Дефектный.

      Наспех скинув старые кроссовки, Влад быстрым шагом заходит в свою комнату, громко хлопая дверью. Куртка неприятно шуршит, стоило парню упасть спиной на просторную кровать, переворачиваясь на бок. Уставившись в одну точку, тот ещё с минуту глупо пялится в стену, пытаясь собрать мысли воедино, но в голове будто бы полная пустота.       Протяжно застонав, тот с трудом садится, хватаясь за голову. И что делать теперь? Он не раз целовался с девушками, и далеко не так, как с Вовой. Не так быстро и безобидно, но чужие действия шокировали и ставили в тупик. Хотелось помыть рот с мылом, но если подумать...       Всё не так уж и плохо.       Если немного отпустить ситуацию, то будь это даже губы Володи - они такие же обычные, как и у другой любой девушки. Местами покусанные, как и у Влада, но пухлые, как у многих девчонок из их класса, или будь даже параллели. Так что, Вова человек, удивительно, но это уже факт.       Человек, вроде бы, неплохой, да и в принципе он человек, личность. Со своими загонами и принципами. С этим Влад смирился, пытаясь настроить себя на лад, что русый не какая-то странная и фриковатая зверюшка или мусор под ногами. Но извиняться за удар точно не станет, хотя бы потому, что тот полез без разрешения, ещё и ноги отдавил своими. Да и Вова, вроде как, не обижался. Скорее ожидал этого, но всё равно сделал, вызывая только больший диссонанс. По хитрому лицу было так и видно, что намеренно.       Зачесав волосы назад, Калюка наконец стянул куртку, откидывая на спинку кресла. Потянувшись за телефон, тот уткнулся в него, наконец разгребая гору сообщений. Среди них и записалось совсем новое, отправленное всего пару минут назад. Фотография какая-то. Зажав палец на диалоге чисто из резкого интереса, Влад вспоминает, что это какой-то урод выпендрёжник из параллельного класса, с компанией которого у них совсем недавно была стычка.       Закатив глаза, Влад пожалел, что вообще забыл закинуть его в чс, лишь бы не доставал, но как только фотография прогрузилась, сердце пропустило громкий удар: на ней был он и Володя. Мудак так удачно запечатлил эти пару секунд, в которые Влад завис, не ожидая поцелуя, и всё выглядело так, будто они на добровольной основе сосались. На сообщение снизу он не обращает внимание из-за собственных противоречивых чувств. Вове надо было врезать сильнее и больше, хотя бы за такую подставу, но если это вскроется, просто насмешками русый не отделается. В отличии от Калюки. Даже потеряв репутацию и получив пару неприятных прозвищ, он всё ещё может оправдаться и сказать, что всё было против его воли (что было правдой), выбить эти слова и из Вовы, чтобы в конечном итоге свалить все последствия на последнего. И это будет, вроде бы, справедливо, хоть и многие станут воспринимать Влада за такого же пидора, но на дне он явно не окажется. Но и с другой стороны, темноволосый не хотел пускать на костёр и всеобщее осуждение одноклассника за такую мелочь.       — Мелочь...       Стоило чуть больше узнать Иванова, как человека, как Влад тут же смягчился, стараясь заглушить одну сторону мыслей. Явно не самую хорошую. Как быстро за пару часов Володя подкупил его своими принципами, схожими интересами и милым личиком. Может дело хотя бы в том, что и до этого ненависть Калюки была больше беспочвенной, и стоило привести пару невидимых аргументов, как тот позволил быть чуть ближе к себе. Но он не из таких же рядов, как и Володя, что вы!       Сообщения знакомого не носили за собой чего-то содержательного, всего лишь насмешка и обещание показать это всем, если Влад не пойдет у него на поводу. Фыркнув, Влад радуется, что всего-то зажал иконку чужой аватарки, из-за чего сообщения остались непрочитанными. Сделает вид, будто не заметил ещё этого. **       — Эй, мелкий. Пошли. — кивнув головой на выход из кабинета, темноволосый тут же выходит за порог, пока ничего непонимающий Вова следует за ним.       — А-а.. что-то случилось?       — Может. Поможешь?       — С чем бля, подрочить? Нахуй мы идём в сторону туалетов. — на грубый тон Влад никак не реагирует, лишь тяжело вздыхает, одним выражением лица показывая, насколько Вова тупой.       Перестав хмуриться, русый отводит взгляд в сторону, бессознательно скусывая губы, что только начали зажевать. Он настолько перешёл грань? Последнее его времяпрепровождение в туалете обернулось чем-то кошмарным, что тот всё ещё не переваривает сигареты, которые чуть ли приступ не вызвали, но и объяснять ему никто не спешил, также мрачно шагая, расталкивая толпу подростков, встречающихся на пути.       Швырнув Вову в случайную кабинку, Калюка закрывает её на защёлку, поворачиваясь на парня. Весь съёжишись, Иванов не знает, куда себя деть в тесном помещение, чуть ли не упираясь носом в чужое плечо.       — Да я же пошутил...       — Тебя здесь и отпиздить?.. Видишь? — показывая переписку и всё то же фото, Влад чуть ли не тыкает им в лицо парню, отчего Вова удивлённо распахивает глаза.       — Перестарался, ёпта... И чем я помогу тут?       — Он ещё не знает, что я в школе, друзья его по-любому в столовой. Просто спровоцируй, и беги... В младшем корпусе сейчас никого нет, вроде бы. Около туалета главное будьте.       План странный и будто бы идиотски, но Вова всё равно неуверенно кивает, первый вылетая из туалета. Постояв ещё пару минут, Калюка следует за ним, после поворачивая в другую сторону, чтобы дайти до другого корпуса раньше двух школьников.       Вова был будто вечно невезучий, иногда всё доходило до абсурда, но на удивление, всё сыграло идеально. Хоть он и не до конца понимал, почему темноволосому так принципиально, чтобы именно русый заманил какое-то быдло в туалет, но тем не менее, это вышло.       Этот парень не сильно выделялся среди общей массы, чуть выше Вовы, причём как в ширину, так и длину, но физическими данными не блистал, отчего быстро полетел на холодную плитку, болезненно мыча от ударов массивными берцами. Влад будто специально напялил именно их, отыгрываясь на подростке за неудачную попытку угроз.       — Телефон. — Вова поёжился от холодного тона, отчасти радуясь, что всё это не испытывает на своей шкуре.       Парень трясущимися руками протянул новый телефон, хрипло лепеча пароль по чужому приказу. Пролистывая всевозможные переписки и прочие приложения, Калюка удаляет фотографию, сбрасывая телефон до заводских настроек. Чтобы уж наверняка. Вряд-ли этот парень догадался скинуть на флешку или другое устройство, по крайней мере, Влад очень на это надеялся.       Вмазав тому ещё пару раз, он сам кидает пару угроз, наконец дёргая Вову за рукав длинной кофты, уводя прочь отсюда.       — Как мило с твоей стороны. — потеряв всякий страх, Володя давит из себя высокий голос, глупо кривляясь, будто девушка, за которую дрались.       Хватка на руке усиливается, и швыряя того в угол под лестницей, Влад слабо сдавливает пальцы на чужой шее, пытаясь лишь своим видом показать, что лучше не переходить ту невидимую черту. Он и так позволяет русому слишком много буквально за красивые глазки. Может, отчасти, и из-за собственных противоречивых чувств.       — Мы даже не друзья, прекращай. — отпуская шею, Калюка отталкивается от стены, поднимаясь по лестнице, желая как можно быстрее смотаться от назойливого парня.       — Да брось... В плане, ты как вообще? Выглядишь, будто вообще не спал. — улавливая помятый вид Влада, Володя быстро нагоняет его, перешагивая через каждую вторую ступень, пытаясь выстроить между ними хоть какой-то диалог.       — Какая разница вообще? — останавливаясь на пол пути, тот оборачивается на Вову, что жмёт плечами.       — Возможно, возможно.. я, вчера, немного переборщил. Ещё и тот чел... Извини, честн, я реально пересёк черту. — выдавливая из себя кривые извинения, русый потирает шею, смотря куда угодно, кроме недовольного лица — Мы и правда даже знакомые с натяжкой, но и тебя чёрт поймёт. Нафига ты вообще всё это устроил? Ладно б поржать просто, но ты даже слова плохого не сказал, я и подумал, что ты сам сомневаешься просто во всём... Насколько бы я не был пидором и нелюдем для тебя, я всё же тоже человек. Я, вроде бы, говорил, что ничего поделать с этим не могу-..       — Я не.. считаю тебя не человеком. — перебив затянувшийся монолог Вовы, темноволосый тяжело вздыхает.       — О как. Даже так. Ты всё же подумал? — виноватое лицо быстро сменилось на широкую улыбку, перепрыгивая ещё пару ступенек, чтобы быть на одном уровне с Владом.       — Не совсем. Ты меня всё ещё раздражаешь.       — И почему у тебя такое мнение о пидорах?       — Ты такого же, сам себе не ври уж.       — Такого же... Это тяжело, презирать, потому что сам такой, а потом ещё и собственное окружение навязало, да и не только... Я прав, да? — Калюка только хмыкает, недовольный, но понимает, на что намекает Иванов. Даже не так - буквально кричит о сущности Калюки — И как долго ты будешь метаться из стороны в сторону? На двух стульях хуй усидишь.       — Тебя всё ещё не должно это ебать, дай пройти.       — Но ты ж хочешь... Брось, тут никого нет, могу принять удар на себя. — снова распаявшашись, Володя качается из стороны в сторону, смотря, как начинает закипать лицо напротив от злости.       — Не хочу.       — Не хочешь... Ладно - сомневаешься. Я тебя не осужу, и ты не умрёшь, если мы засосёмся. Буду хранить молчание, пойдёт? — он протягивает руку, чтобы заключить глупый договор. Лишь для спокойствия Калюки. Но тот смотрит с сомнением и слабым испугом.       — Какая разница - осудят нет, это просто ненормально...       — Это лишь твои узкие рамки и предрассудки. Давай, проходили уже.       — Просто ради.. эксперимента. Это всё ещё ненормально, чтобы ты не говорил. — протянув руку в ответ, тот пожимает её, не сразу отпуская.       — Конечно... — ухмыляясь, Володя усиливает хватку, таща одноклассника на второй этаж в туалет, чтобы никто не увидел, чуть что.       Прикрывая глаза, Влад выдыхает через плотно сжатые зубы, всё ещё сильно сомневаясь. Это правда больше как эксперимент, или что-то в таком роде, лишь бы убедиться и раскопать истину для себя окончательно, чтобы наконец прекратить копаться в этих болезненных самокопаниях и правда перестать пытаться усидеть на двух стульях. Казалось бы, выбирай тот правильный, на котором сидел все семнадцать лет, и чёрт со всем! Но вот он Вова, что уже закрывает за ним дверь, осматривая туалет на наличие людей, вот прямо за спиной его невидимые страхи, долгие размышления и сомнения. И если не попробует (пусть это даже полный абсурд), то точно будет мучаться ещё несколько лет. Ведь когда ему повезёт ещё хоть раз, и он наткнётся на такого же, как Володя? Ему хотелось верить, да и нет тому никакой выгоды рассказывать об этом всем. Это не позволяет отбросить беспокойство и страхи, злобу, но позволяет временно закрыть на это всё глаза, пока сердце громко ухает в грудной клетке, а от стресса уже тошнит.       Кабинки для младшеклассником слишком низкие даже для Иванова, что говорить о Владе, но Вова всё равно пихает того в самую первую. Та выглядит не просто мелким прямоугольником, а больше всех остальных, с углом, куда даже можно свободно сесть.       Всё ещё тянув за собой парня, Володя встаёт на что-то пластмассовое, скорее выступ из стены, чтобы быть на одном уровне с Калюкой. Обхватив того рукой вокруг шеи, притягивает к собственному лицу, выдыхая в щёку, почти опаляя своим дыханием. Спрашивать, не передумал ли Влад тот не хочет, понимает, что тогда одноклассник ещё раз задумается, засомневается и откажется, хоть ничего страшного и правда не будет. Вова его не на смертный приговор подписал, и пидорством заразить не сможет. Если уж Калюка и правда парней не любит. Так что ещё один интересный опыт, в жизни же нужно попробовать всё?       Поддаваясь вперёд, русый нерешительно соприкасается с чужими губами, зависнув так на пару секунд. Влад же, будто статуя застыл на месте. Всё внутри так и кричало, что это то, что он творит - полный абсурд, что неправильно. Но тот снова закрывает на это глаза, позволяя едкой жиже заляпать сердце, проникнуть глубже под кости. Обхватывая Вову вокруг поясницы, тот прижимает ближе, пока Володя чуть ли валится со своей опоры, но позволяет обнять себя, сминая такие же покусанные губы.       Шумно выдыхая через нос, те продолжают неловкий поцелуй, будто делая это впервые, изредка кусая друг друга и случайно бившись зубами. Бессознательно вжимая парня больше в себя, Влад окончательно забывает где и с кем он, приоткрывая рот, надавливая языком на зубы одноклассника. Слабо улыбаясь, русый и сам открывает рот, пока язык очерчивает нёбо, слишком неожиданно натыкаясь на чужой, сплетаясь всего на несколько секунд.       Резко оторвавшись, темноволосый обхватывает руками щёки, чувствуя, как те буквально горят.       — В норме? — судорожно выдыхая, Вова скатывается по стене, смотря снизу вверх. Падая рядом, Влад молчит пару минут, всё переваривая, только после еле слышимо шепча: «Ещё...» — Чего-о? Ну... Ладно?       Обхватывая одной рукой талию Иванова, а другой надавливая на затылок, тот снова жмётся ближе, как под наваждением забывая о чём-то другом. И о паранойе, и о собственных предрассудках, и о чужом мнение. Губы Вовы приятные и мягкие, даже не смотря на то, что от своих и чужих укусов почти кровоточат и сильно набухли, и сразу проникая языком внутрь, пытаясь быть ещё ближе, бившись дёснами о чужие.       Задерживать дыхание и дальше не получается, и русый тяжело и слишком часто выдыхает, но оторваться не решается, продолжая сбивчиво сплетаться с чужим языком. Выдыхать разгорячённый воздух слишком тяжело, до головокружения в голове, но не дышать вовсе - просто невозможно. Под громкий звонок Володя сжимает плечи Калюки, отрывая того от себя, такого же красного и запыхавшегося.       — Странный ты, уф-х, Калюка... — смахивая выступивший пот со лба, Иванов рассматривает старые потрёпанные кроссовки. О чём теперь говорить? Пожалуй, Вова не ожидал такого результата.       — Да... Я.. вообще ничего не понимаю.       — Но понравилось? — опираясь подбородком на кулак, парень довольно лыбится, хоть всё ещё уставше, щурится.       — Ложью будет сказать, что нет?       — Ха! То-то же, поздравляю. Теперь ты в рядах пидоров! — громкий смех разносится по всему туалету и, наверное, этажу.       — Бред. — фыркая, Калюка недовольно скалится, пока Володя слабо бьёт того по спине в качестве поддержки.       — Да брось. Если тебе не мерзко, остальное лишь твои узкие рамки, просто не думай о них. Главное не говорить ненужным людям, а там свои найдутся. Ни на кого не намекаю, но я точно буду молчать. — прекращая делать из пальцев квадрат, то приближая, то отдаляя от какого-то ну слишком печального лица, Вова старается по-доброму улыбнуться, лишь бы Владу стало спокойней — Типа, я просто понимаю тебя. Ну и... Мы можем потом об этом поговорить, я щас ничего дельного не скажу.       — Ты просто придурок... — тяжело выдыхая, темноволосый слабо ударяет себя по лбу, возя ладонью от лба до подбородка — Пошли ко мне.       — Так уроки ещё. Щас на перемену как раз. — удивлённо вскидывая брови, Володя встаёт за Калюкой, выходя из туалета. Похоже, тот всё же серьёзно — Ну.. пошли.