Глава 46
13 июня 2026 г., 16:05
Глава 46
— Генерал Максимиан и советник Агро восприняли случившееся довольно неплохо, — Бриан взглянул на Сьюзен. Совет закончился, и в опустевшем зале остались лишь нарнийские королевы да Гранты. — Год назад они приняли наше возвращение, — развела руками Сьюзен, — после такого удивить их очень сложно. — Но и восторга от возможного появления драконов из другого мира они явно не испытали, — заметил Доран. — Не они одни, — сдержанно отозвалась Сьюзен. — Мне казалось, Хильфрен убедил тебя, — Бриан внимательно взглянул на королеву. — Ты… — Хильфрен умирал, я сказала то, что позволило ему уйти без сожалений и сомнений, — холодно возразила Сьюзен. — Я по-прежнему не уверена, что позволить драконам из другого мира родиться здесь, в Нарнии, — это хорошая идея. — По меньшей мере Питер сможет увести эти яйца из-под носа Магнуса, — Люси постаралась разрядить прохладную обстановку. — А когда они окажутся здесь… — Если Питер вообще знает, в чём дело, — покачала головой Сьюзен. — Нии-Маль не сказала ему про драконов при первой их встрече. Из чего я могу предположить, что и она сомневается в плане Хильфрена. — Я согласен с королевой Сьюзен, — Доран обвёл взглядом присутствующих. — Нарнийские драконы всегда были опасны. Это сила, которую сложно обуздать и тем более контролировать. Что же касается драконов из другого мира… Мы даже не представляем, на что они окажутся способны. — В любом случае нужно дождаться возвращения Питера и Эдмунда, — тон Сьюзен стал теплее. — Решать будем все вместе. Люси поняла, что последнюю реплику старшая сестра адресовала не только ей, но и Грантам. — Выходи, джинн, мы знаем, что ты здесь, — Бриан перевёл взгляд на колонну в дальней части зала Совета. — Не хотел мешать вашей столь милой беседе, — Бартамус вышел из своего укрытия и, широко улыбнувшись, обвёл взглядом всех, кто находился в зале. — Ты с новостями от Эдмунда? — Сьюзен холодно взглянула на джинна. — Ваш младший брат попросил передать, что вынужден зайти в Провиденс, — тон Бартамуса был мягким и услужливым. — Но он постарается вернуться в столицу как можно скорее. — Спасибо, — кивнула Сьюзен. — Передай ему и Питеру всё, что ты успел здесь подслушать. - Слушаюсь, моя королева, - джинн изящно поклонился, и с негромким хлопком, растворился в воздухе. - И почему мы все еще доверяем ему. – сдержанно пробормотал Доран, глядя туда, где еще мгновение назад стоял джинн. - Как ни было бы неприятно признавать, но с каждым днем он становится все больше предан нам, - в голосе Сьюзен сквозила прохлада.***
— Да вы, чёрт возьми, издеваетесь! — Абелия не сдерживала эмоций, услышав всё, что поведал Бартамус. — Драконы из другого мира? Разумные, в теории, драконы из другого мира! — Питер знает? — Эдмунд, казалось, не заметил бурной реакции Грант. Его взгляд был полностью сосредоточен на джинне, который сидел перед ним за столом в каюте корабля. — Я ещё не говорил с Верховным королём, — ответил Бартамус. — Поставила ли его в известность Нии-Маль, я не знаю. Но готов поставить полный трюм золота, что нет. — Почему ты решил сообщить сначала нам? — в голосе Абелии сквозило недоверие. — Я позволил себе подобную вольность только по причине того, что король Эдмунд, в отличие от своего старшего брата, не столь импульсивен, — Бартамус широко усмехнулся. — И, возможно, я получу от вас совет, который передал бы Верховному королю. Идея появления драконов… — он картинно вздохнул, — грозит как проблемами, так и выгодами. — Ты бы хотел, чтобы мы привлекли драконов, — заметил Эдмунд, внимательно глядя на Бартамуса. — Хочу ли я, чтобы на вашей стороне была сила, способная противостоять Магнусу в грядущей войне? — оскалился Бартамус. — Да. Даже один дракон станет существенным преимуществом. Четыре — это эквивалент легиона альвов. А яиц десять, я напоминаю. — Для того чтобы спасти собственную шкуру, ты готов позволить появиться в этом мире созданиям, способным испепелять города, если не целые страны? — в голосе Абелии сквозило неприкрытое отвращение к джинну. — Прошу простить меня за то, что я хочу жить, — саркастично ответил джинн. — Вам бы тоже не помешало. Эдмунд взглянул на Абелию, которая сжав кулаки уже была готова вскочить со своего места, и бросится на джинна. С явным недовольством, Абелия подчинилась. - Передай Питеру, что я за то, дабы по возможности, яйца были доставлены в Кер-Паравел, - медленно, словно сам все еще будучи не до конца уверенным, произнес Эдмунд. – Но, - он пристально взглянул в глаза Бартамуса, на лице которого вспыхнуло торжество, - если ситуация не позволит этого, я не имею ничего против, если он примет решение, и уничтожит их на месте. — Мудрое решение мудрого короля, — Бартамус встал и, кивнув на прощание, растворился в воздухе. — Не смотри на меня так, — Эдмунд спокойно взглянул на Абелию. В её глазах Певенси прочёл целый спектр эмоций. — Я принял лучшее решение из возможных. — Питер поступит так, как ты ему посоветовал? — сдержанно спросила Абелия, глядя на младшего Певенси. — Уничтожит их, если возникнет риск, что они попадут в руки Магнуса? — Питер — Верховный король, он примет то решение, которое посчитает лучшим, — ответил Эдмунд. — Но, — он жестом прервал готовое сорваться замечание Абелии, — он точно не позволит Бартамусу сманипулировать собой. Бартамус, конечно, умеет лить мёд в уши, но с Питером у него это не выйдет. — Меня беспокоит другое «шикарное» качество твоего брата, — мрачно возразила Абелия. — Твой брат слишком… — Не тот случай, — мягко, но твёрдо перебил её Эдмунд. — Питер прекрасно понимает, когда рыцарство и благородство неуместны. — Очень на это надеюсь, — Абелия пристально взглянула на Эдмунда, — иначе… — Я читал старые хроники и легенды, — Эдмунд устало провёл рукой по волосам, — и прекрасно знаю, какой кровавый след в истории Нарнии оставили драконы.***
Сьюзен проснулась от настойчивого стука в дверь. Протерев глаза, она поняла, что вчера вечером уснула на диване в своей гостиной. На полу возле её ног лежал толстый фолиант; «История нарнийских королей» — гласили золотые буквы на кожаной обложке книги. Сьюзен подняла книгу, и положила ее на столик. Вчерашний вечер она провела за изучением вопроса драконов в истории Нарнии. Но кроме истории короля Гейла, который во время своих путешествий обнаружил Одинокие острова и спас их жителей от дракона, за что обитатели островов присягнули на верность Нарнии, ничего не нашла. Откуда появился тот дракон? Ответ в книге был лишь один: «Дракон сей был ужасен видом и нравом. Прилетел с востока, из-за неизведанных вод моря». Сьюзен заметила, что вчера оставила пометку на словах про восток. Она припомнила, что похожие истории слышала от сэра Вигге, и пожалела, что не сможет расспросить его, так как сэр Вигге нёс службу на северных границах королевства. — Да иду, иду, — пробормотала Сьюзен, приближаясь к двери. Стучавший явно не был намерен ждать. — Одну минуту, — произнесла она, выглянув за дверь и увидев, что это Бриан. Времени на то, чтобы привести себя в порядок, скрыть следы недавнего сна, понадобилось чуть больше. Но Бриан терпеливо дождался её, после чего сообщил, что её ждут у ворот замка. — Надеюсь, это что-то действительно срочное, — вздохнула Сьюзен, бросив взгляд в окно. Когда они шли по коридорам Кэр-Паравала, за стёклами брезжило слишком уж раннее утро. В такую рань просыпался, пожалуй, только Питер. Коридоры замка были пусты, и в них царило спокойствие и тишина. Весь путь до внутреннего двора они проделали в тишине — каждый был погружён в свои размышления. А оказавшись на месте, Сьюзен сразу поняла причину, по которой её присутствие понадобилось так рано. — Ваше величество, — Максимиан и Агро поклонились, увидев королеву. — В чём дело? — Сьюзен взглянула на придворных, а затем на великана, стоявшего чуть позади них. Не заметить четырёхметрового исполина было физически невозможно, но Сьюзен отнеслась к нему спокойно. Великаны жили в Нарнии со времён её создания, хотя по сравнению с остальными нарнийскими народами были крайне малочисленны. — Я так понимаю, дело не только срочное, но и не для тронного зала, как и не для зала Совета, — Сьюзен видела, что лица советников, как и лицо великана, были озабоченными и мрачными. — Прошу прощения, моя королева, моё имя Торбон, из клана Рамблбаффин, — голос великана был низким и гулким, — но у меня плохие вести. — Говори, добрый сын клана Рамблбаффин. Я помню тебя, ты был с нами, когда мы отражали вторжение южан, — кивнула Сьюзен, глядя на великана. — Что привело тебя в столь ранний час? — Король Эттинсмура передал вам сообщение, — ответил великан, — и вы правы, оно не для большого количества ушей. — Что передаёт нам Горкор? — Сьюзен почувствовала неладное. Эттинсмур всегда был проблемой, хотя последний год на северных границах было тихо. — Отряд нарнийцев проник на территорию Эттинсмура и разграбил четыре поселения, — слова Торбона прозвучали словно гром среди ясного неба. — Король Эттинсмура не желает войны с Нарнией, а потому обратился к моему клану, чтобы передать вам предложение урегулировать эту проблему мирно. — Никто из пограничных отрядов не пересекал границы, — отчеканил генерал Максимиан, поймав на себе взгляд старшей Певенси. — Речь идёт не о регулярной армии, — фавн Агро вздохнул. На его лице Бриан видел явное смятение. — Кто? — голос Сьюзен звучал тихо, но в нём чувствовались холод и сталь. — Гномы. Черные гномы с Северных гор, — ответил великан. — Один из них оказался в плену у великанов. Горкор отдает его вам, он прибыл со мной и уже заперт в ожидании допроса. — Генерал Максимиан, советник Агро, это можно интерпретировать как мятеж? — Сьюзен взглянула на Максимиана и Агро. Кентавр и фавн увидели недобрый огонёк в глазах старшей королевы. — Несомненно, — твёрдо ответил Максимиан. — К тому же одновременно с Торбоном прибыл и старейшина Чёрных гномов вместе со своим сыном. Я поместил их под усиленную охрану. Полагаю, они прибыли, чтобы попытаться уладить эту ситуацию. — Добрый великан, могу я попросить вас ещё послужить королевству? — Сьюзен обратилась к великану, и тот кивнул. — Передай королю Горкору, что нам понадобится некоторое время для разбирательства. — Король Горкор сказал, что готов ждать, но не более месяца, — ответил Торбон. — Этого времени будет более чем достаточно, — кивнула Сьюзен. — Передай Горкору, что мы разберёмся и покараем виновных по всей строгости законов королевства. Великан поклонился настолько изящно, как только смог, и вышел через въездные ворота. Бриан отметил про себя, что немалых размеров исполин смог пройти через арку, даже не наклонив головы. - Передай брату, что я жду его в своем кабинете, - Сьюзен взглянула на Бриана, - вас я тоже там жду, через час. – Сьюзен взглянула на советников. – И поместите гномов отдельно, не хочу чтобы старейшина мог говорить с пленным, раньше нас. Сама же старшая королева отправилась в покои младшей сестры. Понадобилось некоторое время на то, чтобы разбудить Люси, и кратко описать сложившуюся ситуацию. Как и полагала Сьюзен, известия не порадовали младшую Певенси. Как и возможность новой войны с великанами. — Мы не можем судить их без Питера и Эдмунда, — Люси шла рядом с сестрой. Коридоры Кэр-Паравала понемногу оживали. — Сперва мы поговорим с ними, — ответила Сьюзен. Кивком она поприветствовала стражу у дверей своих покоев. — Хочу убедиться, что Горкор не пытается надуть нас. Сьюзен подтолкнула к своему столу второе кресло, чтобы Люси могла сидеть рядом, как равноправная королева. Люси заняла свое место, и оглянулась. Кабинет Сьюзен значительно отличался как от кабинета Питера, так и кабинета Эдмунда. У окна, из которого открывался вид на море, стоял изящный, но массивный письменный стол из полированного дуба. В отличие от братьев, Сьюзен не терпела хаоса: На столе аккуратными стопками лежали отчёты о запасах продовольствия, свитки налоговых ведомостей и дипломатическая переписка. Здесь же стоял чернильный прибор из резного речного нефрита и лежали идеально очиненные перья. Никаких разбросанных бумаг — Сьюзен всегда знала, где находится каждый документ королевства. На одной из стен висела подробнейшая, собственноручно скорректированная Сьюзен карта торговых путей — от Одиноких Островов до Калормена. Она знала Нарнию не как поле битвы, а как живой, дышащий организм, нуждающийся в ресурсах. В углу кабинета, у резного камина из белого камня (который сейчас, тёплым утром, не горел), располагалась зона для конфиденциальных бесед: небольшой круглый столик и несколько глубоких кресел, обтянутых плотным бархатом. Именно сюда Сьюзен обычно приглашала послов, предпочитая мягкую дипломатию открытому давлению тронного зала. Этот кабинет был отражением Сьюзен: утончённый, безупречно организованный, дышащий миром, но таящий в себе смертоносную точность королевского лука на стене. Вскоре после них, в покои вошли Бриан и Доран, за ними следовали генерал Максимиан и советник Агро. Сьюзен села за стол, Люси последовала её примеру. Бриан и Доран встали по обе стороны от стола. — Прежде чем мы приступим, — Сьюзен взглянула на советников, — это не суд. Суд состоится, как только король Эдмунд вернётся в столицу. Наша задача — выяснить, не солгал ли нам Горкор. — Думаете, великаны что-то замыслили? — Агро обратился к старшей Певенси. — Зная великанов Эттинсмура, можно ожидать всего, — ответила вместо сестры Люси. — Возможно, атака Чёрных гномов была спровоцирована. Что, конечно, не снимает с них ответственности за свои поступки. Но если это окажется так, всё будет несколько проще. - Вот именно по этому, наша задача составить картину случившегося, - произнесла Сьюзен. – Бриан, приведи того, кого передали нам великаны. Бриан удалился из кабинета и через минуту вернулся, ведя перед собой гнома. Пленник выглядел потрёпанно, но без серьёзных ранений; его руки были крепко связаны спереди. Оказавшись в комнате, он закинул голову и вызывающе обвёл взглядом всех собравшихся. Поверх потемневшей от дорожной пыли суконной рубахи на нём сидел добротный кожаный доспех, иссечённый мелкими царапинами, а густая черная борода была туго заплетена в походную косу. Из-под густых, сросшихся на переносице бровей буравили воздух маленькие чёрные глаза, горевшие упрямой решимостью. — Назови своё имя и подтверди, что ты понимаешь, где находишься и что происходит, — Сьюзен внимательно взглянула на пленного гнома, придвинув к себе лист бумаги, и обмакнув перо в чернильницу. — Гримтур из клана Чёрных гномов, — голос гнома был немного хриплым, почти каркающим. — Я осознаю, что нахожусь в Кэр-Паравале, перед королевами Нарнии и королевским советом. — Как ты оказался в плену великанов Эттинсмура? — спокойно продолжила Сьюзен, записывая имя гнома на пергамент. Люси обратила внимание, что на пальце сестры поблёскивает перстень Питера. — Я был в отряде Готтлиба, мы проводили рейд за пределами королевства, — так же спокойно, почти равнодушно ответил Гримтур. — Мы возвращались обратно и попали в засаду. Меня ударили по голове, — он кивнул на ссадину на лбу. — Потерял сознание и таким образом оказался в плену. Справедливости ради, меня в плен взяли не великаны. Гномы, живущие на территории Эттинсмура, передали меня воинам короля. Пока Сьюзен записывала его слова, Люси обратила внимание на то, что камень в перстне оставался прозрачным и ни разу не изменил свой цвет. — Ты понимал, что Готтлиб не служит в нарнийской армии и не имел права на то, что вы совершили? — спросила Люси. — Да, — коротко ответил гном. — Сколько вас было? — Сьюзен подняла взгляд от пергамента и посмотрела на Гримтура. — Двадцать. Все гномы, Чёрные гномы, — ответил тот. Люси заметила, с какой явной гордостью он уточнил, что в его отряде не было никого, кроме представителей его клана. - Что послужило причиной этой акции? – спокойно спросила Сьюзен, она тоже заметила, что Гримтур горд своими действиями. Он не юлил, не пытался лгать. Гном был определенно идейным, и это было нехорошо. — Клановые разногласия, — всё так же спокойно ответил гном. — Ренегатов, спрятавшихся в королевстве великанов, нужно было проучить. — За что? — в голосе Люси слышалось искреннее удивление. — Они никоим образом не нарушали границ и не вредили Нарнии! — Дело не в этом, — покачал головой гном. — Это дела исключительно гномов. — Следи за словами, гном! — Максимиан с трудом сдерживал гнев. — Ты и так нарушил закон, не заставляй нас усмотреть в твоих словах измену! - Спокойно, генерал, - Сьюзен взглянула на кентавра, чем утихомирила его пыл. – Мы не судим его, этим займутся мои братья. - Есть что добавить? – Люси увидела, что Сьюзен вернула перо в чернильницу, давая понять, что больше у нее вопросов нет. – Может какое-то заявление? Гном промолчал. Сьюзен подала Бриану знак, и тот вывел пленника из кабинета. В комнате повисла тишина. — В принципе, ничего нового, стандартное поведение рядового гнома из его клана, — Сьюзен первой нарушила молчание, когда Бриан вернулся. — Чёрные гномы всегда были обособленным народом. Разница лишь в том, что семь веков назад, когда мы правили Нарнией, их было не так много. — Проблема в том, что Готтлиб — это сын старейшины Исмура, — произнёс Агро. — Согласна. Если он действительно организовал эту провокацию, это уже измена и практически мятеж, — разделила опасения советника Сьюзен. - Думаешь Исмур прибыл чтобы выгородить сына? – Люси взглянула на старшую сестру. - У нас лишь один способ выяснить это, - Сьюзен подала знак Бриану. В этот раз Бриан вернулся с гостями в сопровождении нескольких фавнов из дворцовой стражи. Старейшина Исмур был пожилым, но крепко сложенным гномом. Одет он был в жилет из чёрной кожи, тёмные тканевые штаны и тяжёлые сапоги с металлическими пряжками. На его пальце поблёскивал массивный перстень в форме кузнечного молота. На багровом от постоянного жара кузниц лице, испещрённом глубокими, как трещины в скале, морщинами, застыло выражение суровой, тяжёлой гордости. Из-под густых, сросшихся на переносице бровей на королевский совет смотрели маленькие, глубоко посаженные глаза. Его чёрная с густой сединой борода была заплетена в тугую косу, переплетённую золотыми украшениями. Его сын, Готтлиб, стоял чуть позади отца. Одет он был точно так же. Сьюзен подозревала, что молодой гном был точной копией Исмура в юности и теперь старался подражать ему во всём, разве что его борода была не такой длинной и совсем без седины. Люси вспомнила Готтлиба: именно он представлял свой клан во время совета нарнийцев у Кургана Аслана, когда они только вернулись в Нарнию. — Приветствую вас, королевы, и вас, советники, — старейшина Исмур поклонился, Готтлиб последовал примеру отца. — Рада видеть вас, старейшина, — ответила Сьюзен. — В прошлый раз мы встречались год назад, когда все народы Нарнии присягнули нам. Сейчас причина нашего разговора гораздо менее приятна. — Я прекрасно помню тот день, — Исмур пристально посмотрел на королеву Сьюзен. — Великий Лев подтвердил ваше право на трон. Иного выхода, кроме как присягнуть вам, у меня не было. — Нас не волнуют мотивы того, почему вы присягнули нам, — ответила Люси. Старейшина гномов вёл себя точно так же, как и множество его предков. — Вы присягнули, а значит, признали законы и обычаи Нарнии, которые мы как правители в своё время обязались защищать и поддерживать. Ваш сын, а вместе с ним ещё два десятка гномов втайне от короны совершили преступление. Мы хотим понять степень вашей осведомлённости. — Мой сын горяч, — Исмур сделал вид, что слова Люси его не задели, но Сьюзен заметила, что обвинения младшей сестры достигли своей цели — гордость гнома была уязвлена. — Он совершил глупость. Готтлиб должен был известить столицу о том, что на территории Эттинсмура затаились те, кто лелеет надежду вернуть к жизни Ведьму. — То есть все жители четырёх поселений, которых вырезали ваши гномы, были сторонниками Джадис? — Сьюзен успела бросить мимолётный взгляд на советников, и те, повинуясь безмолвному приказу, промолчали. — Да, моя королева, — утвердительно кивнул Исмур. — Старейшина Исмур, пусть ваш сын сам отвечает, — Сьюзен обманчиво мягко улыбнулась, переведя взгляд на молодого гнома. Люси сразу узнала эту улыбку: те, кто принимал её за проявление доброты, позже горько об этом жалели. — Всё было именно так, — произнёс Готтлиб, делая шаг вперёд. Бриан заметил, как недовольно блеснули глаза старейшины, но Исмур прекрасно контролировал свои эмоции. Он быстро подавил внутреннее раздражение, и на его лице вновь воцарилось холодное спокойствие. — На основании чего вы пришли к подобным выводам? — Агро внимательно следил за гномами. — А то ты сам не знаешь, — усмехнулся Готтлиб, смерив фавна довольно непочтительным взглядом. — Прошу соблюдать этикет, — холодно заметила Сьюзен, пристально глядя на гнома. — Агро — королевский советник. — Прошу прощения, но я знал вашего советника задолго до вашего возвращения, — вызывающе ответил Готтлиб. Сьюзен многозначительно взглянула на Бриана, чья рука потянулась к рукояти меча. — Не спорю, — мягко улыбнувшись, кивнула Сьюзен. — Однако весь этот год Агро верно служил королевству, чем полностью оправдал наше доверие. — Прошу простить моего сына, — поспешил вступить в разговор Исмур. — Всю молодость он провёл, защищая северные границы Нарнии, и я не всегда был рядом, чтобы привить ему хорошие манеры. — Мы в курсе того, чем занимался каждый народ Нарнии всё это время, — Сьюзен многозначительно взглянула на Исмура. — Как и того, что Готтлиб не вступил в воссозданную нарнийскую армию. - Сколько ваших гномов погибло? – Люси взглянула на Готтлиба. – В вашем рейде? — Сторонники Ведьмы убили четверых гномов, — ответил Готтлиб. — Со мной вернулись шестнадцать бойцов. — Трое, — с прежним спокойствием ответила Сьюзен. — Погибло трое ваших сообщников. Четвёртый оказался в плену. Король Эттинсмура передал его нам для следствия. — Что это меняет? — пожал плечами Готтлиб. — Ничего, — покачала головой Сьюзен. — Лишь дало нам понять, как вы печётесь о тех, кто ради вас нарушил законы королевства. - Королевы, прошу, - Исмур вновь сделал шаг вперед. – Мой сын нарушил закон, верно. Но он разбил банды… — Четыре поселения, старейшина Исмур, — голос Сьюзен всё больше наполнялся стальным оттенком. — Не банды, а именно поселения, так сказал нам выживший гном по имени Гримтур. Соучастник преступлений вашего сына. — Великаны могли под пытками заставить его сказать всё что угодно, — возразил старейшина. Люси не могла не отметить упрямства старого гнома. – Они ищут повода для войны с нами! — Старейшина Исмур, великаны Эттинсмура — это не южане из Калормена и не тельмарины, — Люси не отводила взгляда от упрямого гнома. — Им не нужен хитрый, коварный повод для того, чтобы начать войну. Сьюзен лишь улыбнулась после слов младшей сестры. Люси в одно мгновение разбила попытки гнома выставить своего сына борцом за справедливость. Она, как и вся её семья, знала: великаны — не политики, им повод для вторжения не требовался. Если великаны хотели устроить бойню, они её устраивали. — Старейшина Исмур, — Сьюзен подняла руку, не давая старому гному ответить. — Вы сейчас не на суде, не стоит тратить своё красноречие. Мы лишь на стадии выяснения случившегося. Считайте нашу беседу прологом к следствию, суду и последующему наказанию виновных. Сьюзен взглянула на генерала. Максимиан утвердительно кивнул. — Королевским указом я, Сьюзен, королева Нарнии по обычаю, избранию и по праву завоевания, помещаю вас, старейшина Исмур, и вашего сына под арест. Дальнейшую вашу участь решит королевский суд. — Воля ваша, — ответил Исмур перед тем, как Максимиан и гвардейцы вывели их из кабинета. — Арест старейшины, пусть даже и Чёрных гномов — это серьёзный шаг, — Агро первым нарушил воцарившуюся тишину. Генерал Максимиан вернулся и, стоя рядом с советником, молча смотрел на Сьюзен. Старшая королева, словно ничего не случилось, поставила подпись и печать на официальном бланке для королевских указов. — Арест этих двоих — это только начало, — спокойно ответила Сьюзен. — Генерал, — она взглянула на Максимиана, — возьмите солдат, отправляйтесь в долину клана Чёрных гномов и арестуйте всех, кто принимал участие в действиях Готтлиба. Зачитайте эту бумагу перед всеми Чёрными гномами. Она протянула кентавру лист, скреплённый королевской печатью. Максимиан спокойно и медленно провёл глазами по строкам указа: «Я, королева Нарнии Сьюзен, по обычаю, избранию и по праву завоевания, правительница замка Кэр-Паравал и императрица Одиноких Островов, повелеваю. Старейшина Исмур, его сын Готтлиб и все их приближённые обвиняются в преступлениях против народа Нарнии, таких как мятеж и измена. Судьбу их решит суд. Каждый, кто выступит против или попытается помешать установлению правосудия, будет также арестован и предан суду». — Куда доставить соучастников? — Кентавр поднял взгляд от бумаги и перевёл его на королев. — В Кэр-Паравел? Нет, поместите их в дом Исмура, — ответила Сьюзен. — И ждите нас. Как только вернётся Эдмунд, мы прибудем туда. Суд состоится среди гномов. Возьмите столько солдат, сколько потребуется. Используйте для этого отряды гвардии Питера. — Идеальное решение, — кентавр Максимиан кивнул. Выбор Сьюзен его полностью устраивал: в гвардии короля Питера были собраны лучшие бойцы королевства, и главное — ни одного человека. — Но в гвардии вашего брата служат по меньшей мере десять гномов из клана Исмура. — Если их отобрал мой брат, значит, они верны, — ответила Люси. — А если окажется, что нет — мы это узнаем. Лучше сейчас, чем когда ситуация станет куда хуже. - Действуйте так, как будет требовать ситуация, - Сьюзен внимательно смотрела на генерала, - но будьте готовы ко всему. - Слушаюсь, моя королева, - произнес Максимиан, и вышел из комнаты. После ухода генерала, в комнате вновь воцарилась тишина. Сьюзен видела, что каждому из собравшихся есть что сказать, но никто не хотел быть первым. — Могло быть куда хуже, — вздохнула Сьюзен, откладывая в сторону перо. — Вы о чём? — советник Агро удивлённо смотрел на Сьюзен. — Чёрные гномы могли действовать по приказу Магнуса, но, судя по всему, это не так, — ответила Сьюзен, взглянув на фавна. — Думаете, это не так? — голос фавна звучал неуверенно. — Будь это так, приказ об атаке отдал бы сам Исмур, — ответила Люси. — Но, как я вижу, это дело рук самого Готтлиба. Его отец узнал об этом слишком поздно и притащил сына для того, чтобы попытаться оправдать его перед нами. — И вместо того чтобы признать, что сын вышел из-под контроля, Исмур начал выдумывать небылицы про сторонников Джадис, — Сьюзен дополнила слова младшей сестры. — Если всё так, зачем проводить суд в землях гномов? — задал вопрос Агро. — Клан Чёрных гномов не слишком многочислен. Большая их часть обитает в Эттинсмуре. — Тем не менее их куда больше, чем семь веков назад, — спокойно возразила Сьюзен. — Чёрных гномов около пяти тысяч. Кентавров, фавнов, Рыжих гномов и разумных животных больше, даже если считать численность каждого народа отдельно. Но теперь Чёрные гномы — полноценный народ со своим старейшиной. И им придётся показать: раз уж мы здесь, обязанность старейшины — это следить за тем, чтобы каждый из его людей соблюдал законы. Даже если нарушитель закона — сын старейшины. — Какое наказание понесёт Готтлиб? — спросил Агро. — Зависит от множества факторов, — ответила Люси советнику. — Таких как раскаяние, смирение и готовность нести ответственность. Действия Готтлиба поставили под удар каждого жителя Нарнии, и наказание будет соответствующим. — Вплоть до казни? — Агро смотрел на младшую Певенси. — Закон един для всех, дорогой советник, — спокойно ответила Сьюзен. - А если гномы восстанут? – Агро в принципе был согласен с решением королев, но он знал нравы гномов. — Если гномы захотят умирать за сына старейшины, который решил, что он выше законов короны, — пусть, — ответила Сьюзен. — Но я не вижу ни единой причины, почему Чёрные гномы должны иметь преимущества перед остальными народами. За весь этот год, ни минотавры, ни волки, не позволили себе подобного поведения. А ведь они в своем большинстве, семь веков назад тоже служили Джадис. - Я полностью поддержу каждое ваше решение, - произнес Агро. Люси видела, преданность во взгляде фавна возросла кратно.
