Глава 13. Элисон
22 июля 2025 г., 12:03
1 ноября — 15 ноября 2015 (воскресенье — воскресенье)
Элисон перестала считать, сколько раз она оказалась на матах, уже после десятого. Все те несколько часов, которые они занимались, её тело крайне стабильно поднималось и падало, что безумно злило. После вчерашнего триумфа на полосе препятствий Элисон столкнулась с реальностью. Всё тело болело и молило об отдыхе, который никто не собирался ей обеспечивать. Николас, выполнив своё обещание, появился на пороге её комнаты сразу же после возвращения с патруля. То есть чертовски рано. Сам он на удивление выглядел свежо. Одетый в чёрный комбинезон, Николас окинул Элисон скучающим взглядом. — Собирайся, — бросил он и прижался спиной к стене. Николас оставался для неё загадкой. Образ расчетливого лидера, который сложился в её голове после рассказов Алана, идеально ему подходил. Элисон и сама видела его серьёзную сторону, когда он остановил её от нападения на Френсиса. То, как легко он подставил спину врагу, говорило о многом. Николас не был тем человеком, который боялся нападения. Он вселял в людей уверенность одним лишь взглядом. Именно поэтому Элисон согласилась встретиться с ним и позаниматься. — Дай мне минуту, — быстро ответила она и скрылась в комнате. Элисон схватила со стула спортивный костюм, который одолжила Мишель. У неё, несмотря на все обстоятельства, оказалось большое количество вещей, которыми она охотно делилась со всеми нуждающимися. Элисон запрыгнула в штаны и, повозившись с застёжкой бюстгальтера, надела майку, вновь выходя в коридор. Николас стоял напротив двери, оперевшись спиной о стену и закрыв глаза. Его голова была откинута назад, а руки сложены на груди. В таком положении от него исходила смешанная энергия. Его лицо разгладилось, потеряв все острые черты, которые были на нём прежде. Он напоминал дикое животное. С одной стороны, осторожный и тихий. А с другой — готовый нападать. Элисон прокашлялась, привлекая внимание. Николас лениво приоткрыл один глаз, которым просканировал её, а затем оттолкнулся от стены и направился в сторону медицинского крыла. Элисон молча направилась за ним, уже зная, куда они идут. Она нашла спортзал сразу же после того, как смогла стоять на ногах без чёрных пятен перед глазами. Пробираться к нему получалось только ночью, так как днём там либо тренировался «Крик», либо её могла заметить Мишель и отправить обратно в постель. Однако незамеченной она оставалась недолго, так как на пятую ночь Элисон обнаружила пару эластичных бинтов для рук. Это было очень кстати, потому что костяшки уже начали выглядеть отвратительно. Они вошли в просторный зал и направились к рингу. Здесь пахло плесенью, потом и затхлостью. Запах для кого-то совершенно отвратительный, но Элисон чувствовала в нём лишь усердие и желание быть лучше. Она запрыгнула на маты и вытянула руки над головой. В «Щеглах» ей приходилось несладко. Элисон была быстрой, поэтому легко уходила от атак умелых бандитов, однако дралась тогда ужасно. Она помнила тёмные синяки на своём теле, которых с каждым разом становилось больше. Никто не жалел её. Макс был единственным, кто удосужился объяснить ей хотя бы какие-то основы, и за это Элисон была безумно благодарна. Николас появился позади и без предупреждения бросился в атаку. Элисон предвидела это. Она ловко отскочила в сторону и с размаху нанесла удар по воздуху. Николас уже оказался на другом конце ринга, злобно усмехаясь. Азарт охватил девушку с головой. Она позволила разочарованию и унынию выйти наружу. С каждой секундой, проведённой на ринге, Элисон начинала чувствовать себя всё более уверенно, безжалостно набрасываясь на своего противника. Мышцы протестовали, отвыкшие от такой нагрузки, но никто не собирался останавливаться. Какой бы ловкой и техничной ни была Элисон, Николас явно был на голову выше. А может быть, и не на одну. Он без стеснения опрокидывал её на пол, подставлял подножки и ловил в захваты, заставляя молить о пощаде. За пределами ринга он казался милым и дружелюбным, однако, оказываясь зажатым с четырёх сторон крепкой цепью, Николас превращался в настоящего солдата, непрогибаемого и сильного. Его движения напоминали танец. Лёгкие и молниеносные, они сбивали противника с ног. В очередной раз упав на спину, Элисон отказалась подниматься. Она вспотела и выдохлась. Грудь сдавливало от нехватки воздуха, поэтому она пыталась вдыхать как можно глубже и медленно выдыхать, стараясь привести дыхание в норму. Костяшки пальцев болели: несколько ударов ей всё-таки удалось нанести. Элисон уставилась в потолок и позволила себе отдохнуть, считая трещины и подтёки. Николас устроился рядом. Он ничего не говорил, видимо, также приходя в себя. Скорее всего, Николас даже не устал: поединок с Элисон однозначно нельзя было сравнить даже с его обычной нормой на тренажёрах. — Неплохо дерёшься, — сказал Николас, нарушив тишину. Он посмотрел на неё и расплылся в широкой улыбке. — Совсем неплохо для девчонки. Элисон захотелось ударить его снова. Но она этого не сделала. Долго лежать не стали, как и начинать новую схватку. Элисон ощутила нехватку воздуха, поэтому, выйдя из зала, направилась прямиком к лестнице, ведущей на крышу. Она выходила туда лишь дважды, когда помогала Мишель, однако вид, открывавшиеся оттуда, не мог не притягивать. В лицо ударил прохладный ветер. Солнце не так давно начало подниматься, отбрасывая свои первые лучи. Небо на удивление было чистым, если не считать парочки облаков, разбросанных тут и там. Тишина успокаивала. Элисон подошла к краю и села, свесив ноги. Высота не пугала, но она крепко вцепилась руками за перелила ограды. — Не боишься упасть? — тихо спросил Николас, сев на небольшом расстоянии. — Падать не так страшно, — ответила она, пожав плечами. — Куда страшнее падать и знать, что поймать тебя некому. Николас фыркнул, но ничего говорить не стал. Элисон посмотрела на него краем глаза, заметив задумчивое выражение лица. Почему он вообще хотел тренироваться с ней? Элисон подозревала, что здесь были замешаны личные мотивы, но разбираться в них не собиралась. Если бы Николас хотел, чтобы она знала их, то сказал. Элисон была уверена в этом. — Мой отец был военным, — вдруг произнес Николас. — Мне он пророчил такую же судьбу. С самого детства я учился быть солдатом — стрелял из рогатки по банкам, а когда освоился и натренировал глаз, то взял в руки первый пистолет. Мне нравилось проводить время с отцом, а ему от меня нужны были лишь результаты и ничего более. В девять я впервые посетил военную часть и тренировался в армии под командованием генерала. В десять был зачислен в академию. Никто не давал поблажек, зная, чей я сын. Отца не стало, когда мне исполнилось пятнадцать, а мама умерла при родах за два года до этого. Я не смог увидеть ни её, ни свою новорождённую сестру. У неё нашли какие-то заболевания, и она не смогла протянуть и двух месяцев. Потом был приют, в котором я встретил Блейка, а за ним и Мишель с Сантесом. Николас замолчал и с грустью в глазах посмотрел на разрушенный город. В «Норе» у каждого были собственные скелеты в шкафу, которыми обычно никто не спешил делиться. Это она уяснила ещё в первые дни своего пребывания здесь. У неё самой была уйма секретов, делиться которыми Элисон не боялась. Говорить о прошлом было куда проще, чем скрывать его за сотнями замков. Виктор всегда говорил, что прошлое не должно становиться балластом, оттягивающим всё время назад. Скорее, наоборот, оно должно подталкивать вперёд, лишь напоминая о пройденных испытаниях. Элисон понимала, что он рассказал это не для жалости. От неё хотели ответного откровения, с запозданием поняла она. — Моя мама была врачом. — Элисон хотела перестать скрываться. Поэтому решила начать с разговора с Николасом. — Я бы сказала, замечательным врачом. Всю жизнь она посвятила медицине и пациентам, за которых переживала сильнее, чем за саму себя. Порой говорят, что медик видит диагнозы других людей, но не собственный. Такое было и с мамой. Болезнь протекала быстро и не оставила ей выбора. В один день её не стало. Мне было всего десять. Жить с отцом было… трудно, но и его я потеряла в день начала всего этого. — Как ты выжила? Она чувствовала, что Николас смотрел на неё, поэтому понимала: врать сейчас бесполезно. Так же, как и понимала то, что не сможет ответить сейчас. — Как-нибудь в другой раз спроси меня об этом, — ответила Элисон и поднялась на ноги. Она хотела ещё немного поспать.***
Элисон тренировалась каждый день. И каждый день оказывалась опрокинутой на маты. Николас не щадил её, а она не просила. Ей не нужны были поблажки, потому что Элисон не собиралась быть слабой. Она старалась не вспоминать о «Щеглах» или Викторе во время каждого удара, вместо этого сосредоточившись на тренировках. Тем не менее забыть их полностью было невозможно. То, чему они научили её, сейчас позволяло Элисон работать ещё усерднее. Падая, она поднималась на ноги и снова наносила удар за ударом. Первые дни были самыми тяжёлыми. Тело протестовало из-за сильной нагрузки, но она не собиралась останавливаться. Приходила в назначенное время и работала, изматывая себя до предела. — Нет, не так. Наклони корпус немного вперёд. Николас был требовательным и слишком много болтал, совершенно не помогая. Он критиковал её стойку уже пятнадцать минут, хотя никогда до этого даже не обращал на неё внимания. Элисон хотелось надрать ему задницу, но она заставила себя оставаться на месте. Сделав глубокий вдох и выдох, Элисон попыталась выполнить чужие указания, но по нахмуренным бровям поняла, что ничего не вышло. — Прекрати болтать и покажи мне, как нужно сделать это, ради всего святого! — не выдержала она. Удивление исказило лицо Николаса, а затем он сдвинулся с места. Элисон немного подвинулась, ожидая, что он встанет рядом. Она вздрогнула, когда внезапно почувствовала крепкое тело позади себя. Николас был тёплым, и от него приятно пахло их новым гелем для душа. — Расслабься, — прошептал он. Она поспешила сделать именно так, как было сказано. Передёрнув плечами, Элисон позволила себе откинуться немного назад, прижавшись к нему. Руки стали очередной неожиданностью. Они мягко обхватили её талию и немного развернули, заставив встать боком. На пару мгновений она забыла, как дышать. Смущение защипало щёки, залившиеся румянцем. Николас, казалось, не замечал её реакции, продолжая медленно направлять. Крупные мозолистые ладони обхватили запястья девушки и подняли на необходимый уровень. Места прикосновений обжигало огнём. Элисон казалось, будто вся она горела. Она не знала, делал ли Николас это намеренно или нет, но скрывать своей реакции не могла. Каждая ниточка в её теле натянулась до предела, готовая лопнуть в любую секунду. Сердце зашлось в быстром ритме, практически выпрыгивая из груди. — Сожми пальцы в кулак, — тихо попросил он. Сопротивляться этому тону было сложно. — Для хорошего удара нужно правильно сделать это. Согни их и прижми к ладони, а большой палец положи на середину указательного пальца. Попробуй ударить. Элисон не заметила, что сегодня Николас подвесил к потолку большую грушу. Она посмотрела на неё, а затем на свой кулак. Сила, заключённая в нём, не была большой. Но то, что сидело внутри девушки, могло сокрушить многое и многих. Желание жить — именно это двигало её всё дальше и дальше. Оно было необходимым ей топливом. Сжав кулак так, как объяснил парень, она замахнулась. Удар вышел действительно лучше, чем до этого. Груша со скрипом пошатнулась и вернулась в изначальное спокойное положение. Элисон обернулась и посмотрела на Николаса. — Лучше. Только это и сказал он, скромно улыбнувшись.***
Элисон умела стрелять. Виктор обучил её этому в первый год их совместного выживания. Он считал стрельбу основным навыком, поэтому не пренебрегал ею. Её не удивило появление Джексона на поле. «Крик» собрал всех новичков для общей тренировки, а также урока по стрельбе. Джексон был превосходным учителем по стрельбе. Но слишком дотошным. Ранним утром он постучал в дверь её комнаты и велел выходить на поле через пять минут. Что ж, Джексон действительно считал. Писк секундомера доносился из-за двери, действуя на нервы. Когда же она вышла из комнаты, то Джексон уже скрылся за углом, что-то недовольно бурча себе под нос о ленивцах. В воздухе ощущалась осенняя свежесть, пробирающаяся под тонкий материал спортивного топа. Он был идеальной одеждой для тренировок. К тому же это первый раз, когда Элисон тренировалась с кем-то из парней «Крика» помимо Николаса, и ей не терпелось узнать, чему мог научить Джексон. — Чтобы прицелиться, вам необходимо сосредоточиться. В наших условиях сделать это сложно, но нужно постараться. Она и остальные ребята слушали это уже на протяжении получаса. Информация была определённо полезной, однако они не располагали большим количеством времени на подобные лекции. Элисон становилось скучно. Больше всего сейчас ей хотелось взять в руки оружие и посмотреть, насколько меткой она всё ещё была. Заржавели ли её навыки за всё то время, что она провела здесь, не покидая пределов собственной комнаты. Энергия била ключом, заставляя девушку дёргать ногой, не в силах себя контролировать. — Он зануда. Рядом с ней на скамейку упал Руди, облегчённо выдохнув. Он выглядел бодрым и свежим, несмотря на то, что в последнее время им приходилось выходить в патрули всё чаще. Количество заражённых росло с каждым днём, как и число выживших. Сантес никак не мог выяснить причину подобного, из-за чего в большинстве случаев появлялся в коридорах мрачнее тучи и с задумчивым выражением лица. «Крик» разрабатывал какой-то механизм, помогающий отслеживать появляющихся в городе тварей, однако результаты не были утешительными. Сто пятнадцать — таким было число зомби, появившихся на улицах за ближайшие два дня. И все они голодные, дикие и готовые рвать и метать. — Мне кажется, он старается, — ответила Элисон и пожала плечами, продолжив заплетать длинные волосы в косу. — Джексон — классный мужик! — завопил один из парней — ещё один зануда, как окрестила его Элисон. Он всегда старался поправить кого-либо, а на тренировках появлялся с карандашом и блокнотом, записывая каждую свою ошибку. Никто ему не ответил, поэтому Зануда громко вздохнул и выругался себе под нос. — Для удачного выстрела необходимо занять правильную позу. Джексон продолжал говорить, даже не замечая, что его совершенно не слушали. Он держал в руках винтовку и вертел ей из стороны в сторону. — Колени должны быть выпрямленными, ноги на ширине плеч. Левой рукой упираешься снизу на цевье и удерживаешь вес, а прикладом упрись в правое плечо, обхвати рукоятку. Чтобы прицелиться правее или левее, измени положение стоп, ниже или выше — подними или опусти винтовку. Не так уж и сложно. — Мы поняли, что стойка важна, зануда, — фыркнул Руди и поднялся на длинные ноги. Он подошёл к Джексону и забрал из его рук оружие. Повертел в руках, внимательно осматривая, а затем принял именно то положение, о котором и рассказывал его товарищ. Выстрел разрезал тишину поля и пронёсся по всему его периметру, заставив Элисон вздрогнуть. Она заворожённо следила за тем, как Руди с впечатляющей быстротой поражал мишени, попадая прямо в центр. Адреналин забурлил в её крови, заставив подняться. Ей хотелось вырвать винтовку из чужих рук и наконец потренироваться самой. — Теория — необходимая часть любого процесса, — произнёс Руди, опустив винтовку. — Она несомненно важна. Однако практика — оружие, об использовании которого забывать не стоит. Ты можешь быть отменным теоретиком с гениальными планами и схемами, но они не сделают тебя тем, кем следует быть. Выживший — вот, кто ты. Его и покажите каждому, кто решит, что вы лёгкая добыча. Губы сами собой расползлись в злой ухмылке. Элисон, расправив плечи, подошла к Руди и ловко забрала винтовку из его рук под шепотки других новичков. Вес был значительным, но таким успокаивающим и необходимым. Она держала в руках не просто средство борьбы и защиты. В них находился билет в её светлое будущее, которое девушка никому добровольно отдавать не собиралась. Сколько бы ещё раз не пришлось упасть на мат во время тренировок с Николасом или выслушать лекций от Джексона, Элисон будет продолжать стараться. Она собиралась стать лучше, быстрее и сильнее. Она собиралась выжить. — А теперь давайте займёмся делом, ребята, — сказала Элисон и улыбнулась, а в следующую секунду встала в стойку и выстрелила.***
Элисон собиралась убить их всех. Прошли практически две недели её тренировок, и нервы дошли до предела. Николас всё так же стабильно заставлял её падать на маты, но со временем таких ситуаций становилось меньше. Она уже крепко стояла на ногах и ловко уворачивалась от его ударов, которые становились более сильными и быстрыми с каждым их спаррингом. Казалось, словно Николас сбрасывал на неё всё своё напряжение. Ей жаловаться не приходилось, потому что она делала то же самое. Джексон всё ещё был самым скучным из всех людей, которых Элисон когда-либо встречала. Он приходил рано утром, стучал в двери новичков, а затем включал свой чёртов секундомер и отсчитывал время. Однако, как бы раздражающе всё это ни было, плюсы наблюдались. Элисон уверенно собирала и разбирала любые винтовки, а также начала лучше стрелять по мишеням, чем сильно гордилась. Руди любил появляться на тренировках по стрельбе. Он — сгусток энергии, болтающий большую часть времени. Его любимое занятие — раздражать окружающих. Но Элисон он нравился. Любая его шутка помогала сбросить напряжение и перевести ситуацию на другой, более спокойный уровень. А энергия расплывалась по всему помещению, заряжая собой и остальных. Тренироваться в такой компании было легко. Алан и Блейк появлялись время от времени. И если первый старался действительно помочь Элисон освоиться с ножами и прочей экипировкой, то второго совершенно ничего не волновало. Он большую часть времени молчал, не спуская глаз с неё, будто оценивая. Элисон старалась не обращать на него внимания, однако её терпение не было резиновым. Цепкий взгляд действовал на нервы и сводил с ума сильнее, чем все предыдущие семь лет выживания. Сегодня она по странному, но привычному графику тренировалась на ринге под чутким руководством Николаса. Смотря на него, Элисон не могла не смутиться. В голове всё ещё были свежи воспоминания о тепле его рук на собственном теле и горячем дыхании на шее. Элисон смахнула наваждение и нанесла сильный удар по груше, заставив цепь, на которую она была подвешена, зазвенеть. — Как продвигаются другие тренировки? — неожиданно спросил Николас. Элисон остановилась и посмотрела него. Разве он не знал этого? Вопрос был очевидным, однако она задала не его. — Когда я смогу пойти с вами в патруль? Глаза Николаса потемнели. Элисон знала, что новичков рассматривали для ночных дозоров и охраны «Норы» в случае отсутствия основной части отряда. Однако это не отменяло её желания почувствовать адреналин от выхода в патруль. Она уже не первый раз спрашивала об этом, а он отмалчивался, заставляя каждый раз сосредоточиться на выполнении упражнений, или, хуже всего, избегал её. Элисон это не нравилось от слова совсем. Слишком упрямая для того, чтобы сидеть на месте ровно, она собиралась выбить из него чёртов ответ. И плевать, если ей достанется больше. Николас, казалось, понимал, что в этот раз ему так просто не отделаться. Поэтому, помедлив лишь несколько секунд, он запрыгнул на ринг и остановился напротив неё. Они смотрели друг на друга и понимали: кто-то один добьётся своего. Они встретились в центре ринга. Элисон бросилась в атаку первой, прекрасно зная, что так просто не будет. И оказалась права. Николас отпрыгнул в сторону и замахнулся в ответ настолько быстро, что ей пришлось напрячься. Она откинулась назад, позволив канату и энергии ускорить её, а затем бросилась в сторону. Николас предвидел и это. Он в два шага преодолел расстояние между ними и сделал выпад, оттесняя Элисон в угол. В голове отчётливо промелькнул день их встречи. Толпа зомби зажала её в тупике, заставив мозг и тело работать на износ. Сейчас же перед ней были далеко не отвратительные твари, однако это не отменяло факта серьёзности противника. Николас был выше её на две головы, гораздо крупнее в плечах и куда сильнее. На стороне же Элисон была скорость и хитрость, а также неизменное упрямство. Именно оно заставляло её не стоять на месте, отвечая на каждый выпад и удар. В коридоре раздался взрыв смеха. Скорее всего, парни из «Крика» направлялись сюда, чтобы в очередной раз посмотреть на их тренировку. Николас не отвлекался. И Элисон тоже. Она ждала его удара. Он развернулся, нашёл её глазами и приготовился к атаке. Удар предполагался прямым, поэтому Элисон решила использовать приём, которому её обучил Винсент в «Щеглах». Николас рванул вперёд. Его правый кулак целился точно в челюсть. В последний момент она присела, сделав вид, будто споткнулась об оборванный канат. Николас, не ожидавший промаха, отвлёкся всего на секунду, которая была необходима Элисон. Как тень она рванула вперёд под его протянутой рукой. Пальцы вцепились в локоть, нога ударила под коленом. — Чёрт… Его фраза оборвалась, когда она использовала его инерцию. Рывок вниз. И Николас с глухим ударом упал на маты. Прежде, чем он понял, что произошло, Элисон вскочила сверху, коленом прижав его руку к полу. — Меньше отвлекайся. Они оба тяжело дышали, наблюдая друг за другом. Элисон сидела на нём сверху и улыбалась. Ей было плевать на то, в какой позиции им пришлось оказаться из-за её шалости. Николас удивлённо смотрел на неё. Пот стекал по вискам. Она ожидала чего угодно, однако в следующую секунду он рассмеялся. Громко, искренне. Так, что эхо разнеслось по всему залу. — Ладно, ладно. — Он поднял свободную руку в знак поражения. — Твоя взяла. Элисон отпустила его запястье и откатилась в сторону, не скрывая ещё более широкой улыбки. Где-то за пределами ринга послышались аплодисменты — парни наблюдали за ними, усмехаясь. — Значит, патруль? — спросила она, поднимаясь на ноги. Николас сел на полу, потирая затылок. В его голубых глазах не было прежнего сопротивления. — Патруль, — кивнул он. — Но, если сделаешь такую штуку с зомби, я лично тебя пристрелю. Она рассмеялась и протянула ему руку. Победа.
