Фараонка

      Рана на голове пульсировала. Кровь неприятного бурого оттенка вытекала толчками, оседала на белой челке, склеивала пряди в безобразное нечто. Заливала лицо и глаза. Вернее, то, что осталось от глаз после черного едкого дыма, появившегося вместе с очередной атакой Тича. Тогда Луффи и не обратил внимания. Коли это яд, ничего ему не сделает, после Магелланово-та, коли фрукт — так его Воля сильнее. Так он подумал, безрассудно не прячась от взвеси — вытащить Траффи было важнее, чем беречься лишний раз.              Луффи ошибся.              Темный густой туман все же был ядом. Усиленным фруктом, да, но ядом. А значит, мог подействовать, если бы оказался сильнее полученного иммунитета.              Он не был. Тяжело, почти невозможно победить ядовитую логию в смертоносности соединений. Но это не значит, что нельзя нанести повреждения. Например, кислотой.              Луффи чувствовал, как горит и щиплет кожа. Как она начинает наливаться пузырями и буквально сползать с мышц. Чувствовал, не видел. Глаза обожгло первыми, погружая во тьму.              Не важно.              Луффи скрючился, прикрывая тело на руках. Траффи. Тот не шевелился. Не отвечал.              Он еще звучал. Но уже начинал затихать.              Пират сжал Ло сильнее. Собрал оголенными нервами пальцев потрепанную ткань плаща. Длинного такого. Темного. Эффектного. Ло любит такие плащи. Чтобы глаза выпадали и шеи ему вслед сворачивались.              Луффи захрипел, чувствуя как едкая взвесь пробирается глубже в его тело, начинает пожирать мышцы и связки.              Послышался издевательский раскатистый бас Тича, вальяжно приближающегося к мосту.              Кто вообще построил на Лаф Тэйле мост?              Важно ли это сейчас?              Сейчас, когда он слышит, чувствует, как уходит жизнь из Траффи…              Когда он больше не чувствует никого из своих накам кроме Ло…              Его грудь сотрясалась от кашля. Глотка наполнилась железной кислотой, которую Монки сплюнул на мостовую.              — Ну вот ты и допрыгался, Мугивара Луффи! — злобно засмеялся Тич, празднуя победу, — Твои союзники повержены, команда убита, а твою любовник прямо сейчас испустит последний вздох у тебя на руках. Какая романтика!              — Заткнись, — приказал Луффи. Мир отозвался на его приказ, замолк в одночасье. Монки чувствовал, как кровь в его жилах начинается кипеть и пузырить — слишком мало сил. Слишком много нагрузки для его измученного тела. Для его уничтоженного разума.              Голову мотнуло вниз, добавляя к химическим ожогам рассечение мышц.              — Не указывай мне, труп! Я победил! Я на Лаф Тэйл! Единственный достойный капитан! Отныне я — Маршалл Ди Тич — Король Пиратов!              Он загрохотал, содрогая воздух.              — Признай это, Мугивара! Признай меня Королем!              Луффи не слушал его. Он внимал биению чужой души, души человека, доверившего ему свою жизнь, свою суть, самого себя. Мугивара чувствовал, что Ло умирает. Переживает последние мгновения. Слышал как замедляется дыхание, становясь надрывным. Как пытается ускорить сердце, прогнать кровь по жилам, закрыть повреждения. Но тело слишком измучено. С таким не живут. Даже Ло — не проживет.              Тело выгнуло на его руках, дернуло ближе, как от удара. А после обмякло, оседая как мешок муки.              Мышцы расслабились, сказал бы Траффи.              Луффи видел, видел как маленький огонек, горящий в груди его Траффи поднялся над грудной клеткой, подплыл ближе, будто хотел ткнуться лбом как котенок. Если у души вообще есть лоб.              — Отвечай мне, Мугивара! — завопил Тич.              Плечо Луффи обожгло металлическим холодом. Обдало будто кипятком. А потом стало так легко с левого бока, что Луффи, дернувшись, рухнул на правое плечо.              Руки не было…              Огонек тревожно замигал, прижимаясь к щеке, подталкивая.              «Беги, Мугивара-я! Ну же!»              Он слышал, слышал эти слова.              — Н-нет…              Я не оставлю тебя              Я не собираюсь жить в мире где нет всех вас              Где нет тебя              — Не хочешь признавать очевидное, Мугивара? Может быть это поможет?              Луффи видел как к нему устремляется черный туман, напитанный чужой Волей.              Нет!              Ни к нему!              К Траффи!              — Нет… — прохрипел Луффи, призывая мир помочь ему. Еще хотя бы один раз.              И мир откликнулся.              Затрещал натужно, расширяясь, расходясь нитками в казалось бы плотной ткани бытия. Позволяя сбежать, спастись. Корежа сам себя и нарушая устоявшиеся законы мироустройства по просьбе маленького солнца.              Тич зарычал, тоже ощущая эти изменения.              — Ты не успеешь! — завопил, вскидывая пистолет.              Выстрел.              Второй.              Пират разрядил все обойму в чужую грудь.              Мир стал схлопываться обратно, принимая знакомую форму. Но медленно, медленно…              Будто специально давая возможность душам соскочить за грань.              Пират взвыл, посылая силы в закрывающийся разлом.