Ловушка ( The Pitfall )

Позже тем же вечером У Блейза скрутило живот, когда он сидел в своей комнате. Обычно он был терпеливым человеком, но когда дело касалось Драко, он не мог не встревожиться. Прошло не меньше часа с тех пор, как он видел, как они с Уизли разговаривали. Почему он так долго? Он уже собирался встать и отправиться на его поиски, когда услышал скрип открываемой двери. — Драко? — Блейз заметил боль в его глазах, когда он закрывал за собой дверь. Суровые черты лица блондина быстро исчезали с каждым шагом. Он прошел мимо Блейза, даже не пробормотав ни слова. — Что не так? — спросил он снова, на этот раз более агрессивно. — Ты неважно выглядишь, приятель. — Все кончено, — Драко зашипел. — Я заключил сделку с Уизли. Осознание пришло быстро. — Ты же не… — Это должно было быть сделано! — перебил он, поворачиваясь лицом к своему другу, и в его глазах светилась такая печаль, какой Блейз никогда раньше в нем не видел. — У меня не было выбора. Блейз не мог избавиться от видения сердитого, заплаканного лица Грейнджер, когда его друг повернулся к нему спиной. — Драко, должен быть способ получше… — Это не так! Я все продумал, Блейз. Я провел бессчетное количество ночей, перебирая тысячи вариантов, и каждый из них заканчивался катастрофой, — сказал он, дрожащей рукой убирая прядь волос, которая теперь спадала ему на левый глаз. — Неужели ты не понимаешь? Я должен защитить их. Это единственный известный мне способ, — он начал лихорадочно расхаживать по комнате, в то время как Блейз стоял, ошеломленный таким нехарактерным поведением. После нескольких мгновений неловкого молчания Блейз прочистил горло. — Может быть, тебе стоит присесть? — Как я могу? — Драко чуть не плакал. — Как я могу успокоиться, когда в эту самую секунду я знаю, что он с ней? И знаю, что скоро она найдет меня, и мне придется вести себя так, будто я не хочу иметь с ней ничего общего? — И кто, по-твоему, в этом виноват? — Блейз ответил чуть резче, чем намеревался. Драко скосил на него глаза. — Не надо, черт возьми, относиться ко мне покровительственно. Блейз понял, что перешел черту. Сейчас было не время заставлять блондина защищаться. Он хотел, чтобы его друг доверял ему, а не ссорился с ним. — Я понял. Ты пытаешься защитить их от своего отца. При упоминании об отце взгляд Драко посуровел. Что ж, хватит о том, что он не стал грести. — Я знаю, о чем ты думаешь, и ты ошибаешься, — он сплюнул. — Я не чертов трус. Тут дело не только в кровных предрассудках в семье и моем мерзавце отце. Ты даже не представляешь, в какие неприятности я могу попасть. Или в какие неприятности они могут попасть из-за меня. Ты даже не представляешь, что меня преследует! — Ты мог бы рассказать мне. — Ты все равно не поймешь. — Чушь собачья. Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь. Ты правда думал, что сможешь скрыть свою связь с твоим старым приятелем-пожирателем смерти, Альдамаром? Драко замер. — Что ты сказал? — Ты меня слышал. Драко бросился к нему, схватив за воротник рубашки. — Где ты слышал это имя? — Ты имеешь в виду, не считая тех случаев, когда ты разговариваешь во сне? — спросил он, стараясь не обращать на это внимания. Когда его встретили хмурым взглядом и еще более крепкой хваткой, он прошипел: — Отпусти меня, Драко. Возьми себя в руки! — он схватил державшие его запястья и попытался вырвать их. Это было бесполезно. Драко крепко держал его за руку и кричал: — Скажи мне! — Я прочитал это чертово письмо, ладно? — Блейз отрекся от своих слов. — Я понятия не имел, что оно от него. Ты вел себя странно, и я видел, как ты убрал его. Я видел, как ты заглядывала в этот ящик десятки раз. Я видел, как это на тебя подействовало, и однажды вечером, когда ты был с Грейнджер, я прочитал его. — Ты рылся в моих вещах? — спросил он холодным голосом, а на лице отразилось чувство предательства. — Я волновался за тебя! Я думал, что это из-за твоего отца, поэтому решил, что все в порядке. Признаю, это было не лучшее мое решение, но, черт возьми, я пытался помочь тебе! — Несмотря на твои благородные намерения, ты знаешь, как я отношусь к уединению, — сказал он, наконец отпустив друга и отступив на шаг. Блейз взял себя в руки и закатил глаза. Даже в разгар эмоционального кризиса волшебник был не в состоянии сохранять спокойствие. — Я знаю. Я понял. Прости. Но, честно говоря, разве ты не рад, что я знаю? — спросил он. — Теперь тебе не придется беспокоиться об этом в одиночку. Драко сделал паузу. — Я не хотел тебя втягивать. — Это твоя проблема, приятель. Ты хочешь все делать сам, — его глаза следили за движениями Драко, когда он пересек комнату и открыл нижний ящик своего стола. Блейз знал, что он там хранит. — Но тебе больше не нужно. Пришло время тебе на кого-нибудь опереться. Я хочу помочь тебе, Драко. Позволь мне помочь тебе. Драко налил два бокала огневиски и протянул один Блейзу. — Это может оказаться худшим решением в твоей жизни, — сказал он, поднося стакан к губам. Блейз кивнул. — Возможно, но это мое решение, — он сделал глоток и попытался справиться с горечью. Как, черт возьми, Драко мог регулярно пить эту гадость? — Знаешь, Грейнджер без боя не сдастся. — Вот почему я рад, что уезжаю после праздника, — ответил он, слегка взбалтывая ликер в бокале. — Честно говоря, все складывается в мою пользу. Хотя мне понадобится твоя помощь. Когда я уйду, присмотри за ней, хорошо? — Значит, ты придерживаешься своего плана? Принимаешь предложение министерства? — Конечно. Ничего не изменилось. Первого числа этого года я отправляюсь на курсы авроров. Я не могу позволить Избранному взять надо мной верх. Блейз закатил глаза. — Интересно, как отреагирует твоя мама, когда ты расскажешь ей об этом за рождественским ужином. — Это, мягко говоря, шокирует ее, — вздохнул Драко. — Но это единственный способ выбраться из его власти. Блейз покачал головой. — Я все еще не могу представить тебя аврором, Драко. — Честно говоря, я тоже, — признался Драко, прежде чем поставить свой пустой бокал на стол. — Я всегда мечтал возглавить семейный бизнес, но все поменялось. Аврор Малфой… В этом есть что-то особенное, тебе не кажется? Прежде чем Блейз успел ответить, дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену, обнажив очень сердитого Теодора Нотта. Тео нежно поцеловал спящую Пэнси в лицо, прежде чем поправить брюки и тихонько выскользнуть из ее спальни. Постепенно это стало для них привычным. Он провел с брюнеткой больше времени, чем предполагал изначально. Сначала ему показалось, что хорошая интрижка не помешает. Она была чистокровной, и у нее было больше всего компромата на Драко. Но со временем он обнаружил, что все больше привязывается к ней. Он всегда считал ее привлекательной, но, честно говоря, никогда не пытался сблизиться с ней. Она всегда слепо следовала за Драко по пятам. Не то чтобы он мог ее винить. Когда-то он тоже так думал. Но сейчас все было по-другому. Теперь она должна была стать его пешкой. Она должна была стать его алиби и союзником, даже не подозревая об этом. Проблема была в том, что он постепенно поддавался ее чарам. Конечно, она могла быть бессердечной девчонкой, когда хотела, и она знала, как вести себя в кругу сплетников, но в ней было что-то особенное. Она была по-своему красива, со своим слегка вздернутым носиком и розовыми щечками. Она умела использовать свою внешность и слова, чтобы расправляться со своими врагами. Тео это в ней нравилось. Она была прямолинейна в своих чувствах к другим. Если ты ей не нравился, ты знал об этом. Она не приукрашивала это. Он жалел, что не может быть таким смелым. Нет. Он был не из тех, кто скрывает свои намерения. Ему приходилось быть хитрым и терпеливым. А проще говоря, оставаться в основном невидимым и не представляющим угрозы. Именно так он расправлялся со своими врагами. Он был совсем не похож на Пэнси. И, возможно, именно поэтому он восхищался ее страстью. Жаль, что Драко не видел, что у него могло бы быть с ней. Возможно, если бы он это сделал, все бы так не закончилось. Возможно, они могли бы стать друзьями. Он покачал головой при этой мысли. Зачем тратить время на всякие «если» и «но»? Кроме того, если бы Драко взял Пэнси в напарницы, у Тео не было бы шанса узнать ее таким уязвимым, интимным образом. Его мысли все еще были о Пэнси и паре шелковых розовых трусиков, когда он вошел в свою комнату. Он услышал крики изнутри, но вместо того, чтобы прервать их, остался снаружи, плотно прижавшись ухом к двери. Когда он уходил от Пэнси, больше всего на свете ему хотелось лечь в постель. Но как он мог это сделать, когда Драко и Блейз были в самом разгаре ссоры? По крайней мере, он предполагал, что там происходит именно это. Он не мог разобрать, о чем они говорили. Он улавливал каждое слово или около того. Теперь говорил Драко, его голос был твердым и требовательным. — Когда… уйдешь, присмотри… понял? О чем, черт возьми, они говорили? Блейз заговорил следующим: — Ты все еще… готов… сделать предложение? — Конечно… аврор… курсы… не может…Избранный… лучше меня. Подготовка авроров? Кабинет в министерстве? Избранный? Затем он вспомнил ту ночь, когда Драко сказал Блейзу, что принимает предложение министерства. В то время он думал, что это связано с его отцом, но теперь не был так уверен. Он так тесно прижался к двери, что казалось, будто он становится ее частью. — Это, мягко говоря, шокирует ее, — вздохнул Драко. — Но это единственный способ выбраться из-под него. — Я все еще не могу представить тебя аврором, Драко. Драко — аврором? К горлу подкатила желчь. Драко собирался стать аврором? Если бы он это сделал, то отправился бы за пожирателями смерти, которые все еще были в бегах. Он отправился бы за своим отцом. Он больше не мог там стоять. Он распахнул дверь, его глаза были открыты, а рука крепко сжимала палочку. Драко и Блейз выглядели потрясенными его внезапным появлением. Ему было наплевать. — Тео, что случилось? — Блейз склонил голову набок. — Это правда? — спросил он, полностью игнорируя Блейза и бросая на Драко обвиняющий взгляд. Драко выглядел довольно скучающим, когда он ответил: — Что правда? Тео громко сглотнул. — Что ты становишься аврором? — Да, — заявил он без колебаний. — Почему ты спрашиваешь? В его груди поднялся гнев. Как он мог? Как он посмел?! В тот же миг палочка Тео была направлена в грудь его бывшего друга, и он закричал: — Вспыхни! Драко быстро отступил в сторону от луча света и увидел, как книжный шкаф позади него взорвался, отчего тысячи крошечных кусочков обгоревшей бумаги разлетелись по земле вокруг них, как конфетти. — Что, черт возьми, это было? — потребовал ответа Драко, резко разворачиваясь и угрожающе надвигаясь на Тео. — Ты что, хотел снести мне башку, черт возьми? — Если бы, — Тео нахмурился. — Я не понимаю. Почему ты присоединился к ним? — Прости, я не знал, что должен спрашивать у тебя разрешения. Тео резко втянул в себя воздух. Как он смеет отпускать саркастические комментарии в такой момент? Кем, черт возьми, он себя возомнил? — Я, блять, не могу поверить, — прошипел он. — Поступаешь на службу в аврорат? Ты отправишь своих товарищей в Азкабан или что похуже. — Бывших товарищей, — поправил Драко. — Хотя я понимаю, что тебя это смутило. — Блейз пихнул его локтем в бок, но Драко отмахнулся. — Тебя это не беспокоит? — Почему это должно беспокоить? Я дезертировал, помнишь? — Дезертировал? — Тео маниакально рассмеялся. — Дезертировал — это просто еще одно слово, обозначающее трусость, наносящую удар в спину. И это именно то, чем ты являешься. Чертов трус. Я уверен, что наш старый директор согласился бы со мной. Учитывая, что у тебя даже не хватило духу убить его. Драко шагнул вперед, но Блейз вытянул руку, чтобы не дать ему наброситься на Тео. — В твоих же интересах было бы заткнуть свой рот, Нотт, — Драко сжал кулаки. — Прежде чем я заткну его за тебя. Но он этого не сделал. Он продолжил. — Ты чертовски жалок, Драко. И ты это знаешь. — По крайней мере, в конце концов, я вернулся сюда. Я понес наказание. Я не сбежал и не спрятался в канаве, как все остальные. — Наказание? И ты называешь это наказанием? Ты получил по заслугам, как и твоя мать. Вы оба избежали суда из-за ГарригребаногоПоттера и его чертового сердца, а теперь объединяетесь с этим придурком, чтобы преследовать пожирателей смерти? Преследовать моего отца? — он поперхнулся. — Он — все, что у меня осталось, и ты это знаешь! Драко на мгновение опустил глаза. — Я надеялся, что мне не придется преследовать конкретно его. — Ты знаешь, что так и будет, — Тео скрестил руки на груди, пытаясь сохранить спокойствие. — Несмотря на свой сомнительный статус, который ты так упорно отстаиваешь, ты был Пожирателем смерти. И ты знаешь их лучше, чем любой из слуг министерства. Первое, что они сделают, это прикажут тебе выследить их. Не делай вид, что ты не думал о таком сценарии. Драко вздохнул и признался: — Конечно, я думал, Тео. — Тогда какого черта ты принял предложение? — взорвался Тео. — Даже зная, что тебе, возможно, придется разыскивать единственную семью, которая у меня осталась? И это не только я. Отцы Пэнси и Грегори тоже где-то там. Что ты собираешься сделать, если найдешь их? Сдашь их, будешь пытать, чтобы получить информацию, или просто отправишь в Азкабан? Ты думал об этом? Это беспокоило тебя или не давило на твое сознание? — Ты ведешь себя так, будто я должен беспокоиться. Неужели я бессердечный, если мне все равно, что с ними случится? — его голос звучал сердито, но на лице по-прежнему была маска безразличия. Тео действительно ненавидел эту его неподвижную маску. — Я ни черта им не должен, — продолжил блондин. — Они стояли в стороне и смотрели, как меня пытали снова и снова. Они смеялись и издевались надо мной, когда я не хотел лишать жизни невинных людей, и ни один из них не подал виду, когда на меня наложили темную метку. Так что не веди себя так, будто они первые в списке моих лучших друзей. — Ладно, если недостаточно думать о них, подумай о нас. О своих друзьях. Или, может быть, мы тебе тоже безразличны? — Ничего личного, — сказал Драко, отступая на шаг. — Мне жаль, что это так на тебя влияет, Тео. Честно говоря, я не хочу причинять боль тем друзьям, которые у меня остались, но я не могу упустить эту возможность. Тео почувствовал, что его сердце вот-вот разорвется. После всех этих лет, когда он ходил за этим мерзавцем по пятам, ловил каждое его слово и помогал ему разыгрывать гриффиндорцев с Крэббом и Гойлом, все, что он мог сказать ему, это «ничего личного»? Он уже давно был сыт им по горло, но это было только начало. — Пошел ты, Драко, — сплюнул он, когда Драко отвернулся от него, по-видимому, не смущенный их разговором. Тео презирал его за это. Ненависть рвалась наружу. Он не мог остановиться. Он хотел причинить ему боль. Он хотел увидеть эту чертову маску психа. — О, подожди, точно, — он говорил медленно и обдуманно, чтобы Драко расслышал каждое слово. — Для этого у тебя есть сучка-грязнокровка. Ничто не могло подготовить его к тому, что произошло дальше. Всего за секунду Драко развернулся и двинулся на него, приставив палочку к подбородку. Его глаза потемнели, а лицо было пугающе спокойным, когда он держал его на мушке. Блейз стоял рядом с ним неподвижно и безмолвно, казалось, застигнутый врасплох его словами. — Ты вступаешь на опасную территорию, Тео, — предупредил Драко. — Я не говорю ничего неправдивого, — парировал он с ухмылкой. — Я знаю, что ты трахался с ней. Я бы сказал, по крайней мере, пару месяцев. Хотя кто знает, как долго это продолжалось на самом деле. Это могло происходить прямо у нас под носом в течение многих лет. — Боюсь, ты не так умен, как думаешь. Между мной и Грейнджер ничего нет. Тео прищурился. — Если я так неправ, тогда почему ты тыкаешь мне в лицо своей волшебной палочкой? — Потому что мне не нужно, чтобы ты сбежал и нес чушь, которая может поставить под угрозу мое положение. — Да, именно так. Неужели ты обо мне такого низкого мнения? Я не какая-нибудь шлюха. Я не очень люблю сплетни. Но давай, сотри мне память или сделай что-нибудь еще, чтобы я заткнулся, — два волшебника несколько минут молча смотрели друг на друга, прежде чем Драко смягчился и опустил палочку. — Когда-то мы были друзьями, продолжил Тео, хотя в глубине души знал, что они никогда ими не были. — Так что я не собираюсь сдерживаться. Ты совершаешь ошибку, поступая в Департамент авроров. Добром это не кончится. Для тебя, — он сделал эффектную паузу. — Или для нее. — Ты глухой или у тебя просто умственные способности золотой рыбки? — Драко усмехнулся. — Сколько раз я должен это повторять? Между мной и Грейнджер ничего нет. — По крайней мере, ты это упорно отстаиваешь. Блейз, который все это время молчал, наконец поднялся на ноги и тихо заговорил. — Я думаю, ты сказал достаточно, Тео. — Я не… — Просто прекрати! — воскликнул он. — Просто… Прекрати. Тебе не кажется, что мы бы все заметили, если бы у него был роман с Грейнджер? Я, например, ничего не видел. С Тео было достаточно. Он устал от лжи. Он устал от того, что они оба выставляли его дураком. — Болваны! — огрызнулся он. — Вы оба ходили на цыпочках уже несколько недель. То, что я молчу, еще не значит, что я сплю. Драко и Блейз обменялись взглядами. — Верно. Твои чары молчания действуют не так хорошо, когда мы находимся в одной чертовой комнате. Я знаю все о твоем отце, и я знал, что ты спишь с Грейнджер. Я также знаю, что Пэнси узнала об этом, но почему-то она ничего об этом не помнит, — он скосил глаза на Драко. — Интересно, как это произошло. Ты сделал это сам? Или твой товарищ сделал это за тебя? Салазар знает, что вы двое сейчас неразлучны. Вероятно, вы тоже работали в команде над «грязнокровкой». Мне интересно, вы трахались с ней по очереди или одновременно? Внезапно, во второй раз за день, он оказался лицом к лицу с волшебной палочкой. Но это была палочка не Драко. Это была палочка Блейза. — Я предлагаю тебе заткнуться, Тео, — теперь его голос был спокоен, но лицо было сердитым. — Прежде чем ты наговоришь слишком много вещей, о которых потом пожалеешь. Теперь он понял, что зашел слишком далеко. Он позволил своему гневу и негодованию взять над собой верх. Они ни за что не выпустят его отсюда с нетронутыми воспоминаниями. У него был запасной план на случай, если это случится, он просто не думал, что ему придется воспользоваться им так скоро. Перед тем, как его отец бежал после войны, он отвел Тео в сторону. Тео хотел поехать с ним, но Джонатан не позволил. Он быстро и незаметно научил Тео контрзаклятию, с помощью которого можно было отменить действие чар памяти. Однако у него был один недостаток. Его нужно было произносить до того, как опустится последний слог, иначе оно не сработало бы. Он надеялся, что это поможет ему на тот случай, если Орден решит расспросить его о местонахождении отца. Однако Тео не был уверен, что у него получится. Если нет, то ему придется начинать все сначала в своем стремлении взять верх над Драко Малфоем. — Я собираюсь предположить, — медленно произнес Тео, — что в том, что я говорю, по крайней мере, есть доля правды. Иначе вы двое не стали бы так быстро угрожать мне. Блейз подозрительно посмотрел на него, но Драко покачал головой у него за спиной. — Допустим, ты прав. Допустим, я трахал ее. Какая тебе разница, с кем я решил разделить постель? — Обычно я бы не стал, но, учитывая, кто она такая, меня это немного волнует, — он снова перевел взгляд на Блейза. — По крайней мере, в твоем случае Лавгуд чистокровная. Если ты переспишь с ней, твой статус крови не изменится, какой бы чокнутой она ни была, — Блейз нахмурился, но Тео продолжил: — Если ты не заметил, чистокровных в наши дни не хватает. Трахаться с грязнокровкой в то время, когда на горизонте маячит чистокровная помолвка, — это предательство. — Тео, я потрясен, — протянул Драко. — Я не думал, что ты так уж заинтересован в моем будущем. Он нахмурился. — Мне похуй на твои перспективы. — Нет, — согласился блондин. — Полагаю, что нет. В конце концов, Пэнси не была среди них. И это та, о ком ты беспокоишься, верно? Ну, не трать зря свою энергию, приятель. Она даже не претендовала на то, чтобы стать Малфоем. Ты можешь забрать ее. Тео многое мог перенять у Драко. Он мог вынести сарказм, вспышки гнева, чертов имидж принца и тот факт, что, если его не остановить, он, вероятно, достигнет в своей жизни таких высот, которых Тео никогда бы не достиг. Чего он не мог вынести, так это отсутствия у Драко сочувствия к Пэнси. — Да пошел ты! — сердито закричал он. — Она бы все бросила ради тебя! Она любила тебя! И что ты сделал? Бросил ее ради этой гриффиндорской шлюхи? Пошел ты! Ты хуже, чем подонок! И если ты найдешь моего отца, когда будешь играть в гриффиндорца-хорошего парня, я буду здесь и буду молиться Салазару, чтобы он убил тебя на месте! Глаза Драко потемнели, но парень больше не произнес ни слова. Он просто обменялся взглядом с Блейзом и отвернулся от них. — Что? Нечего сказать, а, Драко? Грязнокровка, ты что, язык проглотил? Драко остановился у двери, прежде чем открыть ее. — Прости, Тео, — сказал он, и Тео понял, что пришло время действовать. Блейз пробормотал заклинание, чтобы покончить со всем этим, но как только с его губ сорвалось «Обливиэйт», Тео успел применить контрзаклятие, которому его научил отец. Последнее, что он увидел перед тем, как потерять сознание, был пол, стремительно несущийся ему навстречу.