Deepest Depths of The Soul

***

Ризли вздрогнул и проснулся, чувствуя, что ему одновременно и жарко, и холодно. Для него это не было чем-то необычным, но на сей раз он почувствовал, будто что-то или кто-то преследует его. Кошмары редко надолго оставались в голове после того, как он просыпался, но сейчас они крутились на кончике языка, и он мог описать то, что ему снилось, ясно, как божий день. Окровавленный и покрытый синяками Нёвиллет, безвольно лежащий на полу. Смех его приемных родителей, когда он наблюдал, как тело Верховного судьи поглощает земля. Лязг окропленного кровью ножа, упавшего на пол, когда он более не мог держать себя в руках. Чувство вины, вины, вины, вины — Как бы он ни старался, он не мог избавиться от этих образов в голове. Быстро оглядевшись, он понял, что Нёвиллет куда-то ушел, ввиду того, что соседний диван пустовал, и достаточно долго, раз сидение по ощущениям — Ризли потянулся рукой и провел по обивке всей ладонью — было холодным, и это только усложнило задачу убедить свое сердце перестать пытаться вырваться из грудной клетки. Единственным признаком того, что мужчина вообще был здесь, были все еще открытые книги, разложенные на столе. Помимо всего перечисленного, еще одним немаловажным признаком присутствия была его мантия, заботливо накинутая на его нижнюю часть тела. Материал оказался на удивление плотным — Ризли сжал ткань пальцами, кончиками почувствовал замысловатые узоры, вышитые на нем. Весьма и весьма высокое качество. Учитывая все обстоятельства, импровизированное одеяло получилось очень теплым. Куда же все-таки исчез его владелец? Он с трудом поднялся с дивана, после чего у него сразу же заболела спина. В остальном он чувствовал себя хорошо. Даже можно сказать, расслабленно. Ризли не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя так после сна. Возможно, пришло время пересмотреть свои привычки. Сиджвин была бы в восторге. Мужчина подобрал мантию с дивана и начал осматриваться. К счастью для него, Нёвиллет был неподалеку, достаточно было чуть напрячь зрение и всмотреться, чтобы его обнаружить. Мужчина снова стоял у стеклянной стены, глядя на Первозданное море, спиной к Ризли. Без мантии он выглядел гораздо менее внушительно, его силуэт подсвечивался отблесками воды. Будь они в другом месте, он бы не преминул полюбоваться на Нёвиллета, на то, как его жилет подчеркивает талию, а гетры облегают бедра — Стоп-стоп-стоп, Ризли, а ну-ка сосредоточься! Герцог медленно приблизился, озабоченно сдвинув брови. Он надеялся, что Верховный судья не застрял у треклятой стены снова, как в первый раз… — Месье Нёвиллет? Юдекс повернул голову, встретился с ним взглядом и одарил его легкой, едва заметной улыбкой, не коснувшейся его глаз. Они оставались холодными и усталыми. — Хорошо спалось? Он подошел к Нёвиллету, встал рядом с ним, подальше от стеклянной стены, и протянул ему мантию. До сих пор ему удавалось не слишком задумываться над доводами мужчины, который накинул ее на него, пока он спал. Может быть, он выглядел слишком замерзшим? Может, дрожал как осиновый лист и стучал зубами? Или — — Да… Сойдет. Рискну предположить, что ты не спал. Нашел что-нибудь полезное? Нёвиллет взял мантию, бегло осмотрел ее, прежде чем быстро натянуть на себя через голову. За те часы, что они провели в Подземелье, его волосы слегка растрепались, и Ризли пришлось скрестить руки на груди, чтобы не протянуть ладонь и не расчесать их. Вот уж пытка. — Нет. По правде говоря, я нахожусь в еще большем замешательстве. — Он вздохнул, еще раз разглядывая плавные очертания в воде. — Книги, которые я выбрал, казалось, описывали некоторые инциденты , но я не мог понять, что из этого следует. — Возможно, дальнейшее изучение помогло бы? Это место… огромное. Где-то наверняка должно быть больше информации. Нёвиллет на мгновение задумался, а затем покачал головой. — Нет, наша главная цель — найти выход. Чем скорее мы уйдем, тем лучше. Разобраться в этой области было бы приятным бонусом, но в этом нет необходимости. Я не настолько любопытен, чтобы копаться в этом… Кхм, в этих книгах день и ночь, пока не найду разгадку. Нёвиллет был прав. Они и так потратили драгоценное время, позволив ему поспать. Он отчаянно нуждался в этом, но время было не на его стороне. — Ах, это напомнило мне… Нёвиллет повернулся к нему, на мгновение на его лице отразилось любопытство, но затем он заметил довольную улыбку. Это быстро сменило энтузиазм Ризли на измученность. — Продолжайте, ваша светлость. — Итак, у меня есть один вопрос, верно? Не забыл? — Да, один. — Один любой вопрос? Взгляд, который бросил на него Нёвиллет, отправил бы в могилу более слабого человека. К счастью, Ризли не был одним из таких людей. — В разумных пределах. — Отлично. — Теперь, когда за последние три дня Ризли хотя бы раз проспал больше десяти минут, он чувствовал, что его переполняет энергия. — Давайте-ка разберемся с очевидными вещами, что скажете? Я бы не хотел, чтобы мой единственный вопрос пропал даром. Нёвиллет вздохнул, массируя виски, что было редким проявлением тревоги. — Уже жалею, что согласился. Ризли не обращал на него внимания, расхаживая взад-вперед и погруженный в свои мысли. Он решил начать с простого. — Вы - повелитель Гидродраконов. — Лицо Нёвиллета, как всегда, было феноменально непроницательным. Все эти годы в суде принесли свои плоды. Он ничего не ответил, но Ризли и так все стало ясно. — Я так и думал. Вам, очевидно, больше тысячи лет, и у вас есть странная связь с первозданной морской водой. Ну, я имею в виду, со всей водой, но с этой в особенности. — Он остановился перед Нёвиллетом, чье лицо все еще ничего не выражало. — Я полагаю, вы можете… менять свою внешность по своему желанию, и у вас есть еще много черт, которые вы скрываете. Итак, мой вопрос таков… Нёвиллет посмотрел на него, лицо его осталось таким же пустым и выжидающим, глаза усталыми, но открытыми. Доверчивый. Он задался вопросом, сколько еще людей испытывали на себе этот взгляд. Он готов был поспорить, что их было немного. — Что с вами произошло? Нёвиллет моргнул, его замешательство было заметно по изгибу бровей. — Прошу прощения? — Я точно знаю, что что-то произошло. После суда. Или, возможно, во время него. Я хочу знать, что именно. Нёвиллет некоторое время молчал, и Ризли не хотелось его торопить. Он воспользовался возможностью, чтобы взглянуть на Нёвиллета, по-настоящему взглянуть на него. Заглянув за фасад, за бесстрастное выражение лица и слова, которые часто раскрывали очень мало. В конце концов, он не совсем понял, что увидел. У него было такое чувство, что Нёвиллет тоже не был уверен в том, кто он такой. — Это… разумный вопрос. Однако я не знаю, с чего начать. Это все еще… можно сказать, незаживающая рана. Ризли почувствовал, как его брови поползли вверх, а в животе образовался неприятный комок. — На самом деле, тебе не обязательно говорить об этом, если ты не хочешь. Я легко могу придумать другой вопрос… Но Нёвиллет только покачал головой и вздохнул. — После того, как Оратрис объявил Гидроархонта виновной, хранящееся в нем Возмещение стало готовиться к казни. Но целью была не Фурина. Он слышал об этом от Клоринды, которая присутствовала на суде. Однако это событие было омрачено появлением Звездного зверя и последующей битвой между Предвестником «Чайльдом» и Нарвалом. Он заплатил бы хорошие деньги, чтобы увидеть, как это разворачивается у него на глазах. — Оратрис позволил мне заглянуть внутрь. В ту долю секунды между вынесением приговора и наказанием я впервые встретился с Фокалорс. Ризли нахмурился, но не стал перебивать. Он не совсем понимал разницу между Фокалорс и Фуриной, но у него было предчувствие, что скоро поймет. — Там она раскрыла мне свой план. В течение пятисот лет я был марионеткой в ее спектакле. Актером, игравшим роль в самой длинной опере, которую когда-либо видели. Фурина играла главную роль, а я — второстепенную. Внезапная боль, прозвучавшая в голосе Нёвиллета, почти вызвала у него желание остановить этого человека. Ризли почти захотелось прижать его к себе, сказать ему, что все в порядке. Он держал губы на замке, твердо упершись ногами в пол. Он не думал, что Нёвиллет оценит что-то подобное, особенно учитывая, что именно он попросил его рассказать об этом. — В течение пятисот лет Фокалорс собирала Индемнитиум, энергию, снабжающую Кур-де-Фонтейн, направляла на разрушение трона Гидроархонта и возвращение Власти Владыке Гидродраконов. Мне, как ты уже догадался. — Он снова вздохнул, звук сорвался с его губ, как будто он застрял там, в оперном театре «Эпиклез», на какое-то время. — Ей это удалось. Я наблюдал, как Оратрис приводил в исполнение смертный приговор. Я наблюдал, как она умирала, и чувствовал, как власть возвращается в мое тело. Я плакал о ней, когда отпускал грехи жителям Фонтейна. Казалось, в нем что-то щелкнуло, когда он осознал, с чем пришлось столкнуться Нёвиллету за последние недели. Как, должно быть, одиноко было быть одному из горстки людей, знающих об истинной жертве своего Архонта. Настоящей или нет. — С тех пор я переживаю множество изменений внутри себя, несомненно, вызванных Властью. То, как иногда выглядят мои руки, — всего лишь одна из них. — Он старался говорить непринужденно, это было очевидно, но Ризли читал его как открытую книгу. Нёвиллет вздохнул в последний раз, прежде чем снова снять перчатки. Его руки были такими, какими Ризли увидел их впервые, — синими и покрытыми чешуей. По-своему красивыми. Нёвиллет наблюдал за ними с легким безразличием. — Значит, исцеление тоже является одним из таких изменений? — Да, действительно. Я буквально учусь по ходу дела. Я уверен, что мне предстоит найти в своем теле еще много изменений. Временами это не перестает сбивать меня с толку. Герцог не хотел затрагивать такую щекотливую тему, но был рад, что сделал это. Если это означало, что в рядах Нёвиллета станет еще один человек, кому тот может доверять (не то чтобы его там уже не было), то это, должно быть, хорошо. — Я не могу себе представить, как тяжело тебе было. Прими мои соболезнования, чего бы они ни стоили. Затем их взгляды встретились, и Ризли мог поклясться, что они выглядели чуть менее — — Я… не думал, что тебе это небезразлично. Спасибо тебе, Ризли. Кивнув в знак признательности, он опустил взгляд, чувствуя себя так, словно открыл банку с червями, не имея возможности закрыть ее снова. Хотя он всегда мог рассчитывать на то, что его красноречие выручит его в беде. Это… был опасный ход мыслей. Он встряхнулся, кашлянув в кулак. — Итак, может, сможешь рассказать о каких-нибудь других «изменениях», с которыми ты столкнулся, м? — Он не мог скрыть удивление от того, как кокетливо прозвучал его вопрос, даже для его собственных ушей. Он флиртовал с Верховным судьей? Возможно. Это же не было преступлением, ведь так? В любом случае, он и так буквально живет в тюрьме. То, как Нёвиллет посмотрел на него, наводило на мысль, что вот-вот будет введен новый закон, запрещающий именно это. Затем он улыбнулся. — Хм, не думаю, что я вам это расскажу. Я знаю, что вы любите принимать вызовы, ваша светлость. Желаю удачи. Когда Ризли вернулся в их временный базовый лагерь, Нёвиллет остался стоять у стеклянной стены с видом на Первозданное море, ему потребовалось немало времени, чтобы вспомнить, как снова мыслить здраво. Удалось ли ему… пофлиртовать в ответ? Единственным верным решением, которое пришло ему в голову, было хождение за герцогом по пятам. — Ризли… Обеспокоенные нотки в голосе Нёвиллета заставили мужчину сбавить шаг, и через несколько секунд он поравнялся с ним. — Да? — Ты прикасался к какой-нибудь из этих книг? Он посмотрел на стол, где были разложены книги, взятые Нёвиллетом. Они были уже закрыты, аккуратная стопка невинно лежала посередине. По спине у него пробежали мурашки. Он был так поглощен разговором с юдексом, что не видел и не слышал, как что-то двигалось позади них. Судя по замешательству самого Нёвиллета, он тоже этого не понимал. — Нет. — Похоже, мы здесь не одни. Они двигались синхронно, оба их катализатора появились одновременно. Стоя спиной к спине, они осмотрели ближайшее окружение. — Сомневаюсь, что наш новый друг остался здесь. Тут слишком много укромных уголков. Чтобы обыскать их все, потребовалась бы вечность. Нёвиллет взглянул на него, прежде чем кивнуть, и его катализатор снова исчез. — Я ничего не чувствую. Что бы это ни было, оно не оставило никаких следов. — Возможно, мы имеем дело с призраком. Ризли хотел пошутить, чтобы разрядить обстановку. Взгляд, который бросил на него Нёвиллет, заставил его замолчать. Если Верховный судья и рассматривал такую возможность, то она ему не очень понравилась. — Нам лучше решить, в какую сторону идти дальше, ваша светлость. На верхних уровнях есть еще коридоры, я предлагаю воспользоваться одним из них. — Замечательно. После вас? От того, как Нёвиллет наклонил голову, он чуть не упал на колени; лицо запылало огнём, и герцог поторопился как можно быстрее догнать юдекса, перепрыгивая через каждые две ступеньки.