Хроники Нарнии: Пересечения миров

      

Глава 49

      — В целом, ничего нового, — мрачно подвёл итоги Эдмунд, выслушав своих сестёр.       Младший Певенси только-только прибыл в Кэр-Параваль и теперь изо всех сил старался на ходу вникнуть в курс тех тревожных событий, что успели произойти за время его отсутствия. Король и королевы собрались в своей общей гостиной — месте, где они привыкли обсуждать самые важные государственные дела без лишних глаз и придворной спешки. Однако сейчас ситуация в Нарнии стремительно грозила выйти из-под контроля.       Эдмунд как никто другой знал буйный нрав и коварный характер Чёрных гномов. В золотой век своего правления он не раз лично возглавлял карательные отряды, вынужденный усмирять и жестоко подавлять беспорядки, которые это племя устраивало на суровых северных рубежах страны.       — У нас осталось всего двадцать пять дней на то, чтобы как-то умудриться и наказать виновных, и при этом не дать королю Этинсмура законного повода для начала полномасштабной войны, — устало вздохнула Сьюзен, массируя виски.       — Наказать нужно в любом случае, — жёстко согласился со старшей сестрой Эдмунд. — Но сначала я хочу лично убедиться, что Горкор всё ещё самостоятельная фигура. Если за его — без сомнений, справедливыми — требованиями на самом деле торчат уши Магнуса и Арравира, мы окажемся в крайне скверной ситуации.       — И как нам узнать это наверняка? — Люси обеспокоенно взглянула на брата, переводя взгляд с него на Сьюзен.       — Придётся мне лично отправиться на север и поговорить с королем великанов, — Эдмунд произнёс это твёрдо, хотя прекрасно осознавал, что его план не встретит одобрения, особенно со стороны старшей сестры.       — Может, ты для начала допросишь Готтлиба и его Исмура? — Сьюзен, как Эдмунд и предвидел, всем своим видом показывала, что идея младшего брата лезть в логово гигантов ей совсем не по душе. Её тон оставался предостерегающим.       — Не вижу в этом практического смысла, — покачал головой Эдмунд. — Ты, чего и следовало ожидать, провела допрос в наилучшем виде, выжав из них всё возможное. Твоё решение взять их под стражу и держать здесь, в замке, — лучшее из всех. А присутствие гвардии Питера в землях Чёрных гномов сейчас свяжет им руки и поможет нам избежать любых попыток лоялистов Исмура, если таковые ещё имеются, поднять открытое восстание.       — Тогда всё это нужно сделать как можно быстрее, — Люси решительно взглянула сначала на сестру, а затем на брата. — Не стоит затягивать с судом. Чем быстрее мы официально разберёмся с этим делом и вынесем приговор, тем меньше вероятность того, что Исмур через свои старые связи среди других племён. А если за этим еще и стоят Магнус и Арравир, нужно действовать еще быстрее. Но так, чтобы не попасть в их западню.       — Верно, сестра, — Эдмунд был полностью согласен с доводами Люси. — А потому я должен оказаться в Этинсмуре как можно скорее. Каждая потерянная минута играет против нас.       — Ты действительно уверен, что это настолько необходимо? — Сьюзен обречённо вздохнула, окончательно поняв, что отговаривать младшего брата бесполезно — он уже всё для себя решил.       — Бартамус, я знаю, что ты здесь, — вместо ответа произнёс Эдмунд, переводя взгляд в сторону входной двери. — Можешь не прятаться.       — Ваши величества, — джинн соткался из воздуха прямо на глазах у королевской семьи и изящно поклонился. — Я всегда к вашим услугам и готов помочь вам решить эту досадную проблему в самые кратчайшие сроки.       — Мне нужно, чтобы ты немедленно доставил меня и Абелию Грант в Этинсмур, прямиком к королю Горкору. Тебе это по силам? — Эдмунд пристально взглянул на джинна, ожидая ответа.       — Разумеется, — джинн говорил подчёркнуто учтиво, с едва уловимым, почти подобострастным поклоном. — Вы же прекрасно помните, кто именно спас Верховного короля и леди Афину, вырвав их из мерзких лап ваших врагов. Для меня нет ничего невозможного. Ваше путешествие в суровую страну великанов займёт меньше секунды, стоит вам только отдать приказ.       — Дай мне немного времени, — ответил джинну Эдмунд, — и будет просто прекрасно, если ты подождёшь меня за дверью.       — Как прикажете, ваше величество, — Бартамус вновь изящно поклонился и послушно вышел, бесшумно прикрыв за собой тяжёлые створки.       — Мне стоит лишний раз говорить, что я категорически не одобряю то, что в Этинсмур отправитесь только вы двое? — Сьюзен тяжело вздохнула, скрестив руки на груди и с тревогой глядя на младшего брата.       — Ну, формально нас трое, — усмехнулся Эдмунд, пытаясь разрядить обстановку. — Бартамус всё это время будет с нами.       — Вот это мне как раз больше всего и не нравится, — нахмурила брови Сьюзен, которой скользкая натура джинна явно внушала подозрения. — Но... может, так действительно будет даже лучше. Как бы мне ни хотелось это признавать, но времени на долгие сборы у нас просто нет.       — Не переживай, — Эдмунд уверенно поднялся на ноги и поправил перевязь своего меча. — Абелия оторвёт ему голову с корнем, если хоть что-то пойдёт не так. Она не из тех, с кем стоит шутить, особенно старине Бартамусу.       Сборы в дорогу не заняли много времени — Эдмунд привык действовать быстро. Он облачился в лёгкий кожаный жилет, усиленный прочными металлическими пластинами, который не стеснял движений в бою, и накинул на плечи плотный походный плащ.       На пальце у него поблескивал перстень Питера, который ему отдала Сьюзен.       — Мы хоть раз в жизни можем просто вернуться домой и не бежать сломя голову ещё куда-то? — Абелия, небрежно прислонившись к деревянному дверному косяку, скрестила руки на груди и с весёлой укоризной смотрела на младшего Певенси.       - Очень хороший вопрос, но боюсь не могу на него ответить, - улыбнулся Эдмунд.       - По крайней мере честный ответ, - Абелия весело смотрела на Эдмунда.       - Ну что, вы готовы? – в комнату, проскользнув мимо Абелии, вошел Бартамус.       — Ты хоть точно знаешь, где сейчас находится король Этинсмура? — Абелия с явным недоверием посмотрела на джинна, прищурив глаза.       — Разумеется, я знаю, где сейчас король Горкор, — учтиво кивнул Бартамус, прижав руку к груди в успокаивающем жесте. — Не могу же я опрометчиво перебросить нашего короля, и вас в страну великанов, чтобы вы потом неделями бродили по её ледяным просторам в поисках чертогов? Моя магия бьёт точно в цель.       — Ага, — многозначительно протянула Абелия.       Её ладонь при этом как бы невзначай легла на тяжёлую рукоять меча, а пальцы едва заметно погладили полированную сталь. — Очень надеюсь, что всё обстоит именно так.       - Тогда приступим, - Эдмунд многозначительно взглянул на Грант.       — Как прикажете, — Бартамус склонил голову, и на его губах промелькнула едва заметная, загадочная улыбка.       Пространство вокруг них просто покачнулось. В долю секунды весь воздух превратился в невидимые, железные тиски, намертво сдавившие грудную клетку. Накатила глухая, давящая глухота, будто героев на бешеной скорости швырнули на самое дно океана, а желудок рефлекторно подкатил к горлу от жуткого ощущения затяжного падения в пустоту. Очертания замка смазались в одну безумную серую полосу.       В следующее мгновение земля снова обрела твёрдость, с силой ударив по подошвам сапог. На смену мягкому теплу столицы пришёл резкий, пронзительный порыв сырого ветра, пахнущего торфом, мокрым скалистым мхом и близким штормом.       Абелия перенесла прыжок на чистых боевых рефлексах: её тело сгруппировалось, она приземлилась в низкую, устойчивую стойку.       Эдмунд устоял на ногах, лишь крепче сжав челюсти, чтобы справиться с лёгким головокружением, и судорожно вдохнул полной грудью. Острый, влажный воздух Этинсмура тут же обжёг лёгкие, а изо рта вырвалось первое облачко густого белого пара.       — Ну и мерзость, — сквозь зубы процедила Абелия, убирая меч обратно в ножны и с явным неудовольствием оглядывая свои промокшие от стелющейся по земле измороси сапоги. — В Нарнии сейчас солнце светит.       - Где мы? – Эдмунд оглянулся вокруг, стараясь понять где они оказались.       Они оказались на самом дне глубокой, бескрайней долины. С обеих сторон над ними грозно высились крутые, поросшие бурым вереском и редким кустарником склоны холмов, чьи вершины тонули в клочьях серого предштормового тумана.       - Мы находимся неподалеку одного из селений разоренных Готтлибом, - жизнерадостно ответил Бартамус, он держа руки за спиной, кивнув указал направление. — Прямо за этим вот холмом, ваше величество. Король Горкор лично прибыл сюда несколько дней назад в сопровождении небольшого отряда, чтобы осмотреть пепелище.       - Ну, по крайней мере мы не в столице Этинсмура, - Эдмунд смерил взглядом холм. Подъем предвещал быть не самым легким.       — Полностью согласен с вашим величеством, — с неизменной улыбкой отозвался джинн, плавно выступая вперёд. — Столица этого сурового королевства — определённо не лучшее место для того, чтобы нарнийский король внезапно появился из воздуха прямо посреди тронного зала. Боюсь, местная стража пала бы ниц далеко не сразу. А вот здесь, у нас есть хотя бы призрачный шанс на цивилизованный диалог. Если, конечно, его величество Горкор сегодня в духе.       Эдмунд промолчал. Он первым сделал шаг вперед, начиная подъем вверх. С каждым футом приближавшем их к вершине холма он чувствовал все сильнее запах гари в воздухе. Ветер и мелкий дождь так-же не облегчали подъем.       Не смотря на это, очень скоро они уже стояли на вершине холма, откуда им открылся вид на следы деяний Готтлиба. У подножия холма чернели руины домов, среди которых Эдмунд явно различил великанов.       - Уже знаешь, что будешь говорить? – Абелия сделала шаг вперед, поравнявшись с Эдмундом. Зрелище опустошенного поселения вызывало не самые приятные ощущения. Она знала- населявшие эту долину гномы не были друзьями Нарнии, но и они не заслуживали такой участи.       - Главное этот разговор начать, - пожал плечами Эдмунд, - а там посмотрим.       Спустится с холма оказалось несколько проще, с этой стороны холм был более пологим.       Они шли открыто, не таясь, позволяя суровым хозяевам этих земель заметить себя издалека.       Реакция последовала незамедлительно.       — Вы кто ещё такие?! — громом раскатился над низиной басовитый, рокочущий голос.       Великан, стоявший на самой окраине руин возле разрушенных каменных ворот, резко развернулся. Заметив незваных гостей, он угрожающе перехватил поудобнее массивную, потемневшую от сырости секиру и сделал шаг навстречу, с глубоким недоверием и яростью глядя на троих чужаков снизу вверх.       - Я и мои друзья пришли поговорить с твоим королем, - Эдмунд дал знак рукой, Абелия и Бартамус остановились. Сам же Певенси продолжил медленно идти вперед. – Советую тебе сообщить Горкору что мы здесь, он захочет поговорить. – Эдмунд поправил плащ, так чтобы великан смог рассмотреть вышитый золотыми нитями нарнийский герб.       — Жди здесь, — буркнул великан.       Он угрюмо опустил секиру и, развернувшись, грузно зашагал вглубь разрушенного селения, заставляя раскисшую землю едва заметно подрагивать под его массивными шагами.       — Что ж, начало обнадёживает, — Абелия подошла к Эдмунду, провожая настороженным взглядом удалявшегося гиганта. — По крайней мере, нас не попытались раздавить в первые же секунды.       — И всё же, я думаю, стоит придать вашей встрече подлинный королевский стиль, — лениво протянул Бартамус.       Джинн с лёгкой улыбкой щёлкнул пальцами. В то же мгновение над их головами соткался плотный, роскошный навес, расшитый золотом, который надёжно укрыл их от пронзительного ветра и неприятного дождя. В ту же секунду промокшая одежда Эдмунда и Абелии стала абсолютно сухой и тёплой, вернув им прежний королевский лоск.       Но на этом магия духа не прервалась. Прямо под навесом, мягко опустившись на каменистую землю, появились три изящных кресла человеческого размера и одно — по-настоящему внушительных, колоссальных габаритов, способное без труда выдержать колоссальный вес короля великанов. Мебель расположилась вокруг невысокого, но массивного дубового стола, на котором тут же красовались огромное серебряное блюдо со спелыми южными фруктами и кубки, до краёв наполненные ароматным тёплым вином. В довершение всего вокруг стола вспыхнули жаровни с весело полыхающими углями, мгновенно наполнив пространство под навесом живительным теплом и уютом.       — Ну, я сделал всё, что было в моих силах, — Бартамус самодовольно улыбнулся, изящным движением поправляя свои безупречные манжеты. — Теперь дело за тобой, Справедливый король. Посмотрим, насколько сильна твоя дипломатия.       — А знаешь, джинн, мне определённо нравится твой стиль, — Абелия без лишних церемоний опустилась в одно из человеческих кресел.       С удовольствием потянувшись к кубку, она сделала глубокий глоток отличного тёплого вина, чувствуя, как по телу наконец разливается приятное тепло после сырого подъёма.       — Делаю всё, что могу, исключительно во благо Нарнийской короны, — жеманно ответил Бартамус, прижав тонкую ладонь к груди и изобразив шутовской, но полный грации поклон.       Эдмунд ничего не сказал, его взгляд внимательно изучал окрестности. Он почувствовал, что земля под ногами начинает едва заметно подрагивать- это был знак того, что Горкор и его свита уже близко.       Вид приближающихся четырнадцатифутовых гигантов был тем ещё зрелищем. Земля под ногами ощутимо подрагивала, заставляя вино в кубках идти мелкой рябью. Во главе небольшого отряда из шести великанов шёл их предводитель. Эдмунд сразу понял, кто из них был Горкор. Далёкий от образа дикого варвара, этот правитель выделялся даже по меркам своих соплеменников — он был шире в плечах, держался с суровым изяществом, а его рост превышал шестнадцать футов.       Увидев роскошный шатёр, внезапно выросший посреди пахнущих гарью руин, предводитель великанов на секунду остановился. На его суровом лице отразилось удивление. Он коротко бросил что-то своей страже, приказав остальным оставаться на месте, после чего к шатру направился сам, в сопровождении только одного из воинов — могучего великана, державшего руку на эфесе огромного меча.       Горкор остановился у самого края навеса, тень от его исполинской фигуры полностью накрыла стол.       — Я так понимаю, ты брат Верховного короля, — голос короля Этинсмура был низким, густым и раскатистым, словно эхо в глубокой пещере.       Его чёрные, проницательные глаза внимательно изучали Эдмунда, оценивали напряжённую позу Абелии и задерживались на лениво улыбающемся Бартамусе. В густой, но на удивление аккуратно подстриженной бороде Горкора неожиданно появилась лёгкая, хищная улыбка. Он глубоко втянул носом воздух, смешанный с ароматом дорогого южного вина:       — Я узнаю запах нарнийских королей. Запах Древней Магии.       — Я здесь, чтобы обсудить случившееся, — спокойно ответил Эдмунд, не дрогнув под тяжелым взглядом великана. — Королям пристало делать это, сидя в креслах у огня, согласен?       Он вежливым, но уверенным жестом указал на жаровни и мебель. Горкор, широко усмехнувшись, оценил этот жест. Не заставляя просить себя дважды, он сделал шаг под навес и грузно опустился в отведённое ему мягкое кресло, которое под его колоссальным весом даже не скрипнуло. Великан протянул огромную ручищу, взял кубок, идеально подходивший под его исполинскую ладонь, и сделал глубокий глоток вина.       Бартамус, прислонившись к одной из опор навеса, с видимым удовольствием следил за мимолётным удивлением, промелькнувшим на лице великана. Стоило Горкору опустить руку, как рубиновое вино само собой, словно из ниоткуда, вновь наполнило чашу до самых краёв.       Король Этинсмура хмыкнул, разглядывая самонаполняющийся кубок, а затем снова перевёл свои чёрные глаза на Эдмунда.       - Думаешь мягкая мебель, и нарнийские фокусы смогут загладить случившееся? – Горкор не отводил взгляда от нарнийского короля. Он видел- как и Питер, Эдмунд не испытывал ни малейшего страха перед великанами Этинсмура.       - Разумеется нет, - ответил Эдмунд, садясь напротив него за стол. – Но они никогда не вредили переговорам.       — Ну хорошо, — Горкор медленно кивнул, соглашаясь с доводами гостя. — Попробуем поговорить. Картина вырисовывается простая: твои подданные без объявления войны напали на моих. Не то чтобы мне так уж сильно нравились эти гномы. Мелкие, заносчивые засранцы, если уж быть откровенным.       Король великанов глухо усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. Его огромный, покрытый мозолями палец медленно, с осязаемым нажимом провёл по эфесу своего колоссального меча:       — Но они куют превосходное оружие. И, что ещё важнее, они исправно платят налоги. Настоящим, полновесным золотом. В обмен на это я обещал им безопасность. Обещал защищать их от любых угроз, как и пристало королю, который держит своё слово. А теперь их кузницы сожжены, а Готтлиб выставил меня дураком перед моими же вассалами.       Горкор подался вперёд, отчего его огромная тень полностью накрыла дубовый стол. Он поставил опустевший кубок — который тут же бесшумно наполнился рубиновым вином, и в упор посмотрел на Эдмунда:       — Так что у тебя за оправдание, Справедливый король? Почему я не должен собрать армию и не двинуть её на юг, чтобы вернуть долг крови?       - Так почему же ты не собрал свою армию? – Эдмунд невозмутимо смотрел в глаза Горкора, ни один мускул на его лице не дрогнул. – Зачем ты передал послание в Кер-Паравел?       - Мои советники жаждут начала войны с вами, нарнийцами, с того самого момента, как до нас дошли слухи о вашем возвращении, - Горкор откинулся на спинку кресла. – Война- она у нас в крови, и с этим ничего не поделаешь, так они говорят. Еще у нас отличная память, и они помнят как унизил нас твой брат, тогда в древности, заставив платить дань.       - Я помню как это было, - согласился Эдмунд кивнув. – Лично не участвовал, по причине занятости на юге. Но слышал о том, как мой брат обхитрил твой народ, заманил его в ловушку и разбил у водопада. С тех пор мы называем тот водопад Риндон, как меч Питера. Помню и то, что в тот раз никакого повода для войны не было вовсе.       - Но сейчас повод хоть куда, - ухмыльнулся Горкор, от его взгляда Абелия нервно заерзала в кресле, и уже было потянулась к мечу, но поймав на себе взгляд Эдмунда поняла что у того все под контролем.       - Это верно, - согласился с ним Эдмунд. – Но я вижу, что в отличие от твоих советников, ты не ищешь с нами войны. Иначе мы бы уже воевали. И это не ловушка, в которую я мог бы угодить, иначе ты бы не вел со мной эту беседу. Так чего ты хочешь, король Горкор?       - Мне не нравитесь вы, нарнийцы, - развел руками Горкор, - не нравится твой брат, и ты. Но еще больше мне не нравится то, что мои советники возомнили, что могут указывать мне, что я должен делать. – Он наклонился вперед, и его голос стал чуть тише. – Но больше всего меня бесит то, что некоторые из моего народа, считают, что я не знаю от кого они берут золото. Дающие это золото хотят чтобы на мое место пришел тот, кого можно купить. И потом, когда они его купят, они прикажут ему что делать.       - Кажется я тебя понял, - произнес Эдмунд. – Ты знаешь кто дает золото твоим подчиненным?       - Я знаю, что эти люди, если они люди, их магия пахнет так как ее, - Горкор взглядом указал на Абелию. – Народ Звезд.       - Ясно, - произнес Эдмунд, бросив многозначительный взгляд на Абелию. — Тогда остаётся решить одно — как быть нам с тобой? Не идти же нам на поводу у тех, кто пытается подтолкнуть нас к этой войне. Мы ведь не пешки в чужой игре, Горкор. И Нарния, и Этинсмур заслуживают того, чтобы их короли сами вершили свою судьбу, а не плясали под дудку звёздных заговорщиков или нарнийских мятежников.       — Меня устроит то, что виновные будут наказаны королевским судом, — ответил Горкор, и в его низком голосе прорезалась суровая, деловая решимость. Он в упор посмотрел на Эдмунда. — Но приговор должен быть существенным, ощутимым для всех. Никаких штрафов, заключений. Моему народу нужна справедливость, которую можно увидеть и потрогать. Только так я смогу продать этот мир своим.       Король великанов сделал ещё один глоток вина и криво ухмыльнулся, опустив кубок на дубовую столешницу:       — А ты, в свою очередь, покажешь Нарнии, что я не такой уж дикарь, слепо желающий войны с нарнийцами из-за старых обид.       - Скажем так, я изгоню виновных, - Эдмунд откинулся на спинку кресла, глядя на короля Этинсмура. – Идти им останется только на север. Если тебе повезет, сможете изловить их, и поступить так, чтобы живущие в твоих землях Черные гномы, и отплатили, и не пытались вторгнуться в Нарнию. Я избавлюсь от смутьянов, твои поданные получат сатисфакцию. И никакой старой доброй кровной мести, до последнего выжившего?       - Ты так просто отдашь их мне в руки? – Горкор смотрел в глаза Эдмунда.       — Они нарушили закон Нарнии, поставили под прямую угрозу жизни моих и твоих подданных, а главное — чуть не спровоцировали между нами войну, — спокойно пожал плечами Эдмунд, и в его тоне не было ни капли жалости к мятежникам. — Предателям нет места Нарнии. Если сможешь поймать его, прежде чем он уйдет в земли, на которые не распространяется ни наша, ни твоя власть, тогда я не против того, чтобы ты сделал с ним все, что хочешь.       Эдмунд сделал глоток вина, удержав тяжёлый взгляд исполина, и на его губах мелькнула едва заметная, ироничная усмишка:       — Изловить его в холмах будет непростой задачей. Так что за своей сатисфакцией и местью твоим гномам ещё придётся побегать. Я лишь гарантирую, что Нарния не станет для него убежищем.       - Его племя не обрадуется твоему приговору, - Горкор сделал еще глоток вина, Эдмунд видел, что лицо великана изрядно покраснело. – Я слышал, что в твоих землях их изрядное количество.       - Семь тысяч четыреста восемьдесят шесть, если быть точным, - кивнул Эдмунд. – Думаю некоторое количество уйдет вместе с Готтлибом. Но количество тех, кто посчитает, что умирать за зарвавшегося сына вождя, будет куда большим. Нарнийские гномы, будь то племя Рыжих, или Черных, удивительные прагматики.       — Что ж, — Горкор обвёл взглядом присутствующих, задерживая его на Эдмунде. — Твои условия честные. Ты очистишь свои земли от смутьянов, а я получу право наказать их по законам Этинсмура, когда они сунутся на север. Мои гномы получат месть, а те, кто считают что я слишком мягок, наконец заткнутся, а я... я сохраню за собой право решать, когда моему народу идти на войну.       — Рад, что мы, как два достойных короля, смогли уладить возникшую проблему достойно, — Эдмунд приподнял свой кубок, салютуя королю Этинсмура с безупречным, величественным спокойствием.       Горкор замер, глядя на кубок в руке Эдмунда, а затем его широкие плечи расслабились, и он коротко, громогласно расхохотался. Гулкий смех великана заставил вздрогнуть шёлковый навес.       — Достойных короля, говоришь? — Горкор с ухмылкой поднял свой массивный кубок, который в его лапище казался совсем крошечным, и с силой придвинул его к кубку Эдмунда. Звон серебра прозвучал как финальный аккорд в их затянувшейся беседе. — Пусть будет так, Эдмунд из Кэр-Параваля. За то, чтобы короли правили сами, а крысы знали своё место.       - Рад что мы пришли к конструктивному решению, - Эдмунд встал, и его спутники последовали его примеру. – Значит нам пора возвращаться.       Бартамус лениво щелкнул пальцами. Воздух вокруг них мгновенно сгустился, превращаясь в плотный, маслянистый туман, а пространство неестественно исказилось. Спустя секунду крайне неприятных ощущений — когда показалось, что внутренности перевернулись, а в ушах заложило от резкого перепада давления, — Эдмунд моргнул.       Пылающие жаровни, шёлковый навес и рокочущий смех великана исчезли. На смену им пришли знакомые, залитые мягким солнечным светом стены, стройные ряды книжных шкафов и аромат старого пергамента. Эдмунд обнаружил, что они снова стоят посреди его собственного рабочего кабинета в Кэр-Паравале.       - Черт возьми, это было нечто, - выдохнула Абелия. – Не думала, что все пройдет так легко.       - Еще ничего не закончилось, - Эдмунд снял плащ, и бросил его на кресло. – Нужно провести суд, и выставить из наших земель Готтлиба, и всех кто пойдет за ним.       - Если кому то интересно мое мнение, то легче было бы казнить Готтлиба, и отправить великанам его голову, - заметил Бартамус, лениво пожав плечами, вальяжно опираясь спиной о косяк массивной двери кабинета.       - Вот из-за подобной недальновидности, Питер в свое время и отрубил тебе голову, - Абелия смерила джина ледяным неодобрительным взглядом.       - Возможно в некотором роде ты и права, - Бартамус потер шею.       - Довольно, - Эдмунд взглянул на Абелию, а потом и на Бартамуса. – Я благодарен тебе, Бартамус за твою помощь.       - Рад служить на благо королевства, - услужливым тоном ответил джин, после чего растворился в воздухе.       - Будь добра, перестань, - Эдмунд устало вздохнув, посмотрел на Грант.       - Я все еще не доверяю ему, - упрямо ответила Абелия. – Он пытается использовать нас в надежде выжить.       - И это полезно для всех нас, - Эдмунд мягко смотрел на Абелию. – Лучше он будет где-то рядом и на нашей стороне, чем неизвестно где. Магнус может убить его, а может и заставить служить себе. Лучше не давать нашим врагам того, кого они могут обратить против нас.       - А что будет если Магнус предложит ему больше чем мы? – Абелия опершись руками о стол, внимательно смотрела в глаза Эдмунда.       - Этого никогда не будет во первых, - усмехнулся в ответ младший Певенси. – А во вторых- Бартамус умен, и знает, что предателей никто не ценит. Перебегать со стороны на сторону, крайне плохая стратегия выживания.       - Терпеть не могу политику, - проворчала Абелия, вместе с тем признавая, что в словах Эдмунда есть правда.       - Как и все мы, - развел руками Эдмунд, мягко улыбнувшись. – А теперь пойдем, Сьюзен ждет нас, как и один упрямый гном.       

***

      — Как ваше самочувствие, старейшина Исмур? Вам удобно? — Эдмунд сидел за столом, его голос звучал обманчиво мягко.       Рядом с ним, сохраняя безупречную, величественную осанку, сидела Сьюзен.       — Меня взяли под арест, как и моего сына, — отрывисто произнёс Исмур, и его низкий, рокочущий голос дрожал от тщательно скрываемой ярости. — Это возмутительно! Я старейшина своего народа, глава почтенного клана!       — Это было вынужденное решение, — ровным, лишенным эмоций тоном произнёс Эдмунд, осаживая гневный порыв гнома одним лишь взглядом. — Ваш сын совершил государственное преступление, старейшина.       Эдмунд слегка подался вперёд, и в его глазах блеснул опасный огонь.       — Но что гораздо хуже — как я понял, вы пытались ввести мою сестру в заблуждение относительно истинных мотивов Готтлиба. Вы знали, что он делает, и сознательно лгали короне, пытаясь исказить мотивы и цели вашего сына.       Сьюзен, сидевшая рядом, не проронила ни слова, но её взгляд, устремлённый на гнома, стал ледяным.       — Великаны и прочий сброд Этинсмура - лжецы! - упрямо продолжил гном, багровея от злости. - Вы верите дикарям больше, чем тем, кто ковал оружие для вашей армии?!       — Старейшина Исмур, довольно, — спокойно произнёс Эдмунд, оборвав его тираду. Исмур под его взором невольно осёкся. – Ваш сын действовал с умыслом спровоцировать войну между Нарнией и Эттинсмуром. Мне интересно знать, кто вложил эту идею ему в голову. Очевидно это не вы, иначе вы бы не прибыли вместе с ним в столицу. Остается вопрос- кто?       — Если вы во всё это верите, почему не спросите самого Готтлиба? — Гном упрямо смотрел на Эдмунда, нагло вскинув подбородок.       Однако Сьюзен, которая всё это время пристально и молча наблюдала за выражением его лица, заметила, как поведение старика начало меняться. Наигранное возмущение и страх перед королевским гневом внезапно испарились. Исмур постепенно становился вызывающе наглым и самодовольным. В его глазах блеснул недобрый, торжествующий огонёк.       - Я стараюсь понять, насколько вы вовлечены, и покрываете ли вы своего сына, - Эдмунд, как и его сестра заметил, что гном явно готов менять свою линию защиты. – В худшем для вас случае, под наказание попадаете и вы, за соучастие.       - Я старейшина Черных гномов, - Исмур теперь смотрел на Эдмунда не скрывая своей гордости и презрения к нему. – Любое действие против меня, и мой народ…       — Хорошо, что вы это вспомнили, — Сьюзен изящным движением достала и продемонстрировала свиток, скрепленный печатью. Её голос прозвучал как серебряный колокольчик, разрезав гневную тираду гнома. — Это официальное донесение от генерала Максимиана. Он уже несколько дней пребывает со своим полком в Железном Доле. Разумеется, генерал взял под стражу всех соучастников преступления вашего сына, едва гвардия прибыла в долину. — Должна признать, старейшина, у меня были определённые опасения относительно того, как отреагируют рядовые жители Железного Дола, узнав, что вы взяты под стражу за измену, — Сьюзен мягко, почти сочувственно улыбнулась, разворачивая пергамент. — Признаю, я была готова к тому, что придется подавлять бунт. Но ничего не произошло. Более того, у нас есть свидетельства ваших же кузнецов и рудокопов того, что вы были, скажем так, не слишком порядочным старейшиной. Они не пойдут за вас воевать, Исмур. Они рады, что вы здесь.       Эдмунд с удовольствием наблюдал за тем, как напыщенность и гордость Исмура резко сдулась. Гном казался абсолютно растерянным, и ошеломленным.       - Единственное, что спасло вашего сына от казни, это то, что он, разумеется по вашему приказу, привел отряд в курган Аслана, на совет, когда Айварс попытался захватить Нарнию, - Эдмунд спокойно смотрел на гнома. – Но никакие заслуги из прошлого не могут быть барьером защищающим от преступлений.       — Это всё ничего не значит, — теперь на лице гнома играла злобная, торжествующая ухмылка. Он криво усмехнулся, глядя на Эдмунда и Сьюзен. — Трон уже шатается под вами. Есть тот, кто достоин короны куда больше, чем вы, пришельцы из чужого мира!       — Наконец-то признание, — Сьюзен с сухим, шуршащим звуком отложила свиток генерала Максимиана в сторону. — И давно вы служите Магнусу, старейшина?       — Я не служу ему! — гордо выпрямился Исмур, и в его глазах вспыхнул фанатичный, недобрый огонь. Он с глубоким пренебрежением посмотрел на Сьюзен. — Но я не имею ничего против того, чтобы он занял трон Кэр-Параваля как законный наследник. Мой сын служит ему. Готтлиб присягнул истинному повелителю, и когда настанет момент нашего триумфа, мой мальчик и весь наш клан получат заслуженную награду. Вы думаете, что победили, заперев меня здесь? Время четырёх тронов на исходе!       - Это мы еще увидим, - безэмоционально произнес Эдмунд, он взглянул на сестру, давая понять, что со старейшиной они закончили.       

***

      — И что теперь нам делать? — Абелия переводила встревоженный взгляд с Эдмунда, на Сьюзен и Люси.       Певенси и Гранты собрались в своей общей, укрытой от посторонних ушей гостиной, где горел камин, а на стенах дрожали длинные тени.       — Готтлиб служит Магнусу, — упрямо продолжила Абелия, покачав головой. — А мы, получается, сами отправляем его на север? Фактически отпустим его прямо в руки своего господина?       - Готтлиб ничего не знает, и как источник информации нам безсмысленен, - Эдмунд, стоявший у камина и смотревший на языки пламени, обернулся к младшей Грант. – Вся эта ситуация показывает, что Магнус не ставил слишком много на этого гнома.       - Похоже, что все это было так, проба пера Магнуса и Арравира, - Бриан, стоявший чуть позади Сьюзен, обвел взглядом всех присутствующих.       - Это точно, - согласился с Грантом Эдмунд. – Если так подумать, это даже немного смешно.       — Получается, Готтлиб намеревался спровоцировать войну, а когда понял, что всё пошло не по плану, обратился к отцу, и вместе они придумали план, чтобы хоть как-то выпутаться, — Люси взглянула на Эдмунда, понемногу распутывая этот клубок лжи.       — И самое смешное, что планы Магнусу нарушил король Эттинсмура, великан Горкор, — кивнул Эдмунд, широко улыбнувшись. В его глазах вспыхнули весёлые, мальчишеские искорки, которые так редко появлялись в последнее время. — Кто бы мог подумать, что король великанов окажется столь дальновидным.       — Скорее уж гордым, — негромко возразила Абелия. Она скрестила руки на груди и коротко усмехнулась. — Не ищите в действиях Горкора излишней мудрости, ваше величество. Видите ли, он сам решает, когда стоит начинать войны.       — Назовём это дальновидностью, — улыбнулся в ответ Эдмунд, ничуть не смутившись замечания Абелии. — Как бы там ни было, Горкор оказался куда умнее, чем его предшественники. Я бы даже сказал, что нам стоит усилить наше взаимодействие и постараться помочь ему удержаться на троне как можно дольше.       Король отошёл от камина и бросил быстрый взгляд на карту северных рубежей, расстеленную на углу стола.       - Значит все оставляем в силе, - подвела итог Сьюзен, - отправляемся в Железный Дол, объявляем приговор, и изгоняем Исмура и Готтлиба. Если они попадут в руки Горкора- хорошо, нет, тоже не наша проблема, назад они точно не вернутся.       - Мы с Абелией займемся этим, - Эдмунд взглянул на сестру. – Нужно сделать так, чтобы к возвращению Питера, нашей единственной существенной проблемой были только драконы.