Грешные сказки сестёр милосердия

Очередной день работы в Пиццаплексе. Ещё с раннего утра идёт подготовка к новому концерту: аниматроники разбрелись по гримёркам, занимаясь чем-то своим, пока рабочие настраивали сцену и технику со спецэффектами. Глэм-рок Бонни сидел в своей сиреневой комнате. Освещением в ней стала светодиодная гирлянда неоново-желтого цвета, что была приклеена скотчем к стенам, обвешанным плакатами оригинального Бонни, на которого так равнялся наш главный герой, и изображениями с разными рок-группами, японскими персонажами и просто какие-то смешные рисунки. К одной из таких стен был приставлен небольшой жёлтый столик, возле которого были разбросаны малиновые пуфики-груши и листочки с записками и рисунками фанатов, которых уже было много. У другой стены стояло зеркало с подсветкой, перед которым на высоком белом стуле как раз сидел глэм-рок Бонни. Он листал какие-то модные журналы, которые нашёл у технарей. Но и они были раскиданы на полках и на самом туалетном столике. В комнате был постелен идеально белый, на удивление очень даже чистый ковёр. Почти по середине комнаты зачем-то был поставлен шест. Вы не думайте, это не развлечения для взрослых, просто когда-то он был пожарным. Вскоре после того, как пиццерия обзавелась шикарной (*как мы знаем по игре) пожарной системой безопасности, потолок решили просто залить бетоном. Да этот шест ему в принципе и не мешал. Но и вокруг него у гитариста валялись плюшевые игрушки (мерч) его друзей, пара коробок с пиццей, ещё не тронутой за сегодня и несколько книг по философии, которые глэм-рок Бонни перечитывал уже в 10 раз. Да, он был немного неряшлив в этом плане, но всё это можно было счесть за творческий беспорядок. Все вещи были раскиданы с таким подходом, что казалось, если всё разложить на свои места, в гримёрке станет менее уютной, чем сейчас. Гитарист листает странички, на которых изображены модели довольно привлекательной внешности, как вдруг к нему в комнату начинает кто-то активно стучатся. Не просто стучаться, а агрессивно ломиться. 'Кто бы это мог быть? На ребят не похоже...' думает про себя кролик. - Сейчас открою! - кричит он, нехотя оставляя журнал на столе. Но прежде чем отойти от зеркала Бон, конечно же, смотрит на своё прекрасное отражение, чтобы убедиться, что всё в порядке. Его снова прерывает долбëжка до такой степени сильная, что казалось, дверь вот вот слетит с петель. Тот, кто был снаружи, явно очень хотел увидеть обладателя данной гримёрки. Бонни даже и не думал о том, кто там стоял, хотя догадаться было вполне легко. Ему на тот момент было важно устранить причину столь надоедливого, непрерывного стука. Он всё так же стоит перед туалетным столиком, разглядывая себя: подтянутая фигура, модная одежда, высокий рост, куча аксессуаров, красивые добрые глаза и всё это отливает металлическим блеском - одним словом шик. При всей его любви к себе, можно было сказать наверняка, что он способен любить и ценить других так же, как и себя. - Иду, иду! - приговаривает гитарист, поспешно направляясь к двери. Он уже хватается за ручку, распахивая вход в комнату перед нежданным гостем. Пред ним предстаёт никто иной, как Монти. Глэм-рок Бонни раскрывает в удивлении глаза, создавая немного приохуевшое выражение лица, но видя, с каким выражением стоял у его двери огромный аллигатор, решает наскоро закрыться в своей родной гримёрке, подальше от зелёной машины для убийств. К его несчастью, Монти уже стоит в проёме, расставляя свои мускулистые сверкающие после недавней полировки руки во весь проход, мешая кролику его закрыть. - Не очень-то вежливо закрывать двери перед носом у гостей... Будь гостеприимнее! - говорит пришедший с язвинкой и явным раздражением в голосе, и от того, что у аллигатора достаточно низкий, слегка хрипловатый бас, эта фраза звучит ещё угрожающе, чем должна. "Ввалился в мою гримёрку так ещё и бычит на меня, ну что за дерзость!" - тут же пронеслось в мыслях длиноухого. - Ах, да... Что это я... В самом деле... Проходи! - немного нервно, краснея, произносит кролик и чешет затылок, смотря куда-то в потолок. - На этом спасибо. - кротко, но с тем же сарказмом выводит из себя Монти, складывая руки за спину, вальяжно проходя в комнату, словно он тут хозяин. По крайней мере атмосфера уже была такая будто это гитарист прибежал в чужую комнату попрошайничать, от этого Бони чувствовал себя совершенно беспомощным маленьким крольчонком в огромных когтистых лапах голодного аллигатора. Чешуйчатый начинает осматриваться, вглядываясь в каждый угол, в каждую разбросанную вещь. И именно этот взгляд встретился с неуверенным, даже можно сказать зашуганным взглядом глэм-рок Бонни, который выглядел так будто вот вот расплачется и убежит. Зрачки его сузились и бегали по силуэту Монти, рассматривая каждый участок его лица и торса, Бони успел отметить, что Монти в отличии от других аниматроников как будто был массивнее и сильнее, по крайней мере так казалось из-за того что каждая его деталь выглядела так будто у неё свои собственные восемь кубиков, как потенциальный противник Монти был очень опасен. По такому взгляду было видно, что кролик не знает чего ожидать дальше. - Ухх... И зачем же тебе шест? - с мерзкой издёвкой, словно допрашивает беднягу Монти. - Небось, для своего Фредди крутишься тут? - алигатор сложил руки на груди и оглядел шест с пола до потолка. Переводя взгляд обратно на своего фиолетового коллегу он поиграл бровями, чтобы в мозгах зайки точно созрела нужная мысль. - А для меня можешь?~ - он перекладывает свои руки чуть ниже талии Бонни, а лицо тянет ещё ближе, чтобы тот совсем оторопел. Вот теперь он в самом деле был в когтистых лапах и если дальше всё пойдёт по тому же сценарию, то его просто сожрут с потрохами. И вправду, Бон в диком замешательстве, голова его до краёв заполняется вопросами, один за другим, но ни на один он не успевает ответить. Он отворачивает голову, нежелая ни видеть, ни учавствовать в происходящем. Крокодилу этот жест не нравится, поэтому он обхватывает торс кролика и всей своей силой тянет его назад к стене, и когда тот с глухим стуком прижимается к ней вплотную, аллигатор хватается за него так, чтобы у того не было шанса отступить или сбежать. - Я вижу, тебе надоело со мной тягаться, так просто скажи, что теперь это моя комната. - приказным тоном, тяжело дыша, говорит он, ещё сильнее сжимая ему руки. Единственнте в чём Монти был реально безупречен так это в физическом насилии ради желаемого. - Нет. - он укоризненно покачал головой, выплëскивая свои последние силы на то, чтобы выбраться из хватки. Сдаваться вот так просто не хотелось, но чужие сильные руки чёрт возьми были слишком сильными. - Не ёрзай, иначе будет хуже. - усмиряет Монти свою жертву, наслаждаясь моментом своего превосходства и контроля над кроликом, доминантная позиция это определённо его роль. - А теперь скажи, что это моя комната. - чем больше он это говорил, тем больше ему казалось, что делает он это всё не ради сраной комнаты, а ради того, чтобы нарваться на драку с зайкой, который всегда предпочитал дракам разговоры. - Нет. - всё также сопротивляется Бонни, уже оторвав от себя правую руку этого накаченого громилы, как вдруг эта же рука впивается ему в горло с ещё большей силой, чем тогда, чужие когти неприятно скребут по металлу, и головой шевелить теперь совершенно не получается, остаётся только вынести этот напряженный унизительный зрительный контакт. Воздух потихоньку начинает уходить, дышать становятся тяжелее, но ещё терпимо. - Кх, отпусти! - хрипловатым голосом произносит душимый. - Нет. - повторяет за ним Монти и ехидно улыбается, что до жути противно кролику, который пытается оттолкнуть аллигатора ногой, но всё тщетно. Он лишь сильнее сдавливает ему шею. - Я не виноват, что ты меня не слушаешься, мой крольчонок~ - он ещё более понижает свой бас до такой степени, что, казалось в комнате стоял гул из-за его столь низкого голоса, от которого дыхание может остановиться, а мозги расплавиться. Воздух потихоньку начинает уходить, и кролик начинает отрывисто и тяжко дышать, что ещё больше побуждает Монти давить ему не только на шею, но и меж ног своим коленом. Из-за такого давления в стене появилась небольшая, но вмятина, а Бонни несмотря на своё положение ощутил нечто странное внизу живота, Монти был с ним так груб, но его колено между фиолетовых бëдер невыносимо хорошо давило. Бони этого показывать конечно же, не хотел, но и сдерживать себя он не мог, из его рата как на зло раздался негромкий прерывистый стон. - Что? Нравится? ~ Я могу сильнее. - добивает аллигатор кролика своей пошлостью. Ехидная ухмылка становилась всё шире шире, аллигатор определённо имел садистские наклонности и походу он нашёл себе для этого идеальную жертву. - Н-нет. Отпусти. - еле выговаривает он, ведь шею всё так же сдавливают, а воздуха остаётся совсем мало. Из-за этого "приказ" слышится как мольба от чего кролику становится неловко и он слегка краснеет. - Ты знаешь, чего я хочу. Скажи. - приказывает Монти, разворачивая его к себе уже спиной, скрутив ему руки, налегая на Бони чуть ли не всем своим весом, прижимаясь широкой накаченой грудью к зажатому телу и запрокидывая его голову назад. - Нет. - всё так же стоит на своём глэм-рок Бонни, совсем позабыв о том, какой сегодня день, и сколько на часах времени, казалось, что это всё длится неприлично долго. Но в реальность обоих возвращают шаги, приближающиеся к комнате. Через мгновение, дверь распахивается, входит Джеймс. Он видит двух аниматроников, но уже совсем в другом положении: они оба положили руки друг другу на плечи, похлопывая, и довольно не по-настоящему улыбаясь. - А вы что тут делаете? - прищурившись, спрашивает Джеймс. - Дружим. - откликаются оба в один голос. - Хм. Ладно. Бон, до выступления осталось 20 минут. - говорит Джеймс, несколько раз стуча пальцами по своим дорогущим часам. - Готов? "Ох, твою мать, я совсем забыл!" - Тут же опомнился длиноухий - Как никогда! - отвечает гитарист, складывая руки на груди и довольно улыбаясь. Монти незаметно огрызнулся на это. Как только Джеймс выходит за пределы комнаты, эти двое сцепляются, словно дворовые коты, и уже непонятно, кто кому угрожает и кто кого избивает. Но Монти всё равно вырывается, беря верх, уже повалив второго на пол, прижимая уже к нему. - Это моя комната. Повторяю ещё раз, если не послушаешь, пожалеешь. Это будет твой последний концерт. - с этими словами он оставляет кролика лежать на полу и выходит за дверь, громко хлопая ею. -...... И что это вообще было? - Бони перекатился на полу, лёг на спину и уставился в потолок. Произошедшее было абсолютно понятным, Монти пришёл и хотел отжать его гримёрку, так ведь? Но всё произошедшее всё равно было очень странным. Кролик вспомнил как Монти прессовал его у стены, душил, а потом поставил своё чëртово колено, он опять покраснел и усмехнулся. - Чтож, думаю в следующий раз, мы сможем договориться.