Ты — золото, а я — железо

Руки Мейгора покрыты кровью до самых локтей. На мгновение Эйниса охватывает внезапный страх: он что, кого-то убил? — Я заколол корову, — говорит Мейгор. — Просто хотел испытать свой новый меч. У него на поясе висит Темная Сестра, подарок королевы Висеньи. — Вымой руки, — говорит Эйнис. — Нельзя вот так бродить по замку с окровавленными руками. Ты можешь кого-нибудь напугать. Здесь, на Драконьем Камне, все могли привыкнуть к причудам Мейгора; но если Алисса увидит его таким, то будет как никогда склонна поверить тем, кто называет Мейгора чудовищем. Мейгор вытирает руки о камзол. Он тоже красный, и пятна крови на нем лишь немного темнее ткани. Это не слишком помогает. Было бы гораздо проще попросить слугу принести миску с водой, но Эйнис не хочет, чтобы кто-нибудь видел Мейгора таким. — Пошли, — говорит Эйнис. — Пойдем к морю. Мейгор не спорит. *** Они одни на берегу. Волны тихо шелестят, пока Мейгор моет руки и рукава в соленой воде. Эйнис сидит рядом с ним на теплом камне и смотрит, как по ярко-голубому небу плывут облака. Ртуть улетела на охоту, и ее нигде не видно. — Готово, — говорит Мейгор. На его руках больше нет крови, только вода стекает по ним. — Теперь ты доволен? — Доволен, — отвечает Эйнис. Почему Мейгор такой угрюмый? Вчера праздновали его именины, и он, казалось, был в прекрасном настроении. Что случилось теперь? — Тебе нравится твой новый меч? — Лучше меча и быть не может. Мейгор забирается на камень, на котором сидит Эйнис, неожиданно оказываясь слишком близко. Эйнис болезненно осознает это, когда Мейгор обнажает Темную Сестру и поднимает ее над их головами. Валирийская сталь ярко блестит на солнце. — Красивый, правда? — Красивый, — соглашается Эйнис. Он не слишком способный мечник, но может оценить хороший меч по достоинству. — Хочешь подержать? Эйнис медленно кивает. Мейгор протягивает ему Темную Сестру, и Эйнис смыкает пальцы на рукояти. Он чувствует холод и угрозу, исходящие от меча; тот чем-то напоминает ему королеву Висенью. — У тебя недостаточно крепкая хватка, — говорит Мейгор. — Вот, давай покажу. Он кладет руку поверх руки Эйниса, крепко сжимая пальцы. Эйнису почти больно, но он никогда бы в этом не признался. Мейгор с каждым годом становится сильнее, и всякий раз, когда кто-то об этом говорит, у Эйниса все сжимается внутри. Его считают слабаком, и хотя Эйнис привык полагаться на окружающих, ему все равно стыдно. Рукоять меча жесткая и холодная, как взгляд Мейгора. — Сегодня ты выглядишь довольно несчастным, — говорит Эйнис. — Что произошло? — Почему ты заставил меня вымыть руки? — спрашивает Мейгор. Эйнис поднимает брови. Он не знает, как выразиться помягче, поэтому говорит все как есть. — Люди говорят о тебе всякое, Мейгор. Некоторые боятся тебя, а некоторые просто считают сумасшедшим. Это нехорошо для принца. — Правда? — задумчиво говорит Мейгор. Он до сих пор сжимает пальцы Эйниса словно клещами. — Ты действительно думаешь, будто я не знаю, что обо мне говорят? Может быть, я хочу, чтобы меня боялись — ты не задумывался об этом? — Но зачем? — Рука Эйниса начинает неметь. Он слегка дергает ею, пытаясь высвободиться, но безуспешно, хватка Мейгора слишком сильна. — Разве ты не хочешь, чтобы тебя любили? — Ты можешь завоевать всю их любовь, если так отчаянно этого хочешь, брат, — говорит Мейгор. — Но я думаю, внушать страх гораздо полезнее. — Зачем тебе это? — снова спрашивает Эйнис. — С помощью страха можно заставить людей делать все что захочешь. — Если они тебя любят, то тоже будут делать все, что ты захочешь. — Ты любишь меня? — спрашивает Мейгор. Этот вопрос сбивает Эйниса с толку. — Конечно, люблю. Почему ты спрашиваешь? — Поцелуй меня, — говорит Мейгор. Эйнис думает, что, должно быть, ослышался. Мейгор не мог такого сказать, верно? В этом не было бы никакого смысла. — Зачем бы… — Поцелуй меня, — повторяет Мейгор настойчивее. Эйнис начинает злиться. — Отпусти меня, — велит он. — Я ненавижу, когда ты так себя ведешь. Ты… Клинок Темной Сестры вдруг оказывается прямо возле его горла. Эйнис пытается оттолкнуть его, но Мейгор в очередной раз оказывается сильнее. — Что ты делаешь? — спрашивает Эйнис напряженным голосом. — Доказываю свою точку зрения, — отвечает Мейгор. А потом целует Эйниса. Это странный поцелуй. Ощущения совсем не такие, как с Алиссой. Этот поцелуй грубый и сухой, а Мейгор явно неопытен, но в то же время удивительно страстен. И, конечно, к горлу Эйниса прижата холодная сталь. В голове у него пусто. Эйнис не испытывает отвращения или ярости, как должен. Да, это неправильно и ни к чему не ведет, это правда, но Эйнис так удивлен, что на мгновение забывает злиться. Так продолжается до тех пор, пока Мейгор не пытается свободной рукой залезть ему под одежду. Эйнис отшатывается от него, его губы горят. — Прекрати! — резко говорит он. Невероятно, но Мейгор прекращает. Даже отводит Темную Сестру от горла Эйниса и убирает в ножны. Кроме того, он выглядит несколько удивленным собой. Они оба тяжело дышат. — Не смей больше так делать, — говорит Эйнис и кусает губы в тщетной попытке изгнать из памяти воспоминание о губах Мейгора, что прижимаются к его собственным. — Но… Эйнис повторяет, подчеркивая каждое слово: — Не. Смей… — Тебе ведь понравилось, разве нет? — Мейгор произносит это так настойчиво, что Эйнис секунду колеблется. А потом начинает злиться вдвое больше. Он бьет Мейгора по лицу, разбивает ему губу. Он никогда не бил Мейгора до этого. Это так на него не похоже, что Эйнис тут же приходит в ужас от своего поступка. Мейгор просто смотрит на него широко открытыми глазами. Потом неуверенно дотрагивается до своей губы. Рассматривает кровь на пальце. Эйнис наконец обретает дар речи. — Ты больше так не сделаешь, — говорит он. — Ты никому не расскажешь, и я тоже. Хотя я наследник Железного Трона, а ты приставил меч к моей шее. Это измена. — Ты знаешь, что я никогда бы тебя не поранил. — Правда? Минуту назад Эйнис был в этом уверен, но теперь он уже ни в чем не уверен. Это все так странно и так неправильно. Мейгор выглядит так, будто Эйнис снова его ударил. На подбородке у него тонкая струйка крови, а на лице — загнанное выражение. Сейчас Мейгор выглядит моложе, намного моложе, словно он снова маленький мальчик, который думал, что они поженятся, и только теперь понял, как сильно ошибался. Эйнис чувствует себя виноватым, хотя для этого нет причин. В конце концов, это его младший брат. Он подвигается к Мейгору и трогает его за плечо. — Мне не следовало тебя бить. А тебе не следовало меня целовать. Давай закончим на этом. Мгновение Мейгор выглядит так, словно собирается заспорить, но в конце концов придерживает язык. — Хорошо, — говорит он. — Все равно было не так уж и больно. Его губа все еще кровоточит.