Мир O*/***/SMDZ*/***/

      – … Ты выглядишь просто божественно, – в чистом восхищении едва ли не шепчет Аякс, когда видит Сяо в том самом костюме…       Он выглядит невероятно хрупким, хотя ощущается стальной жезл характера где-то под всем этим лоском. Под всей неземной красотой. Идеальным чертами лица, мягкими локонами бирюзово-чёрных волос, белоснежным одеянием, тонкими запястьями, что видны из-за чуть задранных рукавов…       – Это ведь твоя работа. Конечно оно хорошо сидит.       – Нет-нет… Сяо, одежда – лишь оболочка. Вишенка на торте, что придаёт ощущение завершённости. Самое прекрасное в том, что я сейчас вижу, – ты сам.       – Не нужно. Мне ещё далеко до идеала. И волосы короткие, и кожа чуть темновата…       – Вовсе нет. Ты бел, точно снег. А длина волос тем более не первостепенная, заколки и так прекрасно переплетаются с локонами, создавая этот дивный узор. Уверен, даже будь это просто белый мешок и щепки вместо цветов, ты был бы всё также невероятен. Тебе очень идут светлые тона…       – … Спасибо… Мне тоже нравится, как я выгляжу… И спасибо, что сделал всё это для меня…       – Ради тебя, что угодно, свет мой…       Тарталья аккуратно едва ощутимо касается щеки яксы, что спокойно стоит перед ним, не пытаясь взять инициативу. Вторая рука тянется к тонким пальчикам, находя те в опустившихся рукавах. Не разрывая взглядов, Чайлд поднимает пойманную ладонь к лицу и касается губами костяшек… Ещё раз… И ещё… Мелкие лёгкие поцелуи рассыпаются будто касания капель моросящего поутру дождя…       – Ты так прекрасен…       – Давай, свяжем друг друга.       – … Что? Но я думал, тебе не комфортно…       – Вовсе нет. Да и теперь уже всё равно. Я полюбил тебя. Мне тяжело без подтверждения связи, без полноценного воплощения нашего союза.       – Союза?       – … Я хочу быть твоим супругом… Очень хочу… Хочу, чтобы у нас была семья. Большая и шумная или маленькая и уютная… Впрочем, не важно… Я буду рад любой. Просто оставайся со мной. Позволь мне быть твоим омегой. Только твоим…       – А как же Моракс?       – … Наш контракт уже давно должен был быть выполнен. Я просто… По условию, мне нельзя поднимать эту тему первым…       – Что? Но это же бред. Так он может вообще никогда о нём не заговорить и не отпустить тебя.       – И тем не менее, таков контракт. Я служу до тех пор, пока не отплачу за ту жизнь, которую Властелин Камня мне даровал. За имя и место. За новую судьбу. Не раба без разума и голоса. А слуги, чей голос имеет право звучать даже против господина…       – … И всё же это не честно. Если контракт касается твоей свободы, никто не должен запрещать тебе говорить о его выполнении, если ты считаешь, что выполнил условия, будучи должником.       – … Это не важно, – Сяо опускает голову на плечо любимого. Места совсем мало, они снова в его комнате в Ваншу. Чайлд предлагал снять полноценный номер, чтобы они оба могли там отдохнуть, но якса отказывался, предпочитая прятаться у себя на чердаке… По крайней мере даже Верр Голдет не смела сюда заходить без просьбы или разрешения адепта…       – … Ты правда хочешь этого?       – Ты во мне сомневаешься?       – Нет, просто не могу поверить своему счастью.       Последняя фраза звучит как-то странно, чуть задушенно, и якса поднимает взгляд на свою пару, с изумлением видя на глазах парня слёзы. Он пытался сдерживать всхлипы, чтобы не беспокоить омегу, однако остановить солёные капли не мог, глядя на любимого такими ласковыми полными надежды глазами, что у Сяо замерло сердце…       – Прекрати. Я ничего такого не сделал, чтобы плакать, – смущённо бормочет якса, опуская голову и утыкаясь лицом в плечо пары. Ещё немного и он сам заплачет, даже если не рыдал едва ли не столько, сколько себя помнил… Глаза уже щиплет, а внутренняя сущность мягко шепчет, урчит от удовольствия, от любви пары…       – Нет. Прямо сейчас ты сделал меня самым счастливым человеком Тейвата.       – Ты преувеличиваешь…       – Вовсе нет! Ты – самое дорогое для меня существо во всём мире! Разве могу я не быть сейчас самым счастливым, если ты согласился связать нас вечными узами?       – Просто… Давай уже… – смущённо отводит взгляд Сяо, однако поднимает свою ладонь с глубоким и слишком ярким на бледной коже синим браслетом их связующей метки…       – Конечно, свет мой, – временно прекращает флиртовать Чайлд, мягко касаясь своей ладонью тонких пальцев, сплетая их руки в замок и чуть приподнимая между ними, чтобы метки соприкасались, а они могли видеть и браслеты и глаза друг друга…       Светло-желтые будто бы звериные, но умиротворённые и мягкие. Глубокие синие, в которых на самом деле сверкает робкая искорка, будто игривая рыбка на тёмном океанском дне…       – Клянусь всегда быть рядом. Быть на твоей стороне. Любить и защищать. Заботиться и верить, – чуть нескладно обещает Аякс, хотя и выглядит несколько смущённо, ведь подобрать красивых слов так и не смог, хотя какое-то время пытался, пускай и не надеялся изначально на взаимность…       – Клянусь любить и уважать. Теплом заботу раскрывать. Быть сердцем, светом и луной. Следить и следовать с тобой… – по-особенному мягко произносит Сяо, сам удивлённо приподнимая брови, когда осознаёт насколько складно и красиво легли его слова, будто строки стихотворения…       – … Вау… Не знал, что в тебе живёт поэт, – ласково восхищённо тянет Чайлд, когда лёгкий ступор чуть проходит, а мягкое сияние браслетов сходит на нет, теперь проявляя их для всеобщего обозрения, как символ их связи, смешивая два рисунка…       – Я и сам не знал, – неловко краснеет Сяо, вздыхает, успокаивается и опускает голову на плечо своей пары. – Теперь нужно закрыть обряд…       – Ах, точно… – чуть мотает головой Аякс, вспоминая, что нужно не только произнести искренние клятвы, но и сделать кое-что большее… – Ты… Если ты не готов, мы можем подождать. Я ни за что не хочу причинить тебе какие-либо неудобства…       – Тихо, – почти грубо прерывает слова Чайлда Сяо, просто закрывая его рот рукой. – Ты не сможешь мне навредить. Я – Адепт, якса. Ты – смертный, даже если уже и не совсем. Ты не сможешь сделать мне больно. И не сможешь сделать плохо, ведь мы партнёры. К тому же, теперь во мне просыпается второстепенная сущность. Будет даже лучше, если мы сделаем всё сейчас, а не будем ждать, когда мне действительно станет плохо из-за подавляемой сотни лет течки.       – И правда… – руки касаются щёк, мягко поглаживая тонкие черты. – Я люблю тебя, Сяо…       – И я тебя, Аякс…       Адепт на самом деле вовсе не умел, но сейчас ему просто хочется оказаться как можно ближе с любимым. Хочется избавиться от мешающей одежды и коснуться кожи, прижаться, согреваясь теплом пары… Поэтому он торопливо скользит по лацканам пиджака его смертного, чуть хмурясь и краснея, ведь брать на себя инициативу было неловко. Однако в противном случае, Чайлд бы слишком его берёг… Нужно сразу показать, что он не нежная девица, не бесполезная домашняя омежка, а полноценный воин. Что он может принять не только ласку и заботу, которых так жаждет измотанная, забитая внутренняя сущность, но и страсть, которой не редко пылает гамма, пускай и в плане увлечённости битвами…       Омега ранее всегда ощущал что-то странное, будто Аякс всеми силами пытался его не желать… Он не чувствовал запаха возбуждения, скорее иногда проскальзывал страх и раздражение от своей несдержанности… Однако он был смертным и весьма юным смертным… Сяо немало успел наслушаться и насмотреться на людей, а современная молодёжь далеко не всегда была стыдлива и сдержана, как в былые времена…       Поэтому Адепт был особенно благодарен за это…       Будто Аякс дарил ему совершенно иной уровень близости, придавая новый смысл их связи… Не просто семья, целью которой является продолжение рода, а именно пара – двое, связанные глубокими искренними чувствами. И это было так прекрасно, что у Сяо порой замирало сердце от ощущения драгоценности для своего любимого…       Пиджак легко соскальзывает с плеч, открывая чуть загорелую кожу, покрытую шрамами. Не маленькими и далеко не простыми, но при этом показывающими, что его возлюбленный был действительно сильным, продолжая сражаться и совершенствоваться. Вставать, сколько бы ни падал…       Аякс оказался тонким и жилистым. Не мускулистым, как выглядели силачи среди смертных, а вот таким вот особенным. В его силе адепт не сомневался, хотя и было странно сравнивать почти изящного на вид гамму с крупными бетами-мужчинами или альфами, ведь обычно именно они занимались собой в направлении наращивания мышечной массы, как средства повышения силовых показателей…       Сяо хотел бы замереть и насладиться видом, однако ему казалось это слишком постыдным, а потому омега поднял глаза к лицу возлюбленного, прикрывая свои и целуя его… Пальцы скользнули по плечам, руки обвили шею, проводя по спине или путаясь в ярких непослушных, хоть и коротких волосах…       Он чувствовал ладони пары на своей спине и иногда на бёдрах. Но они именно поддерживали и слабо ласкали, а не намекали на большее. Не было сексуального подтекста со стороны его смертного, хотя и ощущалась лёгкая дрожь от нетерпения закрепления связи…       – Прекрати сдерживаться, – хмуро требует Сяо, отрываясь от поцелуя и вглядываясь в мягкую любящую синь. – Мне неловко от того, что только я предпринимаю активные действия. Сделай хоть что-нибудь и не мучай меня… – под конец почти робко негромко просит якса, опуская голову на плечо любимого, чтобы спрятать пылающее лицо. Ногти у него были простые человеческие, ведь Сяо старательно спиливал лишние наросты, образующие коготки, а потому он только слабо скрёб по спине, то сжимая ладони в кулаки, то проводя в виноватом утешении…       – Прости, счастье моё. Просто ты так прекрасен и смел, что я немного растерялся, – мягко улыбается Аякс, не пытаясь оторвать от себя пару, или как-либо укорить его за поспешность и бесстыдство. Наоборот, гамма наконец движется ладонями к талии, чуть сжимая и приподнимая лёгкую ткань юбки…       Ох… Сяо только сейчас осознал, что всё ещё был в подаренном комплекте. Без пиджака, но в платье и брюках…       Как-то не совсем он понимал, как именно одет, пока не почувствовал горячих пальцев на животе у кромки брюк…       – Самый лучший, – Аякс целует его в висок, хотя скорее даже чуть выше, пока расстёгивает штаны, но не тянется сразу снять, скорее ослабляя давление пояса. Нет, он спускается ладонями по бокам, поглаживая бёдра, и лишь через пару мгновений опускает руки на задницу адепта, скорее поддерживая… Вновь так невинно и трепетно… Так чисто и полно искренности…       – Прекрати нежничать.       – Прости, свет мой, Сяо… Я не могу… Ты заслуживаешь самого лучшего, и я всё ещё не могу поверить, что всё взаправду…       – Тогда ты поверишь, если твой член окажется внутри меня?       – Сяо?! – почти смущённо-восхищённо вскрикивает Чайлд, глядя прямо в жёлтые глаза. Он не ожидал подобных слов от своей пары. Да, Сяо был прямолинеен и грубоват в общении, однако он всё же не думал, что якса сможет говорить так откровенно и при этом пошло. Невинности со стороны адепта не было и в помине. Он явно опасался близости и торопился, чтобы не передумать, но при этом вёл себя очень возбуждающе и делал это намеренно…       – Что? Прекрати тормозить. Сколько раз я должен повтор-р-ря-а-а, – Сяо почти уходит на позорный для него писк, когда неожиданно ощущает ласковое касание к своему члену. Пускай и через ткань, но так… ощутимо и остро…       Пальцы сжимаются на плечах парня, а сам якса напрягается и выгибается от ощущений, широко раскрывая глаза и почти ошеломлённо глядя на пару…       – Это было слишком резко? Прости, я… – тут же неловко прекращает свои посягательства на чувствительную зону Чайлд, однако Сяо вновь просто закрывает ему рот, но теперь поцелуем, прерывая извинения…       – Всё хорошо. Мне нравится. Просто растерялся. И… Мне стыдно, что я повёл себя так резко…       – Что? Сяо, о чём ты? Ты не сделал ничего такого. Твой стон был очень красивым, будто дивная птица запела в ветвях. Да и все твои действия вовсе не неправильны. Так и нужно. Это просто я никак не могу взять себя в руки… Прости, свет мой. Я хочу подарить тебе весь мир, окружить заботой и заласкать до потери пульса, пускай это и звучит несколько странно… Хочу провести рядом с тобой всё время мира. Любить, жить, просто быть…       Руки смертного вновь коротко ласково поглаживают естество адепта через ткань. Однако не задерживаются и потихоньку стягивают штаны. Приходится извернуться, чтобы вытащить из штанины одну ногу, на вторую уже не хватает внимания, ведь они утопают в поцелуе. Парень мнёт его ягодицы, поглаживая колечко мышц, из которого уже слабо сочится смазка…       Палец толкается внутрь, пока Сяо поражённо раскрывает рот от ощущений, замирая в руках любимого, зацеловывающего его шею… Мягко и ласково… Аккуратно и нежно… Лишь забота и искренняя привязанность. Даже учитывая прорывающееся чуть резковатым вторжением нетерпение он всё ещё действует осторожно и мягко, уделяя максимум внимания комфорту омеги…       Так сладко, будто сердце вот-вот остановится, не в силах принять так много ласки…       – Пожалуйста, Аякс… Пожалуйста, будь моим и позволь мне быть твоим… Я не смогу без тебя больше… Сойду с ума от одиночества, если ты меня оставишь… – слабо шепчет Сяо, крепко обнимая свою пару, жалобно хмурясь с закрытыми глазами и целуя лицо любимого, мягко придерживаемое его ладонями…       – Никогда не оставлю, Сяо. По своей воле никогда не уйду и даже из неволи буду рваться только к тебе… Свет мой… Моё сердце… Мой прекрасный Сяо…       – Да, только твой…       …       Сяо с трудом сдерживает стоны, пылая от смущения. Его любовь за спиной. Держит одной рукой обе его ладони, а второй придерживает ногу, на которой всё ещё болтают штаны. Аякс полностью обнажён, а Сяо так и путается в лёгком недлинном платье…       Один сосок разбух из-за трения, а вот второй потому, что его любимый решил, вероятно, притвориться их ребёнком, какое-то время назад посасывая мягкую горошину прямо через одежду… Долго и весьма упорно, пока чувствительность не возросла настолько, что якса уже не мог не ощущать каждого движения ткани…       Омега чувствует мощные резкие толчки, что почти подбрасывают его каждый раз, пробивая самые чувствительные точки внутри. Его смертный оказался очень жаден до ласок и крайне бесстыден, стоило ему осознать, что якса только ЗА грубость с его стороны. По крайней мере, когда это касалось секса… Их связи… Физического воплощения их любви…       По бёдрам течёт семя и смазка. Они сплетаются не первый раз. Сяо кончил раза три, тогда как Аякс дважды…       У гаммы нет возможности организовать сцепку, поэтому они могут продолжать куда дольше и проводить время ярче, чем при необходимости останавливаться из-за узла альфы. Однако омеге всё равно стоит это ощутить, поэтому Аякс опрокидывает его на кровать, утыкая лицом в одеяло и крепко сжимая бедро одной рукой, пока вторая призывает гидро глаз бога, что отлетел в сторону. Далековато, чтобы использовать стихию в таком состоянии. Чайлд укладывает свой дар на кровать, не снижая темпа и создавая недлинное и пока тонкое водной щупальце. Как назвать по-другому он не знал, даже если ассоциация была странной…       Оно прохладное, а влага поможет проникнуть без проблем…       Поэтому у самого финала, на этот раз общего, Аякс направляет его к анальному проходу своей пары, проталкивая воду во влажное нутро рядом со своим членом, заполняя и растягивая, будто узлом…       – Ая-а-а… – наконец не выдерживает ощущений и в голос стонет Сяо, однако так и не может произнести имени любимого, дрожа и закатывая глаза от совершенно дикой волны возбуждения, освобождения…       Для кого-то вроде него, кто никогда не занимался сексом, это было слишком много… Целый марафон, хотя едва ли он занял больше пары часов…       Просто слишком много ощущений…       Поэтому Сяо рассеянным взглядом утыкается в стенку, чувствуя горячий финал пары внутри себя, ощущая его ласковые касания и игривые покусывания шеи…       Когда-то пары связывали себя метками-укусами. Ведомых метили на загривке, а Ведущих на ключицах или плечах. Однако они не в древние времена живут, и лишняя боль не необходима, ведь им достаточно браслетов истинных…       – Я люблю тебя, свет мой. Всем сердцем и всей душой люблю, – мягко шепчет Аякс, осторожно укладываясь рядом, пока его элемент скользит по коже, собирая пот, смазку и сперму с их тел…       – Сними… платье, – с трудом произносит Сяо, довольно ощущая, как его просьбу выполняют, позволяя остаться полностью обнажённым. Якса прижимается в тёплому телу, хотя задницу немного саднит от таких упражнений… Он и правда был девственником, даже если раньше не мог вспомнить точно… Теперь понял. Никогда в его жизни такого ещё не было…       – Счастье моё…       Тёплые любящие руки смахивают длинные прядки, осторожно выпутывая оставшиеся заколки. Под головой твёрдое плечо, перед почти закрытыми глазами ключица, на щеке ласковые пальцы, при касании которых он не может сдержать улыбки…       Они вместе. Они пара. И все вокруг теперь не смогут оспорить их связь, ведь браслеты – самое яркое и неоспоримое доказательство их связи…