Глава 28. Элисон
12 августа 2025 г., 17:18
28 декабря — 29 декабря 2015 года (понедельник — вторник)
Месяц. Ровно столько времени тишины им удалось урвать у судьбы. Элисон уже давно перестала верить в то, что жизнь однажды пойдёт по белой полосе. Тем не менее зима выдалась замечательной. Выпал обильный снег. Температура не опускалась до критически низких показателей, а была более-менее умеренной. «Логово» оказалось неплохим убежищем. Дикари — люди запасливые. Поэтому в подвалах большинства домов остались припасы. Во многом это позволило «Крику» не бедствовать. Однако никто не сидел на месте. Каждый день два человека от отряда выходили в дозоры. Во-первых, им следовало следить за обстановкой вокруг. Никаких тварей по близости не появлялось, но расслабляться они не спешили. Во-вторых, дозоры позволяли охотиться, поэтому обычно к ужину у них имелось свежее мясо. Они позволили себе расслабиться впервые за долгое время постоянного бегства и напряжения, сковавшего их. Без странностей не обошлось. В подвале одного из центральных домов нашлось исправное оборудование. Радиостанция, несколько стареньких компьютеров и планшеты с программами отслеживания координат. — Дом вожака всегда находился под запретом, — пояснил Алан, рассматривая технику. — В него могли заходить только доверенные или жёны, но им нельзя было спускаться вниз. — Для детей даже придумали несколько пугалок, — добавил Руди. — Типа, не ходите вниз, иначе попадете в руки Ареху — противоположности главного бога. После этого Алан вместе с Джексоном стали дни напролет пропадать в маленьком помещении, пытаясь выйти на какой-нибудь сигнал при помощи радио, а также работая над файлами, найденными на компьютерах. Иногда выдавались вечера, когда они собирались всем отрядом в подвале за неимением других дел. Сегодня был один из таких. Алан и Джексон привычно сидели в деревянных креслах, клацая пальцами по кнопкам. Руди и Блейк играли в карты на кровати в углу. Их длинные ноги переплелись между собой: места для двух высоких парней оказалось маловато. Николас рыскал по сундукам, которыми было забито всё свободное пространство, а Элисон грохнулась прямо на пол и забилась в угол, молча наблюдая за остальными. Сантес и Мишель отправились в дом, чтобы отдохнуть. Места для них и не хватило бы: слишком много народу собралось. Николас с грохотом закрыл крышку последнего сундука. Никто не обратил внимания, продолжив заниматься своими делами. Блейк снова проиграл Руди и принялся жаловаться на мухлеж. Его жалобы были встречены мягкой улыбкой и лёгким щелбаном с наставлениями быть внимательнее в следующий раз. — Замёрзла? Элисон вяло подняла голову и несколько раз моргнула, снизу вверх смотря на Николаса. Он неподвижно стоял рядом, слегка наклонив голову, и ждал её ответа. После их странной ссоры и ещё более странного примирения они старались вновь построить мост друг к другу. Залатать дыры, образовавшиеся там по чей-то глупости. Может быть, её. А может быть, его. Элисон не знала, да и разбираться не хотела. Она не заводила отношений по одной причине: сложность. Никто из её знакомых не умел правильно строить их. Ненси встречалась со старшеклассником-торчком, который избивал её по поводу и без. Сколько бы раз она ни пыталась уходить — никогда не получалось. Макс, придерживаясь точки зрения Элисон, ни с кем не состоял в отношениях, но был безответно влюблён в Сьюзи — танцовщицу из клуба. Забирал из дома, кормил вкусными ужинами и никогда не сознавался в чувствах по одной единственной причине. Винсента тоже нельзя было назвать хорошим примером. Он крутил роман и с Сьюзи, и с Анной — секретаршей вражеской банды, которая помогала ему в борьбе с конкурентами. Ходили слухи, что Винсент встречался с дочерью главы, но подтверждения этому не нашлось. Также у него была дочь от первой любви, но Элисон никогда её не видела. Собственные родители превратили концепцию отношений в грязь постоянными ссорами и, наверное, общим сумасшествием. Поэтому сейчас, смотря на Николаса, Элисон не совсем понимала того, что между ними происходило. Но она знала, что не откажется от этого. Даже если ей в лоб будет упираться дуло пистолета. — Нет, — ответила она и немного подвинулась. Пригласила. И Николас не заставил себя ждать — уселся рядом с тяжёлым вздохом. — Ничего не нашёл? — Нет. Тишина между ними никогда не ощущалась страшной. Она оставалась спокойной и умиротворяющей. Порой такой необходимой для того, чтобы выдохнуть и сбросить накопившееся напряжение. Элисон позволила себе расслабиться и откинулась назад, на стену. Николас был тёплым рядом с ней, поэтому она прижалась ближе, совсем не замечая тихого шёпота со стороны кровати или клацанья клавиш. Шипение, донесшееся несколько минут спустя, заставило вздрогнуть и подорваться с места. Николас, поймавший её руку, удержал Элисон на месте, дав время прийти в себя. Она и не заметила, как уснула. Механический звук всё ещё доносился от радиопередатчика, который каким-то образом ожил. Алан и Джексон пытались перенастроить частоту, но ничего не получалось. Элисон закрыла уши руками. Блейк, устав терпеть, подорвался с места, подошёл к передатчику и выкрутил ползунок громкости на минимум. Помогало слабо, поэтому он схватился за второй и проделал то же самое. Звук прекратился, а вместо него донёсся слабый женский голос, различить который у них сразу не получилось. — 56. 7422 С, 37. 6158 З. Повторяю… 56. 7422 С, 37. 6158 З. Цифры повторились ещё несколько раз, а затем всё смолкло. Они переглянулись. Алан резко развернулся к портативному терминалу и нажал на несколько кнопок. — Это координаты, — произнёс он чуть позже. — Горный массив. В пятидесяти километрах отсюда. — Алан обвёл их глазами, полными тревоги и азарта одновременно. — Нечто похожее на старое сооружение. Судя по рельефу. — Покажи цифры ещё раз, — попросил Николас. Элисон только сейчас осознала, насколько напряжённым стало его тело. Алан послушно выполнил приказ и замолк, ожидая решения. Николас неожиданно повернулся к ней и то, что плескалось в его глазах, сильно не понравилось Элисон. — Те же, — фыркнул он, заставив её нахмуриться. — Те же координаты, что и на твоём пистолете. Элисон выпрямилась и поддалась вперёд, чтобы тоже заглянуть в экран терминала. Цифры действительно сходились с найденными на корпусе её старого Кольт 19, который Виктор подарил ей в одну из зим. За год своей смерти. Всё сводилось к одному: он знал гораздо больше, чем показывал. Больше, чем рассказывал Элисон. С каждой находкой она всё сильнее убеждалась в правдивости своих суждений. — Мы не можем пойти туда вот так просто, — протестовал Джексон. Между ними разгорелся спор, пока Элисон пыталась уложить всё в голове. — Вдруг это ловушка? — Там могут быть еда, патроны и выжившие, — ответил ему Николас, который уже стоял на ногах, сложив руки на груди. — Мы должны хотя бы проверить. Это не так далеко, поэтому в случае неудачи сможем вернуться. Радиопередатчик снова ожил. Голос, чётко произносивший координаты, казался чужим, но вместе с тем смутно знакомым. Элисон не знала. Всё её внимание было сосредоточено на несчастных цифрах, которые могли быть либо ключом к разгадке, либо пустышкой. Она хотела знать больше. Почему Виктор ничего не рассказывал ей? Кем были его союзники, приносившие вести из города? Вопросов появлялось всё больше, но ответов не находилось. — Мы идём, — тихо сказала Элисон, но спор затих. Она подняла глаза и посмотрела на Николаса. Он уже ждал её. Видел насквозь, как и множество раз до этого. — Идём, — заключил он, и никто спорить не стал.***
Долго собираться не стали. Взяли немного съестного, побольше патронов, проверили оружие и выдвинулись. Рассвет застал их уже в пути. Солнце появилось из-за горизонта бледно-оранжевым шаром, отбросив на белый снег свои лучи. Холодный ветер вовсю хлестал по лицу, но никто, казалось, не замечал его. Они шли молча, пригнувшись под сильными порывами ветра, гнавшего рваные облака по небу. Деревья пригибались к земле, поскрипывая унылыми голыми ветками. Никаких криков. Никаких безобразных существ. Только бескрайнее белое нечто и горы. Элисон шла рядом с Мишель и старалась не думать о будущем. Она не любила гадать, не хотела надеяться и уж тем более грезить о прекрасном. Может быть, семилетняя Элисон именно этим и занялась бы. Тогда воздушные замки и принцы на белых конях посещали её каждую ночь во снах. Сейчас ей двадцать четыре, и ночами она видит мёртвые глаза, ужасных тварей и едва заметный свет в конце бесконечного туннеля. Надежда. Далёкая и недосягаемая. Желанная и возможная. Казалось бы, пройдя такой длинный путь, потеряв себя и вновь обретя, Элисон должна была перестать в неё верить. Перестать надеяться на хорошее. Пока всё, что она видела, так это гниение. Физическое. И моральное. Люди в Блоскартере стали для неё примером духовного упадка. Когда власть, заработанная кровью, возвышалась над жизнями и благополучием всего живого. Когда лишение человека жизни ставилось в почёт. В признак силы и величия. Но Элисон надеялась. Слепо и наивно. Надеялась на то, что им удастся выбраться из этого дня сурка и наконец начать жить. По-настоящему жить. Не беспокоясь о том, что в любой момент всё закончиться. — Слышите? — тихо спросил Сантес, остановившись. Они застыли. Щёлканье и ворчание. Элисон никогда бы не перепутала эти звуки. К ним приближались зомби. Огромное количество. И в этом заключалась странность, потому что на протяжении месяца им не доводилось встречаться с кем-либо из заражённых. Они изучили ближайшие территории достаточно хорошо, чтобы сделать вывод: никаких тварей. Но сейчас что-то явно было не так. — Прячемся, — скомандовал Николас. Группа бросилась врассыпную. Элисон схватила Мишель за руку и потащила вперёд. Она приметила небольшую выемку в горе, которая могла бы послужить им укрытием. Легко протиснувшись в неё, они прижались друг к другу, ожидая. Их расположение позволяло заметить протоптанную тропинку, ведущую в неизвестном направлении. Если они пробирались через снег, шагая по общим следам, то эта тропа была уже протоптана. Ей довольно часто пользовались, так как она не была заметена снегом. Элисон уже было хотела рассказать об этом Мишель, но не смогла и рта открыть. Военный. Одетый в чёрный костюм — в точности такие же у них были в «Норе», — он уверенно шёл вперёд. Шлем на голове не позволял разглядеть лицо. Винтовка крепко сжата в руках, заключённых в перчатки. Слишком предусмотрительно. Безопасно. За ним следовал ещё один. В точно таком же костюме, шлеме и перчатках. Они не разговаривали. Бегло осмотрели территорию и двинулись дальше. — Я думала, что военные погибли в первый год, когда пытались защищать город, — прошептала Мишель. Элисон слышала об этом по радио, пока оно не перестало работать. Каждую ночь репортёры вещали о потерях в рядах армии, рассказывали о героях, помогавших очищать город от заражённых, которых становилось лишь больше. Но что они делали здесь? В чёртовом лесу, когда в них так нуждались в Блоскартере? Не успела она подумать о чём-либо ещё, как за двумя военными появились твари. Они медленно двигались вперёд, словно заворожённые. Не нападали на впереди идущих людей, а шли за ними по пятам. Как собаки на поводке. Элисон не могла поверить своим глазам. Всё это время, пока они пытались выжить, военные приводили к ним новых заражённых? Но зачем? Что это могло бы им дать? Одна из тварей, видимо, вынырнув из транса, вышла из строя и бросилась на военных. Однако не успела она сделать и пяти шагов, как в неё прилетел мощный электрический заряд. Элисон зажмурилась на пару секунд, а затем снова открыла глаза. Зомби уже лежал на снегу, подёргиваясь от прошедшего по телу тока, а военные окружили его. Они не стали ждать — выставили винтовки перед собой и выстрелили. Смотреть дальше не было смысла, поэтому Элисон отвернулась. Она посмотрела на Мишель. В её глазах было столько же вопросов, сколько и у неё самой. Подобное не укладывалось в голове. Кому бы потребовалось приводить зомби в город? Кому-то явно сумасшедшему. — Идём. Они ушли, — сказала Мишель и выскользнула из укрытия. Элисон поспешила за ней. Когда они встретились с остальными членами отряда, то ничего не сказали. Выражения их лиц говорили сами за себя — ребята видели и теперь старались понять. Но времени на размышления не было. Им следовало вернуться к своей цели.***
Ноги проваливались в сугробы, но никто не останавливался. Элисон крепче стиснула рукоять своего ножа. Того самого, который ей подарил отец и на котором красовалась гравировка «Е-7», похожая больше на клеймо, нежели на памятный подарок. Она смотрела на неё и старалась понять, являются ли эти буква и цифра очередной подсказкой. Причастен ли ко всему этому отец? Ведь не зря люди в костюмах приходили к ним в дом, говорили странными фразами и приносили огромное множество бумаг. А если и причастен, то что изменится? Она ничего не могла с этим сделать. Не в прошлом, не сейчас. Отец уже давно мёртв. Обратился тварью и, возможно, разгуливал по улицам города, а может быть, его давно прикончили шаговцы, повесив голову на своей ограде как очередной трофей. Туман сгущался с каждым шагом. Они миновали руины, напоминающие ограждение. Серые бетонные блоки возвышались над ними, засыпанные слоем снега. Местами они всё ещё стояли ровно, но где-то уже успели упасть, потрескавшись от времени. После этого перед ними оказалось чистое белое поле и ничего больше. Они шли вперёд. Отчаянно высвобождали ноги из снежного захвата, пытаясь не падать. Никто не собирался останавливаться, пока Сантес вдруг не поднял кулак, заставив их замереть. — Стоп, — скомандовал он. — Движение. Впереди справа. Им пришлось рассредоточиться, чтобы занять оборонительные позиции. Элисон сняла с плеча дробовик, готовая стрелять куда угодно, лишь бы попасть в цель. Они прислушались. Вдалеке послышался металлический скрежет, будто что-то огромное и ржавое с трудом пришло в движение. Затем последовал глухой удар, от которого, казалось, затряслась земля под ногами. — Что за чёрт, — прошипел Алан, когда терминал в его руках надрывно запищал, а экран взорвался тревожными красными значками. — Здесь есть какое-то активное оборудование! Элисон почувствовала, как по спине побежали мурашки. Воздух наполнился едва ощутимым гудением. Низким, вибрирующим, будто где-то глубоко под землёй сработал гигантский механизм. — Ловушка? — бросил Джексон, придвинувшись ближе. — Не думаю, — ответил Николас, покачав головой. Элисон осмелилась отвести взгляд и посмотреть на него. Он чувствовал что-то, а ей до безумия хотелось довериться его чутью. — Похоже на приглашение. Туман перед ними рассеялся будто по щелчку пальцев. Вместо него они увидели полуразрушенный вход. Те же бетонные блоки, что и на ограждении, уходили далеко вверх, практически врезаясь в гору. Над ними мерцала тусклая неоновая вывеска: «Сектор Е-7». Тот же номер, что и на рукояти её ножа. Сердце Элисон быстро заколотилось в груди. Всё это время подсказка была под носом, но она не замечала. — Это то, что мы искали, — тихо сказала Элисон, подойдя ближе. Она чувствовала, как Николас прижался к ней сзади. В молчаливой благодарности Элисон мягко взяла его за руку. Сжала её так крепко, как только могла, боясь отпустить. — Я должна это увидеть, — прошептала она, оглянувшись через плечо. Николас не ответил, но вышел вперёд и потащил её за собой. Отряд двинулся следом за ними. Когда они пересекли порог, автоматические двери с шипением закрылись за ними, оставив позади нарастающий гул пробудившихся механизмов. Темнота поглотила их целиком. Элисон чувствовала, как сзади к ней прижалась Мишель. Здесь пахло озоном и старым маслом — запах знакомый, будто из далёкого детства, которое она плохо помнила. Где-то в темноте замигали красные лампочки, освещая узкий коридор. Проморгавшись, Элисон осмотрелась. Стены были покрыты странными рельефными панелями, которые переливались едва заметным синим светом. Больше ничего не было, поэтому они двинулись вперёд. Их шаги гулко разносились по пустому коридору. Свет становился всё ярче по мере продвижения, а в ушах зазвенело так, будто десятки голосов принялись перешёптываться именно в этот момент где-то далеко. Пол под ногами завибрировал. Прямо перед ними распахнулась дверь, а над ней засветилась надпись «Лаборатория». Николас отпустил её руку и схватился за оружие. Элисон не осталась стоять в стороне — схватилась за ружьё и приготовилась. Они прижались к стене и выглянули из-за угла. Помещение было огромным. Стены, покрытые теми же панелями, что и в коридоре, были увешаны экранами с бегущими строками данных. Всё пространство было заставлено столами с колбами. В некоторых из них находилась мутная жидкость, происхождение которой никому не было неизвестно. В центре помещения располагался пульт управления всем зданием. — Входите. — Этот голос. Его они слышали через передатчик. — Я знаю, что вы здесь. Кресло скрипнуло, когда женщина, сидящая в нём, развернулась. Элисон задохнулась. Она смотрела на неё, а на самом деле будто видела своё отражение. Повзрослевшее, но её собственное. Блондинистые волосы волнами спускались с плеч. Резкие черты лица выделялись на фоне общей худобы и хрупкости. А серо-голубые глаза, уставшие и сонные, смотрели прямо перед собой. — Элисон, — позвала незнакомка, заставив её вздрогнуть. — Я так давно тебя ждала, доченька. Элисон почувствовала, как ослабла хватка на ружье и оно само свалилось на пол с грохотом. Она оттолкнулась от стены и шагнула на свет, в лабораторию. До ушей донеслись шаги — Николас следовал за ней. Он бы ни за что не позволил ей пойти одной. — Мама? — тихо спросила Элисон. — Хелен? — вторил ей Николас. Они застыли и посмотрели друг на друга, словно могли быть ответом на вопросы. Но ответ был один. И он смотрел прямо на них с мягкой улыбкой на тонких губах.
