Алхимия брака

      — Вот сегодня вы перешли все границы, Северус! — опалив супруга гневным взглядом, прошипела Гермиона.       Теперь, когда они оказались наедине, Снейп понял, как опрометчиво поступил, позволив эмоциям возобладать над ним. Да, он осознавал свою ошибку, но дух противоречия был против того, чтобы признаться в этом ей, и подбил задать вопрос:       — Это я-то перешёл все границы? А ты разве нет?       — Каким же образом я это сделала? — скрестив руки на груди, сердито поинтересовалась девушка.       — Вот не строй из себя святую простоту после того, как ты кокетничала с Грейсоном на глазах у всего Косого переулка, — едко ответил Северус.       — Я кокетничала с Грейсоном? — задыхаясь от возмущения, произнесла она.       — Именно. А ведь совсем недавно из-за его проделки ты чуть ли не плакала как маленький ребёнок.       — Поэтому вы и решили вести себя со мной как с малым ребёнком, который, на ваш взгляд, заигрался. Так? И довожу до вашего сведения, я вовсе не кокетничала с Сэлом, мы просто обсуждали…       — Неважно, что вы обсуждали, — перебил её Снейп. — Важно то, как это выглядело со стороны.       Гермиона сощурила глаза и пристально посмотрела на него. Уголки её губ насмешливо дрогнули.       «Словно смотрю в зеркало», — мелькнуло в голове Северуса, когда тот отметил про себя, что девушка непроизвольно дублирует его мимику.       — Неужели вы устраиваете мне сцену ревности, Северус? — чуть наклонив голову набок, спросила девушка.       — Что?! — воскликнул Снейп. Он почувствовал себя припёртым к стенке её вопросом. Стараясь не выдать голосом своё положение, холодно добавил: — Ты ошибаешься, Гермиона.       — Ну да, ну да, — кивая, с доброй долей скептицизма произнесла та. — Я уже сталкивалась с подобным. Вы ведёте и говорите в точности как Рон. Ему не нравилось, когда я без него общалась с другим мужчиной, даже если это был Гарри или кто-то из его братьев, и здесь у нас, кажется, схожая картина.       — Ключевое слово — «кажется», Гермиона, — буркнул Северус, которого внутренне покоробило сравнение с Уизли.       — Очень на это надеюсь. Потому что, когда мы договаривались о браке, вы обещали уважать мои личные границы и не держать на привязи. Не думаете, что забыть про обещанное чуть больше чем за месяц слишком быстро, Северус?       — Я и не забывал, — угрюмо ответил он.       — А то, что произошло сегодня? Стоило вам увидеть меня в компании другого мужчины, и вы тут же повели себя как самый настоящий муж-ревнивец. Вам не кажется, что это совершенно не вяжется с тем, о чём мы договаривались и в каких мы с вами отношениях?       — Но это не означает, что ты можешь прилюдно флиртовать с другим.       — Благой Мерлин, я уже говорила, что не флиртовала и не кокетничала с Сэлом. Мы просто обменивались впечатлениями от встречи с Лорканом д’Эатом. Наш разговор не выходил за приятельские рамки.       — А как же ваш поход за мороженым, который не состоялся из-за моего вмешательства?       — Северус, скажите мне, когда посещение кафе стало приравниваться к съёму комнаты на час? — приподняв бровь, поинтересовалась она. И, не дождавшись ответа, добавила: — Из-за нашего брака я не собираюсь ограничивать себя в общении с кем-либо. Потому что не хочу через три года остаться без друзей, которые будут отсеяны вашими запретами. Разве это так сложно…       — Ты хочешь, чтобы я извинился? — не дав закончить ей фразу, спросил Снейп.       — Для начала было бы неплохо, — кивнула Гермиона.       — Должен тебя разочаровать, у меня нет таких намерений, — бросил Северус и, развернувшись к ней спиной, направился прочь из комнаты.       — О, как это по-взрослому, Северус! — саркастично кинула ему вслед девушка. В сердцах притопнув ногой, она ядовито добавила: — Мало того, что вы эгоист, так ещё обманщик и трус!       Он резко остановился, повернулся к ней лицом и ледяным тоном произнёс, чеканя каждый слог:       — Пожалуйста, продолжай список, кем я являюсь, Гермиона, — его губы растянулись в широкой ухмылке: — Можешь даже запустить в меня парочкой заклинаний и бросить фразу в духе: «Ненавижу тебя!» Не у одной тебя есть опыт в выяснении отношений, дорогая супруга.       — Вы просто невыносимы, — дрожа от клокочущей внутри злости, прошипела девушка.       Гермиона, видя, что Северус остался с ней вовсе не для нормального разговора, а чтобы высмеять её, трансгрессировала к себе в спальню. Снейп некоторое время стоял, застыв на месте, и смотрел туда, где совсем недавно находилась девушка. Он понимал, что она чертовски права, но её правда острой костью вставала ему поперёк горла.       «Лучшего придумать для того, чтобы вы не сближались, ты бы и не смог», — насмешничал над ним внутренний голос.

***

      Меряя шагами комнату, Гермиона пыталась успокоиться. Поведение Снейпа привело её в бешенство. Последний раз, когда она так злилась, был из-за выходки Рона, который уязвил её гордость при друзьях. Как назло, её мысли впились в произошедшее между ней и Северусом, словно голодная собака в кость, и не желали отпускать ситуацию, предлагая различные варианты развития событий. И ни один из них не обходился без попытки задушить Снейпа.       Стук в оконную раму привлёк внимание Гермионы. На подоконнике сидел огромный филин: птица восседала на свёртке с эмблемой «Твилфитт и Таттинг». Она тут же вспомнила, что тот остался в руках у Сэла, когда Снейп трансгрессировал с ней домой. Девушка открыла окно и впустила филина. Он влетел в комнату и бросил пакет ей на кровать, затем изящно выпорхнул наружу. Гермиона заметила прикреплённый к дну свёртка конверт. Распечатав его, она вынула из него листок бледно-лимонной бумаги с посланием от Сэла.

      «Гермиона,

      Возвращаю тебе твою собственность. Надеюсь, мантия и платье всё же будут нужны. Жалко будет, если ты отправишь их в гардероб, вместо того, чтобы затмить всех женщин на вечеринке у Малфоев.       P.S. Прости, если из-за меня возникли проблемы. Хотя почему «если». Снейп точно был взбеленён как горный тролль. И признаю свою вину в том, что испортил ему настроение ещё больше. Прости, что специально его подзуживал. Не смог удержаться. Так что посылаю тебе тысячу своих извинений.       P.P.S. Я всё ещё тебе должен за помощь в получении особого автографа д’Эата.

С.У. Г.»

      Дочитав письмо, Гермиона открыла свёрток и погладила атлас бледно-зеленого цвета, который можно увидеть лишь на небе во время рассвета, и филигранные серебряные кружева парадной мантии.       «Сэл прав по поводу того, что будет жалко спрятать платье и мантию в шкаф, — подумала Гермиона. — А для другого случая я их вряд ли надену».

***

      — Надо же, Северус, я до конца не верил, что ты будешь в компании своей супруги, — указав кивком в сторону беседующих Гарри и Гермионы, сказал Люциус. Отпив глоток из своего бокала, он добавил: — Ты и малышка Пэнс меня сегодня просто поразили.       Северус искренне разделял удивление приятеля: после их ссоры он ожидал, что Гермиона сошлётся на головную боль или на другое женское недомогание, чтобы остаться дома. И всё же в должный час она явилась в его кабинет, готовая к выходу. Решив умолчать о том, что он в самом деле мог прийти один, Снейп сделал замечание Малфою.       — Постарайся не называть Паркинсон так рядом с её мужем. У Поттера очень вспыльчивый характер, Люциус.       — Думаешь, он решится вызвать меня на дуэль из-за такого? — с доброй долей скепсиса поинтересовался тот.       — Да, — утвердительно кивнул Северус.       — Не подумал бы, что он так привязан к ней, — с усмешкой сказал Малфой.       — Тут скорее сыграло бы гриффиндорское безрассудство и желание свести старые счёты.       — Я уже отдал все долги перед законом; теперь я под его защитой, — Люциус в очередной раз приложился к своему бокалу, затем добавил: — Кстати о вспыльчивых мужьях. Мне тут птичка на хвосте принесла…       — Могу посоветовать пару бытовых заклинаний, чтобы вывести пятна после таких неприятностей, — раздраженно сказал Снейп, прекрасно понимая, куда Малфой клонит разговор.       — Очень остроумно, — кисло отозвался приятель. — Знаешь, когда я услышал о случившемся, то не поверил своим ушам. Это ж надо — поскандалить перед «Флориш и Блоттс» со своим бывшим шурином в тот момент, когда в магазине ажиотаж из-за книжонки поп-певца! Но потом вспомнил о твоей слабости к гряз… — под тяжёлым взглядом Снейпа слово умерло в его горле на середине. Он прибегнул к нейтральному определению, чтобы закончить фразу: — …к маглорожденным колдуньям.       — Не желаю обсуждать эту тему, Люциус, — сухо ответил Северус.       — Не удивлюсь, если об этом напишут в Пророке, — пропуская мимо ушей его слова, продолжил тот.       — Я тоже не удивлюсь: они любят пихать всякий бред.       — Всё же объясни мне, что произошло между вами троими?       — Ничего такого, из-за чего бы ты мог переживать, Люциус, — не скрывая раздражения, ответил Снейп.       — Как обычно, ты такой неразговорчивый, — пожав плечами, вздохнул Малфой и прикончил содержимое бокала. Отослав пустой и приманив чарами новый, он выдал предположение: — Не думал проверить свои вещи на приворот или еду на любовное зелье? Может быть, твоя жёнушка в тайне пытается тебя к себе приворожить.       — Ей это нужно как русалке зонт, — безэмоционально ответил Северус и непроизвольно посмотрел в сторону объекта разговора. Гермиона была завораживающе прекрасна: одежда, скромные, но подобранные со вкусом украшения, элегантная причёска подчёркивали её достоинства. Оторвав от неё взгляд, он добавил: — У нас нет интереса друг к другу.       — Я тебя умоляю, Северус, не рассказывай мне такие сказки. Твои вторая и третья жёны тебе изменяли и не таились, а от тебя было ноль реакции.       — Почему же ноль реакции? Я использовал их измены при разводе.       — Ну да, — хмыкнул Люциус. — И всё же ты неравнодушен к четвёртой миссис Снейп.       — Ты глубоко ошибаешься.       — Ну так разубеди меня.       «И утоли моё любопытство», — про себя закончил за него фразу Северус.       — Мне просто не понравилось то, что она была в обществе Грейсона. Я не переношу его на дух.       — Значит, тут всё дело в твоём бывшем шурине? — подняв брови кверху, поинтересовался приятель.       — Именно так. Я не желаю, чтобы он через Гермиону был вхож в мой дом.       — И как давно ты воспылал к нему неприязнью?       — Сразу после развода с Анной. Мы серьёзно поругались тогда…       — Ну, о вашей ссоре я знаю, — кивнул Малфой и, выдержав короткую паузу, добавил: — Допустим, что Грейсон тебе неприятен чисто из-за того, что он был членом семьи, но я бы на твоём месте не переживал о том, что ему интересна моя жена. Ведь он предан своей жене как пёс. Грейсон мог бы давно воспользоваться законом, чтобы расторгнуть брак с умалишённой. А он, напротив, добивался того, чтобы Розмари осталась его законной супругой. Чем тебе не доказательство верной любви?       «Может быть, у Салазара просто повода для развода не было, вот он и сохранял законный статус их брака», — подсказал внутренний голос.       Но прежде чем Северус успел озвучить мысль, к ним подошла Нарцисса. Положив изящную ладонь на плечо супруга, она шутливо поинтересовалась:       — Обсуждаете последние сплетни?       — Пытаюсь изо всех сил, Цисси, но Северуса не так легко разговорить, — ответил Люциус и, повернув голову, поцеловал кончики её пальцев.       — Бесполезный труд, мой милый. Проще разговорить дракона, чем Северуса, — улыбнулась миссис Малфой, затем, посмотрев на бокал в руках мужа, спросила: — Северус, сколько он уже выпил?       — Третий, — поспешил с ответом Люциус.       — Четвёртый, — поправил его Снейп.       — Я его только начал, — поймав укоризненный взгляд жены, попытался оправдаться Малфой.       — Тогда уже пятый, — как бы между прочим бросил Северус.       Приятель тут же состроил ему гримасу, которая выражала: «с такими друзьями враги не нужны».       — Пятый, говоришь, — со стальными интонациями в голосе протянула Нарцисса. — Думаю, Люциус, нам с тобой стоит открыть танцы, пока твои ноги слушаются тебя, — и повела супруга в центр зала.

***

      — Сдается мне, ты тоже чувствуешь себя не в своей тарелке, — дернув узел галстука вниз, сказал Гарри.       — Гарри, нужно иметь стальные нервы, чтобы сохранять спокойствие в этом серпентарии, — ответила Гермиона. — Вряд ли здесь найдётся хотя бы пара человек, которые ещё несколько лет назад не хотели бы преподнести нас на блюдечке Волан-де-Морту.       — Некоторые из них до сих пор питают острое желание отделить мою голову от шеи, — усмехнулся Поттер. — Я, так сказать, мешаю им вести бизнес.       — Безоар у тебя с собой? — шутливо поинтересовалась подруга. — Хотя думаю, он у тебя регулярно с собой. Ты ведь всё-таки женат на Паркинсон.       — Ха-ха! Очень остроумно, Грейнджер, — раздался за её спиной язвительный голос Пэнси. Она подошла к Гарри и стала рядом с ним, напротив Гермионы. — Если ты делилась с Гарри секретами своей семейной жизни, то прости, что подслушала.       — Подсыпать тайно яд — это в духе…       — Слизеринцев, — закончила за неё Пэнси и добавила: — История магии помнит, что и Гриффиндор выпускал известных подлецов и предателей.       — Если ты помнишь, Пэнси, это были исключительные личности, — вставая на защиту своего факультета, напомнила Гермиона.       — Так всей Магической Британии известно, что ты у нас исключительная ведьма, Гермиона, — с ядовитой улыбкой сказала та.       — А ты…       — Девочки, не стоит распаляться, — вмешался Гарри, отметив про себя признаки того, что собеседницы через секунду-другую перейдут от слов к магическим упражнениям. — Может, вы не будете устраивать перепалку, чтобы расширить тем самым культурную программу хозяев дома?       — Не я это начала, — недовольно сказала подруга. Всё же от его слов злость в ней поостыла.       — Кстати, о культурной программе… — произнесла Пэнси, заметив, как Нарцисса повела Люциуса в центр зала, и повернулась к мужу. Быстро поправив ему галстук, жена с легким волнением в голосе продолжила: — Надеюсь, мои уроки не прошли даром, и ты запомнил, куда ставить ноги.       — Буду стараться, — ободряюще улыбнулся он ей.       — А я верить в тебя, — ответила ему Пэнси с мягкой улыбкой. — На худой конец могу заколдовать твои туфли.       — Почему ты не сделала это раньше?       — Хотела посмотреть, как ты стараешься.       — Скорее мучаюсь, — проворчал Гарри.       — Не без этого, — с хитрым блеском в глазах ответила она. — Пошли, — и потянула его за собой.       «Всё-таки Луна ошибалась, когда говорила, что чувства Пэнси не имеют отклика», — подумала Гермиона, заметив, какими они обменялись взглядами.       От осознания этого факта она испытала смешанные чувства. Школьная неприязнь к Пэнси так и не прошла, и Гермионе не нравилось, что бывшая неприятельница нашла путь в сердце Гарри. Ей всё ещё было обидно за Джинни, которая столько лет любила его. С другой стороны, она была рада за друга и даже слегка завидовала ему: несмотря на частые ссоры, он и его жена могли смотреть друг на друга с такой нежностью.       «Может быть, в их случае закон о браке и сработает», — подумала девушка, наблюдая, как Гарри и Пэнси легко кружатся под музыку в вальсе вместе с остальными парами.       — Гермиона, — услышала она рядом голос Северуса. Увидев, что она обратила на него внимание, Снейп протянул руку со словами, совершенно не имеющими никакой эмоциональной окраски: — Не откажешь мне в танце?       На несколько мгновений девушка заколебалась. Она всë ещё сердилась на него, и ей хотелось сказать резкое и колкое: «Откажу». Гермиона не без труда поборола желание, рожденное в ней обидой, и молча взяла Северуса за руку. Снейп положил руку ей на поясницу и притянул к себе, не забыв соблюсти между ними целомудренную дистанцию. Сквозь ткань девушка чувствовала исходящее от него тепло. Стараясь не встречаться друг с другом взглядом, они молча двигались в танце по залу, в углах которого то и дело вспыхивали вспышки колдокамер. Пророк не мог упустить возможность осветить вечеринку Малфоев в светской хронике.       — Кхм… не хочешь поговорить? — склонив голову к ней, спросил Северус.       — Нет, — отрезала она.       — А несколько часов назад всё было иначе.       — Время уже упущено, Северус.       — Даже для извинений?       — Мне они больше не нужны, — кривя душой, ответила Гермиона. — Не думаю, что вы действительно жаждете извиниться.       — Ты права, — согласился Снейп. — Но всё же нам нужно что-то делать.       — Тут вы правы, Северус, — кивнула Гермиона.       — У тебя есть предложения?       — Да. Но оставим наш разговор до того времени, когда будем наедине.       По интонации в её голосе Северус понял, что разговор их будет не из лёгких, но важным для них обоих. Для их совместного будущего, к которому он неожиданно потерял прежнее равнодушие. Глубоко вздохнув со всем смирением, на которое он был способен, Северус сказал:       — Хорошо, обсудим всё дома.