Долгая дорога домой (The Long Road Home)

— Я беру выходной. Тяжелый взгляд Оина из-под опущенных бровей навеял воспоминания о принцессе Дис. — Что? Бильбо сделал глубокий успокаивающий вдох и повторил: — Я беру на сегодня выходной. — Это еще почему? — потребовал гном, отложив перо и откинувшись на спинку стула. — По личным обстоятельствам, — ответил хоббит. Коленки предательски дрожали. — Ты собираешься отложить в долгий ящик происшествие с уничтожением ценнейших растений по личным обстоятельствам? — предостерегающе уточнил старый целитель. Бильбо неохотно кивнул: — Да. Мой друг в большой беде. Растения подождут. Похоже, Оина ответ не убедил. — Ты уверен, что сейчас подходящее время? Ты хоть понимаешь, в каком положении находишься? — Я понимаю, что могу лишиться работы, но выбор сделал. Моему другу нужна помощь — и как можно скорее. Я не собираюсь в это время болтаться здесь, пытаясь разобраться в происшествии, к которому, как мы оба знаем, не причастен. Седые брови встретились на переносице. — Что, даже не попытаешься доказать свою невиновность? — Мне нечего доказывать, — отрезал он, вскинув руки. — К тому же, кто бы ни уничтожил растения, ответственность все равно пала на меня. Я должен был позаботиться об их сохранности. Должен был тщательнее проверить все двери. Должен был предугадать, что кто-то положил на них глаз. Так что просто забери мои деньги или уволь меня, если это необходимо. Меня устроит любое твое решение, только прошу — скорее. Я правда очень тороплюсь. — Я не собираюсь тебя увольнять, — вздохнул гном, — но мне придется урезать твою зарплату, чтобы покрыть убытки. Мне жаль, Бильбо. Он только пожал плечами: — Понимаю. Это твоя обязанность. Легче от этих слов не стало. — Так я могу идти? — нетерпеливо спросил хоббит. — А у меня есть выбор? — буркнул старый целитель. Бильбо победоносно ухмыльнулся: — Вообще-то, нет. — Завтра первым делом зайди ко мне. У меня есть для тебя еще одно поручение, — велел напоследок Оин, задумчиво накручивая кончик бороды на палец. Бильбо хмыкнул, уже повернувшись на пятках: — Уверен, что можешь мне доверять? Оин невесело усмехнулся: — В этом — да.

***

Первым делом Бильбо решил осмотреть место, где нашли тело лорда Эйкара. Вчера лестница была закрыта для посещения, но сегодня по ней уже деловито сновали многочисленные гномы. Оглядевшись, он с разочарованием понял, что ничего здесь не найдет. «Сколько красной глины на полу», — заметил он, прохаживаясь вдоль основания лестницы и стараясь не попасть кому-нибудь по ноги. — «Интересно, откуда она берется? Ее приносят на башмаках снаружи? Или источник где-то внутри горы?» — Господин Бэггинс? Что вы здесь делаете? Бильбо обернулся и не сдержал усталого вздоха. — Торин. Вот так встреча. А ты здесь какими судьбами? По лестнице спускался знакомый гном в простой синей рубахе и непримечательных серебряных украшениях. Волосы он собрал наверх, как и при их последней встрече, оставив лишь две косички у лица. — Полагаю, затем же, зачем и ты: пытаюсь разобраться в смерти лорда Эйкара, — ответил гном, перепрыгнув последние три ступени. Целитель закатил глаза и скрестил руки на груди. — Не хочу тебя огорчать, но тут лишь какая-то красная грязь, — он поддел землю мыском, и облачко пыли осело на босых ступнях. Торин опустил взгляд на мощеный плитами пол. — Похоже, ее приносят из Дейла. Там повсюду такая земля. — Здорово, но не информативно. Лорда убила не глина, — буркнул Бильбо и со стоном запрокинул голову. — Ух, а я же говорил, с теми гномами что-то было не так. Если бы только ты мне не помешал… — Должен признать, ты был прав, — неохотно проговорил гном. — Стоило приглядеться к ним внимательнее. Возможно, тогда лорд Эйкар остался бы жив. Бильбо цокнул языком. Нельзя перекладывать ответственность за случившееся на Торина, хоть и очень хотелось. И все же, если бы не объявился Торин, Нори сейчас не торчал бы в тюрьме в ожидании приговора. — Не знаешь, уже нашли того, кто продал яд? — спросил он, чтобы сменить тему. Стражник моргнул от неожиданности и подозрительно прищурился. — Откуда тебе известно о яде? Бильбо уныло поднял в воздух еще одно облачко грязи. — В смерти лорда Эйкара обвинили моего друга. Торину потребовалось какое-то время, чтобы соединить ниточки воедино. — Твоего друга..? Ты о том посыльном? — уточнил гном, распахнув глаза. — Он твой друг? Бильбо хмуро уставился на стражника. — Именно так. Он мой друг, и он невиновен! Нори не стал бы никого убивать, тем более так глупо и открыто! — Его послужной список говорит об обратном, — едко хмыкнул гном. Бильбо сам не понял, в какой момент его нога дернулась и угодила стражнику по голени. Торин выругался на Кхуздуле и отступил. — Да иди ты! — выплюнул Бильбо. — Ты его не знаешь! Такой как ты и представить себе не может, какого это, когда приходится воровать ради выживания! Ты ничегошеньки не знаешь о таких, как он! — А ты, можно подумать, знаешь, — пробурчал Торин, потиравший голень и опасливо посматривавший на полурослика. Бильбо раскинул руки в стороны. — Да раскрой ты глаза, — хоббит продемонстрировал заплаты и истрепанные рукава. — Я – бродяга, бездомный и безродный. Я не просто их понимаю, я к ним отношусь. Торин обвел его медленным внимательным взглядом. — Ладно, ладно. Извини. Не мне его судить. Мой долг — служить гномам Эребора и оберегать их покой. Твоему другу в том числе. — Твой долг оберегать принцев, — поправил Бильбо. — Твои обязанности ограничены дворцовыми стенами. — Мои обязанности не ограничены даже пределами Горы. Все дети Эребора — моя ответственность, — приосанился страж, синие глаза сверкнули сталью. — Идем, поищем способ помочь твоему другу. — А что еще мы можем сделать? — уныло спросил Бильбо. — Гномы из Ведомства по расследованиям наверняка уже опросили всех возможных свидетелей и пытаются разыскать продавца. — А ты разве не лекарь? — уточнил Торин, сложив руки за спиной. — Ну, лекарь. Что с того? — Тогда почему бы тебе не осмотреть тело лорда Эйкара? Возможно, на нем остались подсказки, — предложил стражник. Бильбо фыркнул: — И как ты предлагаешь это сделать? Мы даже не знаем, куда перенесли труп. Торин самодовольно усмехнулся: — Ты, может, и нет. Зато я знаю.

***

— Здорово, наверное, когда перед тобой открыты все двери, — заметил Бильбо, когда после короткого разговора с членом Ведомства по расследованиям Торину вручили печать с белой шелковой кистью. С виду она напоминала ту, которую ему вручил наследный принц, но руна отличалась. Торин легко усмехнулся: — Да, полезно временами. — Могу только представить, — вполголоса пробормотал Бильбо, семенивший по коридору следом за гномом. — Почему тело поместили именно сюда? — Так положено. Его должны были тщательно осмотреть, — пояснил Торин, легко ориентировавшийся в просторном здании. — Почти пришли. Нам вниз. В сухом холодном зале покойницкой стояли ряды черных мраморных плит, на которых лежало несколько прикрытых полотнищами тел. Ноздри защекотал запах разлагавшейся плоти, Бильбо наморщил нос и попытался не обращать внимания. Торин тем временем бегло осмотрел таблички и, отыскав нужную, подозвал Бильбо. — Познакомься с лордом Эйкаром, — печально объявил он, отбросив полотнище с нагого тела. — Гномом выдающейся чести и достоинства. Помню, как его назначили главой Ведомства по камню. Как же он был горд в тот день… Всем будет его не хватать. Лорд Эйкар оказался гномом среднего возраста с приятным округлым лицом, усыпанном родинками и веснушками; рыжие волосы лишь местами тронули первые ниточки седины. Он казался умиротворенным, словно лишь прилег отдохнуть, а не простился с жизнью под действием яда. — Даже не знаю, с чего начать, — пробормотал Бильбо, наворачивая круги вокруг каменной плиты. — О зеленом драконе я и не слышал вплоть до вчерашнего дня. Что это за растение? — Как ты можешь его не знать? — брови Торина взмыли вверх. — Это же лечебная трава. Им вроде лечат кашель и все такое. Хоббит скорчил мину. — Мне это ни о чем не говорит. Таких растений десятки. — Может, ты встречал его под другим именем? — задумался гном, сложив руки на груди. — Мы зовем его зеленым драконом, но я как-то слышал другое название… Пиллия? Пениния? Бильбо споткнулся и едва не упал. — Погоди, пинеллия? Зеленый дракон — это пинеллия?! Торин кивнул, потянув себя за бороду. — Кажется, да. Оин что-то такое… Что ты делаешь? Бильбо, уже зарывшийся в недра сумки, бросил через плечо: — Ищу доказательства. Откупорив выуженный пузырек, он быстро понюхал содержимое и тут же закрыл обратно — в нос ударил запах соли. Пузырек отправился обратно в сумку, хоббит возобновил поиски. — Ты уверен, что ищешь там, где надо? — уточнил Торин, нависнув над полуросликом. — Скоро увидишь, — отмахнулся он и, понюхав очередной пузырек, просиял — вот оно. Торин заглянул ему через плечо. — Что это? — Уксус, — Бильбо сунул бутылек гному под нос, тот сразу поморщился и отстранился. — Уксус? Зачем ты его с собой таскаешь? — прогнусавил гном, потирая длинный нос. — Затем же, зачем и уголь, и все остальное — чтобы при необходимости оказать помощь, — хоббит ткнул пальцем Торину в плечо, где несколько недель назад была рана от орочьего клинка. Торин деликатно убрал его руку подальше. — И какая нам от него помощь? Бильбо лукаво улыбнулся и вернулся к сумке в поисках чистой ткани. — Ты знал, что перед использованием пинеллию обрабатывают имбирным настоем? — поинтересовался хоббит, разматывая ткань для перевязок. — Ее корни очень ядовиты и их приходится долго вымачивать, прежде чем применять в лечении. — Очень познавательно. И в нашем случае это означает, что…? — стражник вопросительно изогнул аккуратную бровь. — Имбирь остается на растении даже после сушки, — продолжил он как ни в чем не бывало и щедро плеснул на ткань уксусом. Переместившись к телу, он принялся бережно промакивать лорду Эйкару пальцы. — Даже после мимолетного касания следы эфирных масел останутся на коже минимум на несколько дней. — Все равно не понимаю, при чем… — Торин замолк, не окончив фразу, и придвинулся ближе, когда кожа на пальцах покойного начала стремительно менять цвет. — Махал всемогущий, они розовые! Почему они порозовели? Что произошло? — гном в полнейшем замешательстве переводил взгляд с тела на Бильбо и обратно. Бильбо победоносно помахал ему безжизненной рукой. — При соприкосновении с уксусом имбирь приобретает розовый цвет. Голубые глаза ошеломленно распахнулись. — Я даже не… Откуда ты это знаешь? — гном глядел на полурослика, словно разгадка должна была быть написана у него на лице. — Отец рассказывал, — пожал плечами Бильбо. — Он любил готовить и знал всякие тонкости. Торин только помотал головой. — Как ты умудрился это запомнить… Бильбо собрал свои вещи, пропустив эти слова мимо ушей. — Проверьте пальцы Нори — на них тоже будут следы, поскольку он демонстрировал растение страже, — заявил он, закинув сумку за плечо и повернувшись к Торину. — Это доказывает, что растение не представляло угрозы — его должным образом обработали имбирным настоем. — А значит, лорда Эйкара убил не зеленый дракон, — продолжил мысль стражник, медленно кивая. — Это был другой яд. — Это все еще может быть пинеллия, — поправил Бильбо. — Но не та, что принес Нори. Растение могли подменить? Гном нахмурился. — В его собственном доме, — прорычал Торин; широкие плечи напряглись. — Яд мог пронести только кто-то из приближенных. Нужно немедленно задержать всех слуг и стражу — убийца должен быть среди них. Бильбо сухо кивнул: — Похоже на то. Кому нам следует доложить? Хочу как можно скорее освободить Нори. — Этим делом занимается Жарар, сын Жалгрима. Я лично поговорю с ним и продемонстрирую доказательства, — пообещал Торин, вытянув руку. — Оставь мне уксус и подожди снаружи. Твой друг скоро к тебе присоединится. — Хорошо, — он передал бутылочку и ткань. — Тебя я тоже дождусь — вернешь мои вещи. Торин закатил глаза и нетерпеливо замахал в сторону двери. — До воровства уксуса я еще не опустился.

***

За час Бильбо весь извертелся в ожидании вестей. Поскольку судьба частенько поворачивалась к нему непарадной стороной, первым из здания вышел Торин со своей вечно кислой физиономией. — Где Нори? — вскочил он со скамьи, едва заметив гнома. — Проходит процедуру освобождения, — ответил Торин, знаком указав сесть обратно. — Осталось поставить несколько подписей, затем ему вернут вещи и отпустят на все четыре стороны. Бильбо с облегчением плюхнулся обратно. — Хвала небесам. А чего ты опять такой недовольный? Торин посмурнел еще сильнее. — Нашли торговца из Дейла, — мрачно проговорил он. — Серьезно? Так это же здорово! — Не совсем. Он мертв, — объявил Торин с прискорбием, достойным могильщика, по ошибке закопавшего живьем любимого дядюшку. — Тело нашли этим утром. Им оказался травник по имени Хейвен. Бильбо едва не свалился на землю. — Что?! Как?! — он бессильно хватал ртом воздух. Торин с тяжелым вздохом потер лоб. — Прошлой ночью кто-то вломился в лавку и перерезал ему горло. Король Дейла уже отрядил на это дело людей, но шансов у них мало. Ни следов, ни свидетелей. Никто даже не заметил его исчезновение. Ситуация становилась все хуже, хотя казалось, что дальше уже некуда. — И что теперь? Убийца лорда Эйкара останется безнаказанным? — Его продолжают искать, Бильбо, — заверил стражник, задумчиво глядя сквозь полурослика. — Это была лишь одна из зацепок, не все потеряно. — Долго еще тело лорда Эйкара будет там лежать? — поинтересовался хоббит, вспомнив бледное доброе лицо, оставшееся в полумраке холодной мраморной залы. Гном покачал головой: — Нет. Его вскоре передадут семье. — У него кто-то остался? — рассеянно спросил Бильбо и тут же поправился. — В смысле, дети, родители? Торин теребил кончик бороды. — Его родители и единственный брат мертвы, но остались двое сыновей, насколько я знаю, и вдова брата с детьми. Если считать более дальних родственников, то список значительно удлинится, — Торин бросил на хоббита косой взгляд. — А почему ты спросил? — Жалко их, — тихо вздохнул Бильбо. — Его не стало так внезапно… должно быть, они в смятении. — Ты тоже через это прошел? Бильбо кивнул. — Угу. Моя матушка… тоже погибла неожиданно. Произошел несчастный случай. Было… непросто с этим смириться, — негромко признал он, смутно припомнив те далекие печальные дни. Это случилось в лесу Фангорн. Матушка возвращалась со сбора трав и, поскользнувшись, сорвалась в овраг. Ее изломанное тело отыскали лишь два дня спустя среди душистого клевера и кружевных ромашек. Даже много лет спустя Бильбо помнил раздувшееся, покрытое запекшейся кровью прежде очаровательное лицо. Ужасная смерть. Одинокая смерть. — Прими мои соболезнования. Моя мать тоже вернулась в камень, — поделился Торин, насупив брови, отчего синие глаза окутались тенями. — Впрочем, она погибла при родах, так что… это было не столь уж неожиданно. Бильбо непроизвольно зажмурился. — Мне очень жаль. А ребенок?.. Губы гнома сжались в тонкую линию. — К сожалению, он умер спустя несколько часов после появления на свет. На следующей день матушка последовала за ним. — Ох, ужасно. Представить не могу, как больно потерять разом двух членов семьи, — болезни и сражения не раз уносили сразу несколько жизней его родичей, но среди них не было таких близких как мать или брат. — Со временем я оправился. К счастью, у меня остались отец и дед, — слабо улыбнулся стражник. — Младшие брат с сестрой переживали куда острее. Сестренка была совершенно опустошена, они с amad были очень близки. — Amad? — переспросил Бильбо. — Так ее звали? Торин помотал головой. — Нет, на нашем языке это означает «мать», — пояснил он. — Матушку звали Арндис, дочь Бальдис. — Арндис? Красивое имя, — слегка улыбнулся Бильбо. Так мог бы называться какой-нибудь цветок. — Хм, кажется, где-то я слышал что-то подобное. Это распространенное имя? Торин сдержанно фыркнул, в глазах блеснула насмешка. — Нет, не очень.

***

Вскоре к Торину явился незнакомый гном, и, обменявшись с ним парой слов на Кхуздуле, Торин коротко попрощался и ушел. Затем, наконец, вышел Нори. Он уже успел переодеться и переплести волосы в простую аккуратную косу. Лицо еще хранило следы усталости, а темным кругам позавидовал бы и енот, но из зеленых глаз исчезло затравленное выражение. — Нори! — воскликнул Бильбо и бросился навстречу. — Ну наконец-то! Я битый час тут торчу! Нори усмехнулся и сунул руки в карманы куртки. — Пришлось дожидаться, пока они соизволят отдать мои вещи, и исчеркать пару бумажек. Возмутительная трата времени. — Это точно, — Бильбо внимательно его оглядел. — Ты голоден? Тебя вообще там кормили? Со вчерашнего дня ты явно похудел. Дори будет недоволен. — Кормили, кормили. Аппетита не было, — взгляд гнома вдруг потускнел. — Что ж, получается, ты снова меня выручил. Бильбо вскинул брови, расслышав в голосе угрюмые нотки. — Ты предпочел бы остаться в тюрьме? — поинтересовался он притворно-сладким тоном. Нори нахмурился. — Я предпочел бы, чтобы ты не ввязывался. Такими темпами я с тобой вовек не расплачусь, — гневно буркнул он. — Больше не попадай в такие переделки, и будем считать, что мы в расчете, — вздернул подбородок хоббит. — Послушай, Нори, я не собираюсь извиняться за то, что спас твою шкуру, так что утихомирь свое самолюбие, попробуй почувствовать благодарность и отведи меня домой, иначе я потеряюсь в этом дурацком лабиринте. Несколько долгих секунд Нори неподвижно глядел на него, затем протянул руку и бережно взял за локоть. Гном осторожно притянул к себе хоббита и обхватил за плечи свободной рукой. Объятие получилось сдержанным и ненавязчивым, полная противоположность того, что регулярно демонстрировал Дори. Бильбо свистнул носом и обхватил Нори вокруг талии, заключив в нормальные объятия. Гном на мгновение застыл, но постепенно расслабился, прильнул к хоббиту и уткнулся лицом в ворох каштановым кудряшек. — Засранец, — пробормотал гном, поглаживая большим пальцем сгиб локтя Бильбо. — Маленький вредный засранец. Бильбо ухмыльнулся Нори в плечо. За месяцы, проведенные с этим гномом бок о бок, он научился распознавать его истинные чувства за оберткой из грубых слов и поступков. За насмешками и подначками скрывалась симпатия, а за тычками и щипками — привязанность. В этом он напоминал кузена Адалгрима. — Только для самых близких, — промурлыкал он, прижавшись сильнее, просто чтобы гному стало еще более некомфортно. — Только для самых близких.