До Вас. III Навсегда?

Тихие столичные улочки оживились после продолжительного сна. Белые хлопья снега взлетали от активных движений многотысячных ног, спешащих в различного рода учреждения. Слегка помятые лица прохожих, и мужчин, и женщин, без исключений, лишь предавали ироничности сложившейся картине, происходившей на улице, в метро, автобусах и электричках. Словом, жители Москвы добросовестно отметили праздники, предвкушая впереди тяжелые будние. — Вова, прошу тебя, одевайся! — крикнул мужской голос из коридора. — Иду я, иду! — раздражительно ответил мальчик, впопыхах допивая горячий чай. — Мы ушли! — дверь практически успела закрыться перед носом школьника, который в последнюю секунду выпорхнул из квартиры. Мужчина, подняв ворот пальто, съежился от холода, слегка дёрнув плечами. Причиной утреннего озноба вероятно были не только погодные условия, всем видом указывающие остаться дома, но и внутренний мандраж от осознания скорой и неминуемой встречи с директором, на стол которой он должен положить заявление по собственному желанию, как и было решено неделю тому назад. Оглядевшись по сторонам, он стремительным шагом пересек двухполосную дорогу, оказавшись в нескольких метрах от автомобиля, подъехавшего ко входу, от чего дыхание участилось, а движения стали более нервозными. Начальник отдела, слившись с потоком, вошел внутрь, желая поскорее запереться в кабинете. Однако многочисленная волна, слегка опаздывающих сотрудников, не оставила ему шанса на спасение, мужчина в нервном ожидании лифта, теребил галстук. Казалось, удача оказалось на его стороне. Зайдя в кабину, он сделал глубокий вдох, в это время женская рука, нажав на кнопку, заставила дверцы снова отвориться. — Доброе утро, Анатолий Ефремович. — легкая улыбка отразилась на лице, являясь лишь защитной реакцией, способной скрыть истинной смятение и незнание, как вести себя наедине с мужчиной после всего того, что было между ними. — Доброе утро… — тихо ответил он, нажимая на кнопку, стараясь ни в коем случае не встретиться с ней глазами. Директор, придерживаясь абсолютно иной тактики, сверлила глазами, отчего становилось не по себе. Анатолий Ефремович многозначительно покашлял, затем поправил галстук, повернулся лицом к зеркалу, пригладив волосы, всё под пристальным контролем женщины, которая буквально залезала в голову. — Анатолий Ефремович, будьте так любезны, зайдите ко мне после обеда. — с некой раздраженностью, смешенной с издёвкой, произнесла она, по какой именно причине, женщина не успела придумать. — Да, Людмила Прокофьевна. — похоже их желания идентичны. — И сделайте, пожалуйста, отчет о проделанной работе за последний квартал. — Разумеется. — качнул он головой, не отрывая взгляда от ботинок, не переставая удивляться, насколько продолжительный подъем до седьмого этажа. — И… — прикусив губу, директор воспламенялась от вызывающего безразличия и даже некой надменности. — И мы приехали. — закончил он, пропуская даму вперёд. Людмила, выйдя из железной коробки, хотела продолжить монолог, однако мужчина, ускорив шаг, вырвался вперед. До кабинета оставалась какая-то жалкая сотня метров, однако Ольга, увидев начальника, появилась на пути так не кстати. — Привет. — Новосельцев, находу приобняв женщину, хотел продолжить шаг. — Привет, Толь, ты не мог бы мне помочь… — Разумеется, но чуть позже, у меня много дел. — приближение фигуры он чувствовал спиной. — Конечно. Нет, подожди. — в последний момент женская рука прикоснулась к вороту рубашки, снимая доказательство. — Женский волос? — прошептала она с улыбкой. — Понятия не имею. — дернулся он, повернув голову по направлению к конечной цели, начальник отдела всё-таки наткнулся на этот пронзительный взгляд, обладательница которого, кажется, всё слышала. Анатолий Ефремович, опустив голову, слился с пейзажем учреждения, оставив директора в полном замешательстве. — Доброе утро, Вера. — с меньшим пылом, сказала она. Секретарша ответила взаимностью, но намного тише, чем обычно, синяки, просвечивающие сквозь тональный крем, говорили, что новогодние праздники закончились для неё совсем недавно, буквально пару часов назад. — Людмила Прокофьевна, какие поручения? — На сегодня поручений нет. — хмыкнула она, закрывая дверь. — Это очень хорошо. — сказала она сама себе, подпирая рукой тяжелую голову. Время в кабинете начальника отдела легкой промышленности бежало с неимоверной скоростью, превышая всякие рамки разумного, казалось, что рабочий день только начался, на самом деле он уже подходил к своему логическому завершению, приближая судьбоносный визит, который наверняка закончится крупномасштабным скандалом, обсуждением которого будут заняты статистические красавицы, по крайней мере, ближайшие две недели. Хотелось ли ему, действительно, покидать должность, можно с уверенностью сказать — нет, большой женский коллектив, который его любит и уважает, интересная должность, наконец, возможность самоутвердиться и доказать самому себе, что он чего-то стоит. Тем не менее дальнейшее нахождение в одном помещении с женщиной казалось невозможным, по меньше мере без осложнений психологической травмы, может быть даже без физических увечий, испытывать судьбу — не самая лучшая идея, особенно когда есть дети, тем более не один. Мужчина, собравшись с мыслями, встал из-за стола, медленным шагом направляясь вверх по лестнице. Оглянувшись на зал, он улыбнулся, стараясь запомнить этих безумных, но уже полюбившихся женщин, эти стены, в которых прошла его молодость и зрелость, наконец, встретившись глазами с Ольгой, без которой, казалось, он бы умер со скуки. Что касалось Самохвалова, Анатолий Ефремович решил озвучить ему своё решение чуть позже, чтобы избежать долгих, но бессмысленных уговоров, слез и прочих методов манипуляции, которыми искусно владел верный товарищ.

******

— Людмила Прокофьевна, к вам Дмитрий Васильевич. — сказал голос в селекторе. В голове сразу пронеслась мысль, кто такой этот Дмитрий Васильевич, и с какой стати он решил посетить её в неприемный день. Людмила, покачав головой, нажала на кнопку, желая озвучить нежелание проводить незапланированную встречу, однако фигура, оказавшись в проеме, опередила директора. — Добрый день, Людмила Прокофьевна. — личность была распознана мгновенно, имен всех министров не упомнить, а вот их противные лица — казалось, было невозможно забыть. — Здравствуйте, Дмитрий Васильевич, рада вас прошествовать, что-то случилось? — женщина, сохраняя непоколебимость, пожала руку, в конце приподняв уголок губы. — То есть причины наших встреч могут иметь исключительно негативный характер? — усмехнулся мужчина в возрасте. — Нет, но… — Я приехал вас поздравить с успешными результатами. — Не стоило так утруждаться. — с ноткой иронии озвучила она, присаживаясь в кресло, предчувствуя очередную подлость. — Но первоначальная цель моего визита несколько иная. — «Кто бы сомневался…» — подумала женщина про себя. — Людмила Прокофьевна, поскольку вы являетесь талантливым руководителем, а эффективности ваше учреждения можно только позавидовать, я лично выступил с инициативой отправить вас на международный форум, мои коллеги безоговорочно меня в этом поддержали, я вас поздравляю! — женщина, нервно взглотнув, хлопала глазами. — На какой форум? — Международный. Мы с гордостью отправляем вас представлять нашу страну в области статистического учета. Будет много иностранцев, вы, кстати говоря, знаете английский язык? — Говорю с трудом. — Людмила, опешив от «восторга», не могла прийти в себя. — Вот и замечательно! Пригласите товарища Басманова, он прекрасно знает языки, тем более он числился у вас несколько месяцев, проверять никто не будет. — усмехнулся министр, намекая на неформальные отношения. — Я не уверена, что он сможет выделить время. — Так позвоните ему. — мужчина, закинув ногу на ногу, улыбнулся. — Сейчас? — Ну да… — женщина, продолжительно посмотрев на собеседника, потянулась за телефоном. Министр поднял трубку через несколько долгих гудков, ответив категорическим «нет». — К сожалению, Федора Алексеевич не сможет принять участие. — женщина, улыбнувшись, ожидала скорого ухода неприятного лица. — Значит возьмете с собой вашего сотрудника, у вас есть кто-нибудь на примете? — мужская фигура внезапно появилась на пороге, белоснежное лицо застыло в полуобморочном положении, обратив на себя внимание.

******

— Вера, … — Новосельцев, оказавшись в приемной, нервно улыбнулся, женщина, ответив взаимностью, хотела вылить на мужчину нескончаемый поток сплетен, однако телефон прервал на вздохе. — Секундочку. — игриво произнесла она, подняв указательный палец вверх. — Приемная, слушаю. — задорно протараторила Вера, Анатолий Ефремович, хмыкнув, подошел ближе к столу, признав, что скучать по Вере он будет не меньше, чем по Самохвалову. — Да, верно, числиться… — женщина мрачнела с каждой секундой, в конце совсем смолкнув, отвела дрожащую руку от уха. — Анатолий Ефремович… — прошептала она, хлопая глазами. — Что случилось?! Вера! Дайте, наконец, трубку! -мужчина, нахмурив брови, выхватил телефон. — Ало? Вы слышите меня? — Да, да, слышу, девушка, повторите ещё раз! — Новосельцев, хмыкнув, окатил Веру презрительным взглядом, зачем же так остро реагировать на каждый слух, донесенный очередной бездельницей. — Мужчина, повторяю, ваш сотрудник, Юрий Григорьевич Самохвалов, в реанимации… — тело словно окатили кипятком, мужчина, утратив возможность воспринимать информацию, стоял неподвижно, смотря в одну точку. Внезапно, он кинулся к двери напротив, пытаясь открыть, однако запертый на ключ замок не поддавался. Начальник отдела вновь схватил трубку. — Девушка, номер больницы! — Тридцать седьмая. — Спасибо… — прошептал он, заканчивая разговор. — Это что же… — женские глаза намокли от непонимания. — Вера, никому, вы меня поняли?! — она лишь кивнула головой, Новосельцев, оглядевшись по сторонам, насквозь отрыл дверь, влетая в помещение без стука. Секунда молчания повисла в комнате, неизвестный человек, принадлежность которого не вызывала вопросов, усмирил пыл, заставляя глупо скосить лицо. — Я зайду позже. — Нет, нет, проходите. — вступился министр, вставая со стула. — Как вас зовут? — Анатолий Ефремович… — мужчина, прикрыв дверь, машинально прошел вглубь, не чувствуя земли под ногами. — Новосельцев. — добавил он, словно забыв свою фамилию. — Прекрасно! — старичок разглядывал презентабельного, высоко и статного сотрудника, как инсталляцию в музее. — Заместитель директора? — Начальник отдела легкой промышленности. — ответила Людмила, подойдя к мужчинам, вид Новосельцева не внушал доверия, словно, крича о возможности несанкционированной выходки. — Товарищ Новосельцев, скажите, языки знаете? — Знаю, товарищ министр. — ответил мужчина, смотря на женщину стеклянными глазами. — Анатолий Ефремович, вы по какому поводу? — женщина, спасая положение, сменила тему. — Вы сделали план? — взгляд упал на лист бумаги, который на самом деле являлся заявлением по собственному желанию. — Нет, ещё не успел… — Анатолий Ефремович, прикусив губу, смял лист и засунул его в карман. — Тогда зачем вы пришли? — директор внимательно посмотрела на него, предчувствуя подвох. — Я не знаю. — Новосельцев, ухмыльнувшись, развел руками. Внутреннее состояние было близко к бреду, вот-вот и он потеряет равновесие от перенесенного пару минут стресса, казалось, в голове не осталось свободного места для мыслей кроме как о трагедии, больше напоминающей злую шутку, неприлично затянувшуюся. — Людмила Прокофьевна, он в себе? — министр, приблизившись к уху, прошептал. — Он просто не выспался. — Людмила, улыбнувшись, посмотрела на него, недоумевая от происходящего. — Анатолий Ефремович, выйдите на минуту. — мужчина, качнув головой, прикрыл за собой дверь. — Думаю, вполне себе подходящий вариант. Немного странноватый… — министр покрутил пальцем у виска. — Но точно не растеряется, что думаете? — Людмила, покосившись, хотела ответить однозначным отказом, ввиду многочисленных причин, но не успела. — Вот и славно! — Анатолий Ефремович! — огласил он громким голосом, после чего Новосельцев, казалось, помрачнев ещё больше, вернулся в помещение. — Анатолий Ефремович, вы с Людмилой Прокофьевной будете представлять учреждение на международном форуме, вы же не откажите директору, тем более такому красивому? — в конце старичок неприятно рассмеялся, начальник отдела, застряв на женском лице, словно не услышал вопроса. — Безусловно. — отвел он настолько безразлично, насколько это было возможно. — Почетные грамоты, премии, конечно, причитаются. — Новосельцев, кивнув головой, застыл на месте. — Дмитрий Васильевич, пойдемте я вас провожу. — женщина, дружелюбно улыбнувшись, сделала шаг к выходу, министр, пожав руку, направился за директором. Людмила, вернувшись в кабинет, застала начальника отдела в странном состоянии, мужчина, сняв галстук и кинув его на стол переговоров, метался по помещению, стеклянные пустые глаза бесцельно бегали, лицо, сохранявшее белый вид, выражало некую болезненность, сопряженную с безумностью. Женщина, прикрыв дверь, осталась стоять на месте, словно не желаю привлекать внимания, робея перед образовавшимся абсолютно непредсказуемым ураганом. — Анатолий Ефремович? — шепотом спросила она, прервав тишину. Начальник отдела, обернувшись, остановился. — Извините, я сейчас уйду. — рука схватилась за голову, он стремительно пошел на выход. — У вас что-то случилось? — женщина, преградив дорогу, бегала глазами по лицу. — Нет. — Новосельцев, смутившись, пытался убежать от дальнейшего разговора. — Я вам не верю… — приблизившись вплотную, Людмила наклонила голову так, чтобы поймать его взгляд. — Что произошло? У вас проблемы? Дети заболели? Но скажите, хоть что-нибудь, не молчите же! — повысила она голос, начиная накручивать себя страшными картинами. — Юрий Григорьевич в реанимации… — выдохнув, произнес он спокойно, стараясь держать эмоции под контролем, чтобы не напугать женщину окончательно. Людмила, округлив глаза, приоткрыла рот, не в силах что-то ответить. — Что произошло… — Я не знаю… — мужчина развел руками, нервно улыбаясь, в глазах застыли слезы. — Я даже… Анатолий Ефремович… — Людмила, прикусив губу, растерянно бегала по лицу, предчувствуя наступление мужских слез, от чего слова терялись, а в голове наступал полный хаус. От переизбытка эмоции и незнания, что делать, она прижалась к мужчине, обнимая, Анатолий Ефремович, положив голову на плечо, закрыл глаза, обхватывая тонкую фигуру, скупая слеза прокатилась по щеке, оставляя мокрую дорожку. Директор учреждения, тяжело вдохнув, прижалась ещё крепче, словно пытаясь забрать часть боли на себя, казалось, это было именно так. Мужчина, первый раз дав волю чувствам, ощущал дикое облегчение, как будто забыв о первопричине этих объятий, которые могли бы спасти от любого горя. — Езжайте… — прошептала она. Мужчина, с трудом отстранившись, кивнул головой, виновато пряча глаза. — Позвоните мне, пожалуйста… — Непременно. — фигура вылетала из помещения, утирая рукавом мокрый след. Людмила, выйдя за ним, многозначительно посмотрела на Веру, они поняли друга без слов.

******

Мужчина со скоростью света достиг нужной больницы. Накинув халат, он бежал по коридору, ища глазами нужный номер палаты, врач, стоящий рядом с плачущей женой, монотонно констатировал информацию о стабильно-тяжёлом состоянии пациента, о чем можно было догадаться и без него. Мужчина, сбавив шаг, застыл у прозрачного проема, защищённого толстым, не пропускающим звуков, стеклом. Искусственный, противный больничный свет освещал мертвенно-неподвижное тело, усеянное проводами.