Легенда об искариотском принце

На следующий день Му Цин занимался хозяйством - отстирывал испачканную за длительную охоту одежду, смахивал пыль и подметал пол, когда услышал шаги около ворот. То были человеческие шаги, уверенные и взрослые, принадлежавшие явно умелому охотнику. Стук кулаком по массивным деревянным воротам раздался почти сразу же. Заинтересованный Му Цин решил встретить незваного гостя, спустился по каменной мостовой к ограждающим стенам и дернул рычаг, открывая тяжелые дубовые створы. За ними стоял тот, кого он ждал меньше всего у своего дома - тот, кто очень непутево пытается с ним расправиться. Фэн Синь в простых одеждах при свете дня выглядел еще ярче - смуглая кожа, словно поцелованная солнцем, сияла, как и его ясные золотистые глаза, а непослушные грубые волосы стянуты на затылке лентой в обыкновенный хвост. Му Цин даже признался себе, что слегка изумился, рассматривая в человеческом обличье своего нерадивого карателя, но слова не были лишены яда: - Ты пришел по мою голову один, без стайки прихвостней? Фэн Синь измученно вздохнул, разглядывая бледное лицо, спрятанное от летнего полуденного солнца под тенью низкого капюшона. - Я пришел по другому поводу. - И какому же? Фэн Синь долго смотрел ему в глаза, пока наконец, шумно вздохнув, не решился: - Ты хочешь жить? - Смотря для чего, - Му Цин сложил руки в замок под грудью, готовясь слушать. - Есть предложение. Ты поможешь нам расправиться с этими вампирами. - Оу, - закаменевшие брови, кажется впервые за последние сотни лет, удивленно подскочили вверх. - Почему ты считаешь, что я соглашусь? Фэн Синь тем временем продолжал, растерявшись сильнее от подобной реакции: - Четверть отвоеванной земли верну обратно. - Не смеши меня, - хмыкнул Му Цин, потянувшись к рычагу. - Половина. - Четверть! - Половина и ни милей меньше. - Треть. Му Цин схватился за рычаг, томно отвернувшись и пряча лицо за полами капюшона, а Фэн Синь с ужасом смотрел на аккуратное предплечье в изящном, расшитом вышивкой, кожаном наруче. Рука потянула рычаг медленно, но этот маленький момент остался вне внимания напуганного оборотня. - Ладно! Половина! - Он это почти выкрикнул, недовольно щурясь и опуская взгляд на его плечи. - Так-то лучше, - чинно взглянул на него Му Цин, улыбаясь одним уголком губ. В его взгляде, пусть и укоризненном, не было и толики высокомерия. Он, элегантно развернувшись, отчего длинные полы ханьфу веером вскружились над каменной плиткой, направился в сторону главной двери. - Приходи сегодня вечером. Увы, пока что я не готов принимать гостей, - бросил он через плечо, и оставив Фэн Синя в молчаливом недоумении, а рычаг нетронутым, удалился вверх по лестнице. - Чертов вампирюга! - Себе под нос прорычал оборотень, при всем его грозном виде, испытывая облегчение. Фэн Синь явился к порогу замка, когда солнце на небесном своде ярко блестело предзакатными лучами, готовясь постепенно опускаться за горизонт. Подходя к дубовым дверям, чтобы достойно встретить гостей, Му Цин услышал за ними забавный диалог: - На кой черт ты приперся? Я что тебе сказал?! - Вы опять подеретесь, и что нам останется делать? - В этом ты точно не помощник, немедленно возвращайся! - Нет! Му Цин распахнул входную дверь в замок как раз в тот момент, когда Фэн Синь открыл рот для ответа: - Добро пожаловать, - ровно произнес он, оглядывая состав оборотней. Ими оказались сам Фэн Синь, который гневно глядел на взъерошенного Фэн Яо, с которым и происходил поучительный диалог, и тот, кого он знал задолго до рождения Фэн Синя - старейшина их клана и по совместительству отец альфа-братии, заявившейся чуть раньше положенного срока. Он взглянул на его повзрослевшее лицо, усеянное мелкими возрастными морщинами, такое же смуглое, как у Фэн Синя, и степенно кивнул в ответ, приветствуя бывшего вожака. От вопроса, почему тот все еще жив, он как воспитанный человек, удержался и перевел смурной взгляд на Фэн Яо. - Я тоже пришел! Му Цин лишь коротко глянул на нынешнего вожака и чинно пригласил их троих. - Я не позволю тебе присутствовать! - Выплюнул Фэн Синь, первым проходя внутрь. - Проваливай! - Зато я позволю, - отрезал Му Цин, закрывая дверь за их спинами. - Это все еще мой замок, и Фэн Яо - такой же мой гость, как и вы. Не тебе здесь устраивать порядки. Прошу за мной. Он прошествовал мимо них своей обычной гордой походкой, складывая руки под грудью и пряча их в рукавах ханьфу, и принялся подниматься вверх по одной из лестниц, ведущих на внутренний балкон и уровень выше. - Вау, как тут красиво! - Послышалось за спиной. Взгляд невозможно было оторвать от красот замка, а посмотреть было на что: высокие колонны, подпирающие потолок, расписанный причудливыми фресками; мраморный пол; прекрасно сохранившиеся древние картины; искусная мебель с позолоченными вензелями. Взгляд Фэн Синя, пусть и восхищенного великолепием древнего сооружения, так или иначе падал вовсе не на пестрые гобелены и каменные статуи, подпирающие стены, мимо которых они проходили по коридору в левое крыло замка, а на спину его хозяина. Длинный, изящно заколотый смоляно-черный хвост покачивался ниже уровня повязанного пояса одеяний, и это привлекало его внимание гораздо больше, чем дорога, которой они пришли в небольшую, по меркам остального замка, императорскую столовую. Дверь мягко отворилась, впуская их в зал с высокими потолками и витражными окнами, отчего казалось, что свет в помещении переливался разными цветами радуги. В самом центре стоял длинный полукруглый стол в обрамлении множественных резных деревянных стульев в обивке из дорогой бархатной ткани. - Прошу, присаживайтесь, - Му Цин протянул руку, приглашая присесть к столу гостей, сам взявшись за расписанный витиеватыми узорами большой фарфоровый чайник. - Ты сам это приготовил?! - Фэн Яо, чувствовавший себя спокойнее всех в обществе Му Цина, только сейчас обратил внимание на накрытый стол. На киноварной тканевой скатерти гостей ждали сладости и печенье, а Му Цин уже разливал горячий, струящийся паром, чай по четырем изящным чашкам из того же чайного сервиза. - Мои познания в приготовлении человеческих блюд скудны, - ровно ответили ему, слегка наклоняясь над чашкой Фэн Синя, злобно сверкнувшего на него взглядом. - Это я прикупил у торговца в деревне, чтобы встретить гостей как подобает. Надеюсь, угощение придется по вкусу. - Ты можешь говорить нормально? - Шикнул Фэн Синь, тем не менее, растерянно разглядывая дымящуюся жидкость. На это Му Цин промолчал, элегантно присаживаясь на стул во главе стола по соседству с ним. Фэн Яо уже без зазрения совести смачно поедал печенье, чем вызвал у Му Цина подобие улыбки. - Угощайтесь, а то вам не достанется, - мягко произнес он остальным. - Мы здесь не для этого. - Тогда какая же помощь от вампира вам понадобилась? Му Цину, несмотря на все его гостеприимство и вежливость, хотелось хоть капельку повеселиться над противоречивым оборотнем. Тот, в свою очередь, на вопросе озадаченно взглянул на отца, который делал глоток из чашки. - Чай удивительно хорош, - вместо поддержки, старейшина обратился к Му Цину, - вы покупали его в чайной лавке Тань Ляня? - Да, слышал от местных, что его чай достоин восхищения. Рад, что вам пришлось по вкусу, - с должным уважением ответил Му Цин, следом отпивая глоток для приличия. - Вы издеваетесь?! Этот грозный рык принадлежал не кому иному, как Фэн Синю, вышедшему из себя. Он приложил на столешницу кулак, отчего фарфоровый сервиз тонко задребезжал под тяжелой рукой, а Му Цин, отнимая чашку от рта, поставил ее на стол и невозмутимо взглянул на своего главного гостя. - О чем мы должны вести беседу, если ты, уважаемый гость, - последнее слово он подчеркнул, - молчишь и не желаешь выдавать подробности причины вашего прихода сюда? Фэн Синь только сверлил его недобрым взглядом, а затем фыркнул совершенно по-волчьи, и спустя долгую паузу, наконец стесненно начал: - Ты должен… рассказать нам о вампирах. Если тебе они показались какими-то особенными, то, я думаю, стоит узнать у тебя, что именно в них такого особенного, чтобы противостоять им без лишних потерь. Наших познаний о вампирах, - он запнулся, - недостаточно. Му Цин лишь мимолетно взглянул на старейшину абсолютно нечитаемым взглядом, а в ответ увидел легкий кивок и ничего более. - Вы пришли из внешнего мира более сотни лет назад. Неужели вам не удалось столкнуться с вампирами там? - Учтиво вопросил Му Цин, все еще поглядывая на отца Фэн. - Все, что мы знаем - это то, что они сильны, и им следует отрывать головы и поджигать их тела, чтобы они больше не возрождались, - Фэн Синь словно и не видел их странных переглядок, продолжая рассказывать и потирать витиеватую ручку чашки от волнения. - Как только мы явились в эту долину, более мы не сталкивались с вампирами, кроме тебя. Но ты не жрешь людей, а те, которых повстречал, по твоим словам - те еще людоеды. - То есть ты все-таки мне веришь? Вчера ты был настроен более чем категорично, - пожал плечами Му Цин, - что же изменилось сегодня? Фэн Синь зыркнул на него недовольно, нахмурившись густыми широкими бровями. - Если мы хотим, - сквозь зубы проговорил он, - жить так же безмятежно, как прежде, мне приходится тебе верить. - Тебя в этом старейшина Фэн убедил? - По-твоему, я сам не в состоянии до этого додуматься? - Ты вообще себя этим не утруждаешь, - хмыкнул Му Цин, облокачиваясь на стол. Рядом послышался тяжелый судорожный вздох, отчего стало предельно ясно, что Фэн Синь еле держит себя в руках, чтобы не начать драку. Фэн Яо напротив, до сих пор тихо уплетающий вкусное угощение и слушающий их разговор, только многозначительно и обеспокоенно посмотрел в глаза вожака, явно о чем-то сообщая ему по внутренней связи. - Итак, вам нужно знать все о вампирах. Что ж, - Му Цин взял чашку в руку и задумчиво покрутил ее в пальцах, - вампиры, которых я видел в деревне Юйцзинь, совершенно точно отличаются от меня. Судя по тому, что я видел и слышал, они составляют довольно крупный клан вампиров, куда принимают только новорожденных, что уже само по себе довольно странно. - Почему это странно? - Потому что вампиры редко собираются в один клан и обычно существуют поодиночке, либо же парами. Я знаю только несколько крупных кланов, которые пострадали при трагедии пятисотлетней давности, когда были заражены на войне людей и вампиров. Оставшись без всего, но не растеряв друг друга, они пошли против новой власти и так и продолжают жить семьями. - Ты о той войне в государстве Юйшан? Му Цин кивнул и мельком взглянул в глаза старейшины. На этот раз Фэн Синь заметил эту странность, недоуменно нахмурившись. - Я извиняюсь, что влезаю, - подал голос самый молодой участник пушистой компании, - а о какой войне идет речь? - Помнишь легенду об искариотском принце, что я тебе рассказывал? - Старейшина Фэн аккуратно поставил чашку на блюдце. - Эта легенда? Да. Жуткая история о предателе. - Молва о той войне облетела весь мир, - продолжил Му Цин, отвлекаясь от бдительного, подозрительного взгляда Фэн Синя на легкого юнца. - Она произошла между вампирами и людьми в древнем государстве Юйшан, давно сгинувшем с лица земли. - В легенде говорится, что принц стал предателем, а потом всем отомстил с помощью великой силы. Он был вампиром? Веко Му Цина дернулось от опрометчивых слов Фэн Яо, но он быстро вернул себе лицо, так, что никто не заметил. - Спустя пятьсот лет никто не может сказать, был ли он вампиром или действительно обладал великой силой, дарованной божеством, а все истории, написанные людьми и передаваемые из поколение в поколение, искажены и наполовину стерты. Гораздо важнее то, что остатки кланов, оставшиеся в живых после той войны, все еще продолжают существовать. Они довольно могущественны и не устраивают беспорядков, сохраняя свою принадлежность к вампирам в тайне. Я уверен, они не имеют к этому отношения. - Как же тебя жизнь занесла познакомиться с кланами вампиров, всю жизнь живя на отшибе? - Сощурился Фэн Синь, глядя на точеный бледный профиль. - Прямо и не верится, что ты хоть раз в жизни заходил дальше нашей деревни. Его обдало ледяным взглядом как ушатом воды. - Я хожу по этой земле дольше тебя, так что советую заткнуться и послушать, что говорят старшие, - процедил Му Цин. - И насколько же ты старше? На двадцать лет или прям старче? Что ж с тебя песок-то тогда не сыпется? - Презрительно фыркнул Фэн Синь, развалившись на стуле как нерадивый самовлюбленный император на троне. - Уточните, - встрял старейшина, отпивая чая и прерывая их очередную перепалку от греха подальше, - что значит новорожденные? - Вы легко их сможете узнать. Цвета их радужки глаз ярко-алые, прозрачные, близятся к розовым оттенкам, нежели у обычных вампиров, питающихся людьми. Это молодые вампиры, которым нет и года. Они очень сильны, импульсивны и очень инстинктивны. Гораздо сильнее, чем любой обычный вампир. - У тебя радужки не красного цвета, - подметил Фэн Синь, смотря в глаза. Му Цин тихо устало вздохнул. - Потому что я не питаюсь людьми, - он его даже взглядом не удостоил. - А значит ли это, что ты слабее любого вампира, раз питаешься животными? - Если я питаюсь животными, это не значит, что я слабее. Это значит, что я выбираю другой путь. - И почему же? - Вы здесь для того, чтобы выяснять мое прошлое или ради помощи? - Просто странно, - Фэн Синь подобрался на стуле, тоже облокачиваясь на стол и наклоняясь ближе к Му Цину, - живешь тут один среди оборотней, в огроменном роскошном замке в скале, и никого не трогаешь. И тебя никто никогда не трогал, - он сурово взглянул на старейшину и снова уставился в золотистые глаза вампира. - И что же в этом странного? - Буквально В-С-Ё. - Если тебе что-то не нравится, дверь там. Обсуждать свое прошлое с безрассудным, перебивающим каждое мое слово, волком, я не собираюсь, - Му Цин не моргал, пожирая глаза напротив. - А если я не захочу уходить только потому, что ты так сказал? Фэн Яо нервно покосился на старейшину, который даже растерялся от подобной сцены, не зная куда себя деть, но молчал. Даже он, перестав быть вожаком, не имеет права вставить слова поперек и как-то оценить поступки вожака вслух. - Я просто напоминаю, - Му Цин холодно усмехнулся, - я ем животных. А ты не что иное, как животное, Фэн Синь. - Может, мы все же продолжим обсуждать насущную проблему? - Попытался спасти ситуацию старейшина Фэн. - Хочешь попробовать меня сожрать, бледнолицый? - Недобрая улыбка расползлась по смуглому лицу. - Ты совсем берега попутал, грязное животное, - выплюнул Му Цин. Брови Фэн Синя сошлись на переносице, и он угрожающе гортанно зарычал, подскакивая со стула, что бедный заскрипел о мрамор и рухнул на спинку. Они подскочили синхронно, готовые сцепиться в смертельной схватке. - Действительно, ты только язык силы и знаешь! Что же меня удивляет, что ты заявился в мой дом и решил устраивать здесь бардак? - Понятия не имею! Он кинулся на Му Цина, со скоростью света обращаясь в волка, но повалить вампира не удалось - он получил точный удар кулаком по челюсти, от чего его подкинуло вверх и впечатало в стену, задевая тушей и стул, и стол, поехавший вместе с хрупким чайным сервизом, и ударившись спиной о камень. - Кажется, придется разговаривать с тобой на твоем языке! Остальные гости подскочили со своих мест и испуганно замерли, услышав крик обычно холодного, спокойного вампира, наблюдая за тем, как двое сцепились в огромный клубок. В этот раз никому не хотелось уступать, поэтому оказавшись за спиной, он обхватил Фэн Синя за ребра и зажал, пока тот, хлопая клыкастой пастью, старался вырваться из тисков, развернулся и со всей своей вампирской силой швырнул оборотня в витражное окно. Послышался звон разбивающегося цветного стекла и осыпающихся осколков, а затем разъяренный рев хозяина замка: - Я не желаю вас видеть! ВОН! Взмахнув рукавом, он направился к выходу, как старейшина все же окликнул его: - Постойте, господин Му. Дайте сказать пару слов. Фэн Яо кинулся к зеву, которое когда-то было застеклено, и взглянул вниз: на большой высоте у подножия каменной стены, отряхиваясь, на лапы поднимался черный волк. Му Цин затормозил с открытой дверью в руке. - Вожак… нет, мой сын довольно вспыльчив. Он молод, ему нет и ста пятидесяти, и он совершенно не любит, когда ему перечат. Вы единственный, кто смеет ему перечить. Он просто не привык к такому. - Каким образом распущенность вашего сына касается меня? - Рявкнул он, тем не менее, вернув себе хотя бы пару тонов ледяного спокойствия. - Нам правда нужна ваша помощь. Прошу, дайте ему еще один шанс. Его воля и желание оградить племя от опасности велико так же, как и ваше! Фэн Яо дернулся на этих словах, странно покосившись на старейшину. Му Цин долго сверлил глазами лицо взрослого мужчины, пытаясь совладать со злостью, вдруг вскипевшей в нем впервые за столько времени, и наконец сдался. - Если он придет и самолично извинится за учиненный бардак. Только из уважения к вам. Один шанс. - Отчеканил Му Цин, скрываясь за дверью. Они остались вдвоем в разгромленной столовой, в ужасе смотря вслед разозленному вампиру в звенящей тишине. Фэн Яо не выдержал: - Что это был за диалог? Что ты имел ввиду под фразой “так же велико, как и ваше”? Старейшина лишь вздохнул, прикрывая глаза. - Это и его долина тоже, - хмурясь, он с трудом выговорил и запнулся. - Чего-то ты темнишь, деда, - скривился Фэн Яо. - Когда-нибудь я тебе расскажу.