🎃 Writober 2024 🎃

Хёнджин взглянул на часы, поправил очки в тонкой оправе и расстегнул третью пуговку на рубашке винного цвета. До сеанса с его любимой семейной парой оставалось каких-то жалких тридцать секунд. Стук секретаря в дверь ласкает слух, и на фразу «Господин Хван, чета Бан пожаловала на прием» он благосклонно кивает. — Впусти их. Обменяться любезностями, предложить воду, чай или кофе на выбор только ради приличия, ведь на низком столике возле дивана уже стоит бутылка воды без газа и чашка кофе, который Хёнджин лично сварил за минуту до визита. Это началось полгода назад. Пара древних вампиров Кристофер и Феликс Бан почти пятьсот лет назад вступили в брак, устроенный их родителями, и были в нем не то чтобы глубоко несчастны, но крайне неудовлетворены, ведь альфа и омега, пусть и имели уже взрослого сына по имени Чонин, но в постели были совершенно несовместимы. Неизвестно, кто им подсказал, но, перебрав кучу специалистов, они оказались на пороге кабинета доктора Хвана — семейного психолога, сексолога и просто очаровательного, обращенного всего-то полторы сотни лет назад вампиреныша. Феликс говорил, что любит нежности и ванильный секс, поэтому и пошел на сторону к какому-то Со Чанбину. А Кристофер любил жестко, властно, до потери сознания партнеров от оглушительного оргазма — Хван на себе испытал, когда после второго сеанса альфа вернулся, сказав супругу, что забыл кое-что в кабинете доктора и что тот может уезжать без него. Ну да, забыл. Забыл нагнуть согласного Хенджина над его же рабочим столом. За свои громкие стоны омеге было разве что совсем чуть-чуть стыдно перед секретарем. Провести будто в задумчивом жесте кончиками пальцев по оголённой ключице, глядя на говорившего Феликса, но при этом отчётливо ощущать на себе голодный взгляд. Хван, правда, старался не выдать заинтересованности, но глаза сами собой бегали от кукольного личика древнего омеги к широко расставленным мощным бёдрам его супруга, обтянутым дорогими брюками. Хотя три расстёгнутые пуговки на рубашке говорили о его интересе достаточно громко, как и тинт на губах, придающий им соблазнительный эффект припухших от поцелуев губ. Они играли в эту игру уже шесть месяцев. Двадцать шесть недель Хёнджин находился в статусе любовника. Он понимал, что брак Кристофера и Феликса — это не про любовь, а про репутацию и положение в обществе, но сам факт, что они продолжают приходить к семейному психологу в странной попытке стать нормальной парой, иногда бесил неимоверно. И сегодня раздражение достигло своего апогея. Ведь он весь такой красивый и идеально подходящий, но между ними чертов столик, а рядом с альфой сидит и держит за руку совсем другой. Делить Криса не хотелось ни с кем, даже с законным супругом. — Я думаю, вам лучше развестись, — против воли вырывается у Хёнджина, порушив весь профессионализм к чёртовой матери. — Простите? — сдавленно произнес Феликс, вытаращив глаза на психолога. — Прощаю, — устало ответил Хёнджин, снял очки без диоптрий и кинул их на стол перед собой. — И вы меня простите — я сплю с вашим мужем. — Ч-что? Браво, Хёнджин, мысленно аплодировал сам себе омега, так феерично всё просрать ещё надо уметь. — Я думаю, доктор Хван прав, — спокойно ответил Кристофер, ослабив галстук, и выпил залпом кофе. — В том, что нам нужно развестись, или в том, что вы спите? — со смешком спросил Феликс. — И в том, и в другом, я полагаю, — пожал плечами альфа. — Ты первый начал изменять, так что даже не вздумай возникать. — Да мне плевать, с кем ты спишь! — возмутился омега. — Меня больше волнует, как наш развод повлияет на Чонина? Мы пытались спасти этот брак ради него, помнишь? — Он взрослый парень и всё прекрасно понимает. Ему почти две сотни лет, Ликс. Твоя гиперопека до добра не доведет. — Тогда сам ему и говори! — Феликс схватил свою сумку из последней коллекции модного дома и направился к выходу. — Спасибо, доктор Хван, за ваши услуги. Не такого исхода я ждал, но, видимо, наш брак действительно не спасти, — древний был чрезмерно драматичен, но его муж был уверен, что всё это напускное и в душе Феликс рад возможности скинуть с себя ответственность за разрушенный брак. Громко хлопнувшая дверь оставила за собой звенящую тишину, горящего от стыда за свой неуёмный язык Хвана и Кристофера, расстёгивающего ремень. — Детка, иди сюда, — обманчиво ласково позвал альфа и похлопал себя по коленям. Омега сладко задрожал, уже представляя, какое его ждет наказание за этот финт. Кристофер любил жестко, властно, до потери сознания партнеров от оглушительного оргазма. Так же, как Хенджин любил крепкую руку на своей шее, сдавливающую глотку, болезненные шлепки по заднице и ремни, стягивающие запястья. Они друг другу идеально подходили. И поэтому за чужой разрушенный брак Джинни не было ни капельки стыдно. В конце концов, Феликс наслаждался компанией Кристофера долгих пятьсот лет. Пришла пора делиться.