Корона из бабочек

Уилсон с труппой обжили замок моментально, словно всегда тут и были. Акробаты, певцы, шпагоглотатели, танцоры с огнем, заговариватели змей – кого только Сэм не собрал под свое крыло. – Мы теперь обязаны делать выступление каждый день, мессир! – восторженно скакал вокруг короля Уилсон, крайне возбужденный открывшимися перед нищими актерами перспективами. – На каждом вечернем пиру! Лицо Роджерса стало очень сложным. Активный глава труппы уже успел его порядком утомить, но вежливость не давала на него даже рыкнуть – ведь Стив сам отправил приглашение и предложил стать покровителем. Джек чутко уловил настроение мужа и быстренько подхватил Сэма под локоток, уводя в сторонку. – Уважаемый мистер Уилсон, – мягко начал он, – в Навии не приняты пиры. Мы устраиваем их только по совершенно исключительным случаям, как и в целом любые увеселительные мероприятия. Даже по случаю моей коронации не было праздника, что меня, к слову, более чем устроило. Так что позвольте предложить вам другой вариант – я дам приказ выстроить большую сцену на центральной площади, и ваша труппа будет выступать там так часто, как пожелает. А вы лично, Сэм, помимо этого займете должность придворного шута и мастера увеселений, потому что гостей надо развлекать даже на редких праздниках при дворе. Что скажете? – Ваше Высочество! – Уилсон хотел было бухнуться на колени, но Джек его аккуратно удержал. – Это же невероятно! Конечно, мы ни за что не откажемся от такого щедрого предложения! – Вы заслуживаете лучшего за спасение моей сестры и заботу о ней, – лицо Джека осветила ласковая улыбка, когда он посмотрел на Мишель, о чем-то беседующую с Броком. – Так что считайте меня своим другом, и я сочту это за честь. Сэм, задохнувшийся от восторга, не смог выдавить и слова, поэтому перехватил украшенную перстнями кисть кронпринца и от души поцеловал тонкие пальцы. – Держи руки при себе, актеришка, – раздался неожиданный рык у Джека за спиной, от чего он даже вздрогнул. Брок, который только что был рядом с принцессой в другом конце гостиной, возник будто из воздуха и вырвал руку Джека из цепкой хватки. – Ты говоришь с кронпринцем! – Да я же… – заблеял растерянно Уилсон, но закончить ему Рамлоу не позволил. – Кыш отсюда! – рявкнул он, сверкая краснеющими глазами, и свеженазначенного придворного шута вынесло в коридор. – Вот же наглая шваль! Ты в порядке, Джек? – спросил он заботливо, осматривая кисть кронпринца, будто Сэм мог ее повредить поцелуем. – В полном, – чуть удивленно заверил телохранителя Джек. – Не стоит так переживать, Брок, он просто был любезен. – Пусть любезничает в другом месте, – проворчал оборотень, с видимой неохотой отпуская руку Джека. – В Навии намного спокойнее относятся к титулам, чем в Гильбоа, но все-таки посмотрят косо, если будешь говорить на равных с уличными актерами и прочей шелупонью. Я не учу, просто хочу предупредить. Джек насмешливо прищурился и фыкнул. – Теперь Сэм – придворный шут и мастер увеселений, так что вполне может разговаривать со мной, не нарушая субординацию, – заявил он и рассмеялся, увидев кислое выражение лица собеседника. Кронпринц был крайне доволен шалостью. – Наплачешься еще с ним, – вздохнул Брок, признавая поражение. – Я знаю эту породу проныр – влезут без мыла в жопу и не вытащишь их оттуда. – А мне он показался забавным, – Джек чуть порозовел от грубости слов оборотня, но попытался скрыть это мягкой улыбкой. – Кхм, – Брока румянец на высоких скулах кронпринца откровенно лишил очередной доли самоконтроля. – Делай, как знаешь, Джек. Я приму и поддержу любое твое решение. Джек во все глаза уставился на Брока и моргнул, стараясь осознать сказанное. Это точно не было пустыми словами – это была клятва. Данная ему в обход Стива – сюзерена Рамлоу. – Брок, – выдохнул Джек пораженно и сам взял оборотня за руку. Бросил обеспокоенный взгляд на мужа, но тот был занят Мишель, и горячо зашептал. – Не стоит говорить подобное, прошу. Твоя верность всегда и во всем должна принадлежать только Стиву, не мне. Я не собираюсь противоречить нашему королю, конечно же, и сам буду ему верен, но твои слова от этого не менее опасны. Для тебя же в первую очередь. Так что не повторяй такого, умоляю. Брок жадно смотрел на умоляющее лицо Джека, будто срисовывал каждую черточку, а потом аккуратно высвободил ладонь из судорожной хватки пальцев своей запретной любви и отстранился. – Как прикажешь, – Брок будто натянул на себя маску безразличия: его лицо стало бесстрастным, а глаза – холодными – Я не склонен к откровенным глупостям, Джек, не стоит так бояться. А сейчас я, пожалуй, пойду проверю караул: эти лентяи постоянно напрашиваются на трепку. Ты в полной безопасности со Стивом, а Лютик и Глазго ждут за дверью. – Брок… – Джек был совершенно растерян и хотел было сказать хоть что-то, но генерал Рамлоу только коротко поклонился и вышел за дверь, не прощаясь. Кронпринц не знал, что стоило двери закрыться, как Брок замер, тяжело дыша и зажмурив глаза, чем изрядно напугал своих парней, которые несли стражу у дверей покоев. Но стоило им шагнуть к нему, как Брок сбросил навалившееся на него отчаянье и махнул рукой, приказывая оставаться на местах. А потом действительно пошел проверять караул и привычно выбивать дурь из дармоедов, которых только по ошибке называли королевской гвардией. Все потому, что Джек был абсолютно прав, вот в чем дело, – Брок потерял берега в своем помешательстве и чуть не пересек черту, за которой не было ничего хорошего. Если бы Джек – его добрый, мягкий, ласковый котенок Джекки – не был так честен и чист и не оборвал бы его, то Рамлоу бы мог навлечь беду на них обоих. Разумеется, самому Джеку ничего бы не было, кроме внушения от Стива, но вот генерал Брок Рамлоу бы вполне мог потерять все: Роджерс крайне трепетно относился к клятвам и понятию верности и чести. Да Брок и сам бы не смог так жить – он никогда не был предателем, он – волк, а волки выбирают вожака, каждый сам и навсегда. А Стив был ему не только другом, а именно что вожаком. Рамлоу – связующее звено между Роджерсом и своими парнями, а также между королем и его армией. Разве может верность такой фигуры принадлежать кому-то другому, будь даже этот другой супругом упомянутого короля? Разумеется, ответ – нет. А если бы Джек не был по уши влюблен в своего мужа, а наоборот – ненавидел его? Желал смерти? Брок чуть не завыл, вцепившись в волосы, но вовремя взял себя в руки и направился сначала все-таки в кабинет, потому что показываться на глаза людям в таком состоянии не стоило. В тишине своих комнат Рамлоу налил себе глоток виски и сел в кресло напротив не горящего по летнему времени камина. Роллинз был прав, как и всегда: Брок полный придурок, раз позволил себе настолько потерять контроль. Оставалось только одно – отстраниться от Джека, чтобы не испортить все на свете. А для этого надо поговорить с Роджерсом и попросить назначить кронпринцу другого, нормального телохранителя, у которого не будет ехать крыша от одной мысли о собственном подопечном. И это значит, что придется все рассказать Стиву, потому что тот ложь и недоговорки чуял за милю. Брок подавил иррациональное желание запустить бокалом в стену. Все катилось к Темному в задницу, а он не знал, как это остановить. Стив нашел его сам. Брок только поднялся на смотровую стену, распугав стражников хмурой мордой, когда Роджерс встал рядом и тоже уставился вдаль, на бушующее море. На душе у Брока было также неспокойно, как на поверхности волн. – Найди Джеку другого телохранителя, – попросил негромко Брок. Светлый, да он глаз не мог поднять на друга, настолько ему было противно от самого себя. И стыдно, что уж там. – Или я сам найду. Роллинз уезжает, так бы я предложил его, но и Биби отлично справится. Или Глазго. Прошу. – Нет, – голос Стива был поразительно безмятежен. – Я отказываю тебе в твоей просьбе, Брок. Ты останешься рядом с Джеком и будешь стеречь его еще усерднее, чем до этого. Это приказ. – Все слуги Темного! – рявкнул Рамлоу, моментально теряя остатки терпения и самоконтроля. – Ты же не слепой, Роджерс, и сам все видишь и понимаешь! Я не могу оставаться рядом с ним! Если хочешь наказать, то сошли прочь, прикажи высечь, да хоть в камеру брось до конца жизни, но не мучай меня так. Я опасен для Джека! Стив спокойно выдержал разъяренный взгляд друга и мягко покачал головой. – Нет. – Почему?! – кулаки Брока сжались, потому что он с трудом сдерживал себя от глупой кабацкой драки с сюзереном. – Ты нужен и мне, и ему здесь, – Стив пожал плечами и снова посмотрел на волны. – От тебя не будет пользы ни на границе, ни в тюрьме. – Я только наврежу ему! И тебе! Я не могу контролировать себя больше, когда Джек рядом! – отчаянье распирало Брока до такой боли, что стыд остался абсолютно позабыт. – Меня тянет к нему, как крюком. Разве тебе будет польза от того, что я его трахну?! – Мне будет польза от того, что ты его любишь, – Стив даже не посмотрел на оборотня, когда говорил эти страшные слова. Повисла давящая тишина, нарушаемая только криками чаек. Брок тяжело оперся на смотровую стену и потер лицо ладонями. – То есть ты в курсе, – выдавил он наконец пораженно. – Разумеется, – Стив снисходительно улыбнулся и зажмурился, когда луч заходящего солнца выглянул из-за облака и упал ему на лицо. – Сложно не заметить. – Как давно? – Примерно с того момента, как ты поймал его во время побега из окна в Шайло, а на утро не сказал мне, – Стив тихо рассмеялся, когда Брок подавился воздухом. – Ты знаешь, что я хорошо умею читать людей. Пришлось научиться еще в юности. И твое особое отношение к Джеку сложно не заметить. Ты ни на кого не смотрел так раньше. И не оберегал. – Ты жесток, – Брок внезапно ощутил всепоглощающую усталость. – Ты поэтому не отдалил меня от собственного мужа сразу? Рассчитывал, что я втюхаюсь, как щенок, и буду жизнь готов отдать за него без лишней мысли? – И это тоже, – Роджерс все также умиротворенно смотрел на воду. – Джек – величайшее сокровище Гефа. Мое сокровище. И ему нужны верные люди рядом. Я слышал твои слова в гостиной. – Так что же еще? – Ты можешь дать Джеку то, на то что я не способен. Брок, ты не знал Баки, но после его смерти мое сердце стало бесполезным куском льда. Я не могу любить Джека так, как он того заслуживает. – Темный… – выдохнул Брок. – Знаешь, Джек очень похож на Баки. У того тоже были каштановые мягкие волосы, серые глаза. Только вот ямочка на подбородке – глубже, а вместо улыбки – усмешка в уголках губ, – Стив легко увернулся от удара в лицо и выставил блок. Невозмутимо продолжил. – Я доверяю тебе больше остальных. – Ты просто решил передарить Джека мне, значит?! – прорычал Брок разъяренно, сжимая кулаки. Его глаза стремительно краснели, и вытягивались клыки. – Джек не вещь, чтобы просто его отдать, раз не нужен! – Вот видишь, Брок, – Стив положил руку другу на плечо, ни капли не боясь почти завершившегося боевого оборота. – Ты намного лучше меня. Джеку будет хорошо с тобой. Не начавшаяся драка завершилась как-то сама собой. Они просто стояли друг напротив друга. Брок – тяжело дыша, Стив – с ледяным спокойствием. – Это нездорово, – Брок был в отчаянии и одновременно ненавидел себя за ростки надежды в душе, пробудившиеся от слов Стива. – Подкладывать супруга под другого мужика. – Мне плевать, – Роджерс пожал плечами. – Главное, чтобы Джек был в безопасности и доволен жизнью. – Но он любит тебя! – Рамлоу почти выл от раздирающих сердце эмоций. – Да и я не слепой, вижу, как смотришь на него ты! Он, по крайней мере, не безразличен тебе! Что за дебильное самопожертвование во имя чужого блага?! – Разве это что-то новое для короля: жертвовать собой во благо подданных? – улыбка на губах Стива горчила. – Я просто реалист. – Ты – придурок, Роджерс! – рявкнул Брок. – Засунь себе в жопу свою благотворительность, собери яйца в кулак и пригласи мужа на свидание! А я, так и быть, буду присматривать за вами обоими. Вы же ведь без меня беспомощные. Усмешка Стива стала такой довольной, что Брок заподозрил, что тот рассчитывал именно на такой исход разговора. Чертов коронованный кукловод!