Долгая дорога домой (The Long Road Home)

— До сих пор не верится, что ты вытащил его при помощи уксуса, — выпалил Бофур тем вечером в Каменном Колокольчике, откинувшись на спинку стула и не сводя с Бильбо восторженного взгляда. — Серьезно, приятель, где ты научился таким фокусам? Бильбо только повел плечом, а вот Ори просиял. — Просто Бильбо у нас такой чудесный! — воскликнул он, нетвердым взмахом руки расплескав пиво по столу. — Поэтому он и — ик! — спас моего старшего братишку! Нори закатил глаза и отнял у него кружку. — С тебя достаточно, — заявил он, не обратив внимания на жалобный скулеж. — Если тебя начнет тошнить — Дори опять распереживается. — Да уж, Дори и так хватило, — поддакнул Бьярт, многозначительно подмигнув поверх кружки. — Я же не напрашивался, чтобы меня арестовали, — проворчал Нори и одним махом осушил отнятую кружку дегтярно-тёмного эля под вожделеющим взглядом Ори. — Кому ты чешешь? Ты же у меня на глазах до последней монетки обобрал каких-то болванов, отчаянно мухлюя в карты, — заметил Бофур, заговорщически поиграв бровями. — Не пойман — не вор, — со знанием дела заявил Ори, звонко икнув. — Каковы… Татовы… Таковы правила. — И где же ты набрался такой мудрости, интересно знать, — усмехнулся Бьярт, а Бофур захихикал в кружку. Бифур фыркнул и что-то шепнул мужу на ухо. Бьярт коротко кивнул, Бифур перегнулся через стол и постучал, привлекая внимание Бильбо. — Пойдем подышим воздухом, — предложил он со странной настойчивостью в голосе, кивнув на дверь. — Пусть наши дурачки пока похлебают свой паршивый эль, как вернемся — они уже проблюются. Бильбо глянул на братцев Ри. Ори пытался (безуспешно) стянуть эль Бофура, пока тот спорил с Нори, что и при каких условиях можно считать кражей. Улыбнувшись, он поднялся на ноги: — После вас. Бифур усмехнулся, коротко поднес руку Бьярта к губам и повел Бильбо к выходу из таверны. Снаружи стояла тихая, прохладная ночь. Улицы почти опустели, освещенные приглушенным светом редких фонарей. Ночная стража неторопливо совершала обычные обходы. В вечно бурлящем жизнью городе-королевстве редко выдавались такие спокойные минуты. — Итак, — начал Бифур, направившись по улице к центру квартала. — Бофур упомянул, что ты интересовался Синей Сталью. Так? Бильбо кивнул, сунув озябшие руки в карманы. — Так. Он сказал, ты можешь устроить встречу. Так? — Так, — кивнул гном, поправив бусину в волосах. Темные косы разной толщины оплетали затылок и свивались между собой. — Я уже поболтал кое-с-кем, и их информатор согласился встретиться завтра вечером. Пойдешь? — Конечно пойду, — торопливо отозвался он и удивленно уставился на гнома. — Не ожидал, что все случится так быстро. Спасибо! Как тебе удалось? Шахтер неопределенно пожал плечами: — У меня есть друзья в разных кругах. — Друзья, — скептично повторил он. — Понятно. А Нори может знать этих друзей? — Вполне возможно. Этот засранец вечно лезет, куда не просят, — хмыкнул гном, но тут же посерьезнел. — Слушай, буду честен. Я когда-то… знался со всяким сбродом в Эред Луин. Гордиться тут нечем, но как уж есть. Это все давно в прошлом, но некоторые полезные знакомства еще остались. Новость была неожиданной, но не слишком пугающей. Надо признать, Бильбо не впервые подружился с бывшим преступником. Что уж там, он и с действующим дружил. — Ты был в одной из банд? — спросил он, когда они вышли на центральную площадь. В середине возвышался фонтан, сложенный из камня и металла, служивший местным стиральным корытом и местом для обмена свежими сплетнями. В этот поздний час желающих не нашлось, что полностью устроило хоббита. Он запрыгнул на бортик и пошел кругом. — Мгм. Они называли себя Сумрачными Кинжалами, — ответил Бифур, усевшись на край, пока Бильбо скакал вокруг. Бильбо фыркнул и бросил на гнома осуждающий взгляд: — Сумрачные Кинжалы? Серьезно? Бофур раздраженно плеснул в хоббита водой. — Хватит лыбиться, не я выбирал название. — Неужели «Похитители теней» уже было занято? — поддразнил Бильбо, увернувшись от брызг. — А что насчет «Гномы ночи»? Звучно и стильно. — Не слишком соответствовало бы правде. Мы не только воровали, но и толкали запрещенку, и убивали на заказ — как ночью, так и днем, — поправил шахтер. — Действительно, гордиться нечем. Так почему ты от них ушел? Устал от насмешек над вашим имечком? Бофур покачал головой. — Нет. От меня потребовали сделать то, что я сделать не смог, — расплывчато пояснил он. На скулах заходили желваки. — Должно быть, они не обрадовались, — осторожно предположил Бильбо, не сводя с гнома глаз. Предмет разговора ему явно не нравился. — Не обрадовались, — сухо подтвердил гном. — Но я успел схватить семью в охапку и сбежать. Собственно, так мы и оказались здесь. Чтобы начать все с чистого листа. — Ого. Трудно было? Оставить дом и строить жизнь заново? — Вроде того. Но легче, чем улизнуть от ублюдков, которых послали по нашим следам, — пробормотал Бифур, откинувшись на руки. — Эти типы не склонны прощать и забывать. — У гномов это в порядке вещей, — заверил его Бильбо, завершив круг и усевшийсь рядом с гномом. Бифур снова плеснул на него водой. — Как и устраивать порку маленьким говнюкам, — мстительно хихикнул гном, когда Бильбо с визгом подскочил. — Завтра я провожу тебя на встречу. Она состоится в Свинцовом квартале, так что дождись меня у лечебницы. Я за тобой зайду. — В Свинцовом? — переспросил Бильбо, вытирая брызги краем рукава. — Там я еще не был. Какой он? — Опасный. Самое гиблое место во всем королевстве, — Бифур предупредительно вздернул палец. — Никогда, ни за что не ходи туда один. Бери либо меня, либо Нори, либо, на худой конец, Бофура. Но ни в коем случае не ходи один. Бильбо удивленно приподнял брови. Впервые на его памяти Бифур был так серьезен. — Почему? Что там такого опасного? — Там гнездится вся шваль Эребора, — просветил его Бофур. Темные глаза стали твердыми как камень. — Там правят банды воров и убийц и ошиваются отпетые подонки. Даже стража предпочитает держаться оттуда подальше. Хоббит медленно кивнул. Хоть он и сомневался в вещественности угрозы — в конце концов, он целый сезон провел в Гондоре, самом преступном городе в мире — но Бофуру об этом говорить не обязательно. Вряд ли шахтер примет его слова всерьез. — Полагаю, Дори о нашем маленьком дельце знать не стоит, — протянул он, задумчиво покачиваясь. — Не стоит. Пусть все останется между нами, — согласился Бифур, предупредительно покосившись на Бильбо. — Не хочу попасть под его кулаки.

***

— Это очень дурная затея. — Я не спрашивал твоего мнения, Заяц. — Как ты до этого додумался? Прошлый раз тебя ничему не научил? — Я только выяснил, что ты — нытик, — холодно ответил Оин, бросив Бильбо толстую книгу в кожаном переплете. Бильбо ойкнул от неожиданности, но в последний момент ухитрился ее поймать и с порицанием уставился на старого целителя. — Ты хочешь выманить того, кто уничтожил прошлую поставку? — уточнил он, сражаясь с порывом швырнуть книгу назад. — Предупреждаю, ничего не выйдет. Преступники не возвращаются на место преступления. — Очень на это надеюсь. Если мы лишимся отваров и микстур — это будет стоить нам множества жизней, — буркнул Оин, потянув конец бороды. В кои-то веки она была аккуратно расчесана и уложена в тугую косу. — Дурная затея, — повторил Бильбо, ткнув в гнома пальцем. — Нельзя назначать меня ответственным за наши запасы. Это закончится катастрофой. Ты этого хочешь? — Я выставлю стражу у дверей хранилища, — продолжил Оин как ни в чем не бывало. — Поглядим, что из этого выйдет. Бильбо застонал и замахнулся книгой. — Ты. Меня. Не. Слушаешь, — провыл он, с каждым словом ударяясь лбом о толстый фолиант. — Если вырубишься — оставлю лежать на полу, — сухо предупредил старый целитель, сложив руки на груди. Бильбо опустил книгу лишь затем, чтобы скорчить гримасу. — Это невероятно дурная затея. Попомни мои слова. — Хорошо, запишу где-нибудь, — ответил Оин. — Если ты закончил представление, то отправляйся в хранилище. К вечеру каждый отвар, каждая микстура, каждая настойка должны быть пересчитаны и записаны. Твоими пациентами займутся другие, о них не волнуйся. Есть вопросы? — Только один: скажи, почему ты поручил это именно мне? — он вытянул руку, остановив Оина. — Только честно. Я уже напортачил. Не боишься, что история повторится? Оин фыркнул и покачал головой: — Нет. Я знаю, что не ты уничтожил растения, Бильбо, — признал он, склонившись к столу. — Тогда почему… — Потому что я не понимаю, ради чего все это затевалось, — перебил гном, сощурив голубые глаза. — Пораскинь мозгами, парень: эти растения стоили целую кучу золота, но вместо того, чтобы стащить их и продать, их уничтожили. Это было какое-то послание, но я не знаю, кому оно предназначалось. Пока я это не выясню, делай, как я говорю. Договорились? Бильбо кивнул, прикусив губу. — Думаешь, кто-то в опасности? Оин неопределенно повел плечом. — Может и так. Возможно, это был просто способ насолить мне, тебе или кому-то еще, но проблема может оказаться куда серьезнее. Растения пришли из Орокарни; тебе, должно быть, известно, чтобы вскоре будет заключен союз между Орокарни и Железными Холмами. Это может быть предупреждение. Если так, нужно как можно скорее отыскать виновника. — Мне это не приходило в голову, — признал Бильбо, прижав книгу к груди. — Договор… Неужели кому-то так не нравится этот союз? — Сам как думаешь? Есть фанатики, которые презирают Орокарни и считают, что Даин предаст свое наследие, взяв одну из них в жены, — процедил Оин. — А есть те, кого страшат плоды этого соглашения. В Железных Холмах и так самая сильная армия во всех королевствах, что принесет им союз с богатейшей страной востока? Полагаю, подобные мысли многим мешают спать по ночам. Бильбо в растерянности нахмурился. — Но разве лорд Даин не в дружеских отношениях с Эребором? Вроде как, его дедушка приходился родственником предыдущему королю или что-то в этом духе? — Да, король Трор был ему пра-дядей, — подтвердил Оин. — Что дает Даину полное право претендовать на престол Эребора, а некоторым — повод для опасений. Принимая во внимание нашу историю, их тревоги не лишены оснований. — Ты тоже в это веришь? Что лорд Даин может попытаться захватить Эребор? Оин замешкался, затем медленно покачал головой. — Нет, я не думаю, что он попытается захватить Гору ради богатства или власти, — осторожно проговорил старый целитель, но от чутких ушей Бильбо не укрылись повисшие в воздухе невысказанные слова. — Но все же что-то может его на это сподвигнуть, — пытливо добавил он, не сводя с гнома глаз. — Я прав? Оин поморщился. — Да. Полагаю, если Эребор встанет у него на пути, Даин может пойти на нас войной, но! — Оин бросил на Бильбо пронзительный тяжелый взгляд. — Он поступит так с любым другим королевством. Эребор может рассчитывать лишь на вежливое предупреждение. — То есть… он представляет угрозу, — подытожил Бильбо, припомнив разъяснения братьев Ри. — В каком-то смысле — да, — признал Оин, вздохнув. — Послушай, Даин невероятно умен и благороден, я люблю его как родного брата, но это не мешает мне трезво оценивать его возможности. Он хитер, очарователен и умеет убеждать. Он один из тех, кому под силу покорить мир, причем все будут рукоплескать, искренне считая, что сами того захотели. — Ничего себе. Думаешь, ему это нужно? В смысле, захватить мир? — Нет. Я как-то раз спросил его об этом, когда мы были еще юнцами. Он рассмеялся и ответил, что за этим последовало бы слишком много бумажной волокиты. Бильбо усмехнулся, и тут его пронзила новая мысль. — Погоди… если кто-то боится лорда Даина… Тут же какой-то подвох? — медленно протянул хоббит. Старый целитель непроизвольно дернул себя за бороду и поспешно отвел взгляд. — Значит, кто-то считает, что Даин угрожает благополучию Эребора. Но опасения имеют смысл, только если Даин будет иметь с этого какую-то выгоду, так? Какую выгоду может получить Даин от падения Эребора? Оин картинным жестом выудил из кучи свитков первый попавшийся пергамент и деловито притянул к себе. — Пора за работу, — сдержанно ответил он. Бильбо открыл было рот, но заметил, как побелели пальцы гнома, сжимавшие перо, и передумал. Иногда следует проявить вежливость.

***

Бильбо с головой погрузился в захватывающее исследование верхней полки с молотой солью — там его поджидали ровно тридцать три банки, — когда нагрянули неожиданные посетители. — Так вот куда он его запрятал. Хитро, хитро. — Расточительно, как по мне. Его таланты принесли бы куда больше пользы больным. Бильбо глянул со своего насеста на верхушке приставной лестницы в сторону двери. Первой гостьей оказалась гнаминна в легком розовом платье, подчеркивавшем каждый изгиб и каждую впадинку на упругом теле. Светлые волосы оплетали голову крупными завитками, у лица переходя в аккуратные тонкие косички и сливаясь с бородой. Ее спутник в темном фиолетовом одеянии нацепил на себя столько золотых украшений, что издавал звон при каждом движении. Ярко-рыжие волосы спадали на спину косами, толстыми как канаты, а борода лежала свободно, лишь поверх украшенная несколькими перекрещенными косичками. — Здравствуйте, господин Бэггинс, — бархатный голос гнаминны всколыхнул что-то в памяти. — Помните меня? Бильбо присмотрелся к красивому лицу и глубоким темным глазам. Наконец, в голове щелкнуло. — Леди Суна и лорд… Глоин? — осторожно предположил он, силясь вспомнить имена. — Верно? Простите, боюсь, я не силен в гномьих именах. — Оин так и сказал, — усмехнулся Глоин, лукаво сверкнув голубыми глазами. — Корин тоже что-то такое упоминал. При упоминании вздорного стража Бильбо вспыхнул. — Ему пора бы угомониться. Я уже извинился! — Торин никогда ничего не забывает и не прощает, — загробным голосом возвестил Глоин. — Уж поверь мне. Я однажды стащил у него пирог, и он по сей день меня больше к ним не подпускает. Бильбо отчего-то ничуть не удивился. — Могу ли я узнать, чем обусловлен ваш неожиданный визит? — уточнил он, прикрыв книгу и сунув перо за ухо. — Вы ищете Оина? Должно быть, вы и сами уже заметили, но его здесь нет. — На самом деле, мы искали вас, господин Бэггинс, — поправила его леди Суна, скользнув ближе между тесно стоявшими шкафами. Платье всколыхнулось, как подхваченные ветром цветочные лепестки. — Меня? Зачем? — Чтобы отблагодарить за помощь в поиске убийцы лорда Эйкара, — ответил Глоин, изучавший взглядом хоббита. — Видите ли, он приходился мне другом и кузеном, и его внезапная и горькая кончина… шокировала нас. — По Оину и не скажешь — заметил Бильбо, осторожно спускавшиймя с лестницы. Глоин поперхнулся. — Потому что Оин — бессердечный мерзавец с камнем вместо сердца. Ни слезинки не проронит, даже если наша дорогая матушка помрет у него на глазах. — Глоин, — шикнула гнаминна, метнув в мужа испепеляющий взгляд. Гном несколько смутился. — Ну, может, я слегка преувеличил, — неохотно отступил он. — Просто по нему никогда не скажешь, что он расстроен. — Зато ты проявляешь чувства за вас обоих, — терпеливо ответила леди Суна, — и, спешу тебе напомнить, что при рождении Гимли он все-таки заплакал. Помнишь? Хныкал и благодарил нас за племянника. — Гимли? — растерянно переспросил Бильбо. Глоин так просиял, что на него стало больно смотреть. — Наш сынок, — пояснил он, лучась обожанием. — Наш драгоценный! Подожди, у меня есть портрет… — Дорогой, в другой раз, — прервала его супруга, не глядя перехватив в воздухе его руку. — Сейчас не самое подходящее время. Итак, господин Бэггинс, у меня для вас кое-что есть… Бильбо вскинул брови, когда она достала из рукава изящный конверт. Он взял его с некоторой опаской. — Что это? — Послание от вдовы брата Эйкара, — ответила леди Суна, указав на алую печать в виде скрещенных секир. — Его сыновья еще не оправились, потому она взяла на себя обязанность поблагодарить вас. Они глубоко признательны вам за вклад в поимку убийцы Эйкара. — Но я же толком ничего не сделал, — смущенно запротестовал он. — Я лишь хотел вытащить друга из тюрьмы. — Вообще-то, вы выяснили, что моего кузена убил кто-то из приближенных, а это сильно сузило круг подозреваемых, — поправил его Глоин. — К тому же, Эйкар очень огорчился бы, если из-за его гибели пострадали бы невиновные. Он не терпел несправедливости. Бильбо со вздохом сунул письмо запазуху. — Понимаю. Благодарю, что уделили время и передали мне письмо. Надеюсь, мои поиски не слишком вас обременили. — Дела семьи — превыше всего, — твердо ответила Суна, уперев руки в пышные бедра. Бильбо с уважением склонил голову и выпалил, набравшись духу: — Госпожа, могу ли я задать вам вопрос? Тонкая бровь слегка изогнулась. — Задай, коли хочешь. — Почему вы так легко выдали мне разрешение на пребывание? — спросил хоббит и пустился в поспешные пояснения. — В смысле, тогда, в вашей приемной, когда я подавал прошение о разрешении на работу. Признаться, этот вопрос не дает мне покоя. Вы ведь сделали это не из жалости, правда? — Правда. Мои резоны весьма прозаичны: ваши знания принесут пользу Эребору. — Мои знания? — глупо переспросил Бильбо и вопросительно глянул на Глоина, но тот только таинственно подмигнул. — Да, ваши знания, — терпеливо повторила гнаминна. — Вы обучались у многих целителей, имеете много практики за плечами. Такой опыт пойдет на благо королевству. — Вот как… Бильбо весьма удивился, что кто-то посчитал его разрозненные навыки полезными. Обычно все только кривили нос перед его «чужеродными причудами» и заставляли переучиваться на свой лад. Он и сам думал о своем пестром арсенале умений скорее как о досадном упущении, нежели чем преимуществе. — А что тут удивительно? — мягко усмехнулась Суна; уголки пухлых губ сложились в неуловимую улыбку. — Бестолковый мальчишка. Сам не понимаешь своей ценности. Он тихо фыркнул, неловко почесывая одну ногу другой. — Я обыкновенный болтливый бродяга, — пробормотал он, старательно разглядывая боковые шкафчики, чтобы не встречаться с обволакивающим темным взором. — Прошу меня извинить, но мне стоит вернуться к работе. Если на этом все?.. — Да, мы выполнили цели нашего визита, — леди Суна сделала элегантный полупоклон. — Спасибо, что уделили нам время, господин Бэггинс. — Бильбо. Просто Бильбо, — поправил он, на мгновение случайно встретился с ней взглядом и тут же потупился. Леди Суна переглянулась с мужем, он коротко кивнул в ответ, и пара покинула тесное хранилище, оставив Бильбо в компании книги и баночек с солью. «Чудные они», — подумал он и тряхнул головой, вернувшись к делам насущным.

***

Тем вечером, закончив с проверкой запасов, Бильбо вернул книгу Оину и поспешил на встречу с Бифуром. К его удивлению, гном привел с собой супруга и кузена. — Не знал, что вы пойдете с нами, — сказал Бильбо вместо приветствия, поравнявшись с гномами на середине лестницы. — Не могу же я отпустить этого старого дуралея одного — натворит бед, потом не оберешься, — пожал плечами Бьярт, чье лицо и одежду покрывала угольная крошка. За спиной висела внушительная кирка, волосы собраны в тугую косу. — Вот-вот. Взял в мужья — теперь мучайся, — буркнул Бифур, ткнув Бьярта локтем в бок. При нем тоже была кирка, а волосы убраны назад на рабочий манер. — Как день, Бильбо? Был кто-нибудь интересный? — поинтересовался Бофур, начисто игнорировавший переругивающуюся парочку. Вместо кирки он нес на спине мотыгу. — Не-а. Весь день просидел в кладовой, пересчитывал запасы, — отмахнулся он и кивнул на мотыгу. — Не знал, что вы все — добытчики. Впечатляет. Бофур удивленно мигнул и просиял: — Спасибо! Приятно, когда кто-то по достоинству может оценить твой тяжкий труд. Но откуда ты знаешь, кто такие добытчики? — Да так, подрабатывал на руднике в Синих Горах, — пробормотал Бильбо, наморщив нос от не самых приятных воспоминаний. — Помогал возить телеги, иногда с погрузкой — смотря, что требовалось. Понемногу нахватался всякого и разобрался, кто за что отвечает. Не каждый может стать добытчиком. — Так ты правил груженой телегой? — Бьярт окинул Бильбо оценивающим взглядом и поджал пухлые губы. — Неплохо. Работа не из легких. — Помогал с погрузкой? — нахмурился Бифур. — Не смеши. Ты себя видел? Да как ты мог поднять такой вес? Бильбо задиристо вскинул подбородок. — Ничего сложного! Я пробыл там всего сезон, потом пришлось уйти. Им нужен был извозчик, мне — деньги; все сложилось как нельзя удачно. — Ну, теперь с этим покончено, так? — Бофур обхватил Бильбо одной рукой за плечи, втиснувшись между ним и кузеном. — Сиди в своей чистенькой лечебнице, заботься о больных, а рудники оставь гномам. Договорились? Бильбо припомнил разбросанные по полу, втоптанные в пыль растения, свой день среди шкафчиков и склянок и задался вопросом, сколько ему осталось такой вольготной жизни. — Ага, — выдавил он, послушно следуя за гномом. — Ладно, давайте поскорее с этим покончим. Дори будет ждать меня к ужину.