A Discordant Note / Диссонирующая Нота

  По шкале жути Асшай получил довольно высокую оценку. Безжизненные окрестности, почти опустевший город, здания из неестественного чёрного камня, осквернённая река, зловещая атмосфера... Но Стигай… в Стигае всё это было доведено до одиннадцати баллов и даже ещё сверху стоило накинуть.      Здесь буквально было тихо, как в могиле, потому этот давно разрушенный город и впрямь являлся кладбищем. Тут и там повсюду разбросаны древние кости, и не слышно ни малейшего звука, окромя редких завываний ветра. Река Аш светилась бледно-зелёным фосфоресцирующим цветом, освещавшим самые нижние уровни города нездоровым сиянием, более ярким и в то же время каким-то более тёмным, чем в Асшае по ночам. Это и ещё добрая сотня других моментов обеспечили Стигаю первое место в списке самых жутких мест, которые они когда-либо посещали.      Но хуже всего оказалась тьма. Стигай располагался в Долине Теней, представлявшей собой не более чем узкую расщелину в Горах Морна, через которую река Аш протекала к Нефритовому морю. Утёсы здесь были настолько высокими и крутыми, что солнечный свет попадал внутрь только в полдень, да и тогда темень рассеивалась не особо.      И тьма эта была не обычной. Слишком непроглядная и не исчезала при появлении света, а отступала от него, как зверь, которому угрожали огнём. Она наползала на здания, как заросли джунглей, и делала воздух тяжёлым. Настолько, что они инстинктивно догадались: ни о каком аппарировании и полёте без посторонней помощи тут не может быть и речи.      Луна крепко держалась за свой увесистый посох из железного дерева и сердечной жилы дракона, а от его навершия исходило сильное золотое сияние. Не самые предпочтительные для неё материалы, но для своих задач годились. По настоянию Гарри у неё на поясе висел сейчас короткий меч из валирийской стали, несмотря на полное отсутствие опыта в его использовании.      Гарри держал свой клинковый посох в обеих руках, а за ним в воздухе левитировал ярко горящий железный факел, ибо он не желал полностью полагаться на магические источники света в таком удушливом месте. У него на поясе также висел меч из валирийской стали, на всякий случай.      Пробираясь через мёртвый город, они оба сканировали тьму перед собой сверкающими янтарными глазами сумрачных котов. Вокруг них не виднелось даже малейшего признака жизни, но их чувства прямо кричали о том, что они окружены.      — Гарри, ты чувствуешь вокруг нас Тьму? — прошептала Луна.   — Нет, — мрачно ответил он.      Пусть и ожидал почувствовать, но её попросту здесь не было. Ни изначального холода в воздухе, ни высасывающей силы безнадёги, ни обещания покоя, если они просто сдадутся и умрут. Тьма Стигая являлась не тьмой Бездны, а чем-то таким, с чем он раньше не сталкивался.      Какой-то звук заставил их замереть. Его едва можно было расслышать из-за их собственного дыхания и лёгких шагов, но он однозначно им не послышался: кости скребли по камню.      Луна сфокусировала свой магический свет в луч и направила его на тьму, но вместо того, чтобы сбежать, тьма этот луч поглотила. На один краткий миг показалось, что по краям света копошится множество живых теней. Затем свет в её посохе потух, словно его высосали досуха.      — Вот кака, это нехорошо, — жалобно произнесла она.      — Я бы даже сказал, плохо, — согласился Гарри, услышав в непроглядной темноте всё большее количество грохочущих и скрежещущих костей. — Бежим отсюда!      Они перешли на умеренный бег, потому что уже не в первый раз попадали в подобные передряги, а безрассудный спринт в таких ситуациях мог лишь их измотать. И, почти не задумываясь, пускали за спину разжигавшие мощное пламя заклинания.      — Гарри, это не поможет, — заметила Луна.      — Да чёрта с два я позволю ходячей кучке костей себя загонять, — возмущённо хмыкнул Гарри, но уже заметно расслабился, когда всё это наконец-то случилось.      Луна пустила перед ними огненный шар, чтобы получить лучшее представление о том, что находится впереди и испепелить небольшое скопление скелетов, оказавшихся на их пути, — скелетов, светящихся изнутри тьмой.      — Я думаю, тени в них вселились, чтобы им удалось выдержать свет от факелов, пока они будут разрывать нас на куски.      — Они также ждали, пока мы зайдём поглубже в город, прежде чем устроить засаду, — размышлял волшебник, орудуя своим клинковым посохом, чтобы разбить или разрубить оживлённые тенями кости, вставшие у него на пути. — Зачатки интеллекта, означающие, что нежить это непростая. Слишком много отдельных элементов, чтобы сойти за совместное творение злобы и магии теней. Кроме того, они слишком сильны. И должны были уже давно развеяться. Вливание жизненной силы? Но в таких масштабах? Должно быть, явление культурное, а с учётом этой вечной тьмы всё вполне сходится. Возможно, основано на религии. Даже вероятней всего. Есть шанс, что мы отыщем ответы в храме.      — Мост, — вклинилась Луна, прервав его монолог.      Гарри посмотрел в ту сторону, куда она указывала, и действительно увидел то самое сооружение, освещённое неестественным зелёным свечением реки. Оно было сделано из вездесущего чёрного камня и, конечно же, выглядело довольно прочным. И более того, то немногое, что можно было разглядеть на другой стороне, выглядело побогаче. Более широкие улицы по сравнению с тесными улочками внешнего города, через которые они вот-вот пробирались. Богатые районы означали храмы, библиотеки и особняки. Места знаний.      — Хорошо подмечено, дорогая, — похвалил он.      — Спасибо, милый, — улыбнулась Луна.      Они остановились посреди моста и, оглянувшись, увидели, что в темноте за ними движется настоящий легион скелетов. А полосы огня, которые они оставили позади себя, быстро исчезали, чего вовсе не должно было случиться.      — Этот чёртов камень… — пробормотал Гарри, создавая перед мостом ещё одну стену пламени и хмурясь, завидев, как она тут же начала ослабевать. — Он размывает нашу магию. И вообще, почему здесь вокруг столько ебучих костей? По моим самым скромным подсчётам, этому месту не менее пяти тысяч лет, и все они давно должны были превратиться в пыль.      Если подумать, то и сам город сохранился на удивление хорошо, и на чёрном камне разрушительных последствий времени вообще не разглядеть.      — Гарри? — выговорила Луна, глядя в светящуюся зелёную реку под ними.      — Что?      — Драугр, — сказала она, указывая на бурлящие воды.      — Что? — повторил Гарри и бросился к краю моста.      Из фосфоресцирующей реки вырывалась жидкая тень, от которой щипало глаза — верный признак чего-то, что физические органы чувств объять не в состоянии. Чернота, проползая по камню, переливалась через края моста, а за ней тянулось множество иссохших трупов с такой же почерневшей плотью.      — Что ж, это объясняет, почему реку так разъебало, — он сощурился и быстро подпитал сдерживавшую скелетов угасающую стену пламени. — Вперёд, моя дорогая.      — Ты уже давненько не был таким жизнерадостным, — с радостной улыбкой заметила Луна, бежавшая рядом с ним трусцой.      — Ну что тут скажешь, ностальгия нахлынула, — усмехнулся Гарри.      — Боливия и голодные джунгли?      — Да, хотя там вышло немного опаснее, чем здесь, — и так оно и было. Несмотря на легион бегущих за ними ходячих мертвецов, особой угрозы они сейчас не ощущали. Конечно, если они выйдут из-под света факелов, то, скорее всего, это будет означать мгновенную смерть, да и быть загнанными кучей скелетов тоже не очень здорово, но их уже не назвать парочкой неподготовленных новичков, впервые столкнувшихся с роем нежити, да и тузов в рукаве у них ещё имелось предостаточно. По сравнению с гигантскими плотоядными растениями, на каждом шагу подстерегавшими их в засаде, здесь всё выходило довольно незамысловато.      Самой опасной проблемой, с которой они сейчас столкнулись, являлась плохая видимость. Кроме зелёного свечения реки, единственным источником света оставался левитирующий факел. Поглощающие свет строительные материалы Стигая и минимальное количество дневного света, проникающего в ущелье, означали, что зачастую видеть перед собой им удавалось не более чем на пять или около того метров, и это при безупречном ночном зрении сумрачных котов.      И всё же, снижение плотности застройки, по крайней мере, означало ещё и снижение плотности нежити. Через пару минут беготни улица внезапно расширилась, и перед ними возникло некое широкое открытое пространство.      Луна тут же выпустила в воздух мощный и яркий огненный шар, понимая, что им нужно увидеть, куда двигаться дальше. Вспышка огня проявила огромную многоярусную площадь, что своим дизайном приковывала всё внимание к одному единственному зданию на вершине.      — Если это не храм, тогда и я не волшебник, — фыркнул Гарри и направился к огромному сооружению, а Луна последовала за ним.      Обогнать преследующие их полчища нежити им труда не составило, но, когда они достигли входа в храм, вдруг возникла одна проблема.      Дверной проём оказался таким же чудовищно огромным, как и всё остальное строение, и то, что когда-то, вероятно, считалось внушительными двойными дверьми, уже давно превратилось в труху.      Они двое уже давно взяли за привычку использовать свои Диски в качестве баррикад из-за их неразрушимых свойств, но этот дверной проём был более пяти метров в ширину, а в высоту вдвое больше. Каждый Диск всего лишь два метра в поперечнике, так что, даже выставленные друг с другом, они не смогли бы перекрыть весь проход.      — Отойди, дорогая, — сказал Гарри, доставая из пространственного кармана флакон со светящейся серебристой жидкостью.      — О-о-о, ты собираешься использовать Серебряный огонь? — с нетерпением спросила Луна, быстренько создавая полукруглую стену огня на лестнице храма, чтобы сдержать натиск нежити.      Затем она достала из своего пространственного кармана очень тёмные солнцезащитные очки.      — Лучшего места для его применения, чем кишащий нежитью город, просто не придумаешь, — отшутился Гарри и разлил содержимое флакона за порогом.      Серебристая жидкость начала мерцать, и Гарри с Луной поспешно отступили вглубь храма. Гарри также надел свои собственные солнцезащитные очки.      На мгновение наступила тишина, пока мерцание не достигло критической точки, а затем внезапно разгорелось в интенсивном серебряном пламени, изгнавшем все тени аж до самого конца площади. Эти плавающие в воздухе теневые монстры, которые всё это время держались на границе света их факела, были мгновенно уничтожены, а скелеты и драугры издали мучительные стоны и разбежались по всем тем тёмным углам, до которых смогли добраться.      — Ля, как же я обожаю эту штуку, — широко ухмыльнулся Гарри, глядя на светящееся пламя сквозь солнцезащитные очки. Это алхимическое оружие было, возможно, самым мощным из всех, что он когда-либо создавал. Совершенно автономное магическое пламя, излучающее обжигающий яркий свет, но не выделяющее тепла и не сжигающее того, к чему оно не прикасалось. А вот чего оно касалось…      — О боже, а камень-то не плавится, — заметила Луна.      — Чего… — категорично постановил Гарри, видя, что его жена права. Чёрный камень, вылизываемый светящимся пламенем, по виду даже теплее не стал. — Да что, чёрт возьми, не так с этим камнем?      Серебряный огонь плавил вольфрам быстрее, чем доменная печь плавила сыр. Он буквально всё, включая магию, использовал как топливо и был на 100% энергоэффективен. Если бы не тот факт, что для поддержания горения ему требовалась исходная жидкая основа, которой хватало ровно на шесть часов после контакта с воздухом, то этот огонь в конце концов испарил бы всю планету. Да ёбана в рот, он даже мог уничтожить магически выкованный металл, хотя и с трудом.      Но очевидно, с каким-то склизким камнем огонёк, видимо, не мог сделать ни шиша.      — Кажется, мою алхимическую гордость только что растоптали...      — По крайней мере, не похоже, чтобы его потушило, как обычный огонь, — добавила Луна, утешительно погладив его по руке.      — Будь это так, я бы сказал, что это херня собачья, — пробормотал Гарри. — Пойдём, надо проверить это место.

  ***

     — Ох ё... — выдохнул Гарри в восхищении, когда свет осветительного заклинания померк.      Храм был огромен, и все его залы и комнаты выглядели дворцовыми, но именно главный зал давал полное представление о всех его масштабах.      Они только в него вошли, и на мгновение им показалось, что они снова вышли на улицу. Но нет, просто храм оказался настолько обширным. По самым скромным подсчётам, в него можно было втиснуть четыре футбольных поля. Тот, кто проектировал это место, либо вообще никак себя не сдерживал, либо хотел сделать его настолько огромным, чтобы внутри поместилось всё население Стигая.      — А это там трон в самом конце? — спросила Луна, вглядываясь в непроглядную тьму впереди.      Гарри сотворил ещё одно осветительное заклинание, на этот раз прямо перед собой. Конец зала находился так далеко, что разобрать детали оказалось совсем непросто, но они точно разглядели там огромную лестницу и огромное кресло на самом верху.      — Думаю, да, — выдал он растерянным тоном. — Может, это всё-таки и не храм.      Хотя ощущение складывалось именно такое. Всё в архитектуре этого здания прямо-таки кричало о религиозном подтексте.      — А вот это похоже на алтарь, — отметила Луна, указывая в сторону, где в аккуратных маленьких альковах располагались сложенные друг на друга каменные плиты.      — Теократия? — размышлял Гарри, направляясь к ближайшему из них. — Где верховный жрец также является правителем?      Луна лишь неопределённо хмыкнула, настороженно озираясь в поисках неприятных сюрпризов. Никаких гарантий, что нежить находилась только снаружи, у них не было, да и они всё еще могли уловить злобные тени, притаившиеся на краю света факелов.      Алтарь был сделан из ещё более жирного чёрного камня, гладкого и безликого. Из приметных моментов можно подметить только торчащую из стены небольшую воронку, возвышавшуюся над неприметным помостом, на котором стояла инкрустированная рубинами бронзовая чаша, давно позеленевшая от коррозии.      — Думаешь, все эти тени были созданы именно здесь? — задалась вопросом Луна, несомненно, связывая огромное количество алтарей в храме с тем количеством теней, которые они успели повидать.      Гарри нахмурился в раздумьях.      — Возможно, но такая магия должна была оставить свой отпечаток. Ни один из этих камней со мной не говорит.      — Может, мы просто не знаем языка?      — А вот это возможно, — ответил Гарри, хмурясь ещё сильнее, когда взял в руки чашу. — Вот от неё прям несёт кровью и смертью. И в большом количестве.      — Думаешь, они из него пили?      — Возможно, — при правильном подходе употребление крови может ненадолго придать силы тому, кто её выпил, или послужить реактивом для некоторых заклинаний и ритуалов. — Правда, я не уверен, что захочу пить то, что касалось этого жирного камня… А разве мы уже не видели подобную чашу в Асшае? У старого скрипучего заклинателя теней, что всё время уклонялся от моих вопросов?      — Да, и Мелисандре тогда тоже было не по себе.      — Ну да ладно, думаю, догадки я уже могу состроить, — Гарри фыркнул. — Даже в таких почти идеальных условиях тени снаружи не смогли бы продержаться так долго, будь они созданы из простых теней. Все заклинатели теней, которых мы пока что встречали, являлись женщинами, посему рискну предположить, что они использовали собственные утробы, чтобы придать этим существам подобие настоящей жизни. Мощное, но довольно специфическое применение магии теней. И теперь уже нетрудно представить, что те кусочки преданий могли пережить гибель Стигая, только если этим местом всё ещё пользовались, что в свою очередь означает…      — Что этот храм являлся местом размножения, — Луна поджала губы и уставилась в темноту, скрывавшую сотни альковов в стенах.      — Неудивительно, что в этом мире нашлись такие долбанутые религии, — он покачал головой, затем сделал паузу и снова фыркнул. — Но не то чтобы на Земле кто-то мог бросить камень в этот огород.      Они замолчали и направились к трону в конце зала. А по пути заглянули в несколько других альковов, но те оказались идентичны первому.      Когда трон появился в поле зрения, тут же стала очевидна его чрезмерность. Лестница уходила так высоко, что помост фактически представлял собой отдельный этаж, соединённый со своеобразным балконом, который опоясывал весь этаж и, похоже, предназначался исключительно для царя/первосвященника, а трон выглядел достаточно большим, чтобы уместить на себе великана и даже ещё свободное место оставалось.      — Ну точно никакого чувства меры, — пробормотал Гарри, вспоминая свои прежние мысли о размерах зала.      И что интересно, на небольшой платформе перед троном стоял ещё один алтарь, с высеченными в нём многочисленными каналами, ведущими к ряду отверстий в полу. А на самом алтаре лежал обсидиановый нож.      — Полагаю, отсюда кровь и поступала, — продолжал разговаривать сам с собой Гарри, осматривая отверстия в полу. — Должно быть, кому-то стоило огромного труда выбить эти каналы, чтобы распределение крови вышло равномерным, и навряд ли одной жертвы хватило бы на всех.      — Кажется, я поняла, что они делали с телами, — отозвалась Луна, заглядывая за трон.      Гарри пошёл взглянуть на то место и обнаружил большое круглое отверстие прямо за троном. А глубоко внизу виднелось фосфоресцирующее зелёное свечение реки Аш.      — Ну это уже совсем халтура, не говоря уже о глупости, — нахмурился волшебник. — Зато теперь понятно, откуда взялись все эти драугры.      Тошнотворное сияние начало мутнеть от пятна тьмы, и из колодца послышались злобные звуки скрежета.      — Они лезут наверх, — спокойно заметила Луна.      — Ещё как, — согласился Гарри. А иначе всё оказалось бы не столь клишировано. — Не думаю, что мы отыщем какое-либо чтиво, что пережило тысячелетия запустений в этой тёмной, промозглой дыре, так что можем уже с тем же успехом отправиться домой, — они потратили добрых три часа на исследование храма, прежде чем добрались до главного зала, и нашли в нём лишь пустые каменные комнатки, да изредка драгоценные камни или кусочки проржавевшего металла попадались.      — Мы всегда можем вернуться потом, если ты захочешь ещё раз осмотреться, — предложила Луна. — Но теперь, когда мы знаем, чего ожидать, можно будет взять с собой более подходящие припасы.      Гарри с одобрительным ропотом кивнул и начал спускаться по нелепой лестнице обратно ко входу в храм.      Шли они в обычном темпе, — потому что даже если драугры и умели лазать, то выходило у них это не быстро, — и добрались до входа примерно за десять минут, ибо теперь знали дорогу.      Они снова надели солнцезащитные очки, когда увидели, как сквозь дверной проём пробиваются лучи Серебряного огня.      Гарри хотел было пошутить, что этот жирный чёрный камень всё ещё задевает его гордость мастера-алхимика, но эта мысль отступила на второй план, когда они увидели, что ожидало их на площади.      — Теневой Дракон? — озадаченно спросил он. — Получается, у нас сейчас должна быть схватка с боссом или что?      На площади стоял огромный драконий скелет с обвивающими его кости полосами живых теней, создававших видимость пародии над плоть.      — Должно быть, врождённая устойчивость дракона к магии защищает его от света Серебряного огня, — предположила Луна.      — Ну что ж, тогда вперёд, пойдём сражаться с боссом, — сказал он, всё ещё немного озадаченный этим неожиданным происшествием.      Они вытащили Диски из пространственных карманов и осторожно полетели по воздуху над линией Серебряного огня. И сделать это было довольно легко, учитывая, что высота дверного проема составляла десять метров, а высота светящегося пламени — вдвое меньше.      Теневой Дракон подпрыгнул и захлопал своими теневыми крыльями, как только они выбрались на открытое пространство, и, пустившись на парочку, издал могильный рёв.      — Он ещё и летать умеет, — теперь Гарри ещё сильнее озадачился. Что ж, он полагал, что это вполне ожидаемо. Живые драконы летать тоже не должны были, учитывая соотношение их веса к размаху крыльев, так что указывать на невозможность теней подняться в воздух тоже особого смысла не имело.      Затем Гарри достал из пространственного кармана ещё один флакон с Серебряным огнём и швырнул его в гигантскую мишень. Флакон раскололся и вылил своё содержимое на древние кости, быстро разгоревшись до масштабов настоящего костра из серебряного пламени, которое затем Теневого Дракона и поглотило.      — А ты что, думал, у меня с собой только один такой флакончик? — с этими словами Гарри насмешливо посмотрел на основательно уничтоженную неживую мерзость.      — Гарри, не будь таким злым, — наставляла его Луна. — Он старался как мог.

  ***

     Тем временем в Асшае...      Мелисандра молилась о провидении в местном храме Р'глора. Гарри отказался в него входить и даже не объяснил почему. Для неё он стал сейчас ещё более непостижимым, чем в то время, когда она получила самое первое видение о нём. Тогда казалось, что он может стать союзником, но потом он сказал и сделал вещи, которые должны были обозначить его как врага. И это приводило Мелисандру в ярость.      Её внимание привлекла внезапная суматоха: другие жрецы, жрицы и служители культа в спешке пробегали мимо её комнаты.      Она быстро встала и вышла в коридор, схватив за руку проносившегося мимо служителя культа.      — Что происходит? — потребовала Мелисандра.      Женщина, а, скорее, даже девушка, посмотрела на неё широко раскрытыми глазами из-под лакированной красной маски.      — Стигай! Там... в горах сияет большой свет! — пробормотала она, вырывая руку из хватки Мелисандры и возобновляя бег.      Мелисандра моргнула и поспешила за ней.      Когда она оказалась на улице, то едва не рухнула на колени, не веря своим глазам, как уже поступили многие другие обитатели Асшая.      Из Гор Морна, именно там, где, как она знала, находился Стигай, вырывался пылающий столб серебряного света. Он пронзал ночную тьму и вонзался в облака, словно божественное копьё.      Каким-то образом Мелисандра сразу же догадалась, что это дело рук Гарри, и это только ещё больше её запутало. Он ведь, само собой, не мог сотворить такое великолепие без благословения Владыки Света?      — Р'глор, направь меня. Что мне делать? — пробормотала она самой себе и вернулась в свою комнату в храме. Теперь она будет молиться ещё усерднее.