Amor Enim Vult

НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ Имперский город Фройденштадт Шварцвальдская оранжерея Энглеров, Икарусвег, Январь 1932 года

Люцифер Самаэль Морнингстар улыбнулся, глядя на прекрасно оформленный интерьер оранжереи графини Ирен фон Энглер в Шварцвальде. Сквозь стеклянную облицовку дендрария он мог видеть величественно возвышающиеся вдалеке вершины имперских гор Шварцвальд, в то время как близлежащие вечнозеленые растения были покрыты недавно выпавшим мелким снегом. “Она превзошла саму себя”, – усмехнулся Люцифер, отметив контраст между покрытой инеем страной чудес, раскинувшейся прямо за окном... и уютным миром, заключённым в прозрачных стенах оранжереи. “И чувство стиля у доктора Эдны Мод тоже действительно довольно изысканное”, – отметил Люцифер, окидывая взглядом деревенские украшения, украшающие столики в задней части дендрария с их искусно устроенными грядками из веток, гальки и мха. По правде говоря, Люцифер никогда не предполагал, что его следующая встреча с полковником Таней фон Дегуршафф после их совместного пребывания в её снах произойдёт на её свадьбе. На самом деле, он до сих пор помнил шок, который испытал, когда графиня впервые позвонила ему всего три месяца назад. – Сэм! – воскликнула Ирен, когда он снял трубку. – Давно не слышались! – Несмотря на моё искажённое представление о времени, вынужден согласиться, моя дорогая, – усмехнулся Люцифер, откинувшись на спинку стула и скрестив ноги. – Итак, какому неотложному делу я обязан удовольствием от этого давно запоздалого трансатлантического звонка? Краткий миг молчания на другом конце провода подсказал Люциферу, что, каким бы ни было неотложное дело, оно будет необычным даже по стандартам загадочного аристократа. – Я бы хотела, чтобы ты приехал ко мне в Империю и председательствовал на неофициальной свадьбе. Люцифер моргнул. Услышав неожиданную тишину на том конце провода, Ирен резко продолжила: – Я знаю, что это абсурдная просьба, но... – О, брось, – прервал её Люцифер, махнув рукой. – Ты знаешь, что одна из немногих людей на этой планете, чьим прихотям я хотел бы потакать, – усмехнулся он. – Но я всё еще недоумеваю, почему ты выбрала меня для того чтобы быть свидетелем на свадьбе – пусть даже и такой. Аристократка рассмеялась. – Ну, для начала, ты единственный из моего близкого круга друзей, кто на самом деле был воспитан католиком и кто на самом деле служил в Церкви. – Ну, это, возможно, чересчур, – возразил Люцифер со слабым чувством веселья. – Если я оглядываюсь назад, то на самом деле я был просто, хм, своего рода прославленным служкой при алтаре. Начальство, вероятно, с самого начала почувствовало мою бунтарскую жилку, но решило не обращать на это внимания, потому что никто не знал церковный Катехизис лучше, чем я. – И именно поэтому ты идеально подходишь для этой работы, – самодовольно ответила графиня. – Стороны, вступающие в брак, также не являются религиозными, поэтому на самом деле нам не так нужна функция таинства, как нам нужна его форма. – Другими словами, - криво усмехнулся Люцифер, - тебе просто нужен кто-то, кто сможет придать всему этому литургический вид. – В определенной степени, да, – промурлыкала графиня. – Но я не хочу простой свадебной пантомимы – в конце концов, я для этого можно было бы нанять и актёра – мне нужен кто-то, кто действительно может придать всему этому, хм, святость, которой оно заслуживает. Люцифер моргнул. – И ты думаешь, я смогу это сделать?.. Графиня усмехнулась. – Да, хочу. Несмотря на все усилия, которые ты прилагаешь, чтобы создать образ религиозного бунтаря, Сэм, у меня всегда было ощущение, что ты гораздо больше ценишь священное и сверхъестественное, чем показываешь. Люцифер откровенно рассмеялся. – И ты знаешь всё это благодаря женской интуиции? – В этом я уверена, – пробормотала Ирен. – Но есть ещё и моё чутьё музыканта. В конце концов, любой, кто играет Шопена так, как это делаешь ты, должен был по-настоящему ощутить божественное. – Вот именно поэтому ты такая ужасающая женщина, – ответил Люцифер, криво покачав головой. – Хотя я должен сказать, что – по разным причинам, которыми я не буду тебя утомлять – эта ваша просьба гораздо более иронична, чем вы подозреваете. – Что ж, тем больше причин согласиться, – беспечно ответила Ирен. – В конце концов, ты всегда получал извращённое удовлетворение от иронии. Я имею в виду, зачем ещё классическому пианисту с внешностью и талантами ангела заниматься своим ремеслом в клубе под названием ”Гоморра"? – Да будет тебе известно, что я тоже играю в ”Содоме", "Вавилоне", "Тире" и "Сидоне", – усмехнулся Люцифер. – Хотя, если честно, не знаю, как долго это продлится. В конце концов, для этих заведений наступает день расплаты, – добавил он со вздохом. – Ты всегда можешь остаться со мной здесь, в Империи, ты же знаешь, – ответила аристократка с несвойственной ей серьёзностью. – И не только ты... но и Филлис с Луизой. Я хорошо знаю, насколько плохо идут дела в Объединённых Штатах. – Я знаю, – улыбнулся Люцифер. – Филлис тоже это знает. Но ты знаешь Филлис. Она упрется рогом просто ради удовольствия – и при этом рог будет чертовски дорогим. – Что ж, по крайней мере, у неё есть Луиза, – вздохнула Ирен. – Временами она с лихвой компенсирует поразительное отсутствие здравого смысла у Филлис. – Недостаток здравого смысла у Филлис – это именно то, что я люблю в ней... В то время как изобилие твоего незаурядного здравого смысла – это именно то, что я люблю в тебе, – рассмеялся Люцифер. – Что ж, надеюсь, ты любишь меня достаточно сильно, чтобы лететь через Атлантику ради удовлетворения глупой просьбы, – усмехнулась аристократка. – Ты же знаешь, я никогда не смог бы тебе отказать, – ответил Люцифер, закатив глаза. – На это я и рассчитывала, – озорно ответила графиня. – И если ты всё ещё не можешь мне отказать, тогда я могу попросить тебя ещё о двух одолжениях. – Выкладывай, – небрежно ответил Люцифер. – Во-первых, можешь ли ты сочинить песню для процессии? И, во-вторых, можешь ли ты исполнить её во время свадьбы? Люцифер приподнял бровь. – Тебе нужна оригинальная композиция? Что не так с Мендельсоном или Вагнером? Бахом, или Бетховеном, если уж на то пошло? – Фи, – ответила Ирен... И Люцифер практически мог увидеть, как она содрогнулась на другом конце провода. – Ты же знаешь, я не использую клише, Сэм. С какой стати мне портить тайную зимнюю свадьбу в сапфическом стиле традиционным маршем? – Подожди минутку, – Люцифер моргнул. – Это однополая свадьба? Зимой? – После нескольких мгновений недоверчивого изумления он добавил: – Должен признать: это необычно... даже для тебя. – Это великолепная идея... и я хотела бы приписать её себе, – вздохнула аристократка. – Но на самом деле это детище жениха. Или, ну, невесты. Что ж, ты поймёшь моё смятение, когда познакомишься с ней. Её зовут полковник Таня фон Дегуршафф, и она прославленный герой Великой войны. Услышав имя полковника, Люцифер от изумления чуть не выронил трубку. "Если эта девочка выходит замуж, – с удивлением подумал он тогда, – значит, она прислушалась к моему совету гораздо чутче, чем я ожидал!" – Что ж, ладно, – наконец ответил Люцифер с лёгкой улыбкой. – Прошло много времени с тех пор, как я что-либо сочинял, но сама идея тайной зимней свадьбы в сапфическом стиле достаточно еретична, чтобы зажечь моё вдохновение. – Спасибо, Сэм... – с благодарностью ответила аристократка. – Я тебя больше не задерживаю, но передай Филлис и Луизе мою любовь. И, о, Оливия говорит, что, если в Америке станет ещё опаснее, она сама полетит туда, чтобы забрать свою мать. И именно так Люцифер внезапно оказался на другом конце света незадолго до окончания года. К счастью, несмотря на то, что он прибыл последним, у него всё ещё было достаточно времени, чтобы познакомиться с остальными участниками свадебной вечеринки... и заметить, насколько изменилась его подопечная. “Она значительно смягчилась, это точно”, – с удивлением подумал Люцифер, наблюдая, как Мифрил выбегает из дома и носится по снегу с людьми, которые раньше были под её командованием... прежде чем на неё внезапно обрушился шквал артиллерийских залпов снежками. “А может, и нет…” – Подумал он пять минут спустя, когда тащился наружу, чтобы помочь этим людям выбраться из-под лавины, которую в ответ спустила полковник Дегуршафф. – Удивительно, полковник, – Люцифер подслушал, как доктор Иоганн Георг фон Фауст восхищённо обращался к Мифрил, когда прервал работу лопатой. – Как, чёрт возьми, вам удалось вызвать снежный обвал с минимальным использованием маны? – Элементарно, мой дорогой доктор, – ответила полковник без малейшего намёка на извинение. – Поскольку мне было известно о засаде, я уже обследовала местность на предмет снежных покровов с залегающими под ними трещинами. Следовательно, мне просто нужно было применить достаточно магии, чтобы, так сказать, завершить разрывы. – Вам действительно не следовало поощрять её, доктор Фауст, – укоризненно вмешался майор Алекс Луи Армстронг, прежде чем раздражённо повернуться к Мифрил: – Маленький Кузнечик, сколько раз я тебе говорил? Я тренировал тебя не для того, чтобы ты могла запугивать слабых. – Им повезло, что ответила сама полковник Дегуршафф, – вздохнула майор Эрия Элизабет Зибер, обозревая дело рук Мифрил. – Если бы это была Виша, они все были бы на дне озера Наголдтальсперре. – Кстати, о капитане Серебряковой, – промурлыкал Люцифер. – Где она?.. – Повела своего отца осматривать достопримечательности, – безмятежно ответила офицер разведки. – Только отца?.. – моргнул Люцифер. – Да. Потому что девочки Ирен взяли её мать, чтобы, э-э, посмотреть другие достопримечательности… – уклончиво промычала майор Зибер. – Понятно... Люцифер снова моргнул... прежде чем быстро произнести короткую молитву за отца капитана Серебряковой. В целом, для Люцифера это оказалось весьма занимательной интерлюдией – если не считать момента неподдельной тревоги, вызванной его первой встречей с кошкой капитана Серебряковой. “Это НЕ обычная кошка”, – нахмурился Люцифер, когда золотистая кошка коротко взглянула на него... прежде чем пренебрежительно отвернуться. “В любом случае, – размышлял Люцифер, возвращаясь мыслями к настоящему, – гости, которые не входят в свиту, вероятно, собираются появиться прямо сейчас”. Действительно, когда часы поблизости пробили три, бойцы Имперского 203-го батальона воздушных магов начали входить в оранжерею в одинаковых тёмно-синих смокингах, светло-серых жилетах и белых рубашках с тёмно-синими галстуками и бутоньерками. Затем, поймав сдержанный кивок доктора Мод в его сторону, Люцифер направился к роялю, возвышавшемуся на возвышении, установленном в самом дальнем конце оранжереи. “Я должен признать, – подумал про себя Люцифер, – что прошло много времени с тех пор, как я действительно предвкушал выступление на человеческом мероприятии”. Когда, наконец, наступило назначенное время – четверть четвёртого – Люцифер глубоко вздохнул... и начал играть вступительные аккорды пьесы, которую он сочинил специально для Мифрил. Под его музыку, послужившую сигналом, двери оранжереи открылись, и на пороге появилась полковник Дегуршафф под руку с доктором Фаустом и майором Армстронгом. Даже когда начав петь, Люцифер не преминул заметить, как двое мужчин усилили хватку, сопровождая Мифрил по проходу. Он также не мог не заметить, что практически каждый человек, находившийся поблизости, начал яростно моргать в тот момент, когда бывший командир крыла вошёл в комнату. “Они действительно отправятся за ней в Ад и обратно, – слабо улыбнулся Люцифер, переходя к другому аккорду. – Не то чтобы Ад был таким уж плохим местом в наши дни. По крайней мере, не после того, как я над ним поработал”. Как только Мифрил заняла своё место перед помостом, остальная свита двинулась по проходу между рядами с подружками невесты на руках у друзей жениха и подружкой невесты под руку с шафером. В конце шла сама Ирен с Кошкой Таней на руках. Конечно, золотая кошка несла обручальные кольца на тёмно-синем банте, повязанном у неё на шее. А затем двери открылись ещё раз, чтобы, наконец, показать прекрасную молодую невесту с родителями по обе стороны. Увидев своего бывшего адъютанта, члены имперского 203-го батальона воздушных магов быстро перешли от яростного моргания к тайному прижатию тыльной стороны ладони к глазам. Но более всего внимание Люцифера привлекла реакция Мифрил. Он наблюдал, как глаза полковника расширились при виде её возлюбленной... и как она прижала руку к груди, когда выражение боли промелькнуло на её лице. Тогда Люциферу внезапно пришло в голову, что он видел точно такое же выражение лица много веков назад, когда первый из миров, созданных богами, был ещё новым, и ему потребовалось несколько мгновений, чтобы вспомнить, где он видел его в последний раз. “Ахх… – Люцифер улыбнулся внезапному воспоминанию. – Так выглядел Адам, когда впервые увидел Еву... И не знал, заключить ли её в объятия или поклониться ей в ноги…” И поскольку взгляды всех остальных были (по понятным причинам) прикованы к невесте, Люцифер был единственным, кто заметил, как дрожат руки Мифрил... и как в этот самый момент она выглядела настолько хрупкой и уязвимой, насколько и должна выглядеть семнадцатилетняя девушка. У него, конечно, было некоторое представление о том, что она чувствовала в тот момент, потому что он сам испытал это давным-давно – то неистовое, дикое и неумолимое счастье, которое само по себе приводило к отчаянному, опустошительному и ужасному уничтожению. И в этот момент Люцифер понял по выражению боли и беззащитного изумления на лице Мифрил, что она уже проиграла войну, которую тайно вела против общего для них обоих врага. Потому что эта женщина, которую она выбрала, несла в себе одновременно источник её освобождения... и семена её гибели. “Евангелия немножко привирают, – размышлял тогда Люцифер. – Опасность заключается не столько в том, чтобы завоевать весь мир только для того, чтобы понести потерю своей души. Это завоевание всего мира только для того, чтобы страдать от потери своего сердца”. “Но опять же, – думал Люцифер, пока пел, – для такой, как она, гораздо легче завоевать весь мир, чем потерять своё сердце. В этом смысле, что бы ни случилось, она тоже уже выиграла”. И после того, как невеста приблизилась и поцеловала своих родителей на прощание, Люцифер увидел, как она протянула руку, чтобы обхватить щёку своей возлюбленной – как раз вовремя, чтобы вытереть слёзы, которые внезапно потекли по ангельскому лицу. Это был единственный раз, когда мир мог бы увидеть, как плачет Рейнский дьявол. И именно в этот момент Люцифер сделал выбор. “Если ни один человек не может разделить то, что соединил Бог, то пусть ни один бог не разлучит то, что соединил дьявол, – подумал Люцифер со слабой улыбкой. – Считай это моим свадебным подарком тебе, Таня фон Дегуршафф: за то, что у тебя хватило наглости быть счастливой... и за то, что у тебя хватило наглости ударить своим счастьем по лицу этого высокомерного ублюдка”.

НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ СПУСТЯ Имперский город Фройденштадт Шварцвальдская усадьба Энглеров, Икарусвег, Январь 1932 года

Полковник Таня фон Дегуршафф вздохнула с облегчением, когда, наконец, закрыла дверь комнаты, которую она делила с капитаном Викторией Ивановной Серебряковой. – Наконец-то, – выдохнула она, улыбаясь своей жене, – я наконец-то заполучила всю тебя в своё распоряжение… Затем, не сказав ни слова предупреждения, она наклонилась и подняла Вишу на руки. – Полковник! – взвизгнула та. – Тебе не обязательно нести меня… – Таня, – мягко поправила Таня, направляясь в гостиную. – Мы договорились, что начнём называть друг друга по именам после свадьбы, помнишь? Кроме этого, ты действительно думала, что я не замечу, как у тебя болят ноги? – добавила она, усаживая Вишу на диван. – Тебе следовало переодеться в балетки после церемонии, – нахмурилась она, осторожно снимая каблуки своей жены и медленно потирая следы, оставленные ремешками. – А теперь скажи, почему у тебя такой вид, будто это тебе больно? – Виша тихо рассмеялась, наклонилась вперёд и поцеловала Таню в нос. – Потому что мне действительно больно, – вздохнула Таня. – Иногда мне больно просто смотреть на тебя, – объяснила она, взяв руку жены и прижав её к своей груди. – Значит, ты тоже так считаешь... – тихо проговорила Виша, испытующе глядя Тане в лицо. – Ну, если бы я с самого начала знала, что означает это чувство, мы бы поженились гораздо раньше, – ответила Таня с печальным смешком. – Я думаю, всё получилось великолепно, – улыбнулась Виша, опуская Таню на диван, чтобы та могла положить голову ей на грудь. – Ты хоть понимаешь, что прошло ровно шесть месяцев с тех пор, как мы воссоединились? – Правда? Всего шесть месяцев? – Таня моргнула. – Я полагаю, это превращает нашу любовь в нечто вроде бурного романа… – Не думаю, – промурлыкала её жена, проводя пальцами по груди Тани. – Мне трудно разобраться, когда зародились мои чувства к тебе, но некоторые из этих чувств были со времен Великой войны. – Ну, раз уж мы заговорили о чувствах, каково это – быть фрау Дегуршафф? – Поддразнила Таня. – Это кажется сюрреалистичным в самом лучшем смысле этого слова, – пробормотала её жена, уткнувшись лицом в шею Тани. – Мне очень нравится, как это звучит… – Что ж, тебе придётся довольствоваться тем, как это звучит из моих уст, – ответила Таня со вздохом. – Хотя, я полагаю, в целом это неплохо. В конце концов, это настоящий сексизм – заставлять только женщин брать фамилии своих супругов. – Ну, поскольку ты женщина, ты могла бы взять и мою фамилию, – озорно ответила её жена. – Сомневаюсь, что я бы когда-нибудь ответила, если бы ко мне обращались подобным образом, – усмехнулась Таня. – Я бы неизменно думала, что они ищут либо тебя, либо твою мать. Но поскольку никто никогда не обращается ко мне без моего воинского звания, ты можешь называть меня фрау Дегуршафф, и это никого из нас не смутит. – Ты действительно хочешь, чтобы я присвоила себе этот титул? – серьёзно спросила её Виша, приподнимаясь на локте. Таня сделала паузу. – Каким бы сексистским это ни было, – неохотно призналась она, – я должна признать, что мне тоже очень нравится, как это звучит. В конце концов, это делает тебя моей. – Ну, знаешь, есть другие способы пометить меня, – пробормотала Виша, наклоняя голову, чтобы поцеловать Таню... и когда она начала тереться своим телом о тело Тани таким образом, который ясно передавал, какие метки она имела в виду. – Не могу сказать, что я против этой идеи, – лукаво улыбнулась Таня, когда её руки потянулись к застёжкам на спине платья жены. Она почти закончила, когда Виша резко остановила её. – Прежде чем ты заставишь меня окончательно сойти с ума, – спросила она, и румянец окрасил её щёки, – ты... ты помнишь то обещание, которое дала мне несколько месяцев назад – сделать всё, о чём я попрошу?.. – Конечно, – улыбнулась Таня, целуя ладонь жены. – Учитывая все обстоятельства, не то чтобы тебе действительно нужно было брать это обещание. Но если оставить это в стороне, чего ты хочешь? Её жена неуверенно прикусила губу. – Это, эм, я хотела спросить, не могла бы... Мне только что пришло в голову, что... Я думала об этом некоторое время… – Виша сделала паузу, глубоко вздохнула и, наконец, торопливо продолжила: – Я просто хотела спросить, не могла бы ты заняться со мной любовью сегодня вечером, используя... используя это. И с быстротой, которая ясно указывала на то, что её жена думала об этом довольно долго, старшая девушка выудила какой-то предмет из-под дивана и поднесла к свету. При виде массивного страпона в руке жены мозг Тани резко отключился. – ЭЭЭЭ??? При виде такой ошеломлённой реакции Виша быстро отвела взгляд. – Мы... Ну, мы действительно не обязаны... нет, если тебе от этого так неудобно... И не то чтобы мне не нравилось, как мы обычно занимаемся любовью... Но мне всегда было интересно, на что это было бы похоже, если бы... если бы ты могла обнять меня и поцеловать, пока ты... эм... пока ты... – Конечно, я хочу! – перебила её Таня слегка сдавленным голосом, когда её мозг, наконец, снова заработал. – Просто... мне просто потребовалось мгновение, чтобы понять, что это... что это было, вот и всё… – добавила она голосом, похожим на писк. – Тогда… тогда ты не возражаешь?.. – С тревогой спросила Виша, пытливо вглядываясь в лицо Тани. – Нет, не возражаю, – ответила Таня с улыбкой, которая, как она надеялась, была убедительной. – И я рада, что у тебя хватило смелости спросить... – Тогда ладно, пол... я имею в виду, Таня... – застенчиво ответила Виша, расслабляясь в объятиях Тани. – Ну, поскольку мы, эм, установили, эм, формат вечерних мероприятий, почему бы тебе не пойти принять ванну? – Таня весело предложила. – Я... я пока наведу порядок в спальне... – Я могла бы помочь тебе всё устроить, прежде чем возьмусь за... – НЕТ!!! Я имею в виду: в этом нет необходимости, – поспешно отступила Таня, делая руками прогоняющие движения в сторону жены. – Со мной всё будет в полном порядке. Виша неуверенно помолчала несколько мгновений, прежде чем, наконец, кивнуть. – Ну, хорошо, дорогая. Если ты настаиваешь. Однако в тот момент, когда Виша закрыла дверь ванной, бесстрастная бравада, которую поддерживала Таня, быстро уступила место полномасштабной панике, которую она чувствовала с того момента, как её жена озвучила свою просьбу. “Что за хуйня??? – взвыла Таня про себя, когда буквально прыгнула через комнату, чтобы начать рыться в своём чемодане. – У меня нет никаких практических знаний в том, что касается страпонов!!!” “Не слишком ли ты всё это раздуваешь? – Лаконично спросила Таня-подросток в уединении Таниного разума. – Тебе просто нужно найти отверстие, вставить вещь, вынуть вещь, прополоскать и повторить, как это было раньше…” “За кого ты меня принимаешь? – Таня средних лет в ужасе разинула рот. – Животное??? Я не планирую устраивать ГОН со своей женой, большое спасибо. И я хотела бы, чтобы ты знала, что женская анатомия – чрезвычайно деликатная вещь…” “При всём моём уважении, – со вздохом перебила Таня-подросток, – твоя жена неоднократно демонстрировала надёжность Imperial A7V Sturmpanzerwagen, когда речь шла о ваших "совместных тренировках”. Кроме того, это первый раз, когда вы делаете это, поэтому здесь и там можно ожидать несколько неуклюжих ошибок…” “Прошу прощения! – Таня шмыгнула носом. – Я Рейнский Дьявол, и я НЕ шарю. И будь я проклята, если первый бой, который я когда-либо провалю, окажется моей первой брачной ночью! Особенно, когда это первая просьба, с которой Виша обратилась в качестве моей жены... И особенно когда ясно, что ей потребовалось много мужества, чтобы даже заговорить об этом”. Однако, к счастью для Тани, она оказалась не такой неподготовленной, как могла бы быть. Со вздохом облегчения она наконец нашла руководство, которое доктор Иоганн Георг фон Фауст дал ей, когда она в последний раз видела его в Кельне. – Я настоятельно рекомендую вам воздержаться от вскрытия упаковки до тех пор, пока вы не вернетесь с горы Цугшпитце, Мифрил, – произнёс учёный с несвойственной ему серьёзностью. – Но, пожалуйста, откройте его, когда вернётесь в Берун – желательно, когда будете одна. – В чём дело? – Спросила Таня, наморщив лоб. – Руководство по выживанию, – загадочно ответил учёный. – Поверьте мне, если бешеная команда графини Ирен фон Энглер каким-либо образом замешана в твоей свадьбе, тебе это понадобится, чтобы пережить ночь. Конечно, в своей обычной манере Таня в точности выполнила инструкции доктора Фауста... Хотя у неё чуть не случился небольшой сердечный приступ, когда она впервые увидела ограниченное полноцветное иллюстрированное издание "Сводного руководства по сапфическим искусствам" на острове Лесбос в твёрдой обложке. Однако из-за нехватки времени и неприкосновенности частной жизни ей удалось прочитать всё руководство целиком только один раз. К счастью для Тани, её фотографическая память позволяла ей не тратить так много времени на изучение самого необходимого. Опираясь на накопленный за две жизни опыт быстрого чтения бюрократических документов, она быстро просмотрела раздел о фаллоимитаторах... прежде чем, наконец, засунуть руководство на дно чемодана и броситься обратно к дивану. Как она и подозревала, под диваном был спрятан целый сундук. “Бинго”, – ухмыльнулась Таня, вытаскивая чемодан... прежде чем моргнуть, увидев изящный шрифт, который был нанесен трафаретом на его крышку: Поздравляем с приобретением коллекции Isle of Lesbos Deluxe Desert Island Collection! Вы бы даже НЕ ЗАХОТЕЛИ, чтобы вас спасали, если бы вас с возлюбленной выбросило на необитаемый остров с этими инструментами. (Если, конечно, вас не нужно было спасать от вашего любовника). “Ладно…” – неуверенно подумала Таня, прежде чем открыть сундук... и тут же уставилась на его содержимое. Назвать это арсеналом было бы преуменьшением. На самом деле, некоторые из предметов выглядели так, словно сами по себе могли считаться настоящим боевым оружием. “Сосредоточься, Таня, сосредоточься!” – Таня зарычала на себя, быстро осмотрев впечатляющий ассортимент “палочек для селфи”, выложенных с одной стороны чемодана... прежде чем, наконец, потянуться за экземпляром более скромных размеров, который отличался небольшим изгибом и ярко выраженными выступами. “Лучше начать с этого, а не с того чудовища, которым Виша размахивала у меня перед носом… – Таня нахмурилась и начала покрывать предмет смазочным маслом, которое было в комплекте. – Она в очередной раз переоценивает мои возможности, если думает, что я действительно могу ТАК подготовить её в первый раз…” В конце концов, Таня знала тело Виши гораздо лучше, чем сама Виша, учитывая всё то время, которое она потратила на его тщательное изучение, и дело в том, что её жена была... подтянутой. Таня никогда раньше не пользовалась больше чем тремя пальцами, и использование чего-то, что определённо превышало диаметр её тонких пальцев, показалось ей скорее болезненным, чем приятным. Она как раз вставляла фаллос в упряжь, когда её жена резко вышла из ванной. – Теперь твоя очередь, дорогая... – тихо позвала она, когда Таня от испуга чуть не выронила страпон. – Иду! – пискнула Таня, быстро засовывая фаллоимитатор под пиджак своего смокинга, прежде чем поспешить в ванну. “Наверное, будет лучше, если я это уже надену… – Неуверенно подумала Таня несколько минут спустя, возясь с ремнями сбруи. – Я бы потеряла импульс, если бы надела его после начала боя…” Однако все мысли о начале военных действий вылетели у Тани из головы, когда она вошла в спальню и обнаружила свою жену лежащей обнажённой на кровати с обнажёнными самыми важными точками своего тела. При виде этого наглого приглашения у Тани чуть не случился сердечный приступ. – Я… я думаю, вы оставили бреши в своих основных укреплениях, капитан... – доложила Таня слегка сдавленным голосом, стоя по стойке "смирно". – Тем легче быть захваченной, полковник… – Виша многозначительно улыбнулась и поманила Таню указательным пальцем. Когда Таня в оцепенении упала в объятия своей жены, она вдруг перестала понимать, кто кого осаждает. Только когда Виша обвила руками шею Тани, Таня почувствовала это – слабую дрожь в руках старшей девушки, которая сказала ей, что её жена на самом деле гораздо больше опасалась того, что ждало её впереди, чем показывала. “Ахх!.. – Подумала Таня, когда волна неослабевающего беспокойства, которое она испытывала до этого момента, внезапно сменилась волной всепоглощающей нежности. – Она, вероятно, думает, что ей нужно казаться храброй, учитывая, что именно от нее и исходила инициатива…” Затем, наклонившись и подарив жене долгий и затяжной поцелуй, Таня подняла голову и спросила: – Ничего, если мы будем действовать намного медленнее, чем обычно?.. “Это справедливый вопрос, – подумала Таня, – учитывая, что неторопливость никогда не была в нашем стиле”. – Хорошо... – застенчиво ответила её жена. – Если ты не будешь слишком торопиться... И в течение следующих получаса именно этим и занималась Таня, тщательно обрисовывая контуры тела Виши руками, губами и языком. Не то чтобы ей было легко сдерживаться, конечно – по крайней мере, не при виде того, как её жена извивалась под ней. “Терпение, Таня, терпение, – напомнила себе Таня сквозь стиснутые зубы, сопротивляясь непреодолимому искушению зарыться лицом в блестящие складки тела жены. – Ей нужно быть гораздо более готовой, чем обычно…” Однако её сопротивление окончательно рухнуло, когда Виша по-настоящему зарыдала. – Полковник, пожалуйста... – умоляла её жена, безуспешно пытаясь высвободить запястья из хватки Тани. – Ты нужна мне внутри, сейчас... “А, чёрт с ним… – застонала Таня про себя. – Я не знаю, готова ли она на самом деле, но есть только один способ узнать…” И с этими словами Таня приподнялась... и осторожно вставила кончик страпона в свою жену… …только для того, чтобы совсем перестать дышать, когда Виша немедленно напряглась под ней. – Всё… всё в порядке, – выдохнула её жена. – Просто... это просто застало меня врасплох, вот и всё... “Она не… Она не пострадала”, – Таня почти обмякла от облегчения, когда её сердце бешено заколотилось в груди. – Давай дадим твоему телу немного времени для того, чтобы привыкнуть к этому, – она улыбнулась так ободряюще, как только могла... прежде чем снова наклониться и поцеловать свою жену, чтобы заглушить отрицание (или возражение), которое, как она знала, последует. “В каком-то смысле, – размышляла Таня, когда в конце концов продолжила, – необходимость использовать искусственный придаток одновременно и благословение, и проклятие”. Это проклятие в том смысле, что у неё не было тактильной обратной связи и неоптимальный контроль... но это также благословение в том смысле, что если бы она могла чувствовать, как внутри её жены пульсирует кровь, она бы потеряла всякий контроль с самого начала. “Чёрт, – зарычала Таня, чувствуя, как на неё опускается дымка. – Это заводит меня гораздо сильнее, чем я думала!” Возможно, это было вызвано каким-то смутным и атавистическим воспоминанием о её мужской жизни, но Таня не могла отрицать собственнического удовлетворения, которое она испытывала, медленно погружая страпон на всю длину в свою жену. – Полковник! – Виша чуть не всхлипнула, когда Таня, наконец, протолкнулась внутрь. – Ш-ш-ш... – промурлыкала Таня, осыпая лицо жены поцелуями. – Это уже слишком. Как ты себя чувствуешь? – Наполненной, – захныкала Виша. – Наполненной и... и растянутой... – Хорошо, – пробормотала Таня, нежно поглаживая жену по щеке. – Давай просто остановимся здесь и немного отдохнём... Чего Таня, конечно, не сказала, так это того, что её руки уже чувствовали напряжение от того, что несколько минут несли большую часть её веса. Она подождала ещё несколько мгновений, пока дыхание Виши немного выровнялось, прежде чем мягко объявить: – Сейчас я начну двигаться. Всё в порядке? Виша молча кивнула, выражение доверия на её лице было настолько невероятным, что это было почти невозможно вынести. – Обещай мне, что скажешь, если будет больно, – тихо добавила Таня... прежде чем начать двигаться внутри своей жены серией долгих, медленных и глубоких толчков. – О Боже мой... – ахнула Виша, когда выступы царапнули её внутренние стенки. – О да, полковник... Затем, внимательно наблюдая за лицом жены, Таня начала набирать темп. Ей потребовались все девять лет строгой военной подготовки – и ещё немного – чтобы сосредоточиться на поставленной задаче. “Гьятей гьятей хара гьятей харасо гьятей боджи совака…” – процитировала она про себя сквозь стиснутые зубы, деликатно закидывая ноги Виши себе на плечи и приподнимая её бедра руками. Впервые в своей жизни Таня была искренне благодарна за то, что провела годы, занимаясь воздушной акробатикой в трёхмерном пространстве. Затем, осторожно изменив своё положение, не нарушая ритма, она начала толкаться вверх под косым углом. Если руководство было правильным… – О, ДА!!! – резко вскрикнула её жена, когда её ногти впились в руки Тани с такой силой, что оставили следы. – Вот так, полковник, - простонала она, выгибая спину. – Не останавливайся. Пожалуйста, не останавливайся... “Бинго, – Таня улыбнулась про себя с торжествующим облегчением. – Если есть что-то, до чего я определенно не могу дотянуться одними пальцами, так это её A—то…” И именно тогда Виша, наконец, достигла кульминации с такой силой, что чуть не вывела Таню из равновесия. – Итак, э-э-э, как?.. как это было? – в конце концов спросила она, заключая дрожащую жену в объятия. – Это было... невероятно, – прошептала Виша, прижимаясь к Тане. – Я имею в виду, так всегда... но это было невероятно по-другому… – После нескольких минут молчания она тихо заговорила: – Спасибо тебе… за то, что приняла мою просьбу. Это значит для меня больше, чем ты думаешь. – Не за что, – улыбнулась Таня... прежде чем сделать мысленную заметку назвать следующих домашних животных, которых они когда-либо приобретут, в честь доктора Фауста и майора Армстронга, чтобы увековечить их вклад в её супружескую жизнь. – Ты… ты хочешь попробовать?.. – Спросила Виша, вытягивая шею, чтобы посмотреть на Таню. – Хах?! – Таня моргнула… прежде чем поняла, что её жена предлагает ответить взаимностью на её жест. – Эмм, не особенно... – возразила она, покачав головой. – Я бы, эм, я бы предпочла быть внутри тебя. И, о, – добавила она с кривой усмешкой, – на случай, если ты не заметила: ты всё время кричала ”полковник“. – Ты назвала меня “капитаном”... – парировала Виша с сонной улыбкой. – Но, ну, мы обе знаем, что от старых привычек трудно избавиться... – Всё в порядке, – пробормотала Таня, целуя жену в макушку. – В конце концов, у нас впереди вся оставшаяся жизнь, еще успеется.

AMOR ENIM VULT OMAKE SERIES

ВОЕННЫЕ ХРОНИКИ БЕСПОЛЕЗНОЙ ЛЕСБИЯНКИ Глава 67: О праздновании зимней свадьбы (Не очень)тайных сапфистов

*✲｡* 67 67.1: Позднее утро перед свадебной церемонией ✧｡*ﾟ✲*

ДОКТОР ФАУСТ (отрывается от пристального изучения серебряного смокинга с нескрываемым восхищением): Действительно, доктор Мод, вы превзошли себя с этим текстилем. Одна из самых больших проблем с синтетическими тканями заключается в том, что они, как правило, выглядят прискорбно дёшево. Но это! Это выглядит и ощущается как настоящая шерсть! ДОКТОР МОД (фыркает с видом высшего самодовольства): Ну конечно, доктор Фауст. В конце концов, я учёный и художник. Когда дело доходит до сочетания стиля и содержания – никто другой на этой планете даже близко не подходит. Куртка, которую вы рассматривали, не только пуленепробиваемая и огнеупорная, она также имеет текстурированную отделку, придающую ей классический элегантный вид, и, кроме того, прекрасно драпируется. Другими словами, если костюм может убивать, то Мифрил станет положительно смертоносной, как только наденет его. ДОКТОР ФАУСТ (неуверенно хмыкает): Я действительно не уверен, что кому-то из нас следует ещё больше подчеркивать этот её особый атрибут, но в любом случае, эта бутоньерка с гортензией, которую вы сделали вручную, тоже выглядит абсолютно изысканно. ДОКТОР МОД (поднимает бровь, когда Фауст подносит букетик ещё ближе к его лицу): На вашем месте я был бы предельно осторожен, доктор. Сначала я подумывала вживить в этот букетик флакончик со шпанской мушкой, но, судя по моим наблюдениям за будущей супружеской парой, такое средство было бы в лучшем случае ненужным, а в худшем – оскорбительным. Следовательно, вместо этого я имплантировала дротик, наконечник которого был обмакнут в выделения колумбийской золотистой ядовитой лягушки-дротика. Просто в целях защиты, конечно. ДОКТОР ФАУСТ (немедленно бледнеет, прежде чем аккуратно опустить корсаж обратно): Хорошо…

*✲｡*ﾟ 67 67.2: Ранний вечер перед свадебной церемонией ✧｡*ﾟ✲*

ПОЛКОВНИК ДЕГУРШАФФ (свирепо смотрит на мужчин, которые вот уже час слоняются по её гримерке, пока доктор Мод хлопочет над её прической и одеждой): И что, скажите на милость, вы ВСЕ здесь делаете прямо перед церемонией?? КАПИТАН НОЙМАНН (не раскаиваясь): Ну же, полковник! Как ваши бывшие товарищи по оружию, мы здесь, чтобы составить вам компанию, пока вы не отправитесь в Валгаллу, известную как супружество! (Делает паузу, поскольку его подбородок начинает зловеще дрожать.) И подумать только: именно тогда, когда мы наконец возвращаем вас после того, как вы исчезли на четыре года, мы теряем тебя снова! И из-за судьбы, которая так же безвозвратна, как смерть! МАЙОР ВАЙСС (щиплет себя за переносицу, бормоча): О, ради Бога... КАПИТАН НОЙМАНН (безутешно качает головой, полностью игнорируя Вайсса): Честно говоря, полковник, почему вам нужно жениться такой молодой? С вашим дьявольским обаянием вы могли бы годами, знаешь ли, РАЗВЛЕКАТЬСЯ (выразительно поднимает брови на последней части). ПОЛКОВНИК ДЕГУРШАФФ (деловито хмурится): Я понятия не имею, о чём вы говорите, капитан Нойманн. Я не могу представить себе ничего более весёлого в этой жизни, чем быть с капитаном Серебряковой... И я уже потеряла четыре года. БОЙЦЫ 203-го БАТАЛЬОНА (мгновенно замирают при этом бесхитростном признании в любви... которое даже не было задумано как бесхитростное признание в любви): ... КАПИТАН НОЙМАНН (наконец-то придя в себя после этого момента абсолютной уверенности): П-прекрасно! Тогда, по крайней мере, ответьте на этот вопрос: как, чёрт возьми, вам удаётся заставлять женщин постоянно влюбляться в вас? БОЙЦЫ 203-го БАТАЛЬОНА (мгновенно замирают в скрытом, но пристальном внимании): ... ПОЛКОВНИК ДЕГУРШАФФ (моргает): Я знаю? Они знают? О чём вы говорите? МАЙОР ВАЙСС (наконец прерывает, иронично качая головой): Бросьте, капитан Нойманн. Это её непонимание – именно то, как она это делает. ПОЛКОВНИК ДЕГУРШАФФ (моргает): Какое непонимание? Чьё непонимание?

*✲｡*｡✧ 67.3: Ближе к вечеру, ближе к концу свадебной церемонии ✧｡*ﾟ✲*

ЛЮЦИФЕР (обращается к собравшимся гостям с улыбкой): Теперь, когда Таня и Виктория отдали себя друг другу посредством данных ими клятв, я объявляю их супругами на всю жизнь. (Некоторое время ждет, пока стихнут аплодисменты, одобрительные возгласы, улюлюканье и свист, прежде чем, наконец, обратиться к молодожёнам.) Теперь, когда вы уже поклялись друг другу в верности, взявшись за руки и обменявшись кольцами, я приглашаю вас скрепить своё обещание поцелуем в присутствии вашей семьи и друзей. ПОЛКОВНИК ДЕГУРШАФФ И КАПИТАН СЕРЕБРЯКОВА (несколько мгновений застенчиво смотрят друг на друга, прежде чем, наконец, потянуться друг к другу для нежного поцелуя): ... БОЙЦЫ 203-го БАТАЛЬОНА (разражаются новым взрывом аплодисментов, одобрительных возгласов, улюлюканья и свистов... прежде чем затихнуть, поскольку поцелуй пары начинает перерастать во что-то явно более страстное): ... КАПИТАН НОЙМАНН (яростным шёпотом сбоку): Вы... Вы всё это записываете, капитан Кёнг? КАПИТАН КЁНГ (бормочет уголком рта): Как я могу, когда майор Вайсс конфисковал мой Тип 97 прямо перед церемонией? КАПИТАН НОЙМАНН (злобно ругается себе под нос): Будь проклят этот человек и его проклятая преданность! КАПИТАН ГРАНЦ (начинает шевелиться рядом с ними в смущении… и ревнивом дискомфорте): Разве… разве мы не должны, э-э, сказать им, чтобы они прекратили?.. Я думаю, они начинают, э-э-э, увлекаться... КАПИТАН НОЙМАНН (глаза начинают слезиться от напряжения, когда он не мигая смотрит на разворачивающуюся перед ним сцену): Если вы ПОСМЕЕТЕ прервать их веселье, капитан Гранц, я лично заключу брак между вашим черепом и лопатой капитана Серебряковой. КОШКА ТАНЯ (глубоко вздыхает, наблюдая, как двое её подопечных увлекаются своими делами): Я полагаю, все остальные либо слишком увлечены, либо слишком напуганы, чтобы пытаться остановить их… (Грациозно запрыгивает на помост и приводит полковника в чувство, прихлопнув её по ноге одной лапой.) КАПИТАН НОЙМАНН (тут же закусывает губу, чтобы не взвыть от отчаяния): ...

*✲｡* 67 67.4: Ранний вечер в начале свадебного приема ✧｡*ﾟ✲*

ФРАУ СЕРЕБРЯКОВА (обращается к Доктору Фаусту с неподдельным восхищением, когда он кружит её в танце): Должна сказать, доктор Фауст, ваши бальные навыки на высшем уровне. ДОКТОР ФАУСТ (с несвойственной ему скромностью): Я думаю, что выделяюсь только благодаря тому факту, что ваш муж и майор Армстронг плачут так сильно, что наступают на пятки своим партнёрам... ФРАУ СЕРЕБРЯКОВА (тут же морщится от сочувствия к своей дочери и невестке): Да, включение танца отца и дочери в программу приёма, возможно, было не лучшей идеей. С Вишей все должно быть в порядке – Ваня, в конце концов, стройный мужчина – но я действительно беспокоюсь о Тане... ДОКТОР ФАУСТ (пренебрежительно машет рукой): О, она гораздо крепче, чем кажется... И за эти годы она получила немало наказаний от майора Армстронга. По крайней мере, терапия гормоном роста, которую я ей назначил, должна помочь сохранить её плюсневые кости и фаланги пальцев целыми. ФРАУ СЕРЕБРЯКОВА (оживляется с внезапным интересом): Так, значит, вы врач? Помимо того, что я военный исследователь, я имею в виду?.. ДОКТОР ФАУСТ (смеётся, наклоняя голову в знак подтверждения): Помимо многого другого, мадам. ФРАУ СЕРЕБРЯКОВА (хихикает с озорным восторгом): О, какое удивительное совпадение. За последние несколько дней я многому научилась у девочек графини Энглер – и всё это в сфере развлечений, просто для ясности – но мне пришло в голову, что они требуют изрядного количества, хм, энергии. Как человек, работавший с гормональной терапией, не могли бы вы дать мне какие-либо медицинские рекомендации по повышению выносливости, доктор Фауст?..

*✲｡*｡✧ 67.5: ранним вечером во время свадебного ужина ✧｡*ﾟ✲*

КАПИТАН НОЙМАНН (угрюмо стучит пустым бокалом по столу): На этом всё, ребята. Сегодня было наше последнее окно возможностей, и теперь оно закрыто. Кто будет нашим гуру теперь, когда полковник жената? МАЙОР АРМСТРОНГ (останавливается у стола после того, как случайно подслушал последнюю реплику капитана Нойманна... и внезапно тронут судьбой этих заблудших и брошенных овец): Простите меня, капитан Нойманн. Я не мог не услышать ваших жалобных стонов. Если вы ищете гуру, возможно, вам будет интересно узнать, что я был гуру полковника Дегуршафф последние четыре года. БОЙЦЫ 203-й БАТАЛЬОНА (мгновенно замирают в скрытом, но пристальном внимании): ... КАПИТАН НОЙМАНН (медленно моргает): Вы всё это время были преподавателем Мифрил, майор Армстронг?.. (Делает короткую паузу, чтобы поразмыслить над тем фактом, что полковник стала Казановой только после того, как исчезла на четыре года... и предварительно приходит к самому неточному выводу из всех возможных.) И чему же вы учили Мифрил всё это время?.. МАЙОР АРМСТРОНГ (выпрямляется во весь рост с родительской гордостью): Я не имею права раскрывать все детали, капитан, но я исчерпывающе обучал Мифрил широкому спектру эзотерических техник ближнего боя. БОЙЦЫ 203-го БАТАЛЬОНА (резко приходят к самому неточному выводу из возможных, услышав фразу “эзотерические техники ближнего боя”... и тут же смотрят на капитана Нойманна с едва скрываемой надеждой): ... КАПИТАН НОЙМАНН (делает паузу, чтобы восстановить самообладание, учитывая, что его подбородок начинает зловеще дрожать): Майор Армстронг... если... если у вас есть хоть капля жалости к своим собратьям, возьмёте ли вы меня – и эти бедные потерянные души вместе со мной – под своё крыло?? МАЙОР АРМСТРОНГ (начинает чувствовать, что его собственный подбородок зловеще дрожит от сочувствия): Конечно, капитан Нойманн, конечно. Для меня было бы честью научить вас всех. Мы можем связаться после свадьбы, чтобы организовать несколько встреч. (Затем уходит… и начинает плакать от безмерной благодарности в уединении своего разума.) Ах, Кано-сенсей, если бы вы только могли видеть меня сейчас. После стольких лет попыток найти хоть одного ученика, теперь у меня есть целый батальон жаждущих знаний рьяных учеников. Действие кармы РЕАЛЬНО!

*✲｡*｡✧ 67.6: Поздно вечером во время свадебного приема Танцуют ✧｡*ﾟ✲*

ЭРИЯ (мечтательно вздыхает со стороны комнаты, наблюдая, как её лучшая подруга танцует с любовью всей своей жизни): Они действительно идеально смотрятся вместе... ИРЕН (выходит из тени): Ты тоже выглядишь прекрасно, и точка. ЭРИЯ (вздрагивает при звуке голоса Ирен, прежде чем с улыбкой дотянуться до руки своей девушки): Ну, трудно выглядеть по-другому, учитывая эту одежду... и эти украшения. Я до сих пор не могу поверить, что ты настояла на том, чтобы я надела эти серьги. У меня есть смутное подозрение, что они достаточно дорогие, чтобы купить дом на Курфюрстендамм. ИРЕН (пренебрежительно машет рукой): Только серьги – нет. Но если добавить это кольцо, то да. (Быстро берет руку Эрии в свою, чтобы надеть кольцо на безымянный палец.) ЭРИЯ (совсем перестаёт дышать, глядя на кольцо): Это... это то, что я думаю?.. ИРЕН (весело): Я бы предположила, что нет никакой ошибки в том, что такое кольцо с бриллиантом. ЭРИЯ (сглатывает): Что, если... что, если я не соглашусь?.. ИРЕН (смотрит на неё с огромной нежностью): Это не имеет значения. Не тогда, когда я не прошу. ЭРИЯ (шепчет сквозь комок в горле): Это... это твоё невыносимое высокомерие... ИРЕН (заключает Эрию в объятия и шепчет): Надеюсь, это не настолько невыносимо, что ты не сможешь терпеть это всю оставшуюся жизнь. ЭРИЯ (смеётся, прижимая тыльную сторону ладони к глазам): Считай, что тебе повезло. У меня высокий порог восприятия страданий, поэтому я думаю, что смогу мириться с этим всю жизнь или две. КОШКА ТАНЯ (удовлетворённо мурлычет со стороны комнаты, наблюдая, как лучшая подруга её булочки с корицей целует любовь всей своей жизни): Ах... надёжные лесбиянки. Может быть, Булочка с корицей и Золотоволосая Девочка когда-нибудь вырастут и станут ими...

*✲｡*ﾟ｡✧ 67.7: Раннее утро после Первой волны боевых действий в Первую брачную ночь ✧｡*ﾟ✲*

ТАНЯ (потягивает вино из бокала, пока её обнажённая жена садится и прижимается к ней): Я думала, ты уснула. ВИША (протягивает руку и делает глоток из бокала Тани): Я немного выпила. А потом мне приснилось, что мы поженились, и в конце концов я проснулась от волнения. ТАНЯ (смеётся): Ну, раз уж ты встала, не хочешь потратить немного времени на открытие наших подарков? ВИША (ликующе оживляется): Это блестящая идея! ТАНЯ (встаёт с кровати и возвращается с двумя пакетами): Ну, осталось только это... учитывая, что мы уже, эээ, использовали некоторые из наших подарков... ВИША (берет пакет майора Армстронга и осторожно разворачивает его... прежде чем прочитать название книги в твёрдом переплете): “Духовность через сексуальность: активация вашей сердечной чакры с использованием техник Камасутры”. ТАНЯ (ущипнув себя за переносицу от унижения, прежде чем пробормотать): Ради всего святого… почему ВСЕ их подарки посвящены сексу? ВИША (озорно смеётся): Как ты сама сказала, дорогая: это ради любви... или ради ебли, если быть точным. ТАНЯ (рычит, резко прижимая Вишу к себе): Ты знаешь, что со мной происходит, когда я слышу, как ты ругаешься... ВИША (удивлённо поднимает бровь): Боже мой, я ещё даже не прочитала книгу, а она уже работает. ТАНЯ (надувает губы, прежде чем неохотно помочь жене подняться): Хорошо. Давай сначала закончим открывать последний подарок. По крайней мере, это от доктора. Не может быть, чтобы это всё ещё касалось се… ВИША (читает вслух): “Связь на всю жизнь: Шибари как супружеское общение, Причастие и Соединённость”. ТАНЯ (в отчаянии закрывает лицо руками): Я. сдаюсь.

*✲｡*ﾟ*｡✧ ПОСТСКРИПТУМ ✧｡*ﾟ✲*

Большое вам спасибо за то, что все читаете! Amor Enim Vult буквально не продвинулись бы так далеко без вашей поддержки в течение этого долгого и трудного года, так что аригату гозаймасу! \( ＾◡＾)っ

В следующий раз, когда мы увидим нашу любимую пару бесполезных лесбиянок, скорее всего, они проведут медовый месяц в Японии!

А пока я желаю вам всем самого веселого Рождества и самого счастливого Нового года!!!

___________________________________________________________________________________

Примечания: Всем ещё раз привет! Итак, да, мы наконец-то добрались до этого момента истории. Внезапно мне многое захотелось сказать, но после того, как мне удалось избежать бессвязности в заключительных примечаниях к 67 главам, я не хочу начинать бессвязную речь СЕЙЧАС. В любом случае, одна вещь, которую я определенно должен сказать, это то, что мне всегда НРАВИЛАСЬ песня Энни Леннокс о любви к вампиру. Я был ребёнком, когда впервые услышал это ... И у меня волосы встали дыбом. Я до сих пор думаю, что это самая захватывающая песня о любви, которую я когда-либо слышал, поэтому, когда я начал думать о песне для свадьбы Тани и Виши, она сразу пришла на ум. (Конечно, уместность названия тоже ни капельки не повредит!) Я немного помучился, когда решал, какую версию включить. Сначала я думал, что выберу версию Энни Леннокс с Ирен, поющей и выступающей… но, в конце концов, версия Deelyle с Люцифером, поющим и выступающим, показалась мне намного более подходящей. (Кстати, это мягко сказано. Вокал этого человека невероятно ПОТРЯСАЮЩИЙ. Мне также хотелось бы думать, что этот драматический поворот в песне в 2:48 – это когда двери действительно открываются, чтобы наконец показать нашу невесту.) Помимо этого, я хотел бы поблагодарить читателя Райму за то, что она стала источником фразы "secret Sapphic". Мне так понравилось, как она звучит, что я решил включить её в эту главу, ЛОЛ. Как всегда, ваши комментарии РАЗЖИГАЮТ мое пламя X-D, Так что напишите мне!