Милый друг

      Мощный взрыв белоснежного света оглушил воинов Эльвига, заставил Саурона прикрыть лицо рукой, и подарил нам несколько секунд безоговорочной форы. Сила трех колец сработала!.. Жаль, что пришлось разделиться. Подхватив людской меч, Галадриэль рванула навстречу общему врагу, нанесла удар, немедля отведенный в сторону длинным черным мечом. Мы с Элрондом, тревожно переглянувшись, тоже метнулись к оружию, но… О, я с трудом подняла меч!.. Тяжелый и неудобный, он оказался куда сложнее в обращении, нежели искусные клинки эльфов!.. — Никуда не отходи от меня, слышишь?! — крикнул Элронд, мельком глянув на сцепившихся в схватке на смерть, Саурона и Галадриэль.  — Да!..        Я попыталась поднять меч, постаралась удержать на весу, когда разглядела солдат, прорывавшихся сквозь двери. Грузный и неудобный, совершенно прямой, без какой-либо опоры, без распределения нагрузки!.. Я никогда не билась на таких!..       Растерянно взглянув на Элронда, бросившегося вперед и занесшего удар над одним из воинов, пронзив насквозь и с криком вытащив клинок, я тоже подняла дрожащие руки, но… Во мне не бились безграничные силы, подобно эльфам, отчаянные и выносливые! Всего лишь человек, которому с трудом давались тяжести!.. Обычная молодая женщина, пусть и с волшебным кольцом на пальце. Что я могла противопоставить злобе, ворожбе Саурона?.. Покуда эти воины были «зрячи», они бы заметили — это не их король. И не бились, простив нас, но… Очарованные темной магией, добровольно неслись на убой! Падали на меч, что держал Элронд. Падали и умирали. Муж мой прекрасно сражался, чудесно держался! Он защищал, покуда я, раздумывая и топая ногой, все чаще поглядывала на лестницу, ведущую на второй этаж. Винтовая и старая, ей почти не пользовались, ходили мы с Ирбоном, однажды, когда он вел в подземелье. — Элронд! — воскликнула я, перекрикивая звон мечей и яростные вопли Галадриэль. — Элронд! Наверху есть оружейная! Я могу взять эльфийский меч и нормально сражаться, с тобой!.. — Нет! — отрезал он, обернувшись и махнув рукой назад. — Будь рядом, я справлюсь.  — Я воин!.. — Нет, ты… — С несвойственной, но настолько явной злобой, оттолкнув противника и взмахнув мечом, Элронд выпалил: — Ты моя жена! Перл, не заставляй меня… — Тяжело дыша и отбиваясь, он стиснул зубы, грозно выдохнув. — Не заставляй сражаться и смотреть за тобой! На всех меня не хватит!..       Конечно же, не хватит, ведь, есть я! Воин! Столько месяцев тренировалась, одолела и его однажды!.. А теперь, что?.. Буду прохлаждаться и, в ужасе наблюдать, то за ним, бьющимся насмерть в одиночку с полчищем врагов, то за Галадриэль и Сауроном, будто бы не замечавшим нас!.. Повсюду раздавались звон мечей, пронзительные крики, вздохи, топот ног!.. Наперебой с отдаленным воем рога, разнесшимся по округе, я различила наш!.. Гил-Галад строил войско! Получил весть от кольца!.. Не всё потеряно. Не всё!..        Солдаты прорывались. Элронд, лихо орудуя мечом, отбрасывал людей, но несколько, протиснувшись внутрь, все же побежали, направились ко мне!.. Схватив покрепче меч, я защитилась от удара, подставила клинок, жесткий и скрипучий, отбросила противника назад и, выкрикнув, нанесла всего один выпад!.. Зато, какой!.. Воин захрипел, выплюнул сгустки крови и, рухнув на пол, отнял ладонь от побелевшего горла, мигом оросившегося венозной жижей. Кровь. Хлынула на пол, подставила и второго солдата. Ведомый чарами Саурона, он под ноги не смотрел, поскользнулся и упал, проехал в сторону, проскочил мимо и, выронив меч, упал рядом. Беззащитный, но, по-прежнему, опасный. Убивать, вот на что его зачаровали. Попытался схватить за ногу, потянулся к сапогам, но я не позволила. Взмахнула мечом, пронзила широко раскрытую ладонь и, сорвав крик с мужских губ, испытала колкое сожаление. Это не одно и тоже, что рубить орков! Люди. Они ни в чем не виноваты, но… — Никогда не жалей врага, — выпалил Элронд, подбежав и заколов противника, покуда тот лежал и ничего не делал. — Иначе он расправится с тобой.        Оглядевшись, впопыхах, муж мой увидел — солдат слишком много, потянул назад, бегом потащил к винтовой лестнице, той самой, что вела наверх. Выронив тяжелый меч по пути, я не смогла остановиться и поднять, Элронд не позволил. Затолкал на первые ступени, повернулся к воинам, подоспевшим следом и, не обращая внимания на бой между Галадриэль и Сауроном, — он даже не задумался, по какой причине, все солдаты сразу же бегут на нас, — продолжил отбиваться от врагов.  — Отступим! — позвала я, побежав вверх по лестнице, но он снова воспротивился. — Ну же!..       Толкнула плечом деревянную дверь, но та не сразу поддалась, а снизу расслышала: — Нет, Перл! Здесь я всех просто перебью, а там!.. — Элронд яростно толкнул ногой очередного мертвого противника, поглядел на меня. — Спускайся, скоро подоспеют наши воины! Никуда не уходи!.. Перл?! — Мне нужен меч! — воскликнула я, рывками тормоша ручку, силой напирая, призывая Вилья на помощь. — Я буду биться! Я буду!..  — Перл!..       Спустя минуту страстных и отчаянных попыток, дверь, все же, поддалась, и я очутилась посреди пустынного темного коридора. Никто не открывал тяжелые шторы, никто не протирал каменные плиты. Пыль и запустение обрушилось на Эранор с возвращением их «государя».  — Перл!.. — Принесу эльфийский меч!..  — Стой!..       Я понеслась, бегом, по памяти выбирая дорогу, одну-единственную, вперед по длинному коридору, до конца, потом налево, в оружейную. Элронд не отставал. Видимо, перепугавшись, ринулся за мной. Я уловила тень, услышала, как дверь захлопнулась!.. Кто это был, если не он?.. Издали доносились крики, эхом раздавались и удары по деревянной преграде. Все, что теперь было между нами и воинами Эранора. О, бились они на смерть, шли напролом, ничего не боялись! Готовы были броситься на нас, разорвать!.. Да, если бы не Элронд, мастерки владеющий мечом, я бы уже давно почила с миром! Вернулась в свою старую реальность, или же, вовсе, умерла!..  — Перл!..        Он быстро нагнал меня, забежал в оружейную, предусмотрительно закрыл дверь на толстый засов и, оглядевшись, поймал взглядом.  — Перл, что ты делаешь?! Почему?! — эмоционально всплеснув руками, Элронд высоко вскинул меч над головой, с которого, немедля, сорвались тягучие капли крови.        Пятнами разлетелись вокруг, попали ему на щеки и мне на лоб. Вздрогнув, я стерла тыльной стороной ладони, поглядела на алые разводы и, сглотнув, расслышала топот в коридоре.  — Прорвались…       Быстро!.. О, тем мрачным днем, все происходило слишком быстро.  Я метнулась к противоположной стене, попыталась снять меч, один из тех, что когда-то показывал Эльвиг. Очень уж хвалился ими. Гордился, что собрал коллекцию. Но эльфийскую сталь ценил навес золота. Напоминала она королю о далеком родстве, о былых свершениях, об Элросе и Элронде. Кто бы мог подумать, даже он, что мы, однажды, будем сражаться за ничтожную каплю крови Саурона, в попытке уничтожить древнее зло, изгнать, подобно Морготу, из земель Средиземья.  — Святые Валар, ты сорвешься!.. — воскликнул Элронд, бросив окровавленный меч на ворсистый ковер, тотчас же метнувшись к столу, на который неуклюже взобралась. — Постой, помогу.        Нет, он себе не изменял. Защищал меня, беспокоился, подоспел, сразу, как увидел: балансирую на одной ноге, подобно балерине.  — Справлюсь!        Ловко подхватив, сначала один меч, потом и второй, я осторожно протянула Элронду легкую сталь, подобно пушинке — и не сравнишь с тяжелой рукоятью людского клинка, — а, затем, спрыгнув на пол, подбросила и свой в руке, наслаждаясь тем, что добралась, схватила, что хотела!..  — Здесь совсем нечему радоваться, мы окружены, — хмуро подметил муж, наверняка расслышав, как воины ломятся в дверь. — У них топор! Скоро будут здесь, в замкнутом пространстве, где и отступить некуда… Если подопрем столом дверь, солдатам будет сложнее протиснуться, а нам легче отбиваться.         Элронд кивнул себе под нос и ринулся тащить ближайший стол, заставленный булавами, кувалдами, кистенями и прочим, внушающим доверие, оружием. А я, завидев острие, вонзившееся в дерево и без особого труда,проломившего брешь в нашей хлюпкой защите, обратилась к Вилья в молчаливой просьбе о помощи. Зашептала беззвучно, взывая к силе трех колец, при этом вздрагивая от всякого удара, от всякого крика.  — Перл! Оставь кольцо, сейчас мы можем положиться на себя! Слышишь?       Впервые я увидела, приоткрыв глаза, как он на самом деле запыхался. Подвинул стол, прижал вплотную к двери, весь перепачканный в крови, взъерошенный, подбежал ко мне, взял за руку!.. — Перл, нам нужно добыть кровь Саурона и завершить начатое, а не бегать по замку. Счет на минуты! Но, сперва придется выбраться отсюда! Этот стол, — он кивнул, — лишь временная преграда. Когда солдаты прорвутся, бей их! Забудь о том, что они люди. Бей наотмашь, со всех сил! Вилья… — Он коснулся пальцем звенящего колечка и, прикрыв веки, всего лишь на мгновение, снова посмотрел мне в глаза. — У нас есть цель. Мы идем к ней.  Вместе.  — Недостаточно просто получить кровь его, нам необходимо выманить Саурона наружу, ибо кольца и корона Моргота у Гил-Галада!..        Я запаниковала, совсем немного, ибо дверь трещала по швам, щепки летели во все стороны, а солдаты, раня пальцы в кровь, руками раздирали дерево прямо там, за нашими спинами!.. — Не понимаю, как мы будем делать это… Как мы…       У меня затряслись руки и меч заходил ходуном. Это было временное помешательство, временный упадок сил, ибо солдаты пробирались так быстро, так рьяно! Ничего и никто, под властью Саурона, не мог встать у них на пути.  — Все получится.         Элронд бросился к столу и, навалившись, зарубил первого врага, наотмашь снес ему голову!.. Я обернулась, как раз в тот момент, когда кровь фонтаном брызнула из шеи, а отсеченная часть туловища свалилась на пол и с грохотом укатилась в угол.  — Будь осторожна, — предупредил Элронд, повернувшись и поймав мой растерянный, переполненный ужасом, взгляд, — эти мечи, и правда, очень острые!..       Действительно!.. И не поспоришь! Красивый стол, заполненный орудиями, оросился вязкой кровью, руки и лицо Элронда — тоже! Я никогда не видела его настолько сосредоточенным, отчаянным и окровавленным! Не видела, как он рубит людей. Не видела… Разве, что, орков. А тут… Я растерялась пуще прежнего, потому что он дрался на смерть, дрался отчаянно, с криком! Едва не влез на стол, коленями уперся в ножки и, не позволяя врагам протиснуться!.. Вскоре, отпрянул, завидев гору трупов, преградивших путь остальным. Их прибежало слишком много!.. Слишком!.. Настолько, что двери хрустнули, повалились с петель, а воины, подобно несокрушимой лавине, полезли внутрь. — Перл, один не справлюсь, — смахнув окровавленные волосы со лба, все насквозь пропитанные вязкой жижей, он быстро стер рукой застывшие капли с век и губ, глянул на солдат, снова обратился ко мне, мельтеша и лихорадочно соображая, что же делать. — Я заманила нас в ловушку… — Нет! — Элронд обхватил мое лицо дрожащими грязными руками, приковал внимание к себе. — Не смотри на них. Сейчас есть минутка, смотри только на меня, хорошо?..       Я кивнула, сбивчиво дыша и содрогаясь, ибо то, что с нами приключилось, навсегда отбило у меня желание сражаться. Только не с людьми, не с себе подобными! Не с эльфами!.. И не с гномами. Я не для того училась, не от них желала защищаться, но, судя по всему, была вынуждена… Я очутилась в его «шкуре». Я оказалась на месте Элронда!.. Внезапно, мои собственные принципы подверглись шаткому сомнению!.. Идти и убивать людей?.. Могла ли я сравнить вот эту ношу, что повиснет на сердце, незамедлительно, как я вновь вонжу острый меч в человека, с моральным выбором мужа: прикасаться к кольцам или нет?.. И тут, и там, меж нами втиснулся выбор. А времени не осталось. Нужно было срочно что-то решать!.. — Перл, понимаю, что ты не готова, знаю, что прошу о многом, но эти люди, не сомневайся, они убьют нас! А я желаю вечность быть с тобой. Я желаю победить зло, пусть и такой ценой… У нас нет выбора. Сражаться… Мы должны взяться за руки и сражаться, Nîn mellyn… — Он шепнул и прильнул лбом к моему лбу. — Я тебя люблю. Сделаем это вместе.  — Вместе… — закивала я, вытянув губы в болезненной улыбке.  — Мне нужны твои силы, они нужны всему Средиземью, позволь, — он выпрямился и, завидев врагов поблизости, отпрянул, вытянув ладонь, — окажи мне честь, Перл, сражаться рядом.        Элронд посмотрел в глаза, с любовью, привычной и трепетной. Хотелось мне спросить, узнать, простил он меня, но не стала, и без слов понятно, что простил, уже давно, — по одному лишь взгляду и заботе, по пламенной защите, бегству следом. Он не мог оставить без присмотра, не мог бросить одну. Милый друг всегда был рядом, даже, когда я творила вот такие глупости. И не винил за это.  — Я тебя люблю… — голос мой сорвался на неразличимый шепот, но Элронд понял. Улыбнулся вскользь.        Мы встали, подышали немного, вместе; прижались, спиной к спине и, на мгновение взявшись за руки, крепко стиснули пальцы в замок. Секунда, две, три!.. Два сдавленных вдоха и пронзительный выдох!.. Мой выдох. Постояли, плотно прижимаясь телами, дождались, пока солдаты, отбросив перекошенный стол, ринутся в атаку, ступая по своим же павшим!..         Влились в схватку, подобно рекам, омывавшим земли эльфов, плавно ниспадавшим в единое великое море. Отпрянули в стороны, разошлись по оружейной, но, никого не подпускали, бились спина к спине, пресекая всякую попытку подобраться ближе, втиснуться между нами. Меч, легкий и острый, жадно рубил воинов, наносил смертоносные удары, точные и обезоруживающие, настолько четкие, что, вскоре, пол вокруг оказался полностью усыпан рассеченными телами, а руки наши, лица и доспехи, сплошь оросились кровью. Правду говорила Галадриэль. Клинок входит в тело, подобно ножу в масло. Однажды, я прочувствовала это, когда умирала. А теперь сама рубила собственных врагов!..       Едва дыша, не различая ничего вокруг, разве что любимого полу-эльфа, я хваталась за его ладонь, поворачивалась, била наотмашь, наносила удары в грудь, шеи. Рубила, колола, кричала!.. Оружие на стенах, в руках, на столе, на подставках!.. Все смешалось с одно кровавое месиво. Я больше не боялась и ничего не страшилась. Разве, что, за наши жизни. Защищалась, как могла, из последних сил, взывая к Вилья, умоляя напитать руки энергией, а сердце храбростью, ибо впереди нас ожидало куда большее и серьезное потрясение — встреча с Сауроном. Покуда отдалились, ушли!.. Оказались в оружейной по моей вине — я отбивалась, понимала: выбора нет. Пришлось поступиться принципами и убеждениями. Вопреки всему!..Во имя наших жизней.        Пройти сквозь множество опасностей и тревог, обрести дом и любовь, чтобы, вот так нелепо, вдруг, всего лишиться?! Нет уж, я не была согласна. Сражалась с Элрондом, плечом к плечу, повторяла все приемы, применяла знания на практике, мысленно направляя благодарности Галадриэль и Арондиру, ощущая покалывание в среднем пальце, прямо под кольцом. Я чувствовала злость, нараставшую и дремучую. Цеплялась она за сердце, питала руки волей и силою!.. Удар! Ещё один!.. Кровь, брызги!.. Кольца обменивались энергией, шептались, направляли!.. Галадриэль, внизу, я чувствовала… О, как же она злилась!.. Как негодовала! И билась. Точно мы, но лишь с одним противником. С Сауроном!.. — Осторожно!       Выскользнув, я обогнула Элронда, взмахнула мечом и, припав на одно колено, отвела удар, что неминуемо пришелся бы ему в затылок, коли не успела!.. Яростно вскрикнув, я ударила и следующего врага, отбросила прочь от Элронда, вонзила острие в грудь и, вскочив на ноги, тяжело дыша, увидела, что, кончено!.. Все пали. Все они…       Трупы застилали пол, валялись на столах и друг на друге. Десятки людей, околдованных Сауроном и встретивших свою бесславную смерть, ведомые его страшной волей. Дыша, едва хватая воздух ртом, я покачнулась, но устояла. Оперлась ладошкой о ближайший стеллаж и, повесив голову, попыталась протереть лицо. Все тщетно. Все!.. Ведь руки, меч, да и все остальное… Мы оба были по локти в крови.  — Nîn mellyn… — Элронд подбежал, схватил что-то с подоконника и, появившись предо мной, заботливо протер губы, щеки, нос и лоб сухим куском ткани. — Ты молодец, Перл. Вот так, — смахнув, но до конца не оттерев, наверняка, оставив сильные разводы, он бегло промокнул и свое лицо. Неаккуратно, но, хотя бы, подтер губы, прежде чем, склонившись, вдруг, поцеловать меня. — Все будет хорошо, Nîn mellyn… — без устали нашептывал он, бегло покрывая поцелуями мое лицо. — Нам… — Застыл на мгновение, позволил перевести дыхание. — Нам нужно уходить. Я слышу, очередной отряд. Они уже спешат по винтовой лестнице. Саурон не остановится. Он видит нас, Перл. Он все чует. Может быть и здесь, и там. Одновременно.       Я неразборчиво кивнула, находясь в прострации и ужасе, схватила мужа за плечо, почувствовала легкое покалывание в пальцах. Вилья манило. Оно шептало. Подзывало!.. Вниз. Нам немедленно нужно было идти вниз!.. — Элронд, если… — Никаких «если», — он прижился пальцем к моим приоткрытым губам, осторожно и ласково, потом и заглянул в глаза, — мы сейчас пойдем, встретим остальных, и сделаем это. Вместе.  — Вместе… Конечно…       Я, словно, отмерла. Пришла в себя, опомнилась!.. Разглядывая трупы под ногами, да осторожно переступая, повела Элронда к выбитым дверям.  — Не смотри на них, в этом нет твоей вины, только Саурона.       Он ловко перебрался на противоположную сторону, и поманил меня последовать примеру. Что же, делать нечего, пришлось взобраться на окровавленный стол, проползти по скользкой поверхности и, сглотнув, негромко вымолвить:  — Как и в том, что выбрала и тронула кольца. В том тоже нет моей вины.  — Верно, Перл, — Элронд смиренно согласился, протянул руки и, подхватив за талию, помог легонечко спуститься с покосившегося стола, не задев ни одного трупа, — нет. То лишь мои предубеждения. Сегодня, я увидел, что ты сделала и чего тебе это стоило. И понял, не важно как, бесценен результат, во имя будущего, не только нашего, но и всего Средиземья. Не проси прощения. Больше, никогда. — Он в сердцах заглянул в глаза, уверенно добавив: — Чтобы ни случилось, я знаю, что это лишь сильнее сблизит нас.        Хотелось мне ответить, обнять его, прильнуть к губам, не важно, ощущается кровь на языке, или нет!.. Но топот сотен пар сапог, что мы расслышали немедля, тотчас отрезвил мой разум.  — Уходим!.. — выкрикнула я, завидев солдат на противоположной стороне коридора.  — Но, куда?.. — Элронд огляделся, впервые, растерянно взглянув на меня.  — Здесь есть парадная лестница!.. Спустимся оттуда!  

***

 

      Мы взялись за руки и побежали к основному выходу. Второпях, миновали мою старую светлицу, выбрались к парадной лестнице и, крепко придерживая мечи, поспешили вниз. Перила, высеченные из камня, украшенные красивой деревянной резьбой, тянулись вдоль открывшегося вида на бесконечно-длинный шумный холл. Издали доносились крики, ржание коней, виднелись залпы огненных стрел!.. Я слышала рога эльфов и позывные солдат Эранора. Понимала, что Гил-Галад и Нарья поблизости. Значит, вскоре, и наше время придет!.. Мы завершим начатое!..  — Пригнись! — Элронд вовремя потянул на пол, обхватил обеими руками и, сам наклонившись, спрятал нас за каменным выступом.        Просвистела огненная стрела над головами, впилась в гобелен, тотчас же занявшийся пламенем. Я и оглянуться не успела, как вскочили и побежали дальше. Опомниться не смогла!..       Увидала широко распахнутые двери, солдат с луками, и наших!.. Эльфов. Бились они отважно, защищали подступы к замку, в то время как Галадриэль, подхватив совсем другой, обломанный полукруглый щит у одного из мертвых воинов Эранора, отчаянно сражалась с Аннатаром. Несколько глубоких колотых ран появились на её, всегда красивом, румяном лице, кровь размазалась по щекам и подбородку. В глазах, сосредоточенных и суженных, метались молнии. В движениях, порывистых и стремительных, проскальзывали нетерпение и ярость. Эльфийка злилась, потерялась в собственных чувствах. Билась наотмашь, пыталась всадить острие меча противнику в грудь или шею, но, всякий раз, промахиваясь, с надрывом восклицала, нападала вновь!.. Покуда мы бежали, я лишь мельком разглядела Аннатара. Сражался он спиной к лестнице, ловко уворачивался от ударов!.. Однако, вопреки всему, убеждениям моим и предрассудкам, тоже оказался ранен! На подбородке виднелась небольшая рана от клинка, орошенная темной кровью, длинный черный кафтан, расшитый золотыми перьями, был порван на предплечье.       Галадриэль не сдавалась. Упорно боролась! Отвлекала внимание врага, покуда мы не собрались, все вместе, и не свершили то, что должно!..  Яркая вспышка озарила небо над городом!.. Вздрогнув, я поняла, это Гендальф!.. Наверное, остался защищать воинов у ворот!.. Прикрывал нас с тыла. А там, впереди…        Что?..       Тряхнув головой и поморгав немного, я заметила, как, постепенно, мир вокруг, минуя мое тело, замирает. Стрелы, что летели в распахнутые настежь двери, словно висли в воздухе!.. Солдаты, на ступенях, сдержанно раскрывали рты, безумно медленно, почти неразличимо!.. Тянули окровавленные мечи в загустевшем воздухе, будто подвешенные на невидимых нитях, замирали в падающем положении. Одни на полу, другие в прыжке, остальные, широко раскинув ноги, подобно акробатам, циркачам!.. Я никогда не видывала ничего подобного!.. Выпустила руку Элронда, обернулась, а он… Остановился на последних ступенях, вытянув руку и стискивая меч. Замер, впрочем, как и всё вокруг!.. Стихли звуки… Ни удара меча тебе, ни взрыва, ни крика!.. Галадриэль, подпрыгнув, так и застыла в одной позе, развевались её волосы, подхваченные ветром, разметалась серебряная юбка кафтана, лицо, озлобленное и решительное, омрачилось яркими тенями!.. — Ты всех убила, Софа?.. — Аннатар покачал головой и повернулся к лестнице, у подножья которой я остановилась. — Воинов наверху. Ты стала убийцей!..       Он сделал это?.. Остановил время?.. Смог подчинить себе «часы», стихию, реальность?! Оторопев, я в ужасе попятилась и, мельком вновь взглянув на Элронда, прошептала: — Ты можешь всех убить, сейчас!.. Почему ты… — Потому что важен сам процесс, не цель, которой я достигну, вот, уже спустя минуту. — Расслабленно вздохнув, Саурон опустил меч, неспешно двинулся ко мне. — Видишь ли, нельзя спешить в делах, коль хочешь получить желаемое. Просто нужно подождать. Гил-Галад сам несет мне в руки кольца и мифрил. А вы, — он обвел пальцем остальных, включая и меня, — вы все умрете. Ты ничего не сделаешь. Ты уже очернила душу, за которую боролась. Ты убийца. Такая же, как я. Ничем не отличаешься. — Нет… — вырвалось из горла вместе с жадным непоколебимым желанием немедля заколоть его. — Нет!.. — громче повторила я, замотав головой и угрожая мечом. — Убирайся вон из моей головы!!! Ты не сможешь!.. Слышишь?! Не сможешь!..        Аннатар лишь растянул губы в зловещей насмешливой улыбке и, щелкнув пальцами, вернул реальность. Тотчас же раздались привычные крики, оглушили меня!.. Волной обрушились на голову!.. Прижавшись спиной к каменной кладке и тяжело дыша, я увидела, как Элронд прошел мимо, оглянулся и, в непонимании обнаружив меня у стены, спросил: — Как ты… — Не важно! Слушай! Саурон задумал отобрать кольца, он знает, где они, у кого они!.. — Оглушительный удар сотряс замок. Истари сражался. Бился поблизости!.. — Гил-Галад не должен проникнуть сюда! Не должен! Иди!  — Что?!        Он прерывисто вздохнул, прикрыл от очередной стрелы, вовремя потянув за руку и оттащив подальше. — Доверься, милый! Иди!..       Больше не спросил. Ни слова не сказал. Кивнул и, выпустив из рук своих, ринулся к дверям. Но, не успел. Было поздно!.. Слишком поздно. Верховный Король, следуя словам Саурона, появился на крыльце, вбежал по каменным ступеням!.. Арондир следом!       Я и рта раскрыть не успела, как Аннатар, без особого труда, отразив очередную смелую атаку Галадриэль, равнодушно объявил: — Вы собрались здесь. Все. Как и было задумано. В одном месте, чтобы умереть.  Умереть… Умереть… У-ме-ре-ть…        Пронзительные страшные слова разнеслись по замку гулким эхом, разбежались точно так же и в моей душе — черной или светлой?.. Ох, если бы я знала! Смуту Саурон посеял в мыслях, точно и всегда, он потянул за болезненные крючки, поддел за живое, впился фразами, издевками, словами!.. Он разворошил затянувшиеся раны, вновь заставил вспомнить, кто я есть на самом деле! Не утруждаясь, и не заговаривая, даже не упоминая об этом!..        Элронд, заметив своего короля, хотел было остановить, заставить развернуться и идти обратно, но смог лишь крикнуть обрывистое: «Нет!..». Привлек внимание Саурона, обернулся и, столкнувшись взглядом с сильнейшим колдуном, которого я знала, преградил путь, вытянув меч.  — Глупое решение, командир, — смешливо подметил Саурон, в ту же секунду приняв знакомый всем нам облик Халбранда. — Тебе не одолеть меня в бою. Никому из вас не одолеть.  — Попробуй, — смело заявил Элронд, нахмурив свои густые брови, что немедля свел на переносице, — и проверим.        Храбрый сердцем. Храбрый духом. Только не рукой. Не в битве с Сауроном. Я это понимала. Я это знала, поэтому и попыталась воззвать к Вилья. Попыталась приманить и остальные два кольца. Но Нэнья занята была в объятиях гнева, усмиряя и уберегая Галадриэль от очередного необдуманного шага. Стояла она неподалеку, тянула меч к горлу образа, любимого когда-то, дорогого, нам обеим!.. Тянула, но не дотягивалась. А Нарья, пусть и попыталось слиться с Вилья, потерпело неудачу, ибо требовалась сила сразу трех колец!..       Трех!.. Хозяйку одного из них наш враг невольно подчинил, давил на чувства, посылал неведомые образы, различимые лишь ей, Галадриэль. Пыталась она сопротивляться. Старалась из последних сил, но… Разум, единожды обманутый великим из злодеев, поддался уговорам вновь. Пусть, и на время, пусть и на секунды, но и этого хватило, чтобы разбросать нас в стороны! Чтобы не позволить силам трех колец объединиться. «Чистые помыслы, — припомнила я слова Гил-Галада, пред тем, как мы расстались у ворот Эранора, — только с чистыми помыслами, освободившись от оков навязчивой и лживой тьмы, удастся нам прижать врага. Вместе. Только вместе!..»       Ступил Верховный Король на порог, поравнялся с Элрондом, хотел помочь, — притронулся к кольцу, я видела, — однако, вздрогнув, неожиданно отпрянул. Прижался к стене, закатил глаза и, поддавшись на уловку, погрузился в свои видения.  — Элронд!.. — воскликнула я, ощутив неприятное покалывание в теле, преддверие неизбежного бреда!..       Еще чуть-чуть, совсем немного, и я тоже растворюсь! Поддамся! Вилья не поможет. Разве, что, на время. В схватке с Сауроном победить мы сможем втроем, лишь с чистыми помыслами! Это добро питает кольца. Это добро дает нам силы!.. Без него мы… Мы попросту бессильны. Галадриэль поддалась злобе и ярости, я перебила сотни ни в чем неповинных людей, а Гил-Галад принес бесценные сокровища Саурону в руки. Все мы провинились. Все мы очутились в западне! Надежда оставалась лишь на Истари. Только на него!.. — Нет, прошу, только не это!..       Увидела я, последнее, пред тем, как медленно осесть на пол и поддаться видению… Элронд бросил меч, покорно опустился на колени и, стиснув зубы, наверняка, испытывая боль, физическую, а, может, и самую глубокую, душевную!.. Он закрыл глаза, силой зажмурился. И не ответил. Ни слова не сказал.       «Ты такая горячая, Софа… — послышался гортанный шепот откуда-то издалека, сначала за спиной, потом и предо мной, у самого уха. — Такая податливая, такая красивая, упругая…» Нет!.. Я опешила, очутившись посреди своей же спальни из далекого прошлого!.. В ужасе и страхе попыталась оттолкнуть Халбранда, нависшего сверху, без одежды, голым!.. Он втиснулся в тело мое, широко развел ноги и, тяжело дыша в шею, щелкнул пальцами.  — Нет!.. — выпалила я, вскрикнув и выпорхнув из тела, ничего не ощущая, но наблюдая со стороны. — Прекрати это!.. Нет…       «Тебе нравилось, Софа, признай это…» — нашептывал Саурон, в то время как я, прижав пальцы к губам, да зависая в воздухе, подобно неразличимой тени, слышала свои же стоны!..       Это мало походило на насилие. Это… Мы занимались сексом на синих простынях, мы целовались и жадно двигались, оба потные и горячие. Раскрепощенные и порывистые. Страстные!..        «Ты получила удовольствие, ты приняла меня, не только в свою душу, в свой разум, но и в свое тело!.. Галадриэль была умнее. На то она и эльф. А ты… Слабый человек. Безвольная глупая дурочка!.. На что же ты рассчитывала?!»       Я не смогла ответить. Отвернулась, постаралась не смотреть. Не слушать!.. Прикрыла уши ладонями, зажмурилась, мысленно умоляя Вилья вытащить, помочь вернуться!.. А перед глазами так и стояли развратные позы, горячие поцелуи, отчаянные толчки, крики, покусывания в шею, плечи!.. Мы занимались сексом, много раз!.. Но вспомнила я лишь в миг отчаяния, когда пришлось признаться в поражении перед собственной душой. Я проиграла ещё задолго, как попала в тело Эльины. Я сдалась Саурону. Я отдалась ему добровольно.        «Не льсти себе, Софа. Душа твоя темна и опорочена была давным-давно, с тех самых пор, как затаилась злоба в сердце. Ты проклинаешь всех подряд! Идешь по улице и смотришь, кто заденет, чтобы вслед сказать ему: «сдохни». Ты ненавидишь и себя! Столько лет! Столько месяцев!.. На что же ты надеялась?.. Что встретишь принца? Элронда?.. Зло притягивает зло. Добро… Оно бесцельно и заоблачно. Для нас, грешников и падших душ. Примкни ко мне!..»       Я приоткрыла заплаканные веки, увидела, как Халбранд ловко, без особого труда, обезоружил Верховного Короля, отбросил на пол, будто тот ничего не весил!.. Вытянул руку, магией притянул к себе бархатный мешочек, следом и сосуд с расплавленным митрилем!..        «Ты привлекаешь тьму и зло, поэтому я появился в твоей жизни. Поэтому ты полюбила меня, Софа. Загубленную душу я почую за века, за тысячи лет, за сотни миль, в другой Вселенной! Ты просила о любви. Разве, я не подарил тебе это чувство? Разве я не наполнил тебя любовью?! Настоящей, болезненной, все, как ты любишь?! Разве я не залюбил тебя до беспамятства на простынях, скомканных и потных?! Ты просила меня. Ты умоляла. А когда пришел черед платить, что ты сделала?..»       Аннатар приблизился ко мне, одновременно с тем, как Халбранд подхватил Элронда за гордо, стиснул пальцы, поднял высоко над головой, улыбаясь и наслаждаясь своей силой, своим превосходством!.. Попытался муж мой сопротивляться, обхватил грязными пальцами чистую ладонь Саурона, дернул ногами… Бесполезно. Стальная хватка. Ледяное сердце. Неравный бой!..       «Вместе души наши, черные, как смоль, обретут гармонию. Вместе тела наши, горячие и страстные, никогда не будут одиноки!.. Ты и я, София. Настоящие».       Я поглядела на Элронда, в ужасе попыталась броситься к нему, помочь, попросить помощи у Вилья, но…       Щелчок.       Видение исчезло. Просторный холл вновь заполнился криками, боем, огнем, что полыхал на стенах, и едким дымом, забившим ноздри! Я закашлялась, прижала рукав кафтана ко рту и, оглядевшись, остолбенела. Разглядела Элронда среди камней, обрушившихся сверху, в недоумении и искреннем ужасе, побежала навстречу, увидела кровь на лбу!.. На волосах, на ушах, шее!.. Повсюду!.. Закричала!.. О, я заорала не своим голосом, бросив меч и… Время!.. Оно вновь остановилось, густым воздухом опустилось подле, заставило встать на месте, перевести дух!.. Арондир, вбежавший по ступеням, всего мгновение назад, медленно покосился и, приняв удар, пронизанный сразу двумя стрелами, завис в воздухе.  — Нет!..        Дрожа и трепеща в предчувствии кровопролитного убийства, я все же обернулась. Поймала взгляд, насмешливый и призывающий к смирению, высокомерный!.. О, эти черные глаза, с алыми кошачьими зрачками. Я ненавидела их! Презирала! Готова была вцепиться в горло голыми руками, зубами, ногтями!.. — Только посмей притронуться к нему!.. — прошипела я, заметив, как Саурон, в облике Халбранда, приблизился к Элронду и навис сверху, подобно скале, подобно туче!.. — И не подумаю, Софа. — Хмыкнув, он лишь дернул рукой, а муж мой… Элронд хрипнул и закашлял кровью. — И пальцем не трону твоего полу-эльфа, разве, что… — Поводил он ладонью, потрепал за кафтан, и, чуть приподняв от земли, снова бросил обессиленное тело на камни. — Разве, что поиграюсь, немного. Забавит твоя злость. К лицу тебе мрачные тени. К лицу ярость. Думал, прежде, это так идет Галадриэль, но… Эльф есть эльф. — Я увидела ее, застывшую неподалеку, с мечом наперевес.  — Оставь его!.. — Оставлю, не смотри столь строго, Софа. — Халбранд щелкнул пальцами, вновь привел Элронда в состояние оцепенения, точно остальных и, с присущим эхом, протяжным и гулким, произнес: — Пора бы нам поговорить. Что скажешь?..