Падение

      Спустя еще несколько недель даже исчезнувшая колоратка перестала казаться железным доказательством реальности той ночи. Может, у Эрена их было не пять, а четыре? Он уже ни в чем не был уверен. Его помешательство на соседе стало сбавлять обороты, Эрен перестал мастурбировать на воспоминания и фантазии о нем, как какой-то мальчишка — все пошло своим чередом. Встречи на улице или в магазине перестали так беспокоить Эрена, он забыл о том, что найденная Джеком колоратка может стоить ему репутации, он в своих молитвах перестал упоминать грешные помыслы по отношению к человеку, у которого был бойфренд. Так что неожиданный звонок в дверь посреди одной из совершенно спокойных и непримечательных ночей Эрена напугал.       Он вышел в коридор в халате и остановился посередине, вдруг подумав, что ему приснилось, но звонок повторился, и Эрен подошел к двери и заглянул в глазок. За дверью стоял Леви и смотрел точно в глазок, будто знал, что Эрен именно сейчас проверял, кто потревожил его сон. Эрен замер, но его сердце заколотилось в груди так сильно, что он, казалось, его слышал, а сон пропал так же быстро, как в голове возник калейдоскоп воспоминаний о той ночи.       Эрен не знал, что делать, как реагировать, стоило ли поговорить с Леви и как-то объясниться за прошлый случай, но Леви стал настойчиво стучать в дверь — звук оглушал, и Эрен боялся, что это привлечет чье-то внимание на улице, но и открывать не торопился. Он снова посмотрел в глазок и ахнул: Леви держал в зубах колоратку и ухмылялся точно так же, как в тот раз. Эрен распахнул дверь, уставившись на Леви во все глаза, и даже не попытался возразить, когда Леви шагнул внутрь.       – Что вы делаете? – прошипел Эрен, закрывая дверь. Он потянулся к колоратке, но Леви оказался быстрее и спрятал ее за спиной. Ухмылку с лица он так и не стер — и что-то неуловимое в нем вновь настораживало, пробуждало инстинкты, но Эрен, сколько бы ни пытался, никак не мог понять, что же не давало ему покоя.       И пока он всматривался в лицо, Леви ухватился за один из концов пояса и развязал узел — края халата разъехались в стороны, но Эрен тут же запахнулся, обещая себе, что в этот раз не позволит воспользоваться собой.       – Леви, что вы здесь делаете? Джек... – Договорить Леви не дал — как и в прошлый раз накрыл его рот ладонью, нахмурившись, и вжал Эрена в стену, едва тот попытался вырваться. Все фантазии Эрена на тему силы натренированного тела вдруг взорвались в голове фейерверками, туманя разум не хуже вина. И едва он почувствовал горячую ладонь на своих губах, едва ощутил чужое тело, прижимающееся к нему, Эрен потерял возможность сопротивляться и как-то возражать.       Свободная рука Леви уже скользнула от середины обнаженного живота вниз, забралась под резинку трусов и накрыла член и яйца Эрена. Он вздохнул и прикрыл веки — он бы солгал, если бы сказал, что не мечтал об этом прикосновении. И он хотел большего. Больше, чем то, что случилось в прошлый раз. Он услышал смешок и раскрыл веки — Леви ухмылялся, разглядывая его, и вдруг потащил в сторону спальни, взявшись за оба конца пояса — так вели лошадей в стойла, взяв под уздцы, и Эрен следовал за Леви так же покорно, как выдрессированный, послушный скакун. Сейчас он мог бы вырваться, продолжить заготовленную речь, но фантазии о том, что Леви может сделать с ним в постели и каково будет увидеть его обнаженного над собой, превалировали, глушили гордость и вообще всякое желание сопротивляться.       Леви толкнул его на кровать, едва они оказались в спальне, и Эрен рухнул на нее, тут же отползая к середине. Ни распятие над головой, ни подготовленная одежда для завтрашнего рабочего дня, висевшая на дверце шкафа, не образумили Эрена — он не видел вообще ничего, кроме Леви, стоявшего у кровати и расстегивавшего свою рубашку. С этим его взглядом — Эрен готов был поклясться, что зрачки светились в темноте — с его плавными, гипнотизирующими движениями, он походил на Змея-искусителя, предлагавшего Эрену грех, но если первые люди поддались желанию познать добро и зло, то Эрен желал познать — или вновь обрести знание — плотского наслаждения.       Эрен затаил дыхание, едва Леви скинул с себя рубашку. Все то, что он представлял, когда видел работавшего во дворе Леви в облегающих майках и футболках, или пока он тренировался, бегая по округе, внезапно стало реальностью. И если обычно реальность казалась серой и очень отдаленно похожей на то, что рисовало воображение, то с Леви все было наоборот. Эрен представлял слишком рельефное тело, неестественно перекачанное, почти как на банках с протеиновыми добавками, на деле же Леви можно было сравнить с гепардом: поджарый, но сильный и быстрый — он явно не употреблял всю эту дрянь, и его мышцы выглядели естественно и ровно того объема, какую силу они в себе скрывали. Не зря Эрен даже не попытался сопротивляться ему ни в прошлый раз в коридоре, ни в этот — он бы его не одолел, хотя хиляком Эрен никогда себя не чувствовал, но Леви, помимо имевшейся в мышцах силы, источал такую ауру, что ему хотелось подчиниться — не говоря уже о его взгляде, от которого хотелось просто лечь на спину и позволить делать с собой что угодно. Именно так Эрен и хотел поступить сейчас: что бы Леви ни предложил — Эрен готов был согласиться.       Он снял с себя джинсы вместе с бельем — или последнего на нем и не было — и Эрен голодным взглядом оглядел его приподнятый член.       Эрен был одинок всю свою жизнь. Его первый сексуальный опыт случился уже в семинарии, и после у него всего трижды был секс, так что он не привык видеть перед собой обнаженных и тем более возбужденных мужчин, и сейчас он не мог отвести взгляд. Никаких сомнений, никаких попыток осмыслить происходящее, обсудить — только желание продолжать, все остальное — потом.       Эрену казалось, что он чувствует, как пульсирует член Леви, как он наливается кровью, как жар от него расходится волнами по всей спальне, окатывая собой тело Эрена раз за разом, воспаляя воображение и пробуждая нетерпение. Он точно знал, чего хотел: почувствовать, увидеть Леви над собой, как во всех своих фантазиях, ощутить движения его члена в себе, чтобы умолять сжалиться, потому что Эрен очень редко даже пальцами проникал в себя, и, одновременно, просить трахнуть как в первый и последний раз, потому что именно так все и будет, верно? Утром Леви поймет, что перебрал вечером и позволил себе то, что никогда бы не позволил на трезвую голову, он придет к Эрену, обвинит его в том, что Эрен, одинокий и несчастный блюститель целибата, воспользовался состоянием Леви, и что если он не хочет проблем в дальнейшем, то ему стоит перевестись в приход подальше отсюда. И Эрен наверняка так и сделает, но завтра — сегодня же он хотел получить все, что Господь решил ему предложить.       Леви медленно и грациозно забрался на кровать и устроился над Эреном — прямо как он и представлял — бесцеремонно раздвинув его бедра. Эрен вдруг понял, что он до сих пор не сказал ему и слова, но сейчас беседы ни о чем казались абсолютно неподходящими, хотя предупредить Леви все же стоило:       – Я гораздо, гораздо больше молюсь, чем занимаюсь сексом, – тихо произнес Эрен, когда Леви навис над ним, все так же прожигая похотливым взглядом. На тонких губах появилась уже знакомая кривая ухмылка, и Эрен подумал, что мог бы и промолчать — Леви наверняка был осведомлен о целибате священников, а если и нет, то должен был замечать, что как таковых гостей у Эрена было довольно мало, если не считать набожных старушек, жаждавших накормить его и по-матерински — но иногда и не совсем — приласкать.       Леви вдруг подхватил его под колени и едва не прижал их к матрасу рядом с ушами Эрена, складывая его в позу улитки и раскрывая для себя настолько, что места стыду — ни перед Леви, ни перед Богом — не оставалось. Эрен чувствовал, что его ягодицы раскрыты до предела, что Леви сейчас смотрел на его поджавшийся от прохладного воздуха спальни и, главное, такого внимания к себе, анус, и только молился, чтобы Леви не стал насмехаться над ним из-за такого волнения. В темном от возбуждения взгляде ничего такого не читалось, и Эрен слегка расслабился и даже сам взял себя под колени, оставаясь в том же положении даже после того, как Леви отпустил его и выпрямил спину. Он смотрел на промежность Эрена и будто жевал невидимую жвачку или просто решался на что-то, но с его губ внезапно свесилась крупная капля слюны и упала между ягодиц, скатываясь теплой влагой к яйцам. Леви встретил взгляд Эрена, и он прочел в его глазах едва ли не приказ и, продолжая держать ноги задранными кверху, пальцами одной руки собрал слюну и обвел ими вокруг ануса.       Было невероятно проделывать что-то такое, когда над ним стоял мужчина, если не из мечты, то точно из фантазий, и неторопливо ласкал свой член, наблюдая за каждым движением. Эрен аккуратно надавил на центр сжавшихся мышц и преодолел сопротивление, тут же стараясь добавить еще один палец. Удобной позу было не назвать, но Эрен не собирался жаловаться и удовлетворенно вздохнул, когда на пальцы упала еще одна крупная капля слюны, помогая ему свободнее скользить через плотное кольцо мышц.       Эрену хотелось демонстрировать себя, показать свое тело со всех сторон, как это делал Леви, и Эрен, толком не обдумав свои действия, резво перевернулся на грудь, уперся плечами и головой в матрас и поднял таз, встав на колени, выставляя перед Леви свою задницу — он даже раздвинул ягодицы, продолжая растягивать себя двумя пальцами. Он хотел, чтобы Леви оценил не только его покорность, но и инициативу, хотел показать, что способен быть полноправным участником процесса, что, пусть по долгу службы его и представляли тихим и скучным, в нем было место для разврата.       Эрен ввел оба указательных и средних пальца в анус и потянул в стороны — медленно и осторожно, не отказывая себе во времени, когда анус инстинктивно сжимался на попытку растягивания. Он не знал, какая картина открывалась Леви в этот момент, но не сдержался и отпустил себя, позволив мышцам максимально сжаться, когда очередная порция слюны скользнула с края ануса внутрь. Кажется, Эрен простонал в голос — он не был уверен, настолько был поглощен ощущениями. Влажные дрожащие от возбуждения пальцы вновь ухватились за края ануса, как крюки войдя внутрь до первой фаланги, и Эрен вновь потянул в стороны, раскрывая себя для Леви.       Он хотел этого — ему не нужны были ни поцелуи, ни нежность, ни признания, он хотел только одного: чтобы Леви трахнул его, чтобы его член вошел в Эрена до самых яиц, чтобы Эрен почувствовал его толщину, его пульсацию, чтобы тот натягивал его на себя, как куклу, чтобы Эрен задыхался и метался между нирваной и болью, чтобы жестко, чтобы оглушающе громко, чтобы темнело в глазах, чтобы Эрен еще несколько дней во время каждого своего движения вспоминал, как он ездил лицом по матрасу, пока его безупречно красивый сосед брал его сзади.       Эрен тянул себя, скулил и растягивал еще больше, едва ли не вслух произнося все свои желания, ожидая, когда же Леви все же не выдержит и вставит ему — сейчас Эрен бы уже даже не почувствовал боли, но Леви не торопился. Эрен скосил на него взгляд, извернувшись в своем положении, и понял, что тот не пропускал ни единого движения Эрена: он наблюдал и ласкал себя — его член был напряжен до предела, вены выпирали, головка казалась гораздо темнее, чем любая другая часть его тела, но Леви не спешил предпринимать что-то еще. Это, конечно, было ожидаемо: ни презервативов, ни подходящей смазки у Эрена в спальне не было, с другой стороны, это именно Леви пришел к Эрену и, учитывая его поведение, пришел он именно за сексом — он с порога потащил Эрена в спальню, но почему-то не посчитал нужным принести с собой все необходимое.       Леви все же приблизился, пожирая Эрена взглядом, но вместо того, чтобы ввести член в растянутый и подготовленный для него анус, он стал скользить стволом вдоль ягодиц, дразня чувствительную и нежную кожу вокруг. Эрен больше не пытался раскрыть себя для него — наоборот, он ладонями свел обе ягодицы вместе, заставляя член Леви прижиматься к раздраженному анусу плотней. И даже это было настолько приятно, что Эрен простонал, уткнувшись лицом в матрас. Он вздрогнул, когда разгоряченной кожи коснулась прохладная струя, и вновь скосил взгляд назад: Леви выдавил смазку из небольшого тюбика вдоль члена — не останавливаясь, продолжая мучить Эрена пустыми фрикциями вдоль промежности, и теперь, при наличии смазки, он стал двигаться быстрее, его член с хлюпаньем растирал безумно чувствительные нервные окончания вокруг ануса, заставляя Эрена молиться, чтобы он на очередном движении вперед просто скользнул внутрь, и Эрен в мгновение ока оказался бы насаженным на член до упора, ведь Леви совершенно не контролировал амплитуду своих движений.       Но этого так и не случилось: Эрен выгибался, как кошка, предлагая так, как никогда и никому до этого, но только ощутил, как горячая сперма выплескивается между его ягодиц, частично проникая и внутрь.       Леви слегка пошлепал его стволом члена, размазывая сперму — Эрен, конечно, не видел этого, но слышал этот невозможно пошлый звук — и даже приставил головку к раскрытому чувствительному входу, будто дразня, но стоило Эрену податься назад, чтобы насадиться на нее — Леви отстранился и усмехнулся, в этот раз легко отшлепав Эрена мокрым членом по ягодице.       Эрен не кончил — конечно же, он не кончил, и он уже собирался перевернуться на спину, как услышал тихое цоканье языком и тут же ощутил крепкий захват на талии. Сердце замерло, он посмотрел на Леви, и тот едва заметно мотнул головой, опуская ладони на бедра и чуть потянув их в стороны — Эрен расставил колени шире, его напряженный член качнулся из стороны в сторону, но Леви обхватил его ладонью у основания и стал медленно ласкать по всей длине. Его взгляд вновь сместился на измученный анус, и Эрен, будто услышав его мысли или поняв по его глазам, вновь стал тянуть себя, вводя то по два пальца каждой руки и раскрывая себя, то трахая себя ими — сперма и не успевшая высохнуть смазка помогали в этом откровенно пошлом представлении. Но Эрену было плевать: Леви, добавив смазки на ладонь, ускорил свои движения на требовавшем внимания члене, и Эрен стонал, уткнувшись лицом в матрас, ласкал анус пальцами, едва удерживаясь на разъезжавшихся в стороны коленях, и повторял в мыслях молитву, чтобы Леви трахнул его.       Но Леви не сжалился: Эрен кончил от мастурбации, чувствуя, как сильно сжимается анус вокруг пальцев, несмотря на все его усердия, и ему хотелось сказать, что Леви упустил шанс ощутить это членом, но его не хватило ни на разговоры, ни даже на то, чтобы и дальше стоять в такой провокационной позе — Леви удержал. Он просто схватил Эрена за ягодицы, крепко сжимая их в ладонях, то сводя вместе, то раздвигая в стороны до предела. Он ласково огладил чувствительный и будто набухший анус — по крайней мере, ощущалось это именно так, — легко шлепнул его по ягодице и позволил завалиться набок. Они встретились взглядами, и Эрен заметил на губах Леви все ту же ухмылку, а вместе с ней вернулось и инстинктивное ощущение опасности, исходившей от Леви.       Леви подмигнул ему и поднялся с постели, тут же подхватывая свою одежду.       – Может, мы все-таки поговорим?       Леви усмехнулся и направился к выходу из спальни, накинув рубашку на плечи.       – Леви! – Эрен приподнялся на локте, но тут же рухнул обратно на подушку — вроде бы ничего сверхъестественного в постели не произошло, но тем не менее, Эрен был вымотан настолько, что чувствовал легкую дрожь во всем теле.       Он прислушался к звукам в коридоре и совсем скоро услышал щелкнувший замок входной двери. Эрен вздохнул и перевернулся на спину, раскинув ноги в стороны. Между ягодиц было мокро, и Эрен осторожно коснулся все еще раскрытого ануса и посмотрел на пальцы с мазками спермы на них. Он растер сперму между пальцами и закусил губу, вспоминая свое поведение — он и не представлял, что способен на такое, что мог вести себя, как распутный мальчишка, жаждущий, умоляющий оказаться на члене. Он не мог припомнить, чтобы в нем прежде пробуждалось подобное похотливое создание — Эрен всегда считал себя не падким до таких низменных желаний, и прежде целибат не был для него проблемой. Почему все изменилось именно сейчас? Они были соседями все четыре года, так почему именно сейчас Леви стал объектом его вожделения? Помимо очевидного, конечно. Но почему Эрен не мог ему сопротивляться?       Эрен смотрел на потолок, задавая себе вопросы, но не находя ответы, и его взгляд сам собой упал на распятие, висевшее над кроватью. Он вздохнул и прикрыл веки. Ему следовало принять душ, сменить постельное белье и прочитать молитву, попросить совета, как быть дальше, но Эрен только перевернулся набок, укрылся и выключил прикроватный торшер. Сегодня он — распутный мальчишка, который уснет с чужой спермой между ягодицами.