Вредная привычка

После того выступления и моей панической атаки мы не виделись почти неделю. Конечно, пару раз пересекались, за между прочим, но все общение сводилось к его кивкам или статистике.  Впрочем, а о чем с ним говорить? Об импульсивном поцелуе? Вовсе нет. Он ясно дал понять, когда оттолкнул меня, что не разделает этого желания, хотя в его глазах читалось нечто иное. Была искра, что и в моих… или я просто ошибаюсь? Минхёк и вправду был как книга полна чистых листов. Не прочитать, не угадать, что там дальше. Он был не предсказуем и разрешал заполнять листы только тем, чем считал нужным. И вот он решил прекратить поцелуй, вразумил меня, кто мы и где находимся. Напомнил, какими эти официальные отношения должны были быть на самом деле. Я пересекла черту и он нарисовал поверх ещё одну, толще и чернее. В тот вечер, вернувшись домой, я долго думала о том, что произошло. В тот момент мне отчаянно хотелось большего, но было ли это желание минутным, вызванным эмоциями, или чем-то глубже? Я так и не смогла разобраться. Это разочарование разъедало меня изнутри, вызывая противоречивые эмоции. Почему я так волновалась из-за его реакции? Я и сама не могла этого объяснить. Всю ночь на пролет я ворочалась в постели, надумывая, какова будет наша следующая встреча, расскажет ли он кому-то? Нет… Не в его характере. Будет ли намекать на тот поцелуй? Станет ли шутить, если мы вдруг останемся наедине? Хотя… маловероятно, что останемся.  Из-за подобных мыслей, хоть уже и виделась с ним после происшествия, не спала всю ночь опять, нарушила режим… а вот сегодня, мне предстояла важная встреча с господином Кимом и разными аналитиками, менеджер тоже должна была присутствовать, но увы, сильно приболела.  Тема встречи касалась роста рейтингов после выступления, и я знала, что обсуждение будет удачным. Но вот предстоящее столкновение с Минхёком вызывало странное волнение. Его холодность в последние дни действовала на нервы, вводила в заблуждение: неужели я действительно так сильно провинилась? Я стояла перед стеклянной дверью, собираясь с мыслями, зная, что мне придётся выдержать это напряжение,. Набравшись смелости, я постучала. Я стояла перед стеклянной дверью, которая была сделана непрозрачной с помощью аэрозольной краски. Всё никак не решаясь открыть её, знала что предстоит высидеть это… не смотреть на него лишний раз и ни в коем случае не делать зрительный контакт. Собралась силами и постучала, услышала громкое: "Заходи, Луна".  Неужто все уже были там?  Я медленно открыла дверь и вошла в кабинет, стараясь сохранять давно потерянное спокойствие.  Единственное, о чем я по-настоящему стала пектись эти последние дни, это как я выглядела и вела себя в агентстве. Я никогда не проводила столько времени у зеркала до этого. Сон и питание опять сбились, поэтому оставалось контролировать хотя бы свою внешность, если уж внутренний мир стал окончательным хаосом.  Мои волосы мягкими волнами спадали на плечи, на мне были черная мини-юбка и бордовый свитер, различные украшения, ботфорты на невысоком каблуке, и ещё нюдовый макияж, все как я люблю.  Я осмотрелась и заметила Минхёка на диване. Он рассматривал меня, как куклу, да ещё и без лишнего смущения.  продолжал играть со мной, манипулировать даже зная, что произошло?  Я глянула на главного продюсера и он указал сесть на место возле автора. Я держала внушительную дистанцию, желая избегать лишних, случайных, любых прикосновений. Он явно это заметил, от чего усмехнулся. Чхон положил свою руку ближе к моей ноге, словно проверяя, как я отреагирую. Я тут же убрала её подальше и скрестила ноги. Я больше не собиралась быть частью его озабоченных игр. В этот момент, он вновь смотрел на меня, но уже совсем по другому, кроме холода читалось что-то ещё… азарт? Это подогрело мой интерес, но о чём же на самом деле думает этот великий манипулятор?    Аналитиков так и не было, они опаздывали с другой встречи, от чего мы продолжили ждать в неловкой тишине. Вскоре господин Ким прочитал входящее сообщение, резко встал и направился на выход.  -Ждите здесь, я скоро вернусь. Он покинул комнату, толком ничего не объяснив. Оставляя нас наедине… это был сценарий, которого я пыталась избежать всю неделю.  Какая радость, какая удача.  Я увидела, как он бросил взгляд в мою сторону и уже хотел было подвинуться, как я резко двинулась в сторону подлокотника, полностью вжимаясь в него, сохраняя приличное расстояние. -Боятся меня стала? - его голос был тихим, но с ноткой насмешки. Он играл с зажигалкой, крутя её в руках.. -Боятся? Заблуждаетесь, господин Минхёк. - ответила я сухо, пытаясь не показать, насколько напряжена Автор кинул зажигалку в карман, ничего не сказав, ему явно было скучно ждать со мной. Направился к двери, но потом решительно двинулся ко мне, как в тот день на подиуме. Мне больше некуда было деться. Я вжалась в подлокотник сильнее, сердце забилось быстрее, в голове закружились мысли. Он остановился рядом, слишком близко. -И что же это значит? Вижу, трясёшься, когда смотрю на тебя, не слепой.  -Я тоже не слепая, смотрите ведь с холодом и осуждением. Это из-за того, что произошло? - уверено сказала я, пытаясь удержать взгляд на нём. -С холодом? С осуждением? Какой бред. - он закатил глаза и усмехнулся. -Вы продолжаете это делать… - мои слова прозвучали тихо, словно вырвались вопреки моему желанию.  Я не могла понять, как его настроение меняется так быстро. Только что холодный и отчуждённый, а теперь будто обжигал своей близостью. Брюнет замер на мгновение, его тёмно-красные глаза внимательно изучали моё лицо из-под густых ресниц, будто искали в нём что-то, что он не мог понять. Я чувствовала, как внутри всё сжимается от этого пристального взгляда, от его дыхания, которое я теперь слышала слишком отчётливо. Но вдруг его лицо изменилось, на чертах появилась усталость, некая потерянность, которой я никогда раньше не видела в нём. -Ты правда не понимаешь? Это не осуждение, Луна. И тут в голове что-то щёлкнуло. Это произошло неожиданно, сама даже не осознала как, просто когда он остановился за сантиметр от моего лица я почувствовала его губы на своих вновь, на этот раз был даже слаще, чем в предидущий. Холодный пирсинг на губе слегка царапался, но удачно противостоял горячему поцелую оставленным его владельцем.  Мне наконец удалось распробовать его, он точно такой, каким я себе его представляла: мастерский и определенно слегка ядовитый Губы грубо касались, а поцелуй чувствовался, как горький, чёрный шоколад. Я не понимала, почему не оттолкнула, почему захотела узнать его настолько близко. Я не могла поверить, что мы делаем в кабинете главного продюсера, пока его самого нет. Это выходило за всякие рамки и правила.  Что если он резко вернется и застанет его любимого автора со мной в таком положении? Ему, скорее всего, ничего не будет, он же незаменим, а вот мне вновь предстоят наказания либо отработки… Его руки, пахнут табаком, но лучше их меня ничто не согревало. Они впивались в кожу, оставляя тропы из жарких следов по телу. Искушение, которым он одурманил еще в первые дни, теперь будто протекало по всему телу, чувствовалось в каждой клеточке. Я поднимаю глаза, чтобы глянуть на него, вижу его взгляд, страстный, увереный и сосредоточенный направленый прямо на меня. -Все ещё смотрю с холодом? - сказал он с едва заметной улыбкой и прильнул ближе. Я почувствовала, как его рука залезает мне под свитер, как его пальцы пробегают по моей коже, изучают мое тело. Я чувствую мурашки, давно не чувствовала их от чего-то столь опасного и непристойного.  Его запах вновь заполонил всё вокруг, этот запах его парфюма, который сейчас лишь слегка отдавал специями, а по большей части ванилью и табаком. Хотелось бы, чтобы это продолжалось как можно дольше, чтобы запах поглощал меня как можно дольше… да чтобы сам Минхёк поглощал меня своими прикосновениями и глубокими поцелуями, как сейчас… Он наконец стягивает мой свитер и скидывает на пол, он был тут лишний, ведь было слишком жарко для любой одежды… Я остаюсь в мини-юбке и в черном кружевном белье. Его взгляд обходит меня от коленей до лица, он был рад видеть то, что перед ним, меня. Ладони остановились на коленях и плавно поднялись к бедрам изнутри, ёрзая сверху вниз, он решил раздвинуть их в стороны. Юбка, которая и так была короче дозволенного вдруг поднялась, это заставило его слегка усмехнуться. -Давно носишь такое на собрания с главным продюсером? Это был скорее риторический вопрос, нежели тот, который должен был быть отвечен. Он не хотел моего ответа, ведь сам наверное догадывается почему я надела это, сама не осознавая. Губы снова слились, было так сладко, что мои руки непроизвольно потянулись к его спине, дабы хоть как то удерживаться. Они вжались в него сильнее, когда он оставил ещё один след на теле, который будет долго и болезненно уходить, зато воспоминания этого уж точно не уйдут. Вскоре я чувствую, как уже и замок той самой юбки расходится, а сама её резинка слабеет по талии и ползет вниз. Теперь уж на мне не оставалось ничего, кроме белья и смущения. Только он был совсем не смущен, напротив только наслаждался моим состоянием и реакцией на происходящее. Наслаждался, что я так просто бездумно поддавалась ему.  Пока господин Чхон мягко целовал меня в шею, я принялась работать над пуговицами на его рубашке, они достаточно легко поддались и я сбросила с него эту лишнюю одежду.  Его руки двигались хаотично по моему телу, порой оставляя новые и новые укусы.  Наверное я должна была задуматься, прежде чем прыгать под него, но уже было слишком поздно, оставалось только насладится и не думать о последствиях. Так много всего происходило одновременно, что я не успевала ничего разобрать, только вдыхала и выдыхала, пытаясь заполучить нужное количество воздуха.  Вдруг я почувствовала, как он стягивает с меня уже остатки белья и бюстгальтер. Он наслаждался этим, как и я. Уже было всё равно, даже если бы кто-то зашел или услышал у меня не было желания реагировать, хотелось реагировать только на его прикосновения, только на него. Брюнет ухмыляется когда водит глазами по моей груди, и затем резко входит одним пальцем, а потом двумя, я издаю весьма громкий стон, который так пыталась сдержать. Улыбка не сходит с его лица. -Тише-тише, нас же могут услышать, чокнутая. Он начал двигать ими и доводить до грани, доводя до несказанного удовольствия. Было тяжело дышать, ещё тяжелее было не издавать звуков, потому я вновь вцепилась ему в спину. -Даже сейчас называешь чокнутой? - я говорю, ели дыша. Чхон был невероятен в этом, он был прекрасен и полностью удовлетворял во всём. Я видела, с каким интересом он смотрел на меня, так не смотрел уже давно. Сердце забилось быстрее.  Минхёк лишь улыбнулся, вдруг его улыбка сменилась недоумением и каким-то раздражением, когда телефон вдруг зазвонил и ему пришлось отпрянуть.  Последовал резкий холод, он не церемонился и сразу вернулся к обязанностям как ни в чем не бывало, поднял звонок так спокойно, будто мы вели светскую беседу, а не занимались этим. Я приподнялась, хватаясь за диван, пытаясь удержаться после происходящего. Только сейчас глянула на себя и подумала… Дура какая… И что же теперь будет? Инстинктивно сразу схватилась за лифчик и принялась натягивать его с невероятной скоростью, стесняясь, что он в любой момент обернётся и посмотрит.  Но он уже всё видел чёрт возьми! Поздно стеснятся. -Собрание отменяется? Какие-то проблемы?  Я вслушивалась в его сухие ответы и параллельно собирала мятую одежду с пола. Последовала долгая тишина, я все еще никак не могла застегнуть последнюю застёжку на бюстгальтере. Почему же так трудно? Минхёк заметил мои мучения и, облокотив телефон между шеей и плечом, повернулся ко мне. Он увидел, что застёжка никак не хочет закрываться, и, решив помочь, сам закрыл её, оставив ещё одно прикосновение напоследок. Он снова взял телефон в руки, закончил разговор словом "да" и резко отключился. -Так понимаю, зря ждали? Чхон принялся застёгивать помятую рубашку, пуговицы которой я старательно расстегивала каких-то несколько минут назад… От одной мысли о том, что мы только что занимались этим на диване прямо в кабинете главного продюсера, моё лицо слегка покраснело. Как можно было додуматься до такого, так ещё и с ним?  -Почему же зря? Мне было вполне весело ждать с тобой. - проговорил он с усмешкой. Я заметила, как его руки полезли в карман, и вскоре он достал сигарету, которую с лёгкостью зажёг с помощью зажигалки. Запах дыма и гари наполнил комнату, и я сразу же скривилась, пока натягивала свитер. Этот запах стал привычнее, но от того не лучше. Он раздражал и мешал мне, хотелось подскочить и уйти. Я понимала, как выгляжу, и сначала нужно было поправить волосы руками, а потом заняться одеждой, которая теперь сидела нелепо. -Ты девушка не глупая, о том что произошло лучше никому не знать. Лучше для твоей карьеры и репутации. - сказал Минхёк и медленно затянулся. -А что насчёт вас? Вам будет все равно, даже если эта информация выйдет за приделы этой комнаты? Он смело кивнул и указал сигаретой на дверь. -Выйдет за приделы - мне ничего не сделают. Уж слишком меня тут ценят, Луна. Вспомнился эпизод с крыши, когда назвал меня по имени. Это был первый и единственный раз когда он дозволил себе выйти за эти профессиональные границы и обратится по другому, не по моему псевдониму. Вряд ли когда то услышу мое имя из его уст вновь… Даже после близости, что мы разделили не позволил себе? Или просто не захотел?  -Это просто, как секс без обязательств. Ничего большего. - он вновь протяжно затянулся и выдохнул дым. Моего ответа и мнения ему не надо было. Я ожидала чего угодно — сомнений, объяснений, но не такого ледяного безразличия. Он смотрел прямо перед собой, как будто меня просто не существовало. Всё, что казалось таким важным несколько мгновений назад — прикосновения, поцелуи — вдруг превратилось в пустоту. Я не могла выдавить из себя абсолютно ничего. Я чувствовала себя раздавленной и жалкой, потому что опять повелась на игру, правила которой были известны только ему, он просто решил остановить всё, когда того захотел. Я обещала себе, что уберегу себя в следующий раз и не стану поддаваться ему, не разрешу себе стать марионеткой под его контролем. Сейчас же, ничего не имело значения, я просто почувствовала себя использованной, хоть и понимала, что с таким человеком всё так и будет. -Просто забудь об этом, - добавил он, выходя из комнаты. - Всё равно, не имело никакого значения. Дверь за ним закрылась, оставив меня в абсолютной тишине. Комната, теперь осталась холодной и пустой, точно такой же, какой я чувствовала себя внутри. Я стояла неподвижно, осознавая, что только что произошедшее для него действительно не значило ничего.