A Discordant Note / Диссонирующая Нота

  15-й день 3-й луны, 281 года З.Э. Харренхолл.      Адрастия прижалась к Джейме и испустила долгий, довольный вздох, и не совсем уж притворный. Это новое тело прекрасно реагировало на стимуляцию всеми нужными способами, да и гарантированные оргазмы тоже бонус неплохой.      Джейме, естественно, предположил, что вздох как-то связан с ним, и на мгновение прижал её сильнее, как и задумывалось. Нельзя недооценивать силу посткоитальных объятий. Возможно, она и использовала магию, чтобы привязать к себе его инстинкты, но цепи, скованные ею самолично, зачастую оказывались самыми прочными.      Иногда мальчик использовал эту возможность, чтобы выразить своё недовольство, и Адрастия выслушивала его с сочувствием, но на этот раз у него в голове крутились другие мысли.      — Мой отец приезжает завтра, — молодой рыцарь, похоже, был этим фактом недоволен.      — Полагаю, на этом наше совместное времяпрепровождение закончится, — вздохнула Адрастия. — Ну что ж, нам было весело. Мы всегда знали, что большего уже не будет.      Жалко, ведь играться с этим мальчиком оказалось весело, но рисковать не стоило. Тайвин, вероятно, попытается сделать что-нибудь глупое, узнав о них, а вот Серсея однозначно это сделает. Как бы то ни было, к этому моменту он возлежал с ней достаточно долго, и теперь молодому рыцарю будет очень трудно отказать ей, если только она не попросит о чём-то крайне затруднительном.      — Да, — угрюмо уступил Джейме.      — Ну же, не надо так, — она рассмеялась и быстро чмокнула его в губы. — Хорошими воспоминаниями нужно дорожить, а не оплакивать их.      Это вызвало у него задумчивую улыбку.      — Я буду скучать по тебе.      Да, будешь.      Адрастия не выдала своих мыслей и вместо этого одарила его страстной улыбкой, а её рука скользнула вниз, чтобы обхватить его мужское достоинство.      — Я ещё не ушла.      Настроение Джейме сразу же улучшилось, и он жадно прильнул к её губам своими.      Такой искренний мальчик. С точки зрения личности, он представлял собой почти идеальный прототип странствующего рыцаря-героя, истребляющего бандитов, вытаскивавшего дам из беды и заканчивающего свои приключения коротким, жарким романом. В более современном мире кто-нибудь, вероятно, снял бы об этом телесериал. Без учёта неизбежной череды бастардов.      В сферическом вакууме он, без сомнения, был бы именно таким. Однако требовательный отец, которого совершенно не заботили склонности, способности или желания его детей, а ещё собственное видение парнишки и его чертовски извращённая сестра уже неслабо над ним поработали. И то, и другое тянуло его в направлениях, в которых он двигаться не желал, и направления эти друг другу противоречили.      На самом деле, Адрастия оказывала ему услугу, используя его в своих целях. Жизнь Джейме была похожа на железнодорожную катастрофу, которая вот-вот ожидала его за поворотом, а теперь она будет больше походить на управляемый взрыв.

  ***

     16-й день 3-й луны, 281 года З.Э. Харренхолл.      Оставаясь незамеченной благодаря заклинанию невидимости, Адрастия оценивающим взглядом наблюдала за королевской процессией.      Вживую Эйрис выглядел куда хуже, чем через Стеклянную Свечу. Длинная нечёсаная борода в тон с волосами. Ногти длиной почти со стопу. Запавшие глаза, которые, похоже, ни на чём не могли сфокусироваться, и тело, иссохшее от параноидального голодания. Ему было тридцать семь, но выглядел он по меньшей мере на сто двадцать. И вдобавок ко всему от него исходила постоянная смесь хихиканья, всхлипываний и неразборчивого бормотания.      Поди ещё отыщи фигуру менее вдохновляющую, и эффект на коленопреклонённую толпу это оказало заметный. Люди выглядели так, словно их окунули в ледяную воду, настолько напряжёнными вышли их позы. А людской ужас, считай, можно было пощупать.      Особый интерес для Адрастии вызвала реакция Старков и Роберта Баратеона. Вид у них был, как и у всех остальных, но, по её мнению, язык их телодвижений свидетельствовал о разной степени недовольства тем, что им пришлось встать на колени. Особенно у Бенджена и Лианны – те были откровенно этим возмущены. Слишком долго прожили в Ангмаре, окружённые его идеалами. Эддард выглядел наименее уязвленным, но даже Тихий Волк не пребывал в восторге от того, что ему приходится выказывать подчинение тому, кого он никогда не видел и не уважал. Ещё сильнее традиции и социальные условности гордость подавить уже не могли, особенно после того, как проведёшь месяцы или годы рядом с теми, кто поощрял преодолевать жизненные трудности стоя.      И это к лучшему. Пойди всё по жопе, и Старки, и Баратеоны не захотят встать на сторону Таргариенов. Это также предвещало дальнейшее распространение северной культуры в будущем. Общее происхождение от Первых Людей делало крупнейшее из Семи Королевств особенно уязвимым для такого удара, даже несмотря на то, что гигантский ледяной кирпич ограничивал контакты с Ангмаром.      Ко всеобщему облегчению, Эйрис быстро – и даже грубо – удалился в отведённые ему покои в разрушенном замке, оставив своего сына отвечать за обустройство остальных членов их группы. Настроение на порядок улучшилось, когда в первых рядах появился очаровательный Принц Рейгар.      Адрастия внимательно наблюдала за тем, как представляли присоединившихся к королевской процессии для путешествия дворян. Мартелл, Ланнистер, Тирелл и многие-многие другие. Такое изобилие людей представилось, с которыми можно поиграться. Она даже чуть не распереживалась, что у неё не хватит времени на всех.

  ***

     Элия заверила его, что с ней всё будет в порядке, если дядя Левин и её подруга Ашара будут за ней присматривать, поэтому Оберин отправился бродить по Харренхоллу в поисках чего-нибудь интересного.      В частности, он искал группу из Ангмара. Во время их последней встречи Леди Луна упомянула, что на церемонии будут присутствовать старый друг семьи и несколько внуков её мужа, а он хотел бы с ними познакомиться.      Найти большинство из них оказалось на удивление просто, учитывая, насколько они над всеми возвышались. Должно быть, это потомки женщины, которую Леди Луна называла Эвой, с кровью великанов.      Оберин всё ещё пребывал под впечатлением о того, как милостиво Леди Луна относилась к маленькой армии детей, которых её муж зачал от других женщин. Да что там, она даже подтвердила слухи о том, что изумрудноглазые обитатели Летних островов – его отпрыски! Дорниец не считал незаконнорождённых детей чем-то постыдным, но подозревал, что даже у самых терпеливых женщин его родины границы дозволенного давным-давно были бы превышены.      А Леди Луна, наоборот, не только терпела это, но и любила всех детей своего мужа. Воистину, выдающаяся женщина. Оберин так и не избавился от своего желания переспать с ней.      И всё же, какими бы интересными ни были внуки Колдуна, Оберин в данный момент был больше заинтересован в том, чтобы найти слугу этого человека. Побывав не так давно на Летних островах и даже зачав дочь с одной из капитанов на их корабле, он чертовски хорошо понял, какими страстными людьми те являлись, поэтому путешествие в Харренхолл вышло долгим и утомительным. Если повезёт, Леди Адрастия окажется более восприимчива к его ухаживаниям, чем Леди Луна.      В отличие от остальных членов её компании, которые, похоже, не хотели общаться с другими дворянами и держались в основном особняком, темнокожую женщину Оберин застал беседующей с группой дам.      Хотя «беседовавшая» тут, возможно, слово не совсем подходящее. Больше походило на то, что она приковала к себе всеобщее внимание, а женщины, предположительно, более знатного происхождения, выглядели так, словно скрывали свою зависть к её изысканной одежде и до абсурда дорогим украшениям. Оберин достаточно много путешествовал по миру, чтобы понять – монета зачастую ценится больше, чем кровь, и подозревал, что укрытые от опасностей сего мира вестеросские аристократки от встречи с этой конкретной истиной удовольствия не получают.      Он как раз собирался представиться, когда его цель повернулась к нему с ослепительной улыбкой, словно уже его ожидала.      — Принц Оберин, как же отрадно наконец-то с вами познакомиться.      Оберин плавно принял предложенную руку и оставил на ней поцелуй, одарив смуглую леди улыбкой, из-за которой он частенько попадал в переделки с жёнами или любовницами других мужчин.      — Леди Адрастия, это знакомство – чистая отрада для меня. Я с нетерпением ждал нашей встречи с тех пор, как Леди Луна впервые о вас заговорила.      Краем глаза он заметил, как другие дамы натянули на лица до боли фальшивые улыбки, чтобы скрыть, насколько они раздражены тем, что их игнорируют. Какие же мелочные создания.      — Неужели? — Адрастия удивлённо приподняла бровь. — И какие же сказки обо мне она разносила?      — Уверяю вас, только хорошие, — усмехнулся Оберин.      — Все они ложь, — улыбнулась в ответ темнокожая дама. — Я женщина коварная, а Луна просто слишком добрая, чтобы плохо о ком-то отзываться.      Оберин не смог удержаться от смеха, услышав эту шутку, настолько необычной была подобная речь для любого вестеросского аристократа. Его предположение о том, что она ему понравится, оказалось абсолютно верным.      — Миледи, не окажете ли вы мне честь, составив компанию на прогулке по этому месту? — предложил он, как только взял себя в руки.      — С удовольствием, — промурлыкала Адрастия и взяла его за протянутую руку.      Быстро попрощавшись с теперь ещё более расстроенными дворянками, они отправились в путь.      Однако Оберин испытал некоторое замешательство, заметив, что большая часть враждебности направлена была на него. Будучи опытным воином и человеком, склонным соблазнять чужих женщин, ему пришлось развивать в себе эту способность ради выживания.      И эта способность позволила ему заметить закипающий взгляд, устремленный на него Джейме Ланнистером.      С чего это? Оберин озадачился. Да, он поиздевался над этим мальчиком много лет назад, когда его мать пыталась выдать их с Элией за близнецов Ланнистеров, но даже тогда Джейме разозлился не так сильно. А к настоящему времени уже наверняка об этом забыл. Этот взгляд больше походил на... ревнивый, а с такими Оберин был знаком очень хорошо.      — Миледи, а вы, случаем, не устраивали ли небольшую интрижку вон с тем вот парнем из Ланнистеров? — небрежно спросил Оберин, пренебрегая годами обучения этикету, твердившими ему, что никогда и ни в коем случае нельзя задавать подобные вопросы напрямую.      — Так и было, — легко согласилась Адрастия, по-видимому, не обидевшись на его прямоту. — Мы с ним прекрасно провели время, но, увы, сейчас приехал его отец, и мы решили, что от постелей друг друга лучше держаться подальше.      Учитывая то, что Оберин знал о Тайвине Ланнистере, это, без всяких сомнений, было правильно. Мужчина этот настолько суров и лишён чувства юмора, что даже камни бы позавидовали.      — И как он? — спросил Оберин, стараясь говорить непринуждённым тоном.      — Неопытный, но полон энтузиазма. С красивым и подтянутым телом, и довольно быстро научился пользоваться своим языком. Жаль, что член у него оказался маленьким, но ему ещё предстоит немного подрасти, так что мне не стоит за это на него обижаться. Если в целом, то любовник из него не самый худший, из тех, что у меня бывали.      Боги всемогущие, не будь Оберин осторожен, эта женщина могла бы ему понравиться слишком уж сильно. Прямолинейная, как шлюха, и утончённая, как королева.      — Интересно, нравятся ли ему ещё и мужчины? — праздно подумал он, что прямо противоречило его предыдущему согласию по части рисков в присутствии Тайвина Ланнистера. — Мы бы тогда все вместе могли хорошо провести время.      — Этого может хватить, чтобы его отец умер от шока, — рассмеялась Адрастия, совершенно не обеспокоенная и не удивлённая его аппетитами. — Но нет, Джейме из тех, кто предпочитает прятать свой меч исключительно в ножны.      Изящная метафора снова заставила Оберина рассмеяться. Возможно, этот турнир окажется гораздо веселее, чем он ожидал.

  ***

     Серсея молчала, что, как знал Джейме, не предвещало ничего хорошего. Его сестра-близнец – женщина страстная и не склонна скрывать свои эмоции. Её молчание было сродни притихшим перед тем, как бандиты устроят тебе засаду в лесу, птицам.      Она пришла к нему в покои ещё в самом начале вечера. Джейме пытался возразить против её ухаживаний, опасаясь, что их застукают, но с тех пор, как они виделись в последний раз, прошло много времени, а она всё ещё заставляла его кровь бурлить. Его сопротивление ослабло быстро.      Они занимались любовью в течение нескольких часов, а теперь лежали и наслаждались послевкусием. Только вот... Серсея молчала.      Джейме привык к излияниям горьких жалоб от своей близняшки в такие моменты, особенно если прошло много времени с тех пор, как они в последний раз были вместе. Она совсем не походила на Адрастию, что прижималась к нему своим разгорячённым телом и покусывала его ухо, пока он снова не приходил в готовность.      Он чувствовал себя виноватым за то, что сравнивал свою сестру с женщиной с Летних островов, но ничего не мог с собой поделать. Это единственные женщины, с которыми он когда-либо бывал, и они такие разные. Одна блондинка, другая брюнетка. Одна молодая, другая зрелая... а красота и страсть, похоже, были единственным, что их объединяло.      Джейме очень старался не сравнивать их характеры. Но теперь, познакомившись с Адрастией, его сестра показалась ему эгоистичной и требовательной любовницей, озабоченной только собственным удовольствием. Он никогда не замечал этого раньше, поскольку ему всегда нравилось доставлять Серсее удовольствие, но теперь уже не мог не заметить.      — Ты нанимал шлюх?      Внезапный и резкий вопрос вывел Джейме из задумчивости, и он, нахмурив брови, посмотрел на сестру:      — Что?      — Ты трахал шлюх? — тон Серсеи стал ещё резче, когда она с обвинением на него посмотрела.      — Нет, с чего ты так решила? — отрицал Джейме в недоумении.      — Ты стал лучше, — тут же ответила сестра. — А то, что ты делал своим языком... точно не у меня этому научился!      Ах да, Адрастия показала ему немало вещей за то время, что они были вместе. Женщина она очень опытная.      Это напомнило ему о том, как она ускакала с тем дорнийским развратником. Джейме понимал, что ведёт себя нелепо и что у него нет причин ревновать, но ничего не мог с собой поделать. Даже если и он, и Адрастия знали, что их совместное времяпрепровождение никогда ни во что не перерастёт, видя её с другим мужчиной, он всё равно приходил в бешенство.      — Я научился этому не от шлюхи, — заверил он сестру.      — Но у кого-то ты этому научился, — тон Серсеи оставался таким же обвиняющим. — Кто она?      Джейме очень хотелось, чтобы она оставила всё как есть, но знал, что этого не случится. Запустив свои когти в кого-то, сестра становилась неумолима, и станет только хуже, потому что обычно у них не оставалось друг от друга секретов. В итоге он решил, что сказать ей правду, вероятно, окажется проще, чем попытаться солгать.      — Леди Адрастия, слуга «Бога-короля Ангмара», — Джейме не удержался и добавил в титуле насмешливый оттенок. Так претенциозно.      Серсея на мгновение нахмурилась в замешательстве, прежде чем в её глазах промелькнуло понимание.      — Женщина с Летних островов? — спросила она, нахмурившись. — В Красном Замке ходят слухи, что она рабыня.      Джейме мог лишь пожать плечами. Он ничего подобного не слышал.      — Подожди, но это означает, что ты возлежал с ней здесь!      — Говори тише! — прошипел он, испуганно оглядываясь на дверь. — Ты хочешь, чтобы нас застукали?      Серсея нахмурилась ещё сильнее.      — Тебе так наскучило меня ждать, что ты был вынужден трахнуть какую-то иноземную шлюху, дабы скоротать время? А во время своих странствий ты с каждой такой хорошенькой женщиной трахался?      — Нет, она единственная, — только произнеся это, Джейме понял, что, скорее всего, только усугубил ситуацию.      И, конечно же, Серсея теперь выглядела ещё более разгневанной.      — И что в ней такого особенного?!      — Ничего, — быстро соврал Джейме. В Адрастии было столько всего особенного, но рассказывать об этом своей очень ревнивой сестре – идея крайне ужасная.      — Хмф! — его близняшка фыркнула и встала с кровати, сердито натягивая одежду.      — Куда ты собралась? — спросил Джейме.      — В свои покои, — огрызнулась Серсея, и её движения стали ещё более резкими.      А он лишь вздохнул, понимая, что лучше оставить попытки её урезонить, когда она в таком состоянии. Минуту спустя дверь его покоев захлопнулась, и он даже не потрудился сдержать гримасу из-за беспечности Серсеи. Сестра его – женщина бесстрашная, но это не всегда хорошо.      Джейме снова вздохнул, чувствуя напряжение и изнеможение после короткой ссоры.      «Почему она не может быть такой же, как Адрастия?» — предательская мысль заставила его почувствовать себя виноватым, но от правды не убежишь. Смуглая дама с Летних островов обладала нравом куда более приятным.