Глава 33
2 декабря 2024 г., 20:04
Было уже достаточно поздно, и нарваться в одном из многочисленных коридоров на старост могло стать серьёзной проблемой. Но Андрей продолжал упорно бегать по этажам, заглядывая во все незапертые двери.
Пару часов назад мальчика отыскала в библиотеке взволнованная, но при этом и невероятно грустная Эмира Олеговна. Она спросила, не знает ли он, где Аня. Но Андрей сам, так и не найдя её на ужине, один отправился сюда. Его невероятно злило, что подруга забыла об их встрече. Хотя другой внутренний голос и нашёптывал, что, если такое случилось, то у неё обязательно были на то причины.
В тот самый день, когда они с Аней выбрали для себя разные источники Энергии, Андрей безумно расстроился. Ему с дуру показалось, что на этом их дружба всенепременно закончится. К счастью, мальчик ошибся. Пусть ребята и виделись теперь в разы меньше, чем прошедшим летом, они всё равно оставались самыми близкими друг другу людьми в этом пёстром городе.
«Магами!», – каждый раз сам себя поправлял Фёдоров.
Поэтому, как только он узнал, что Аня куда-то запропастилась, тут же покидал в рюкзак все свои пожитки и отправился на поиски. Всё, что ему удалось выяснить, это то, что девочка сказала подругам не ждать её к ужину. А потом убежала куда-то в сторону ворот. Решив, что это очень важная информация, Андрей вознамерился поведать о ней Вишневской. Но с раздражением выяснил, что теперь пропала ещё и она. Его гневу не было предела!
«И почему у них вечно что-то не так?! Сразу видно, родственники!», — угрюмо думал он про себя, вот уже второй час бесцельно слоняясь по путанным углам и закоулкам академии. Пару раз ему пришлось прятаться от учителей за внушительными кадками цветов. И даже забежать в дамский туалет! О чём он, конечно, никогда никому не расскажет!
Наведываясь то на один этаж, то на другой, мальчик думал обо всём, что произошло за последние месяцы. Об учёбе, о магах, о странном городе, больше напоминавшем праздничное гуляние в парке на масленицу. И всё больше ему казалось, что здесь что-то не так, неправильно. Китеж со всеми его праздниками, богами и нарядами был для Андрея не более, чем шутовской ярмаркой. Ему было странно видеть проезжавшие кареты или сани, в то время, как весь мир рассекал на машинах. Не мог понять, почему маги, придумавшие Зазеркалье, летающие ступы, лечившие грипп за два дня, намешивая какие-то пахучие травки, до сих пор верили в древних богов, а еду готовили исключительно в огромных выбеленных печах. Конечно, он и сам помнил, как каменные истуканы невежливо болтали с ним, но этому должно быть какое-то разумное объяснение! Силы природы не могут быть живыми!
Эти сомнения одолевали его не первый раз. И если Аня не знала, что делать с внезапно свалившимися на неё видениями (которым тоже должно быть научное объяснение!), то Андрей не знал, что делать вообще со всем!
Стрелки часов неумолимо приближались к полуночи, уговаривая мальчишку вернуться в свою комнату. Но он никак не мог. Потому что не знал, где Аня. Что, если с ней что-то случилось? А Эмира Олеговна пошла её спасать и теперь тоже в беде? Кроме него, никто им не поможет.
Не заметив, как именно, но Андрей оказался на этаже детей Симаргла. Длинный коридор был погружён в полумрак, освещаемый лишь таинственными золотистыми огоньками, исходившими от огромных, покрывавших здесь все стены, фресок. В их свете спокойные и мудрые лица давно почивших магов казались пугающими. Совершенно выбившись из сил, мальчик опустился на пол.
— Ну и где она? — глядя на незнакомую воительницу в кольчуге и развевающемся зелёном плаще, спросил он. В тот же миг с другого конца коридора послышались неторопливые шаги. Андрей бегло огляделся, куда можно было бы спрятаться. Но в этом не было нужды.
Из-за поворота, не спеша, показалась невысокая худенькая фигурка, тащившая в руке ещё блестевшую от снега курточку. Она шла, погружённая в свои мысли, и совершенно не замечала буравящего её взглядом друга.
— Аня! — удивлённо и зло крикнул Андрей, а эхо, звонко отскочив от стен, запрыгало дальше. Девочка от неожиданности подпрыгнула.
— Андрей? — её брови взлетели вверх. Мигом вырванная из своих раздумий, она была искренне удивлена. — Что ты тут делаешь?
— Тебя жду, конечно! — ответил он так, как будто действительно не было ничего странного в том, что они встретились в полночь на другом от его спальни конце академии. Отряхнувшись, мальчик живо встал на ноги, позабыв об усталости и навалившемся было сне. — А вот где ты была — это уже интересно!
— С крёстной, – пожала плечами Аня, — мы были в городе.
— Предупреждать не пробовала? Я тут, вообще-то, с ног сбился, тебя разыскивая! Мы же договорились встретиться!
— Ой! — даже в темноте было хорошо видно, как Аня покраснела. — Прости, пожалуйста, я совсем забыла. Она пришла так неожиданно. И мы заболтались. А потом…
Она не сказала, что было потом, снова провалившись в тяжёлые для неё мысли. Но Андрей не собирался отступать. Не для того он два часа болтался в темноте по этажам. Даже на башню залез!
— Ладно, ты про меня забыла. А Эмира Олеговна? Её почему не предупредила? Она тебя, вообще-то, искала.
— Правда? — оживилась Воронова. — Давно?
— Нууу… часа два назад я её видел. Она пришла в библиотеку как раз под закрытие.
— И куда потом пошла? Андрей, мне очень надо с ней поговорить!
— Если бы я знал, куда? Как сквозь землю провалилась.
— Наверное, пошла к себе. Домой.
Мальчик знал, что все учителя живут в небольшом уютном квартале, так и записанном на карте городе: Учительский. Он был в паре минут ходьбы от академии. Но попасть туда ночью не представлялось возможным.
— Конечно же пошла! Если бы со мной продолжила тебя разыскивать, то её уже бы не выпустили. Ночевала бы на ступеньках. Тебе повезло, что моя комната внутри академии. А то бы тоже бросил это дело.
Да ничего бы он не бросил!
— Андрей, мне надо в Учительский квартал.
— Утром сходишь, — пожал плечами мальчик.
— Ты не понял, мне надо сейчас!
И она всё ему рассказала. Про маму, про бабушку, крёстную. Андрей слушал, приоткрыв рот от удивления. Невольно подумав, что попадать в ситуации у них всех точно семейное, он, наконец, ответил:
— Как же мы попадём к Эмире Олеговне?
— Мы? Ты опять что-то перепутал. Ты, Андрей Фёдоров, идёшь в свою комнату. А я…
— А ты, Аня Воронова, не указываешь мне, что делать! Забыла, что твоя бабушка на праве говорила? Все равны! Демократия называется! Поэтому я иду с тобой. Или ты ещё не поняла, что куда ты — туда и я!
Повисла тишина, а его собственный звонкий голос ещё минуту отскакивал от стен, теряясь вдали. Аня смотрела на него очень внимательно, и мальчик никак не мог понять, что за мысли отражаются в её зелёных глазах, сейчас, в свете золотых огоньков похожих на два солнечных затмения. Потом она как-то странно улыбнулась.
— Кажется, я знаю того, кто сможет нам помочь.
***
Она с силой трясла парня за плечо. Андрей не мог не отметить, насколько крепко тот спит. Наконец, широко распахнув глаза и непонимающе оглядевшись по сторонам, Ярослав Обломов, которого друзья звали просто Ярый, заметил её. — Зябликова, мать твою, это ты? — Воронова! — Да хоть Страусова! Ты нормальная вообще? Какого лешего ты тут делаешь? — Ярый, нам нужна твоя помощь. — Нам — это кому? Тебе и твоей поехавшей кукушке? — Я здесь, — подал голос из темноты Андрей. — Так, теперь помощь нужна моей кукушке. Кто там, Перун вас всех поимей? Ты кто такой? — Андрей Фёдоров… — начал было мальчик. — Ярый, — прервала их Аня, — сейчас вообще неважно, кто там! Важно, что нам нужна твоя помощь! — Блять, Ярый, да помоги ты им! — раздался с соседней кровати сонный голос. Похоже, Максим. — Я спать хочу, у меня тренировка утром! — Чтоб вас всех, — сквозь зубы процедил парень, — за дверью ждите. Щас выйду. Его заспанное лицо действительно через минуту показалась перед ними. — Ну, чё надо, парочка? Еврей и санитарочка! Они не стали ходить вокруг да около. — Нам надо в Учительский квартал, — сразу выпалила Аня. Минуту выражение лица парня, смотревшего на них сверху вниз, никак не менялось. Потом, потерев сонные глаза, он взглянул снова. Сначала на Аню, потом на Андрея. Убедившись, что для ночного розыгрыша эти двое выглядят слишком серьёзно, он, медленно, ответил: — То есть, вы хотите ночью выбраться из академии в город, чтобы влезть в один из домиков преподов? Ничего не упустил? Ребята, одновременно, согласно кивнули. — Так. И вы решили, что из меня выйдет офигенный сообщник? Они снова кивнули. Парень, проведя рукой по короткому ёжику волос, неожиданно засмеялся. — Я что, похож на самоубийцу? Идите вы знаете, куда… — Ясно! — со всем презрением в голосе, на которое только был способен, противно протянул Андрей. — Аня, он не знает, как ночью выбраться из академии! Зря только время на него потратили. Иди обратно в люльку! Другого помощника найдём! Мальчик был уверен, что это или сработает, или избавит его от парочки зубов. — Пацан, ты или смелый, или тупой, — вглядываясь в Фёдорова, ошарашенно пробормотал Обломов, — но нравишься мне. И чтоб вы знали, в этой академии нет ничего, что было бы не известно Ярому. Так что топайте за куртками. Через десять минут жду возле кухни. И не спрашивайте, какого хрена именно там! Они были уверены, что на вопросы у них времени уже нет. И были чертовски правы, хотя ещё и не знали об этом.***
— Стильно, — окинув взглядом розовый пуховик Лизы, сейчас надетый на Андрея, усмехнулся Ярый. — За моим идти долго было, — буркнул в ответ мальчик. — Как скажешь, — пожал Обломов в ответ плечами, — я всего лишь проводник. Но у меня есть пара условий. Раз уж вы меня в это втянули, то будете делать, как я скажу, усекли? Ребята кивнули. — Первое правило — помалкивать. Выбираться будем через кухню. А там всегда кто-то дежурит. — Зачем? — сразу не выдержал первого правила Андрей. — Чтоб никто котлеты не пи… короче, еду чтоб не украли. Перекинувшись немыми взглядами с Аней, мальчик серьёзно кивнул. — Ну и чудненько. За мной. Они действительно пробирались через кухню, на которой, в свете пробивавшегося сквозь огромные окна тусклого света луны, отражавшегося от белизны снега, сверкали десятки отточенных ножей, сияющие чистотой полированные кастрюли, сковородки, ложки, половники, пугающими тенями прыгали размораживающиеся, ещё поблёскивавшие инеем мясные туши. Высились ящики с овощами, а из-под столов сверкали крошечными красными глазками домовые, к которым мальчик, как ни странно, привык быстро. В дальнем углу затрепетал тусклый свет. — На пол! — прошипел Ярый. Андрей с Аней тут же бухнулись на колени. Тучная повариха, заглянув в кухню и держа в вытянутой руке дрожащую лампу, огляделась. Она внимательно всматривалась в знакомый для неё натюрморт. Но, конечно, не могла видеть притаившихся за свиной тушей, сейчас глядевшей точно в глаза Андрею своими мёртвыми бельмами, детей. Мальчик сглотнул. Не найдя ничего подозрительного, женщина скрылась в соседней комнате. — За мной, — раздался шёпот Обломова. И они пошли дальше. Пройдя лабиринтом сияющих чистотой металлических столов, раковин, закопчённых печей, они оказались возле неприметной деревянной двери. — Надеюсь, они смазали петли, — пробормотал себе под нос Ярослав, заставив Аню и Андрея испуганно переглянуться. Дверь, к счастью, не заскрипела, выпуская ребят в объятия ночного морозного воздуха. Вдаривший так неожиданно, он заставил Андрея смахнуть непрошеные слёзы, а Аню сильнее натянуть на уши синенькую шапочку. Только Ярый, казалось, ничего не заметил, вышагивая по заваленному снегом двору в расстёгнутой на распашку куртке. Достав из кармана сигареты, он закурил. — А ты не маловат для этого? — спросила Аня, морща от дыма нос. — Это ты маловата. Но тебе никто и не предлагает, — отмахнулся парень. Обойдя кругом внушительное здание академии, ребята нырнули в тень спящих сейчас под снежным покровом садов. Пронизывающий ветер здесь, казалось бы, поутих. А отсутствие лишних ушей давало возможность поговорить. — Что, по бабуле соскучилась? — спросил Ярый. — Ага, — не посвящая парня в детали, просто согласилась Аня. — Знаете, будет сложно объяснить ей, какого хрена вы там делаете посреди ночи. Поэтому, завершив свою миссию, я максимально быстро свалю. Да, и кстати, вы оба теперь мои должники. Друзьям не оставалось ничего иного, кроме как согласиться. Добравшись до высившегося вокруг территории академии забора, они остановились. Ярый, непонятно зачем, приложил ладони к покрытому лаком и искусной резьбой дереву. И замер. «Докурился! Инсульт!», — тревожно подумал про себя Андрей. Но вот парень начал медленно перемещаться вдоль забора, при этом не отнимая ладоней. — Тебе плохо? — неуверенно спросила Аня. — Нет. Не мешай. — Не буду, если скажешь, что ты делаешь. — Ищу, куда можно прыгнуть. Ребята внимательно вгляделись в непроницаемую поверхность. — А тебе оттуда барабашки подсказывают? — с сомнением предположил Андрей. — Блять, — наконец отняв ладони, выругался Обломов, — я сканирую. Никогда не слышали про такое? Они с Аней одновременно отрицательно мотнули головами. — Темнота, — покачал Ярый головой, — Симаргл — вестник между мирами. Его работа, одновременно, и в Яви, и в Нави. Поэтому у него есть дар видеть сквозь пространство. А мы — его дети. Поэтому у нас он тоже есть. Просто не все умеют им пользоваться. Вот такой вот бонус от бога. И этому тоже должно быть разумное объяснение! — Есть! — спустя пару минут поисков воскликнул парень. — Ну что, кого зашвырнуть первым? Андрей, уверенно закрыв собой Аню, шагнул вперёд. — Меня! Если твои термиты что-то не так нашептали, то хотя бы сломается моя шея. — Как скажете, мессир, — ухмыльнулся Обломов. И, не говоря больше ни слова, резко взмахнул рукой, подхватывая мощный поток воздуха. Мальчик почувствовал, как его ноги резво оторвались от земли. Подлетев вверх на несколько метров и сбив по дороге головой пару веток то ли яблони, то ли груши, Андрей, вознесясь над забором, увидел простирающийся прямо перед ним на километры вокруг и сияющий ночными огнями Китеж. Успев прошептать «Вот это да!», он полетел вниз. Огромный мягкий сугроб смягчил его падение. Кубарем выкатившись из него, мальчик вскочил на ноги. Шипя и прыгая на одной ноге, он пытался вытряхнуть колючий снег из всех тех мест, где ему быть не положено. А за спиной, тихо охнув, уже приземлилась Аня. — Спасибо, что воспользовались нашими авиалиниями, — пробормотала она, когда Андрей помог ей подняться на ноги. Мальчик уже был готов ответить ей какой-то искромётной шуткой, когда всё в тот же сугроб с характерным «Блять!» упал Ярый. — Так вот, что ты искал, — кивая на разворошённый снег, с улыбкой сказала ему девочка. — Да. Надеялся, что его всё ещё не убрали. Да здравствует нерасторопность коммунальных служб! — А ты часто так путешествуешь? — спросил Андрей. — Иногда бывает. Не стоим на месте, вперёд, пока нас никто не заметил! И они заспешили по расчищенной мостовой. Учительский квартал скоро показался. Аня легко могла найти выкрашенный голубой краской домик бабушки при свете дня, но, сейчас, ночью, она поняла, что понятия не имеет, куда им идти. — Что бы вы без меня делали? — наигранно вздохнул Ярый и уверенно повёл их за собой. — Откуда ты знаешь дорогу? — уже с некоторым уважением спросил Андрей. Парень пожал плечами. — Пару раз заносил долги по истории. И по праву. А ещё таскал дрова. За зачёт на третьем курсе. Да и так, забегали с парнями, когда матушка сильно болела. Ха, мы тогда на кухне стащили для неё банку мёда! Она так орала на нас, что у неё прошла ангина. Аня, неожиданно встрепенувшись, подняла на Обломова удивлённый взгляд. — Матушка? Это ты про ба… Эмиру Олеговну? — Ну да. Её так полдома называет. Матушка или мамка. Она у нас такая. Люлей всем отсыплет. Но и грызться за каждого будет до конца. И Андрей решил, что полностью согласен с этим самовлюблённым, но, в целом, хорошим парнем. Эмира Олеговна была именно такой. «Грызться за каждого». Тогда, в мае, она пришла за ним. И забрала к себе, подарив самое лучшее в его жизни лето. Они остановились напротив знакомого домика. Сейчас, укрытый снегом, с взиравшими вокруг чёрными глазницами окон, он казался совсем неуютным. Даже каким-то брошенным. Андрей, решив, что женщина спит, уже хотел было предложить пойти обратно, но слова Ярослава его опередили. — Там нет никого, — решительно сказал он, — дым не идёт. Сомневаюсь, что в такой мороз твоя бабуля решила не топить печь. Вы уверены, что её нет в академии? Андрей, ни секунды не сомневаясь, кивнул. — Мне надо зайти внутрь, — неожиданно проговорила Аня. Андрея удивили не столько её слова, сколько неестественный, отстранённый голос, которым она их сказала. Ярый тоже обратил на него внимание, странно покосившись на девочку. Но возражать не стал. Мальчишки предпочли подождать в сенях. Входить посреди ночи в чужой дом, да ещё и без приглашения, было, как минимум, невежливо. А если это ещё и дом твоей учительницы, так и вовсе опасно! Ани не было странно долго. Андрей уже было подумал, а не решила ли подруга, на всякий случай, проверить на предмет бабушки все шкафы и полки. Но девочка, наконец, показалась в дверях. В руках она несла какой-то конверт, и тревожно расширенные глаза быстро бегали по строкам письма, спрятанного внутри. Видимо, дочитав до конца, она подняла на ребят напуганный взгляд. — Что? — почти одновременно выдохнули Андрей и Ярый. — Я… не знаю. Не понимаю. Это письмо для меня. Но оно какое-то… дурацкое! Бабушка просит за что-то прощения и… — девочка замолчала, собираясь с мыслями, а внутри у Фёдорова всё свернулось гадким тугим узлом, — и прощается. Да, это действительно было странно. Хотя Андрей и успел подумать о том, что Эмира Олеговна сбежала с любовником или ограбила банк и скрылась от закона, все эти варианты были живо отброшены в сторону. Потому что в любой из этих историй грозная Вишневская взяла бы с собой Аню. Так что да, это было действительно дурацкое письмо. Но, глядя на растерянную подругу, Андрей твёрдо решил, что он-то точно сейчас не должен раскиснуть. — Есть только один человек, который может это объяснить. Они с Аней посмотрели друг другу в глаза. И ответили одновременно: — Дядя Миша. Следом, две пары детских глаз вперились в Обломова. Тот, вздохнув, закурил сигарету. — Ну и куда мы теперь идём? — На телефонную станцию. В Явь. Парень поперхнулся дымом.
