Amor Enim Vult

НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ Столица Империи Берун Министерство по делам колоний, Вильгельмштрассе, Февраль 1932 года

Полковник Таня фон Дегуршафф вздрогнула, отпирая главную дверь здания, которое Управление по выявлению рисков и сценарному планированию делило с Имперским министерством по делам колоний. – Ты недостаточно тепло одета, – мягко пожурила её капитан Виктория Ивановна Серебрякова, когда они входили в вестибюль здания. – Всё в порядке, – улыбнулась Таня, закрывая дверь. – В любом случае, сегодня мы не будем проводить много времени на свежем воздухе. – Нужна помощь? – спросила её жена, когда Таня направилась прямиком в свой офис на втором этаже. – Нет, спасибо, – ответила Таня, махнув рукой. – Подожди в главном конференц-зале, если хочешь. Там самые удобные сиденья во всём здании. По правде говоря, Виша не пришла в восторг, когда Таня заявила о своём намерении посетить офис сразу по прибытии в Берун, чтобы разобраться с накопившейся работой, которая, как она ожидала, накопилась в её отсутствие. Но вместо того, чтобы сделать выговор, которого та ожидала, её жена просто улыбнулась и сказала: – Я знаю, ты просто разнервничаешься, если я встану у тебя на пути, так почему бы нам не устроить мини-пикник, а потом приятно пообедать в кафе Кранцлер? Таня послала жене кривую усмешку. – Ты слишком хорошо меня знаешь, – пробормотала она, прежде чем притянуть Вишу к себе для поцелуя. “Что ж, тут гораздо меньше работы, чем я ожидала,” – Таня моргнула, когда её мысли вернулись к настоящему. Чтобы упорядочить накопившиеся дела, она недвусмысленно проинструктировала своих сотрудников оставлять документы, которые больше всего требовали её внимания, в специальном лотке на столе. Однако, бросив быстрый взгляд на контейнер, она обнаружила всего несколько листов. “Что ж, – Таня пожала плечами, убирая документы в кейс, – дарёному коню в зубы не смотрят”. Если её подчинённым каким-то образом удавалось справляться самостоятельно в течение нескольких недель, то Таня была готова приписать это особое развитие своему растущему мастерству в искусстве, называемом делегированием полномочий. Выполнив свою миссию, Таня направилась в главный конференц-зал – только для того, чтобы остановиться, увидев профиль своей жены через приоткрытую дверь. Это был профиль, который Таня видела с разных сторон и под бесчисленным количеством ракурсов в течение четырёх лет, и который казался ей целой жизнью. Но теперь, изучая длинный взмах ресниц Виши, изящные линии её носа и нежный изгиб шеи, Таня поняла, что это был профиль, который она не устанет видеть всю оставшуюся жизнь. Она всё ещё находилась во власти этого нехарактерно острого осознания, когда тихо подошла к своей жене... и резко заключила её в крепкие объятия. – В чём дело? – Мягко спросила Виша, откидываясь назад в объятиях Тани. – Ничего, – ответила Таня приглушённым голосом, уткнувшись носом в затылок жены. – Мне просто захотелось подзарядиться, вот и всё… – Ну, это был изнурительный месяц... – призналась Виша, склонив голову набок, чтобы дать Тане лучший доступ к своей шее. – Дни были длинными... и ночи, безусловно, длиннее, – добавила она с озорным смешком. – Воспоминания об этих ночах закончатся тем, что мы будем заниматься вещами, которые ещё больше истощат мои энергетические резервы, – протянула Таня, проводя кончиком носа по плечу жены. Честно говоря, когда она подошла к Више, её единственным намерением было просто ненадолго обнять свою жену. Но прямо сейчас, когда Таня вдохнула знакомый аромат бергамота и шалфея, она почувствовала приливы этой вездесущей жажды. Что же такого было в этой девушке, что постоянно вызывало одновременно щемящую нежность и неутолимое желание? – Я говорила это раньше и повторю снова: мы действительно должны что-то сделать с твоим потреблением железа, – задыхаясь, ответила Виша, и лёгкая дрожь в ее голосе подсказала Тане, что она не одинока в своём возбуждении. – Уже взволнована? – Таня ответила хриплым смехом, почувствовав, как жена дрожит под её блуждающими руками. – И подумать только, я потеряла счёт всем тем разам, когда доводила тебя до оргазма прошлой ночью… – Что я могу сказать? – застонала Виша, поворачиваясь в объятиях Тани и притягивая её для поцелуя. – Это классическая обусловленность. Ты – стимул, а я – реакция… “Ах, чёрт!.. – Подумала Таня, почувствовав, как опускается знакомая дымка. – Эта женщина действительно приведет меня к смерти... И в основном потому, что она заставляет меня перестать заботиться о том факте, что она действительно МОЖЕТ привести меня к смерти…” – Мы действительно должны делать это здесь, дорогая? – рассеянно застонала Виша, когда они, спотыкаясь, бессистемно добрались до дивана в конференц-зале. – Мы даже дверь не заперли… Таня заставила жену замолчать, просунув руку ей под рубашку и лаская одну из её грудей. – Сегодня суббота, – пробормотала она, когда Виша инстинктивно выгнулась навстречу её прикосновению. – Это место полностью в нашем распоряжении. Она как раз собиралась начать расстегивать блузку жены, когда дверь, которую она не заперла, резко распахнулась – и за ней показался её сотрудников, стоящих по другую сторону. На несколько мгновений все замерли. “Вот чёрт…” – Подумала Таня, закрывая глаза – и её рациональное "я" начало обрушивать на иррациональное длинную череду оскорблений вида "я-же-тебе-говорила". – Должна ли я всё-таки попытаться, э-э-э, объяснить что-нибудь из этого?.. – наконец вздохнула Таня, прежде чем осторожно высвободиться из объятий Виши и встать перед своей женой, чтобы последняя могла сесть и разгладить свою одежду в максимально уединённом месте, насколько это возможно. – Вовсе нет, полковник Дегуршафф, – бодро ответил доктор Иоганн фон Либерт, не моргнув и глазом. – Я уверен, что говорю от имени всех, когда заявляю, что нет ничего необычного в том, чтобы поласкаться со своей второй половинкой в выходные. – О, - Таня моргнула. – Верно. В твоих словах есть смысл. Сегодня суббота, и мы с капитаном… Однако в этот момент до неё наконец дошла остальная часть слов политолога, и Таня снова замерла. – Подождите, – медленно проговорила она, охваченная ужасом. – Вы все знали??? – недоверчиво добавила она. – Честно говоря, Мифрил, – пробормотала доктор Анна фон Либерт, разочарованно покачав головой и протискиваясь мимо старшего брата, – за кого ты нас принимаешь?! Ты же знаешь, мы гении. – И даже если бы это было не так, – добавила доктор Аделаида Азубиб Абулкер, наморщив нос, следуя за младшим Либертом в комнату, – табличка, которую вы всегда вешаете на дверь, с надписью "Конгресс магов", практически полностью выдает нас. Я не уверен, понимаете ли вы это, полковник, но слово “конгресс” имеет по крайней мере два значения... И второе значение гораздо менее, хм, "конференционное", чем первое. – Тогда… тогда мы зря скрывались всё это время? – ответила Таня слегка сдавленным голосом, слишком потрясённая прозрением, чтобы даже утруждать себя отрицанием чего-либо. – Ну, я бы не сказал, что всё напрасно, – беспечно ответил Либерт-старший, закрывая за собой дверь. – Я уверен, что все эти шныряния вокруг да около, должно быть, добавили немного, хм, волнения вашим “конгрессам”. Кроме того, – весело добавил он, – мы не собирались заканчивать то, что явно приводило к постоянному эстетическому обновлению конференц-зала. Честно говоря, мы всё ещё ждем, когда будет установлена звуковая система. – О, чёрт возьми… – застонала Таня, ущипнув себя за переносицу, кончики её ушей горели от унижения. Она даже не могла сосчитать, сколько раз бесцеремонно выгоняла своих сотрудников из конференц-зала ради флирта со своей женой. – Вы могли бы... могли бы ... остановить меня, знаете… – Пробормотала Таня, когда её рациональное "я" тут же разразилось тирадой об опасностях неправильного использования рабочего пространства. – Особенно, если... если я действительно мешала работе… – Ерунда, – фыркнул политолог, пренебрежительно махнув рукой. – Вы ничего не нарушали, полковник. На самом деле мы даже начали проводить больше времени в этой комнате только для того, чтобы наблюдать, как вы регулярно выгоняете нас оттуда. – При всём уважении, Мифрил, – объяснила младшая Либерт с лёгким смешком, – невероятно... мило видеть, как печально известный рейнский Дьявол так волнуется. Я думаю, что именно тогда я наконец начала расслабляться и получать удовольствие от работы в этом офисе. – Другими словами, – заключила доктор Абулкер с лёгкой улыбкой, – вы можете рассматривать ваши регулярные встречи с капитаном как фактор, повышающий производительность труда и моральный дух на рабочем месте, полковник. – Но всё же... но всё же... – пролепетала Таня, пока её рациональное "я" осторожно попыталось – и потерпело полную неудачу – смириться с неожиданным великодушием своих сотрудников. – Ну, если бы мы знали, что вы всё знаете, – наконец вмешалась Виша, встав рядом с Таней, – мы бы пригласили вас всех на свадьбу. – Свадьба??? – Все трое исследователей комично разинули рты, когда их взгляды синхронно остановились на Тане. – У вас... у вас была свадьба? – забормотала доктор Анна фон Либерт в отчаянии. – Это... это из-за этого вы были в отпуске?! – в смятении запнулась доктор Абулкер. Таня моргнула. Ей хватило всего одного взгляда на слегка самодовольное выражение лица Виши, чтобы понять, что её жена просто отомстила этим хулиганам самым неприятным из возможных способов, подчеркнув возможность, которую они упустили, разыгрывая свою шутку. На самом деле, доктор Анна фон Либерт и доктор Абулкер выглядели так, словно были практически на грани слёз. – Не могу поверить, что мы пропустили их свадьбу! – простонала младшая Либерт, закрыв лицо руками. – Настоящая однополая свадьба! В наше время! Аделаида, мы с тобой могли бы вести полевые заметки!!! – Всё в порядке, Анна, – успокаивающе проговорила доктор Абулкер, похлопывая коллегу по спине, несмотря на собственное сожаление. – Наблюдение за участниками – не единственный способ проведения этнографических исследований, вы знаете... – Чёрт возьми, – вздохнул Либерт-старший, – вы двое ещё более бешеные интеллектуалы, чем я. Помимо упущенных возможностей для социальных исследований, мы хотели бы поздравить вас обоих с вашей свадьбой! – продолжил политолог, лучезарно улыбаясь Тане и Више. – Я абсолютно уверен, что это было великолепное мероприятие. – Что ж, спасибо, – Таня поймала себя на том, что говорит, в то время как её иррациональная сторона хорохорясь от комплимента. – Это было великолепное мероприятие, если уж на то пошло… – Мы… мы можем показать всем вам фотографии и видео… если хотите … – Виша застенчиво отважилась подвергнуться внезапному шоку Тани. – Эээ? – пискнула Таня, поскольку её рациональное "я" тут же испытало лёгкую истерику. – Ты… ты ведь не будешь возражать, правда, дорогая?.. – Виша обратилась к Тане, когда до неё запоздало дошло, что это было то, что они не обсуждали. – О, это было бы чудесно! – Доктор Абулкер залилась краской. – Мы бы с удовольствием посмотрели на платье, которое вы надели! – выдохнула доктор Анна фон Либерт. – Мы даже можем воспользоваться проектором здесь, если хотите, – вызвался доктор Иоганн фон Либерт. Однако, прежде чем Таня успела сформулировать ответ, её жена уже ответила: – Ну, я... я подумала, что, может быть, вы все захотите посмотреть их у нас дома ... после... после ужина, я имею в виду… – уточнила она, и её щёки запылали. – Тебя бы это устроило, правда, дорогая?.. – снова спросила она Таню – на этот раз с тем слегка умоляющим взглядом, который парни из Имперского 203-го батальона воздушных магов знали слишком хорошо (и справедливо опасались). – Эээ? –взвизгнула Таня – прежде чем её рациональная сторона, наконец, вскинула руки и отказалась от попыток контролировать ситуацию. Потому что, на самом деле, самым страшным и секретным оружием Виши был её щенячий взгляд. – Это замечательная идея! – воскликнул Либерт-старший, хлопая в ладоши. – Вы действительно слишком добры, капитан Серебрякова. – Виктория, – мягко поправила его Виша. – В свете сегодняшних разоблачений кажется немного... глупым продолжать называть меня капитаном Серебряковой. – В таком случае, вы можете называть нас просто Иоганн, Анна и Аделаида, – усмехнулся политолог. – Жаль, что здесь нет майора Зибер, вечеринка-то получилась неожиданной… Конечно, именно на этом и закончился разговор, когда дверь снова распахнулась – и на пороге появились майор Эрия Элизабет Зибер, генерал-лейтенант Райнхард фон Гелен... и графиня Ирен фон Энглер, стоявшие по другую сторону. В который раз за это утро у Тани отвисла челюсть. – ЭЭЭЭ???

ЧАС СПУСТЯ Имперская столица Берун, Резиденция Энглера, Шенеберг, Февраль 1932 года

Майор Эрия Элизабет Зибер вздохнула, опускаясь на диван в спальне, которую она начала делить с графиней Ирен фон Энглер. – Что ж, в итоге получилась настоящая комедия ошибок, – иронично заметила она, наблюдая, как её невеста снимает пиджак и ослабляет галстук. – Полагаю, с этим ничего не поделаешь, – весело ответила аристократка. – По какой-то причине полковник Таня фон Дегуршафф, кажется, постоянно попадает в подобные ситуации. – Честно говоря, – пробормотала Эрия, – я не ожидала, что Мифрил отправится в офис меньше чем через день после своего прибытия из Доминиона Акицусима. Остальные её сотрудники такие же. Я могу только надеяться, что они не работали сверхурочно все эти недели, пока полковника не было дома. – Ну, разве ты не лицемерка? – рассмеялась Ирен, устраиваясь на диване и заключая Эрию в объятия. – В конце концов, именно ты предложила устроить мне экскурсию по офису Мифрил в субботу. – Я ничего не могла с собой поделать! – проворчала Эрия. – Генерал-лейтенант Гелен попросил меня запланировать тур, когда это будет наименее мешать работе, и выходные, естественно, пришли на ум! – Что ж, это оказалось довольно продуктивное воссоединение, несмотря на то, что оно было незапланированным, – улыбнулась её невеста. – По крайней мере, я знаю, что Рейнхарду дышится немного легче теперь, когда Мифрил была проинформирована о решениях, принятых Верховным командованием, пока она была в отпуске. – Что ты имеешь в виду? – Спросила Эрия, наморщив лоб. – С чего бы полковнику Дегуршафф расстраиваться из-за того, что её Управление по выявлению рисков и сценарному планированию наконец-то было преобразовано в Министерство стратегического прогнозирования? Это именно тот результат, над которым она работала в течение нескольких месяцев. – Я не имела в виду именно это решение, – покачала головой аристократка. – Я имела в виду решение назначить главой Министерства стратегического прогнозирования меня, а не Мифрил. Бог свидетель, она определённо заслуживает того, чтобы быть капитаном корабля, который она построила и которым управляла всё это время. – Это… Полковник думает совсем не так... – медленно ответила Эрия, вспомнив то время, когда её назначили заменить Мифрил в качестве организатора секретного подразделения разведчиков Имперской армии, владеющих магией. – За те несколько лет, что я знаю Мифрил , она не особенно заботилась о том, чтобы её поставили во главе какой-либо организации, которую она создаёт. Всё, что, кажется, имеет для неё значение, – это то, что работа будут выполнена… – Что ж, эта черта характера одновременно внушила доверие Генеральному штабу и вызвала их беспокойство, – промурлыкала Ирен, уткнувшись носом в волосы Эрии. – Продолжающееся безразличие Мифрил к должностям с заслуженным авторитетом делает её приводящей в замешательство загадкой для моего брата и его коллег. – Если ты спросишь меня, – раздражённо пробормотала Эрия, зарываясь в объятия Ирен, – я нахожу приводящей в замешательство загадкой, что ты действительно согласилась на этот пост, учитывая заявленное отвращение к должностям с заслуженным престижем. – Тебе станет легче, если я скажу, что сделала это ради тебя? – усмехнулась её невеста, гладя Эрию по волосам. – Тебе нужно будет объяснить, как твоё присутствие на посту, который отнимает твоё время, энергию и внимание, должно пойти мне на пользу, – надулась Эрия. – Что ж, теперь, когда кот наконец-то вытащен из мешка, полагаю, я могу посвятить тебя в детали, – рассмеялась аристократка. – Честно говоря, любовь моя, должность министра стратегического прогнозирования на самом деле – всего лишь прикрытие. И под этим я подразумеваю, что человек, стоящий за моим назначением, на самом деле не ожидает, что я буду выполнять эту работу – он уже предположил, что полковник Дегуршафф возьмёт её на себя. – Человек, стоящий за твоим назначением?.. – нахмурилась Эрия. – Генерал-лейтенант Гелен сказал мне, что решение о твоём назначении было принято Верховным командованием в свете твоих личных способностей и долгой истории выдающейся службы вашей семьи Империи. – Ну же, моя дорогая, – ухмыльнулась Ирен. – Мы обе знаем, что Рейхом фактически управляет военная диктатура с генерал-лейтенантом Гансом фон Цеттуром во главе. Кроме того, мои личные способности и история моей семьи были известны общественности в течение многих лет, но мне ни разу не предлагали занять какой-либо политический пост. – Но… но что, чёрт возьми, генерал-лейтенант Цеттур хочет от тебя? – спросила Эрия в абсолютном замешательстве. – Честно говоря, ответ на этот вопрос столь же занимателен, сколь и странен, – усмехнулась её невеста. – В двух словах: генерал-философ хочет, чтобы я стала наставницей Мифрил в искусстве женских уловок. У Эрии отвисла челюсть. – Позволь мне прояснить… – наконец медленно ответила она. – Генерал-лейтенант Цеттур назначил тебя на должность – в орган, не менее выдающийся, чем Верховное командование – только по той причине, что Мифрил нужно научить быть девушкой? – Не совсем… – весело промурлыкала Ирен. – Он дал мне пост – в органе, не менее выдающемся, чем Верховное командование – с единственной целью, чтобы я научила Мифрил вести себя по-женски. Видишь ли, есть разница, и эта разница особенно заметна в том, что касается полковника Дегуршафф. – Но… но почему? – воскликнула Эрия, её недоумение только усилилось. – Потому что он не отказался от намерения выдать её замуж, вот почему, – ответила Ирен, закатив глаза. – Я довольно хорошо представляю, как работает мозг генерал-лейтенанта Цеттура. Зная, как думает этот мужчина, он, вероятно, решил использовать время, которое потребуется, чтобы осела пыль после того фиаско с наследным принцем, чтобы помочь Мифрил развить свою привлекательность для противоположного пола. Затем, через два-три года, он и остальные сотрудники Генерального штаба, вероятно, снова попробуют свои силы в поиске ей политически и стратегически выгодной пары. – Ты издеваешься?! – застонала Эрия, массируя виски. – Почему начальники Генерального штаба, чёрт возьми, просто не могут оставить её в покое? – Они не могут оставить её в покое, потому что она – самый многообещающий кандидат на должность канцлера, которого Империя видела за последние десятилетия. И учитывая, насколько сложным становится мир, вполне понятно, что они стремятся вручить этот пост именно ей, – размышляла Ирен. – По этой причине я сомневаюсь, что Генеральный штаб откажется от своих усилий по поиску способов постоянного укрепления политических перспектив Мифрил. И это, в свою очередь, настоящая причина, по которой я приняла предложение генерал-лейтенанта Цеттура, – добавила Ирен с кривой усмешкой. – Если бы я не сказала "да", он бы просто передал этот пост кому-то другому – кому-то, я могла бы добавить, кто, возможно, не принимал близко к сердцу интересы Мифрил. Как сказали бы мудрецы Дальнего Востока: “Держи своих друзей близко, а врагов – еще ближе”. Так что в буквальном смысле принятие этой позиции было моим способом сблизить наших противников ещё больше. – Итак... Ты всю жизнь преодолевала отвращение к государственной службе только для того, чтобы защитить интересы полковника Дегуршафф, – уточнила Эрия, наморщив нос. – Не знаю, должна ли я восхищаться твоей добротой... или завидовать её получателю. – Как бы лестна ни была твоя ревность, она также неуместна, – ответила аристократка, взмахнув рукой. – Во-первых, я практически фея-крёстная Мифрил – каламбур очень удачный – и даже если я обычно стараюсь избегать сложностей, я не уклоняюсь от своих обязанностей, если уж взяла их на себя. Во-вторых, так случилось, что этот ребёнок женат на твоей лучшей подруге… а это значит, что всё, что ставит под угрозу их счастье, угрожает подорвать твоё. И твоё счастье, моя дорогая – это то, чему я полностью намерена способствовать. – О, – выдохнула Эрия, подавив порыв завизжать как ребёнок. – Теперь, когда ты прояснила это, – добавила она через несколько мгновений после того, как поняла, что слова её невесты полностью завели её, – я бы очень хотела, чтобы ты трахнула меня прямо сейчас. Просто как способ способствовать моему счастью, конечно. – Да, мэм, – рассмеялась Ирен, прежде чем решительно приступить к тому, чтобы сделать Эрию действительно очень счастливой. – Знаешь, – сонно проговорила та час спустя, лёжа в объятиях Ирен, – хотя я понимаю, что выбор, который ты сделала, вероятно, к лучшему, я не могу отделаться от мысли, что вся эта ситуация превратится в банку с червями. Я имею в виду, я даже не могу себе представить, сколько здесь конфликтов интересов… – Она вздохнула, поворачиваясь, чтобы положить голову на грудь своей невесты. – Всё не так плохо, как кажется, – усмехнулась Ирен. – Райнхард не был включён ни в одно из обсуждений, касающихся моей кандидатуры, и его сопровождение в сегодняшнем турне было в полной мере его заслугой. Что касается тебя, технически ты подчинённая моего брата, а не моя. В конце концов, все это время ты работала в качестве заёмного ресурса из Разведывательного управления. Что касается полковника Дегуршафф, ну, я сомневаюсь, что у кого-то вроде неё возникли бы сложности с разделением личного и рабочего… по крайней мере, в тех областях, которые по-настоящему важны. Кроме того, – добавила она, хрипло растягивая слова, проводя пальцами по бокам Эрии, – ты должна признать, что есть что-то определённо возбуждающее в перспективе предаться запретному служебному роману, особенно когда Мифрил уже проделала всю работу по обустройству любовного гнёздышка. – Откуда… откуда ты вообще знаешь об их любовном гнёздышке? – зашипела Эрия, хотя уже чувствовала, как в ней снова поднимается волна возбуждения при мысли о проведении собственных "конгрессов" на рабочем месте со своей невестой. – Моя дорогая, когда дело доходит до переоборудования помещений для незаконных романтических свиданий, в Беруне нет ни одного подрядчика или поставщика, которого я бы не знала, – ухмыльнулась Ирен. – Ты была бы шокирована тем, сколько можно накопать, просто проведя тщательное расследование перипетий цепочек поставок цели. – Поверь мне, это подход, который я достаточно часто использовала в своей работе, но, должна сказать, твоё мастерство в нём превосходит моё, – сухо ответила Эрия. – Честно говоря, меня все ещё озадачивает, что генерал-лейтенант Гелен всё это время не настаивал на твоём поступлении в Разведывательное управление. Несмотря на конфликт интересов, из тебя вышел бы исключительно одарённый оперативник. – После скандалов, которые последовали в результате попытки отправить меня в монастырь, когда я была подростком, давай... просто скажем, что он решил, что я плохо подхожу для авторитарных учреждений, – протянула Ирен. – Он пытался отправить тебя в монастырь? – Недоверчиво спросила Эрия. – Что, чёрт возьми, заставило его подумать, что ты вообще попытаешься соблюдать обет целомудрия со всеми этими молодыми впечатлительными женщинами вокруг? – О, у меня не было проблем с соблюдением обета, – ухмыльнулась аристократка. – Это мои товарищи-послушницы боролись с соблюдением его при мне. Если подумать, мне, вероятно, не удалось провести больше трёх ночей в келье, к которой я была приставлена. – Это так похоже на тебя – провести время в женском монастыре, стоя на коленях перед алтарями совершенно мирского вида, – едко ответила Эрия, садясь верхом на Ирен. Ревность действительно способствовала разжиганию её либидо – хотя не то чтобы она нуждалась в большем количестве топлива для своего постоянно бушующего огня. – Всё равно это был религиозный опыт, учитывая все те случаи, когда мне в уши стонали “боже”, – пробормотала Ирен, протягивая руку, чтобы погладить одну из грудей Эрии. – Тогда почему бы тебе не использовать весь свой “религиозный” опыт с пользой? – Выдохнула Эрия, медленно опускаясь на лицо своей невесты. – Не думаю, что ты сегодня уже достаточно раз возносила меня на небеса. – Почему бы и нет? – ответила Ирен с озорной улыбкой, схватив Эрию за бёдра. – В конце концов, если и есть хоть одна строчка, которую я помню из Библии, так это “Просите, и дано будет вам”.

ДВА ЧАСА СПУСТЯ Столица Империи Берун Окрестности резиденции Дегуршафф, Курфюрстендамм, Февраль 1932 года

Капитан Виктория Ивановна Серебрякова вздохнула, прижимаясь к мальчишеской фигуре полковника Тани фон Дегуршафф. Хотя Виктории не особенно нравились преднамеренные попытки ее жены одеваться андрогинно, когда они были на улице, она оценила причины, по которым Таня делала это – чтобы позволить им вести себя настолько ближе к обычной паре, насколько это было возможно в настоящее время. – Холодно? – спросила Таня, бросив нежный взгляд на Викторию. – Не совсем, – уклонилась от ответа та. – Просто хочу к тебе, – призналась она мгновение спустя, уткнувшись носом в плечо жены. – Хотя я, конечно, не возражаю, что ты вот так цепляешься за меня, – усмехнулась Таня, – это делает ходьбу немного... опасным занятием... – Говорит девушка, которая провела четыре года в полетах в условиях, близких к летальному исходу, – ответила Виктория, закатив глаза. – Но хорошо, я предоставлю тебе два дюйма пространства, – властно уступила она, чуть-чуть отстраняясь. – Всего два дюйма? – Спросила Таня, удивлённо приподняв бровь. – Всего два дюйма, – едко подтвердила Виктория. – Ещё немного, и у меня может начаться ломка. – Хорошо, – усмехнулась Таня. – Тогда всего два дюйма. После того, как они ещё несколько минут прогуливались в дружеском молчании, Виктория осторожно спросила: – Я… я надеюсь, что не расстроила тебя. Когда я пригласила твоих подчинённых посмотреть наши свадебные фотографии и видеозаписи в доме, я имела в виду… Она хотела извиниться всё то время, пока они обедали, но обнаружила, что не может смириться с мыслью увидеть такое неприкрытое неодобрение Тани. – Я не была... недовольна этим, – промурлыкала та, успокаивающе сжимая руку Виктории. – Думаю, я просто была немного... застигнута врасплох. – Мне действительно жаль, моя дорогая… – смиренно ответила Виктория, опустив взгляд. – Я не должна была этого делать, не спросив тебя. Просто, когда они сказали, что уже знают – и они не казались ни в малейшей степени обеспокоенными – и я внезапно поняла, насколько они уважают тебя… – Всё в порядке, – мягко оборвала её Таня, прежде чем наклонилась и запечатлела нежный поцелуй на её губах. – Я знаю, что ты никогда бы не сделала ничего, что могло бы каким-либо образом навредить мне – и это включает даже те вещи, которые ты делаешь импульсивно. Кроме того, – добавила она, когда её щеки внезапно покраснели, – пригласить... пригласить... нормальных друзей – это то, что сделала бы нормальная супружеская пара… При этом почти неуверенном утверждении глаза Виктории расширились от изумления. – Ты же понимаешь, что я не прошу и даже не ожидаю, что ты дашь мне право вести себя нормально?.. – спросила она, встав перед женой и испытующе заглядывая ей в глаза. – Тебе не обязательно одеваться как мальчишка. Или заставлять себя приглашать коллег в гости. Или делать что-нибудь ещё, чтобы соответствовать условностям… Таня прервала её, покачав головой и усмехнувшись. – Я не заставляю себя быть нормальной, – улыбнулась она. – Если уж на то пошло, я на самом деле... шокирована тем, насколько нормальной стала моя жизнь. Это жизнь, о которой я так долго мечтала, и теперь я немного поражена, осознав, что она у меня действительно есть... – добавила она, глядя вдаль. – Я имею в виду, что у меня есть работа, которая мне нравится, – продолжила она, когда её взгляд вернулся к лицу Виктории, – и коллеги, и даже друзья, которых я уважаю… и жена, которую я обожаю… Услышав это совершенно неожиданное признание, Виктория несколько мгновений моргала... прежде чем, наконец, покачать головой. – Ты понимаешь, как странно было бы людям услышать эти слова от Любимицы Рейха? – ответила она со слабой улыбкой. – С твоими талантами и дарами ты могла бы заставить весь мир есть у тебя с ладони. Но ты расхваливаешь, что у тебя есть работа, друзья и жена… – Ну, для меня это дороже всего на свете, – ответила Таня с несвойственной ей серьёзностью, обнимая Викторию за талию. – На самом деле, я бы променяла весь мир только на свою жену. – Ты не обязана обменивать мир на меня, – пробормотала Виша, обвивая руками шею младшей девушки. – Я люблю тебя, полковник Таня фон Дегуршафф, – тихо добавила она, – и ничто в этом мире не может разлучить нас. – На самом деле в этом мире нет ничего... – ответила её жена, делая объятия крепче. И таким тихим голосом, что Виктория едва расслышала слова, Таня добавила: – И если я добьюсь своего, вне этого мира тоже не будет ничего, что могло бы разлучить нас.

AMOR ENIM VULT OMAKE SERIES

ВОЕННЫЕ ХРОНИКИ БЕЗНАДЁЖНОЙ ЛЕСБИЯНКИ Глава 73: Об обнаружении романтических связей между однополыми коллегами

ДОКТОРА АБУЛКЕР, АННА ФОН ЛИБЕРТ И ИОГАНН ФОН ЛИБЕРТ (смотрят свадебные фотографии полковника Дегуршафф и капитана Серебряковой, пока хозяева моют посуду на кухне): … ДОКТОР АБУЛКЕР (прерывает запись и хмуро смотрит на фотографию майора Зибер, смеющуюся с графиней Энглер): Мне кажется, или майор Зибер кажется несколько... близкой с графиней Энглер? ДОКТОР АННА ФОН ЛИБЕРТ (прерывает запись, чтобы, прищурившись, посмотреть на фотографию графини Энглер, шепчущей что-то на ухо майору Зибер): Может быть, они знали друг друга какое-то время. Графиня – сводная сестра генерал-лейтенанта Гелена... а генерал-лейтенант Гелен – непосредственный начальник майора Зибер. ДОКТОР ИОГАНН ФОН ЛИБЕРТ (пожимает плечами, потягивая вино): Необязательно. У майора действительно есть дар завоёвывать друзей в довольно короткие сроки. (Делает паузу, вспоминая свою встречу с аристократкой в их офисе). Да и сама графиня, кажется, обладает незаурядным обаянием. ДОКТОРА АБУЛКЕР, АННА ФОН ЛИБЕРТ И ИОГАНН ФОН ЛИБЕРТ (возобновляют просмотр фото ещё на несколько минут, прежде чем застыть при виде фотографии майора Зибер в страстных объятиях с Энглер): !!! ДОКТОР АБУЛКЕР (медленно): Мне кажется, или мы увидели что-то, чего не должны были видеть?.. ДОКТОР АННА ФОН ЛИБЕРТ (лихорадочно пытается поставить проектор на паузу): Мы определённо увидели то, чего не должны были видеть. И теперь я хочу увидеть это снова. ДОКТОР АБУЛКЕР (нерешительно): Так… мы притворяемся, что ничего не знаем?.. Точно так же, как мы поступили с полковником Дегуршафф и капитаном Серебряковой? ДОКТОР ИОГАНН ФОН ЛИБЕРТ (делает задумчивую паузу): Давайте подойдём к этому рационально. С точки зрения анализа затрат и выгод, самой большой наградой за притворное неведение было бы наблюдать, как капитан Серебрякова спорит с майором Зибер о том, кому забронировать конференц-зал, а также наблюдать, как полковник Дегуршафф и графиня Энглер пытаются смотреть на это сквозь пальцы. Однако самым большим риском было бы упустить ещё один шанс побыть наблюдателем – я имею в виду гостем – на однополой свадьбе. ДОКТОР АННА ФОН ЛИБЕРТ (после нескольких минут раздумий): Тогда договоримся, что первые три месяца мы притворяемся несведущими, чтобы иметь возможность наблюдать за всеми махинациями. Затем мы можем сказать, что узнали об этих отношениях случайно, чтобы нас всё равно пригласили на свадьбу. ДОКТОР АБУЛКЕР (яростно кивает): Вы действительно гений, Анна. ДОКТОР АННА ФОН ЛИБЕРТ (ухмыляется): Не за что, Аделаида. ДОКТОР ИОГАНН ФОН ЛИБЕРТ (вздыхает): Я просто надеюсь, что графиня закончит ремонтные работы, начатые полковником, и, наконец, установит эту чёртову звуковую систему. _________________________________________________________________________ Примечания: Всем ещё раз привет! Эта глава ссылается на несколько моментов из предыдущих глав, которые я перечислю здесь на случай, если они были забыты. Во-первых, табличка "Маги на конгрессе", о которой упоминает доктор Абулкер, а также отрывок, подробно описывающий создание любовного гнёздышка Тани, можно найти в главе 37. Во-вторых, ссылку на установку звуковой системы, а также другие описания вышеупомянутого любовного гнёздышка можно найти в главе 39. В-третьих, и, наконец, упоминание о том, что генерал-лейтенант Гелен бросил Ирен в монастырь, можно найти в комментариях к главе 15. Несмотря на все это, стих "Просите, и дано будет вам" взят из Евангелия от Луки 11:9-13. Теперь самое интересное! Во-первых, моя глубочайшая благодарность моим лучшим патреонам MaxCage, Grifman275 и Coffeebish за их ПОТРЯСАЮЩУЮ поддержку. Во-вторых, эта глава будет предпоследней в первой арке Amor Enim Vult. Так что ждите ещё одну главу после этой, чтобы связать все оставшиеся незакреплённые концы... прежде чем история перейдёт к совершенно новым приключениям двух наших (ранее) безнадёжных лесбиянок с участием значительно расширенного и колоритного международного актёрского состава. По словам Эдны Мод: “Это будет смело. Драматично! Героично!” (И, если позволите, добавлю: это также будет чертовски интересно.) Как всегда: РАССКАЖИТЕ МНЕ, как вам эта глава. Пока я не разовью телепатию, мне действительно нужно слушать читателей, чтобы понять их мысли ;-)