Вишу на кровать. – Это была тактическая ошибка, капитан, – прошипела Таня, стиснув зубы, и начала направлять кончики пальцев на знакомое место на внутренних стенках военного инструктора. – Ты действительно думала, что я смогу сдержаться, глядя, как ты трахаешь себя моей собственной рукой? – Ты... ты не можешь винить меня… – задыхаясь, прошептала капитан, когда её бёдра начали подниматься в такт толчкам Тани. – Ты... ты всегда была образцом самоконтроля на поле боя... за исключением... за исключением того одного раза в Москве... – стонала она, беспомощно сжимая простыни в руках. – К сожалению, моя дорогая, – прохрипела Таня, вставляя ещё один палец в свою невесту, – у тебя есть дар подрывать моё самообладание, и то, что произошло в Москве, это тоже включает. – Значит, мы одинаковые, – стонала капитан, кусая костяшки пальцев, чтобы не закричать. – Клянусь, полковник, если ты не... если ты не прекратишь... я не смогу... я не смогу сдержать свой голос... – О, об этом можешь не беспокоиться, – ухмыльнулась Таня, раздвинув другой рукой бёдра своей невесты. – Я сделала нашу спальню звукоизолированной, – добавила она в качестве объяснения, прежде чем быстро наклониться и уткнуться лицом между ног своему бывшему адъютанту. Через несколько минут, когда боевые крики капитана всё ещё звенели в ушах, Таня с опозданием поняла, что звукоизоляция спальни, конечно, сохранит слух её соседей, но уж точно не сохранит её собственный. «Интересно, не слишком ли рано изобретать наушники с шумоподавлением, – размышляла Таня, пока её невеста лежала, дрожа в её объятиях. – В конце концов, как бы я ни любила слушать её в порыве страсти, я бы предпочла иметь возможность делать это до конца своих дней...» – Пожалуйста, не говори мне, что ты снова замышляешь сюрприз, – слабо проговорила капитан, когда её дыхание наконец выровнялось. – Судя по тому, как ты раздаешь ранние рождественские подарки, я не думаю, что смогу ответить тебе взаимностью... – Я не веду счёт, ты же знаешь, – усмехнулась Таня, наклонившись и поцеловав губы своей невесты. – И даже если бы я вела, я не думаю, что смогла бы хоть немного сравняться с тобой, учитывая все те годы, что ты заботилась обо мне и удовлетворяла все мои потребности. – Это как сравнивать яблоки с апельсинами, – возразила её бывший адъютант, обнимая Таню за шею и притягивая её к себе для ещё одного поцелуя. – В конце концов, мне платили за то, чтобы я заботилась о тебе и удовлетворяла твои потребности… – Я почти уверена, что твоя зарплата не компенсировала все те случаи, когда ты выходила за рамки своих обязанностей, – с иронией ответила Таня. – Я не могла ничего сказать тогда, потому что любое признание сделало бы меня своего рода соучастницей, но я знала обо всех случаях, когда ты использовала неортодоксальные методы, чтобы заполучить для меня то, что на фронте считается роскошью, – включая азартные игры в покер. На самом деле, – она усмехнулась, покачав головой, вспоминая об этом, – теперь, когда я об этом думаю, неудивительно, что парни всегда шутили, что ты была практически моей женой во время войны. – Я бы женилась на тебе даже тогда, ты знаешь, – пробормотала её невеста, уткнувшись лицом в грудь Тани. – Хотя я влюбилась в тебя гораздо позже, уже после первого года совместной жизни я поняла, что хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. – Капитан отвернулась, когда румянец залил её щёки. – Я... я представляла, как накоплю достаточно денег, чтобы купить ферму после войны... А потом я представляла, как мы будем жить вместе... разводить коров, выращивать капусту и всё такое… – Мне кажется, это хорошая жизнь, – лукаво улыбнулась Таня. – Днём пахать поля... а ночью пахать свою жену. И кто знает? – добавила она, пожимая плечами, – Может быть, когда-нибудь мы сможем уйти на пенсию на твою ферму. Тогда на лице капитана мелькнуло несвойственное ей выражение тоскливой меланхолии. – Это маловероятно, учитывая, что Империя никогда не отпустит тебя, — ответила она с грустью, начав рисовать маленькие кружочки на ладони Тани. – Даже наследный принц теперь положил на тебя глаз. Таня чуть не закатила глаза. – Кронпринц давно увлекается военной культурой, а я просто оказалась одной из самых экзотических представительниц этой культуры, представленной в рамках обзорного тура. К тому же, судя по тому, что он рассказал за ужином, наши с ним взгляды на многие вопросы диаметрально противоположны. – Ты всегда недооцениваешь степень своей харизмы, – вздохнула капитан. – Это невероятно очаровательно... и одновременно безумно раздражает. Но что, если окажется, что принц Вильгельм заинтересован в тебе? – спросила она, вглядываясь в лицо Тани. – А что, если ты действительно окажешься в ситуации, когда тебе придется выбирать между своей приверженностью мне и своими обязательствами перед Империей? – В последнем случае я сделаю все, что в моих силах, чтобы выбрать и то, и другое, – мрачно ответила Таня. – Я знаю, что это не романтичный ответ, – вздохнула она, увидев разочарованное и обиженное выражение лица своей невесты, – но есть... вещи, которые я должна сделать, и я могу сделать их только там, где я сейчас нахожусь. Таня на мгновение нахмурилась, когда в её голову вторглись мысли о том, как Существо X ввергает весь мир в новую войну из-за детской злобы. Если бы речь шла только о мире, возможно, Таня не так бы переживала. Но Виша была неотъемлемой частью этого мира... и сама мысль о том, что капитан снова подвергнется опасностям и ужасам войны, была для Тани невыносимой. – Я знаю, что это не имеет большого смысла, – наконец сказала она через несколько мгновений, – но мне нужна моя должность в Империи, чтобы сохранить нашу совместную жизнь. Так что это не просто выбор между одним и другим. – Не знаю, как и почему, но я понимаю, что ты пытаешься сказать, – тихо ответила капитан, прислонившись головой к груди Тани. – И, ну, у меня всё равно нет повода жаловаться. За те несколько месяцев, что мы вместе, ты всегда находила для меня время, независимо от того, насколько ты была занята на работе. Например, тот факт, что ты устроила перевозку всех моих вещей из моей квартиры в твой дом, пока мы были в горах, просто поразил меня. Это так похоже на тебя – делать что-то настолько практичное... и при этом быть невероятно милой, – она улыбнулась, приподнявшись и прижавшись губами к щеке Тани. – Как я уже сказала, это ранний рождественский подарок... и он предназначен не только тебе, но и мне, – призналась Таня с кривой улыбкой. – В конце концов, я же говорила тебе, что хочу, чтобы ты переехала ко мне, не так ли? Кроме того, организовав всё это, пока мы оба были в отъезде, мы избавили себя от неудобств, связанных с переездом. – Я до сих пор не понимаю, как ты это устроила, – удивилась её невеста. – Между выполнением своих обязанностей на работе и подготовкой к моему квалификационному курсу ты нашла время на это. К тому же, наверное, было нелегко найти людей, которым можно было бы доверить такую сложную и кропотливую работу. – Честно говоря, я попросила графиню порекомендовать мне агентство, – призналась Таня. – Но она перезвонила мне через несколько минут и сказала, что её девочки настаивают на том, чтобы сделать это сами – в качестве свадебного подарка нам обоим. – Девочки сделали это, говоришь?.. – спросила капитан слегка подозрительным тоном после короткой паузы. – Я должна проверить, все ли твои рубашки на месте… То есть, я должна проверить, правильно ли сложена твоя одежда. Учитывая, что, ну, ты понимаешь, они, возможно, немного переместили твои вещи, чтобы разместить мои… – Ну, пока всё выглядит нормально – по крайней мере, на мой взгляд, – пробормотала Таня. – Хотя я заметила, что на одной из полок в кабинете лежит около дюжины книг, которых я раньше в твоей квартире не видела. Я не успела их внимательно рассмотреть, но судя по переплёту, это какие-то инструкции. Капитан так быстро приподнялась, что едва не ударила Танью головой по подбородку. – Они положили руководства на твою полку? – спросила она с ужасом, но тут же взяла себя в руки. – Они, э-э, не должны были этого делать, – слабо рассмеялась она, а Таня в замешательстве моргнула. – Я имею в виду, что эти руководства были просто, э-э, взяты напрокат... и они, э-э, уже давно просрочены… – Тогда ты должна их вернуть, – ответила Таня, слегка нахмурившись. – Военный инструктор не должен так нарушать правила библиотеки. – Ах, ну, на самом деле они принадлежат моему другу, – нервно замахала рукой её невеста. – Так что это не то, чтобы были какие-то правила, штрафы и прочее. Но да, я скоро их верну, так что тебе не нужно беспокоиться по поводу них… В любом случае, – добавила капитан, что Таня смутно восприняла как попытку сменить тему, – я всё ещё не закончила благодарить тебя за ранние рождественские подарки, полковник. В конце концов, – продолжила она кокетливо, оседлав ноги Тани и начав расстегивать её рубашку, – как говорится, ни одно доброе дело не должно оставаться безнаказанным… «Слово “наказать” определённо более уместно, чем мне бы хотелось, – вздохнула Таня, – когда её мысли наконец вернулись к настоящему. – Вчерашнее проявление благодарности, вероятно, оставило на мне больше царапин и синяков, чем те тренировки по ближнему бою. В любом случае, – размышляла Таня, – глядя на лицо своей спящей невесты, – как бы мне ни хотелось дать ей поспать в субботу, нам всё равно нужно купить обручальные кольца... и лучше пойти в магазины раньше, чем позже». Всё это означало, что капитану предстоял ещё один раунд. Конечно, просто для того, чтобы разбудить. Когда Таня медленно сняла одеяло с тела своей невесты, на её лице появилась дикая улыбка. “Ах, это определённо начинает походить на Рождество…”

В ТОТ ЖЕ ДЕНЬ Имперская столица Берун Резиденция Энглеров, Шёнеберг Декабрь 1931 года

Графиня Ирен фон Энглер проснулась от восхитительного ощущения зимнего солнца, касающегося её обнажённой кожи. Когда она села и роскошно потянулась, одеяло сдвинулось настолько, что обнажило обнажённое тело майора Эрии Элизабет Зибер, лежавшей рядом с ней на кровати. «Я действительно могла бы к этому привыкнуть», – подумала Ирен с лёгкой улыбкой, протянув руку и нежно погладив щёку разведчицы. Однако, сказав это, она иронично усмехнулась, оглядывая ущерб, нанесённый её спальне в результате вчерашнего вечера воссоединения. Иногда длительное отсутствие действительно делает сердце более нежным... – Который час?.. Ирен прервала осмотр разрушений, когда её девушка медленно села рядом с ней и зевнула. – Только половина девятого, – пробормотала она, вставая и надевая халат, прежде чем снова сесть на кровать. – Тебе стоит поспать подольше, учитывая, как поздно ты ложишься в последнее время. – Мне не мешает поздно ложиться спать... особенно когда это ты лишаешь меня сна, – протянула Эрия, переворачиваясь на бок и лукаво улыбаясь Ирен. – Если я правильно помню, – иронично ответила Ирен, – я не так уж и долго не давала тебе спать, скорее ты не позволяла мне остановиться. Но должна сказать: прошлой ночью у меня впервые в жизни затекла рука, а ведь я годами занималась на фортепиано. Должна признать, было удивительно осознать, что эти мышцы действительно можно перенапрячь. – Тогда хорошо, что ты амбидекстр, – улыбнулась Эрия без малейшего намёка на извинение. – В конце концов, ты обещала, что компенсируешь мне всё, что я пережила в горах, когда вернусь... и вчерашний вечер был только началом. Это было чудесно, я признаю, но всё же – только прелюдия. – Не волнуйся, – ухмыльнулась Ирен, – есть немало вещей, которые я могу делать, не используя руки. Полагаю, это одно из преимуществ двойной специализации по фортепиано и духовым инструментам: когда я не могу стучать, я всегда могу дуть. В любом случае, раз уж мы заговорили о горах: как прошел ужин Мифрил с наследным принцем? При упоминании о наследном принце на красивом лице разведчицы появилось несвойственное ей беспокойство. – Все прошло… хорошо, – пробормотала она. – На самом деле, слишком хорошо. Принц Вильгельм был практически в слезах, когда прощался с полковником Дегуршафф. – Понятно, – пробормотала Ирен, барабаня пальцами по кровати. – Кстати, ты уложила ей волосы так, как я просила? – спросила она, откидываясь на подушки. – Да... – кивнула Эрия. – Это была всего лишь небольшая поправка... но результат превзошёл все мои ожидания. Она действительно могла бы сойти за мужчину – возможно, поразительно красивого, но всё же мужчину. – Эрия немного помедлила, а затем обратилась к Ирен с озабоченным выражением лица. – Честно говоря... я не понимаю, зачем ты заставила меня это сделать. Это только сделало Мифрил более привлекательной для принца, учитывая его особые предпочтения. – Я заставила тебя сделать это именно потому, что хотела, чтобы Мифрил была как можно более привлекательной для наследного принца, – ответила Ирен с безмятежной улыбкой. – Но... Но зачем тебе это нужно? – воскликнула Эрия, вскочив с места в смятении. – Моя лучшая подруга и так уже вынуждена соперничать с генеральным штабом за внимание Мифрил – ей не нужен ещё один соперник в лице наследника императорского престола! – Успокойся, любовь моя, – улыбнулась Ирен, положив руку на обнажённое бедро своей девушки. – Настоящая угроза отношениям Виктории с Мифрил – это не наследный принц. Он никогда не был и никогда не будет такой угрозой. Как я уже говорила тебе ранее, за всем этим стоит граф Карл Мартин фон Бюлов – и я совершенно уверена, что его цель – использовать безупречную репутацию Мифрил, чтобы реабилитировать подмоченную репутацию принца. Сейчас, хотя граф, вероятно, полагается на харизму полковника Дегуршафф, чтобы завоевать расположение наследного принца, он явно не учёл, насколько очаровательной может быть “любимица Рейха”, – хитро улыбнулась Ирен. – Лично я знала, что могу рассчитывать на блестящий ум и быструю сообразительность Мифрил, которые помогут ей обойти любые разговорные “минные поля”, которые принц может потенциально взорвать. В конце концов, если и есть кто-то, кто может провести ужин с полным нарциссом и бесстыдным расистом, не компрометируя себя и не оскорбляя собеседника, то это она. Поэтому небольшое изменение внешности Мифрил, чтобы лучше соответствовать вкусам принца, было, по сути, лишь последним штрихом. Эрия помолчала несколько долгих мгновений... прежде чем наконец вздохнуть в знак признания поражения. – Прости, Ирен, я, кажется, где-то потеряла нить. Почему, чёрт возьми, ты вообще заинтересована в том, чтобы сделать Мифрил более привлекательной для принца? Разве это не способствует достижению целей графа Бюлова? – Прости меня, дорогая – усмехнулась Ирен. – Думаю, я пропустила несколько шагов. Видишь ли, единственная причина, по которой граф интересуется полковником Дегуршафф, заключается в том, что он планирует использовать её, чтобы отмыть запятнанную репутацию наследного принца. В свою очередь, граф делает ставку на наследного принца, потому что его мания величия делает его смехотворно легким объектом для манипуляций – особенно со стороны тех, кому каким-то образом удалось завоевать его одобрение. А теперь представь ситуацию, в которой кто-то, известный своими интеллектом, либерализмом и патриотизмом, действительно сумел втереться в доверие к принцу, – продолжила Ирен. – Ты действительно думаешь, что такая ситуация пойдет на пользу графу Бюлову? – Нет... – медленно ответила Эрия, наконец осознав смысл слов Ирен. – На самом деле, это полностью подорвало бы его планы. Успех амбиций графа полностью зависит от того, насколько он может быть единственным источником влияния на политические взгляды принца. Но если принц в конечном итоге отдаст предпочтение Мифрил – по романтическим или другим причинам – то граф потеряет эту монополию… – О, он потеряет гораздо больше, чем эту монополию, уверяю, – весело рассмеялась Ирен. – Если Мифрил захочет, она сможет дискредитировать графа в глазах принца, не компрометируя себя ни в малейшей степени. В конце концов, у неё есть способность обращаться со словами, которая столь же пугающая, сколь и завораживающая. Как только граф Бюлов получит подробный отчёт о том, что именно произошло во время королевского ужина, он поймёт, насколько шатким будет его положение, если он будет настаивать на союзе Мифрил и принца. – Но будет ли этого достаточно, чтобы удержать самого наследного принца от преследования полковника Дегуршафф? – с тревогой спросила Эрия. – Ведь даже если граф откажется от своего нелепого замысла, это не обязательно означает, что принц потеряет всякий интерес к Мифрил. Ирен фыркнула и отмахнулась. – Я бы не беспокоилась о наследном принце, моя дорогая. Говоря прямо: принц Вильгельм – это поверхностный, глупый и легкомысленный человек с вниманием золотой рыбки. Граф сможет найти множество способов заставить его забыть о своей маленькой интрижке с Мифрил. Я имею в виду, что если граф действительно стремится стать рейхсканцлером, он должен быть способен сделать это, как минимум. – Честно говоря, после того как я увидела, как работает твой ум, я думаю, что именно ты должна стать рейхсканцлером, – ответила Эрия, недоверчиво покачав головой. – Ох, окстись, – ответила Ирен, слегка вздрогнув. – Я не тратила всё это время и силы на создание заведения с сомнительной репутацией только для того, чтобы в итоге оказаться в правительстве. Ты знаешь, сколько усилий требуется, чтобы сфабриковать грязное бельё, которое можно вывесить на всеобщее обозрение? – Для человека, который так легко владеет властью, ты странно к ней невосприимчива, – вздохнула Эрия. – В любом случае, это значит, что Виша и Мифрил наконец-то в безопасности? – Ещё нет, – пробормотала Ирен. – В конце концов, у нас на руках два сватовщика, а не один, и второй из них – гораздо более грозный противник, чем граф Бюлов. – Ты права, – простонала Эрия, – Я совсем забыла о генерал-лейтенанте Гансе фон Цеттуре. – Ну, не стоит морщить свой прекрасный лоб, моя дорогая, – ухмыльнулась Ирен. – Графу Бюлову понадобится время, чтобы заставить наследного принца забыть о Мифрил, так что мы можем извлечь неплохую выгоду из увлечения наследника престола. Как ты думаешь, сможешь ли ты использовать свои связи, чтобы распространить среди юнкеров Империи слух о том, что сам принц Вильгельм проявил романтический интерес к полковнику Дегуршафф? В конце концов, каким бы неоднозначным ни был послужной список принца, королевская семья остаётся королевской семьёй... и ни один аристократ, обладающий хоть капелькой инстинкта самосохранения, не станет охотиться на дичь в королевском заповеднике. Если тебе удастся это сделать, я уверена, что к тому времени, когда все уляжется, Мифрил будет принадлежать только Више – по крайней мере, в романтическом плане. В течение нескольких секунд Эрия смотрела на Ирен с откровенным недоверием. – Я не могу в это поверить... – наконец произнесла она. – Ты не только перехитрила графа Бюлова в его же игре... но и фактически используешь обрывки его плана, чтобы сорвать планы самого Генерала-философа… – Я владелица знаменитого острова Лесбос, знаешь ли, – ответила Ирен, закатив глаза. – Если я не спасу бесполезных лесбиянок этого мира, то кто же тогда? – Хватит, – вздохнула Эрия, быстро встав и оседлав Ирен. – Я была возбуждена с самого пробуждения... и это только усугублялось, пока ты объясняла, как ты противостояла графу Бюлову. А теперь, услышав, как ты на самом деле планируешь противостоять генерал-лейтенанту Цеттуру, это стало последней каплей. Ирен только улыбнулась. – Этот конкретный исход тоже был частью плана, знаешь ли, – протянула она, протянув руку и погладив грудь Эрии. – А теперь я буду тебе очень признательна, если ты немного сдвинешься в эту сторону, любовь моя. Мне всё-таки нужно использовать другую руку.

AMOR ENIM VULT OMAKE SERIES

ВОЕННЫЕ ХРОНИКИ БЕЗНАДЁЖНОЙ ЛЕСБИЯНКИ Глава 63: О сокрытии эротических руководств бывших бесполезных лесбиянок

ТАНЯ (прерывает уборку своего и без того безупречного стола и хмуро смотрит на руководства по искусству сапфической любви, занимающие всю полку в её домашнем кабинете): Странно... Я думала, капитан обещала вернуть эти книги их владельцу. (Неодобрительно качает головой.) Даже если они не принадлежат библиотеке, нехорошо, что она их держит, если срок их возврата давно истёк. (Сразу же направляется к полке.) Интересно, о чём они... Странно, что капитан не хотела об этом говорить… КОШКА ТАНЯ (встревоженно поднимает голову с своего места, осознав намерения Золотоволосой, и тут же приступает к быстрому действию, чтобы сохранить самый сокровенный секрет своей любимой Булочки с корицей): … ТАНЯ (внезапно вздрогнула от шума, поднятого кошкой Таней): Что такое, малышка? (Подходит к месту, где кошка Таня разбросала по полу набор инструментов.) Что это такое? (Осматривает коробку, в которой были инструменты, и вдруг озадачивается, узнав её.) О, это набор для макраме, который обещали Хуберы. Они, наверное, отдали его дочерям графини, когда упаковывали вещи капитана. (Мгновенно замирает, когда её настигает воспоминание из прошлой жизни.) Теперь, когда я об этом подумала, интересно, заинтересуется ли капитан шибари… Я сама никогда этого не пробовала, но это могло бы добавить немного, э-э, разнообразия в наши операции… КОШКА ТАНЯ (вздыхает с облегчением... прежде чем мысленно похлопать себя по плечу): Неплохо, неплохо. Я не только помешала Золотоволосой обнаружить сексуальные руководства Булочки с корицей... но и заставила её задуматься о сексуальном фетишизме. За такое должно быть награждение: убила двух зайцев одним выстрелом и всё такое. ___________________________________________________________________________________ Примечания: Всем снова привет! Как обычно, несколько замечаний: Во-первых, тот момент, когда Виша во время войны копила деньги, чтобы в конце концов купить ферму для себя и Тани, на самом деле взят из 51-й главы манги, лол. Что делает этот эпизод из манги ещё более забавным, так это то, что Виша выигрывала деньги на пенсию у парней из 203-го в серии игр в покер. Во-вторых, фраза о том, что Виша хочет пересчитать все рубашки Тани, является отсылкой к 25-й главе, где было раскрыто, что одна из девушек с острова Лесбос имеет фетиш на запах ношенной одежды. В-третьих, фраза о руководствах по эротике с острова Лесбос, которые Виша все это время тайно хранила в своей квартире, является отсылкой к 27-й главе, когда Эрия упрекает Вишу за то, что та не вернула книги, взятые из библиотеки острова Лесбос. Ещё раз благодарю читателя Grifman275 за то, что он придумал, что Виша на самом деле хранит эти руководства у себя дома, лол. В-четвёртых, фраза о наборе для макраме является отсылкой к главе 49, когда сосед Виши, герр Хубер, предлагает Тане набор для макраме, чтобы она могла заняться хобби, менее энергичным, чем «плотницкое дело», лооол. Я полностью благодарю читателя Narr_Master за то, что он подсказал мне идею о том, что Таня думает о шибари (это японское искусство связывания верёвками для тех, кто никогда не слышал об этом термине). Как всегда, с нетерпением жду ваших комментариев! <-)