Легенда об искариотском принце

Месяцы пролетали своим чередом, сменяясь с наступающей дождливой осени на теплую позднюю весну, где все, даже в таком застывшем месте, начинало расти, цвести и оживать. Этот момент времени он любил больше всего в смене времен года. Миновало около года с раздела территории, и Му Цин никак не мог предполагать, что какие-либо проблемы могут опуститься на его голову на неизвестном по счету веке бесконечной жизни. Кормиться приходилось за пределами долины, каждый раз по пути пересекая территорию оборотней извилистой тропой, где его продолжали преследовать невидимые, но слышимые лапы. Единственным его желанием были покой и умиротворение, но, к сожалению, об этом давно стоило бы забыть. Теперь оборотни прогуливались или охотились поблизости замка, их звериные переговоры, бег и многоголосый разнообразный вой он мог расслышать, просто подкрепляясь остатками крови или погружаясь в очередную книгу из огромной королевской библиотеки, занимаясь обычными человеческими делами или шитьем новых нарядов. Выйдя на балкон, он мог наблюдать их резвящиеся фигуры совсем рядом - почему-то псам нравилось приходить под его стены и устраивать шутливые драки, обучать молодых самцов или отдыхать. Он был заточен в нерушимых стенах замка как узник, лишь изредка решаясь отправиться на охоту или посетить деревню людей, а любимые прогулки по лесу и собирание диковинных трав для приправ и лекарств остались теперь мечтой глупого ребенка. Теперь он не имел права ступить дальше протоптанной дороги даже на шаг ибо был обещан стать пазлом из разорванных конечностей за нарушение. Эти оборотни со сменой вожака стали для него настоящей преградой на пути к тихому созиданию, но он был удивлен не их бессовестным вторжением в личную жизнь, а тем, что не испытывал по этому поводу закономерной злости, и дело ли в забытьи этого чувства или в отношении к волкам - оставалось неясным. Теперь под его окнами часто творилось оживление, в лесу носились множество лап, рычащих и спорящих, и ощущение жизни, которое логически после раздела должно было уменьшиться, вдруг стало восприниматься слишком явно - он осязал ее своей ледяной кожей. Это недоступное прежде чувство разливалось странным, давно забытым теплом по застывшим венам, начиная пульсировать подобно крови и приятно скручиваться при виде веселящихся молодых щенков под окном и изредка сопровождающего их вожака. Создавалось впечатление, что этот несносный черный волк - вожак совершенно ничтожный, раз вместо выполнения обязанностей проводит свое время за контролем порядка и пролеживания шерстяной туши без дела. Му Цин совершенно точно понимал его мотивы - оставлять молодняк в опасной близости от врага - затея, лишенная здравого смысла, но совершенно точно не понимал другого - для чего ему понадобилось приводить младших членов стаи именно в этот район. Он - Му Цин - все еще вампир и все еще питается кровью животных, щенки и молодые самцы для него добыча желанная и легкая. Он запросто выпьет одного такого юного оборотня, сломив хребет одной правой рукой. В особенно дождливые и ветреные дни отпугивающий запах волчатины доносился из леса и проникал в распахнутые окна, окутывая собой замок, и Му Цин чувствовал, как его глаза начинают слезиться от ядовитого аромата, но упорно терпел, пока постепенно его рецепторы не перестали воспринимать его как угрозу. К сожалению, несмотря на привыкание, сами по себе оборотни все еще оставались угрозой, поэтому стоило придерживаться осторожности. - Сегодня особенно солнечно, - донеслось до его слуха с поляны, где бурая туша отряхивалась от утренней лесной росы после бега, - идешь в деревню? Тот самый опрометчивый волк, который изменил ход их драки одной фразой, жертвуя собственным благополучием ради благополучия стаи. Фэн Яо являлся частым гостем в округе - частенько сопровождал молодняк, ходил в патрули и охотился в этой местности вместо вожака. Они поравнялись у каменного моста, когда Му Цин, облаченный в закрытую одежду и плащ с капюшоном, прошествовал мимо патрульной пушистой компании недалеко от ворот. - Опасно общаться с вампиром таким, как ты, Фэн Яо, - произнес Му Цин, не сбавляя быстрого человеческого шага. - Почему это опасно именно мне? - Ты молод, наивен и недостаточно опытен, а я все еще охочусь на тебе подобных. - Ты только хочешь казаться злым, - фыркнул волк, пристраиваясь к его шагу. - Кто тебе сказал, что я хочу казаться злым? - Отец говорит, что ты странный, раз живешь в одиночестве рядом с оборотнями до сих пор, и тебя стоит опасаться. - Он правильно говорит, - качнул головой Му Цин. Его рычащее сопровождение упорно шло рядом. - Тебе стоит прислушаться к его словам. - Я сам разберусь, что мне делать. Му Цин лишь глаза прикрыл от усталости, невольно отметив, что эта фраза вызвала на его окаменевшем лице слабое подобие улыбки. - Иди к своим, - он быстро взял себя в руки, возвращаясь в привычное амплуа ворчливого старика в обществе неугомонного юнца. - Я не хочу разбираться с вашим непроходимым вожаком. Если он узнает, что ты со мной разговаривал - ему это не понравится. - Ты ведешь себя как мой отец - также постоянно поучаешь меня, - оскалился Фэн Яо. Му Цин научился определять его оскалы - этот не был угрозой, а лишь показателем его недовольства. Вопреки словам, волк затормозил у ближайшего дерева. - Мы ведь еще увидимся? - Как пожелаешь, - Му Цин только на ходу бросил эту фразу, прежде чем его спина пропала за поворотом плотного ряда деревьев. Близость волчьей стаи и попытки подружиться одного из его членов оказались не единственными проблемами Му Цина, а точнее сказать, не самыми опасными проблемами. Голод. Он испытывал голод. Привыкание к волчьему запаху только способствовало обострению желания испить чьей-нибудь крови, ведь отталкивающий запах теперь не казался мерзким и душным для вампира. Постоянное нахождение рядом с живыми существами, наполненными кровью, и оторванность от места кормления играли с ним злую шутку. Поначалу все было хорошо - у Му Цина были запасы, и он исправно ходил за едой за пределы долины каждые несколько недель, но охота рядом с людскими поселениями значительно усложняла задачу - охотники промышляли в том лесу, и случались ситуации, когда он попадался практически с поличным на глаза ничего не подозревающего человека. Пришлось на некоторое время прекратить охотиться в деревне, слухи расползались с немыслимой скоростью, и стоило переждать беду. Таким образом он оказался окончательно заточен в замке - одинокий и голодный он хотел лишь одного - теплой, густой, сладкой крови, и с каждым днем ситуация становилась все хуже. Первые несколько недель прошли успешно, следующая неделя далась ему со скрипом, а сейчас и вовсе глаза закрывала пелена. Гортань стягивало тугим железным хомутом и обливало жгучей лавой, пока он, запершись в собственной спальне, сидя на полу, хватался за горло и пытался не сойти с ума. Шелест и топот обостренным из-за бушевавшего инстинкта чувством слуха он учуял мгновенно, стоило животному приблизиться к замку ближе, чем на несколько миль. Сознание и самоконтроль выскальзывали из его рук как песок сквозь пальцы, и он не видел и не желал ничего, кроме крови. Разум спрятался на задворки, уступая место доминантному инстинкту, и Му Цин не отслеживал, как выпрыгнул прямо с балкона и, забывшись, помчался по чужой земле за тем, чей сладкий запах принесло ветром из недр леса. Для охоты ему не требовалось многого - он кинулся на жертву со спины, готовый вонзить зубы в кожу, не боясь наглотаться шерсти. Взвизг испуганного голоса показался леденящим душу из-за того, что оказался ему до боли знаком. Красная пелена одним хлестким ударом осознания сошла с потемневших глаз. В его руках, схваченный в стальные тиски, лежал Фэн Яо, испуганно глядя на зубы у собственного горла. Он молчал, боясь пошевелиться, только грудная клетка под холодными ладонями тяжело вздымалась и опускалась, будто пытаясь надышаться перед смертью. Му Цин вздрогнул от удара совести - он только что чуть не съел очаровательного, дружелюбного юнца, так желавшего с ним пообщаться. Глаза скользнули ниже на собственные руки, а затем он отпрянул от него, выбросив как куклу - для него Фэн Яо был все еще слабоват. Все, что нашлось у него на языке, было потерянное и скупое: - Прости. До чего довел его страшный голод? До желания съесть оборотня? Бежать было поздно. Несколько членов стаи во главе с вожаком выпрыгнули из кустов, окружив его, и спрятавшийся было голод подступил к горлу вновь, грозясь утопить его в жажде. - Вот значит как! - Устрашающе прорычал Фэн Синь, последним спрыгивая с каменного выступа на землю, усыпанную старыми еловыми иглами. - Решил нарушить договор, да еще и сожрать моего соплеменника? Му Цин, казалось, даже иллюзорно икнул от ужаса - в устах Фэн Синя это звучало еще ужаснее, чем в собственной голове. - Это недоразумение, - попытался оправдаться Му Цин, делая шаг назад от наступающего Фэн Синя, но спиной чувствовал острые клыки сзади, отступать было некуда. - Я оторву тебе голову! - Рявкнул вожак, кидаясь вперед. Му Цин увернулся, одним огромным прыжком приземлившись на ближайшую еловую ветвь, заставив ее покачнуться. - Прежде чем кидаться на людей как собака, советую узнать все детали, - прошипел Му Цин, выпрямляясь, - а, точно, забыл, ты же и есть собака. Яд сорвался с его губ неосознанно - в его голове развернулась битва между отчаянным желанием выпить каждого под ногами и желанием сбежать подальше от надвигающейся кровопролитной беды. - Тварь! Волк подпрыгнул, цепляясь зубами за ветку, и потянул ее вниз. Му Цин, не ожидавший подобного поворота, качнулся вместе с ней и схватился за ствол дерева, чтобы устоять. Подобного веса и силы туша запросто могла обломать огромную и тяжелую еловую лапу. Сил с длительным голодом становилось все меньше и меньше - схватка с сильнейшим оборотнем может окончиться смертью. Кто сказал, что бежать поздно? Он перескочил на соседнее дерево подальше от острых клыков, спрыгнул вниз и помчался вглубь леса. - Спасаешься бегством? Беги, беги, тебе все равно некуда! - послышалось вдогонку, а затем громкий, леденящий душу вой, похожий на боевой клич, разнесся над лесом. Началась погоня. Это все, что ему оставалось. Бег в изможденном состоянии заметно замедлился, и он чувствовал спиной, как волки наступают ему на полы длинных одежд. У него была единственная цель - пещера. Единственное место, где он сможет оторваться, петляя по запутанным коридорам явно ловчее, чем неуклюжие для узких пространств оборотни. Лишь бы успеть. Он влетел в разлом стрелой, стремительно исчезая от взора волков и солнечных лучей в темноте узких поворотов, и остановился только, когда минул ее и запрыгнул на ближайшую ель по ту сторону горного барьера. Подозрительно тихо минуту, две, десять. Будучи неспособным дышать, он тяжело вздохнул и прикрыл глаза от облегчения. Сюда оборотни не решились соваться в волчьем обличье - слишком высока вероятность наткнуться на людей. Му Цин оглянулся в поисках пропитания - прочие вещи сейчас волновали его в последнюю очередь. Наевшись вдоволь, он вновь забрался на самую верхушку дерева, прячась в зеленой кроне подальше от вероятных людских глаз, и задумался. Сейчас он далеко от долины, погоня за едой увела его глубоко на север, и день, в котором он потерял рассудок, сменился ночью трижды, готовый вот-вот уступить рассвету. Трое суток - самая длительная охота на его памяти. Ситуация вынудила его минуть опасный участок, и вот он на свободе, сытый и снова сильный, но вот незадача - теперь, договор кажется, исчерпал свою силу. Возвращение домой может стоить ему жизни. А с другой стороны - зачем ему эта жизнь? Может ли подобное существование вообще зваться жизнью? От раздумий его отвлек странный звук недалеко от него. Звук не был похож на все обычные животные или человеческие звуки, он был похож на тот, который слышит каждые две недели на протяжении сотен веков на охоте. Треск ломающихся костей. Следом до него донесся донельзя интересный диалог. - Ты точно его видел? - Да, он промчался мимо меня с час назад в эту сторону. - И как ты предлагаешь его найти? От него воняет как от леса, его запах растворился несколько миль назад. - Вот же ты придурок! И зачем нам этот вампир сдался? - Если здесь есть вампиры, это отличная возможность найти себе место для жилья. Мы столько в пути! Трое пробирались по сложному рельефу леса, преодолевая каменистые выступы, выпирающие венами корни деревьев и поваленные бревна, медленно и расторопно, явно кого-то вынюхивая. Му Цину не составило труда понять, что речь о нем, и он только пригляделся в силуэты троих вампиров - ничем не примечательные женщина и двое мужчин в обычных крестьянских одеждах, кроме нескольких маленьких деталей - вся она была запятнана едва подсохшей кровью, а женщина, шедшая впереди, держала в руках тазобедренную кость, аккуратно отламывая от нее по кусочку. - Твоя эта игрушка выглядит жутковато, - пролепетал парень помладше, косясь на женщину. - Может найдешь себе успокоительную забаву по… поприятнее на вид? - Будешь болтать, и в моих руках окажется одна из твоих костей, - она покачала ей, словно пригрозила нашкодившему ученику, и снова принюхалась. - Да не тут он. Сколько можно тащиться как черепахи? Сбежал и сбежал. Запах Му Цина действительно можно было спутать с лесным, ведь благовония для концентрации духа, которые он зажигал в замке для борьбы с безумием, он делал сам из тех трав, что собирал в лесу. Отчаяние от страха полакомиться не тем куском мяса было столь велико, что в момент перед тем, как пелена накрыла его, он обсыпался ими с ног до головы, и даже засунул мешочек с остатками в карман. Не думал Му Цин, что такие глупые попытки спасти чью-то мохнатую жизнь спасут сейчас его самого. Вампиры не выглядели мирными - ярко-алые радужки глаз, голосящие о предпочтении человеческой крови, засохшие багровые пятна на одежде и, самое очевидное, покрытая пленкой свежая человеческая кость в руке - все это кричало опасностью и угрозой, но никак не благими намерениями. Му Цин не питался людьми даже в страшные голодные зимы или в безумии, и отсутствие контакта с подобными личностями было для него делом чести. - Нужно сообщить Чжэн Хуо о наших приключениях. Даже интересно, что он скажет. Му Цин не смел шевельнуть хоть одним мускулом. Чутье вампиров превосходно, один взмах ресницами, и они почувствуют его присутствие. Созидание природы и окаменение, которым он неосознанно учился, сейчас играли на руку. Больше они не разговаривали, направляясь в сторону жилого поселения недалеко отсюда, а Му Цин на дереве отмер только спустя полчаса, когда они отошли достаточно далеко. Эти вампиры и их желание выловить его из леса показались слишком подозрительными. Он следовал за ними по запаху до ближайшей деревни, но то, что его там ждало, заставило впасть в ступор даже Му Цина, которому не было особого дела до чужих проблем. Деревня, что располагалась в отдалении главной торговой дороги этой местности, свойственно этому времени суток меркла в темноте, но даже при блеклом свете растущей луны можно было разглядеть весь ужас, творящийся на пустых улицах: оторванные конечности и головы, наваленные кучи трупов и стойкий, душный запах крови в воздухе заставили Му Цина загнанно вздрогнуть. Недалеко раздавались голоса, радостный смех, перекрывая собой истошные вопли и надрывной плач. Вампиры пировали, и воспоминания волной цунами захлестнули его с головой. Он чуть не свалился с ветки, когда ошибки прошлого вспыхнули перед глазами яркими картинами, ликующе выскочив из глубокого подсознания. Кошмар охватил его грудную клетку железными тисками, в глазах потемнело. Он вернул себя в чувство насильно, опасаясь быть пойманным во вражеском логове, еще какое-то время даже отмахиваясь от влажного воздуха широким рукавом - забытая в летах старая человеческая привычка вынырнула из подсознания маленьким оплотом спасения от иллюзорно удушающего ощущения безысходности. Тихо выдохнув носом липкий запах крови, он все же решился идти дальше, пользуясь тем, что сейчас вампиры отвлечены на более сладкое и полезное занятие, чем отслеживание границ. Он подобрался совсем близко к эпицентру ужаса, беззвучно прильнув к пику крыши недалеко от главной площади - высовываться затеей было проигрышной, ему стоило хотя бы попытаться услышать разговор. Бесполезный треп, звук свежевания и хохот недолго продлились - ему повезло. Неожиданный вопрос прозвучал оглушающе во всей какофонии звуков. - А что до волка? - Волк не помеха. Он сбежал на юг, его запах затерялся в нескольких милях отсюда. Нам нужно найти его. Волки не живут поодиночке. - Зачем? Ты настолько извращенец, что хочешь отведать волчатины? Людей не хватает? - Фу, нет, они отвратительно воняют. Кто в здравом уме вообще будет жрать оборотней? - А это был оборотень? - А как же?! Чудовище два метра в высоту, и несся со скоростью такой, что я его еле заметил. - Пойдем по его следам. Не думаю, что он далеко ушел. - А ты что скажешь, Чжэн Хуо? Молчание. Затем глубокий спокойный мужской голос разрезал тишину разговора. - Думаю, ты прав, - очевидно обращаясь к тому, кто яро требовал отправиться за волком. - Если твое описание правдиво, и это действительно был оборотень, они наверняка устроились в том отличном месте к югу отсюда, о котором я рассказывал. - А нам разве нужно такое место? - Мы не можем бесконечно вырезать деревни и творить анархию. Нам нужно убежище на ближайшее время, чтобы переждать бурю. Другие кланы уже знают о нашем существовании. - Просто убьем их! В чем проблема?! - Другие кланы больше и опаснее нашего. Затаиться на время - лучший выход. - Тогда получается мы разберемся со стаей оборотней и дело с концом? - Это наилучший выход. Му Цин хмуро взглянул в ту сторону, где по его расчетам, раскинулась тихая защищенная долина. Грядет беда - нужно предупредить остальных.

***

Му Цин осторожно выглянул из тени скалистого разлома, принюхиваясь. Он ожидал, что его будут встречать по всем традициям нарушения правил, но у выхода из пещеры никого не оказалось. Словно бы и не было всех нескромных событий, он, выпрямив спину самым самоуверенным образом, прошел по тропе вглубь леса, тормозя на ее изгибе в особенно плотном расположении деревьев, когда почувствовал движение рядом. Шорох игольного настила умолк, а затем шаги осторожно приблизились - из-за дерева в метрах десяти вышел бурый волк, хмуро смотря на своего обидчика. - Фэн Яо, - облегченно выдохнул Му Цин, совершенно не понимая, когда начал пользоваться своим отмершим дыханием для выражения эмоций. - Позови вожака. Это срочно. Прошу тебя! Карие глаза оборотня оценивающе смерили его взглядом, но с места он не сдвинулся. - И… прости. Я был очень голоден, - прошептал Му Цин, не отводя глаз, выдерживал его тяжелый взгляд, так похожий на кое-чей. - Мне правда жаль. Фэн Яо неспешно кивнул и исчез в лесу. Вожак одарил его своим присутствием вскоре. Из-за деревьев, в прыжке пересекая бурлящий каменистый ручей, он приземлился на приличном расстоянии. - Все-таки совесть взяла верх, и ты лично явился на казнь? Похвальное мужество! - Злорадно прорычал Фэн Синь, смотря на него исподлобья. - Я пришел сообщить тебе важные новости, - Му Цин, если бы был человеком, набрал бы в легкие больше воздуха перед речью, будучи на волоске от растерзания, но он только гордо выпрямился, краем глаза наблюдая за перемещением нескольких членов стаи, они подобрались ближе и были готовы кинуться на него сбоку, если Му Цин решит опять устроить бегство. - Ты думаешь, я стану слушать твой лепет? - К нашей долине приближаются вампиры. Я встретил их, когда охотился на севере в районе деревни Юйцзинь. Она разрушена их руками и… Вожак фыркнул и оскалился, не дав закончить речь. - Это, по-твоему, важные новости?! Ты думаешь, меня напугает стайка вампиров? Если они такие же слабаки, как и ты, то я не вижу проблемы. Не запудривай мне мозги! - Послушай же! - Воскликнул Му Цин, чем вызвал ропот оборотней. - Их больше двух десятков! Большинство из них новорожденные! Пока ты здесь варился в бездействии, они заметили твоего разведчика. Они подчистую истребляют деревни и планируют напасть на ваше племя, пока вы будете пировать над моей смертью! - Ха! Забавно наблюдать за твоими слабыми попытками спасти собственную шкуру. Или считаешь, что тебе удастся загладить вину подобными манипуляциями и продолжить безмятежно жить в замке на отшибе? - Это все еще мой замок, - отчеканил Му Цин, - кажется, он был тебе не нужен. Если твои планы изменились - приди и забери его силой. Ты ведь иных способов не знаешь. - Он сделал паузу, с сожалением оглядывая сопровождающих его волков, и сокрушенно продолжил. - Наша новоявленная вражда ничего по сравнению с тем, что ждет тебя, если ты продолжишь и дальше относиться безответственно к моим словам. - Я в состоянии самостоятельно разобраться со своими проблемами. Твоя помощь, преисполненная фальшивым благородством, никому здесь не нужна. - Я и не собирался помогать, - печально улыбнулся Му Цин, понимая, что весь этот диалог - бесполезная трата времени, - это теперь ваши земли. Взмахнув рукавом, он растворился в лесу черной тенью словно призрак, оставив после себя лишь отголосок аромата истлевших благовоний, собственной кожи и пыли. Фэн Синь еще долго задумчиво всматривался в солнечные лучи, проникающие сквозь плотные кроны деревьев, но гнаться не решился, а ушел на восток, где земля сталкивается с морем, а сотня невинных жизней ничего не подозревает о надвигающейся беде.