Мой. Подписано: Волдеморт

      «Вы были бы идеальной паро-о-о-о-ой»       «Хотелось бы увидеть ваши отношения в реальности! Ah»       «LOL. Давно так не смеялся — давай еще»       Взгляд скользил по комментариям, выхватывая единичные из общего потока.       Кто бы мог подумать, что рубрика так залетит… Изначально расчетов на это не было, но, судя по реакциям, отзывам и числу лайков, видео уже было на пути в топ ютуба.       Том взял кружку с надписью «Главный душнила», когда-то подаренную ему Беллатрикс, и сделал глоток кофе.       Он, как и обычно, запасся на неделю вперед, послав к черту дозированную закупку — пачка печенья и все? Даешь десять — чтобы было чем заедать экзистенциальный кризис. Хорошее настроение находилось в прямой зависимости от количества сахара в организме — закинув в себя примерно половину, он ощутил порыв вдохновения… эдакое желание что-нибудь приготовить. С ним такое случалось нечасто — примерно так же редко, как секс с кем-то реальным: раз в год и то только по праздникам.       «Видео Волдеморта о Гарри Поттере — отдельный вид искусства».       Уголок губ дернулся.       Вряд ли Поттер покинет его канал в ближайшее время, а Том ведь уже мысленно паковал его вещи, чтобы выставить за дверь — проще говоря, никогда больше не упоминать его: даже под страхом смерти. Главное — погрузиться в работу, особенно когда новая рубрика так хорошо зашла. Что еще нужно для счастья? Ее стоило развивать, чем он и планировал заняться в ближайшее время, генерируя больше контента. Идеи у него были, но скорее для шортсов: про всеми обожаемые «Сумерки» и про «Игру престолов» — нежно любимую уже им самим. В то время как для новой рубрики придется читать…       Том улыбнулся — по ощущениям, мечтательно так.       Вот какой контент ему хотелось создавать: тянуло перечитать все, что собрало достаточно kudos на ao3 по их пейрингу, который разрастался как на дрожжах. Число работ росло огромными скачками. Похоже, фанаты их парочки тоже считали, что сон для слабаков: к утру продолжали писать, ставя капельницы кофе. Том бы тоже не отказался от такой — накидал подборку. Было там и то, что интересовало: как он зажимает Поттера в клубе; и то, что интриговало: их с Поттером женские версии — но была работа, которая его, мягко говоря, смущала. Та, в которой хтонической внешности он трахал мелкого Гарри, пытающегося его убить, — оставалось надеяться, что хотя бы здесь сверху будет Том, а то поворот станет весьма неожиданным.       Чертов дэдди-кинк уже окончательно захватил умы фикрайтеров — быстрее даже, чем вирусные челленджи на ТикТоке. Ну серьезно, разве тот, кто младше, не может быть сверху? Это что, новая константа — как гравитация? Почему все решили, что именно он непременно должен быть снизу: Поттер, что ли, правила фандома прописал?       Том поморщился.       Даешь в массы больше работ, где Поттер наконец-то окажется под ним — ура. Ладно, чего уж бухтеть, если готов брать Поттера в любом «виде»: снизу, сверху, сбоку… да хоть головой вниз.       Но разве это не горячо, когда дилф снизу? Тем более в случае с Поттером: тому такое явно было необходимо с его проблемкой-то. Может, какой-нибудь специфический массаж совершил чудо? Не классика, конечно: Том помнил, что сказал кое-кто про массаж простаты.       Как там было в одной из книг?.. «Твердый как сталь член» исцелит любой недуг. Да уж, как волшебная палочка, только с более узкой специализацией. Поттер бы точно оценил альтернативный вид лечения.       С любым другим человеком Том бы даже не заморачивался: честно говоря, ему было по барабану, что там и в каком направлении не стоит. Но Поттер… с ним все было иначе. Странные отношения: с одной стороны, ничего между ними не было, с другой — интерес к нему, как неоновая вывеска в пустыне: ярко и совершенно не к месту. В Поттере было что-то особенное: нечто, что цепляло так же, как дурацкие мелодии из рекламы, и не отпускало.       И вот опять — он думал о Поттере.       Как будто в последнее время все мысли укатили в отпуск, оставив его один на один с этой глупой одержимостью. Вот какое осознание постепенно накатывало. Если бы его кто спросил, как он относится к Поттеру, Том бы, конечно, выдал стандартную версию: мол, оценивает его исключительно как автора, а как человек — да кому он вообще нужен? И оценивает, разумеется, Том объективно. Мол, подавали же на него в суд, потому что он — король всех душнил и вообще Гринч. С Поттером же все обстояло иначе: грань между объективностью и личным интересом истончалась, и Том балансировал на ней, как канатоходец. А этот, как назло, вообще ничего не делал, сидел себе тихо — будто наслаждался своим превосходством. Том, в ответ на его бездействие, придумывал все более обидные подколки, буквально выпрыгивая из штанов в попытке задеть хоть чем-то. Ситуация, честно говоря, была патовая: одна сторона молчит, а другая — отчаянно пытается превзойти саму себя в сарказме.       Стоило все же признать, что чертов Поттер все верно истолковал. Жизненный опыт, видимо, не пропьешь, хотя по его писанине казалось, что он его как минимум заложил за пару пинт пива. Но если это правда, значит, он давно раздвинул булки и выжидал, когда же Том догадается туда войти. Фигурально выражаясь.       Том открыл новую вкладку в браузере, решив, что пора заняться чем-то более полезным: например приготовить что-нибудь съедобное. Или хотя бы притвориться, что это не очередная попытка отвлечься от мыслей о Поттере — занять руки готовкой было хорошим планом. Главное, чтобы итоговое блюдо было не таким калорийным, как стандартная еда из ресторанов, а то скоро придется попрощаться и с врожденной худобой, и с прессом. Рано или поздно привычные схемы в жизни перестают работать. Например, те самые худые ребята, которые жрут что угодно, вдруг к тридцатке обнаруживают, что жир накапливается быстрее, чем вышедший фанфик собирает лайки. Тому до этого возраста было рукой подать — пора было задуматься, чтобы через пару лет не обнаружить, что его кубики расплылись в оладьи и теперь уютно покачиваются при каждом шаге.       Но Том привык действовать на опережение. Так произошло и к выпуску из университета. Канал приносил тогда стабильные шесть-семь сотен в месяц, что, конечно, было неплохо, но все равно на жизнь не хватало. Ну, если только твой план не состоял в том, чтобы питаться одной лапшой быстрого приготовления и жить в комнате с видом на мусорный бак. А Том привык к комфорту, поэтому ему нужно было как минимум тысяча сто фунтов, чтобы снять нормальную квартиру, где соседями были либо пожилые ворчуны, либо молодые пары, трахающиеся напропалую. И, конечно же, без звукоизоляции. Отличное сочетание — бесплатное порно и вечное брюзжание. Ничего не изменилось, впрочем.       Он кинул взгляд на потолок.       В тот момент жизнь быстро спустила его с небес на землю — и без парашюта. Пришлось мириться с тем, что придется делить квартиру со школьным приятелем Джоном Эйвери. Прожили они вместе недолго: не сошлись характерами и появился вариант поинтереснее. Это был самый напряженный период в жизни, но канал Том не забросил, хотя и предпринял попытку найти постоянную работу. Признавать, что отец в чем-то был прав, конечно, не хотелось, как и обращаться к нему за помощью, но делать что-то было нужно, поэтому Том принялся обзванивать все издательства — даже зачем-то Bloomsbury и Harper набрал, — но везде получил отказ. Все мало-мальски хорошие места были заняты, и следовало принять какое-то решение: идти работать кем угодно или продолжать вкладываться в, возможно, проигрышный проект. Он выбрал второе.       Том мотнул головой, вновь сосредотачиваясь на рецептах. Крамольная мысль открыть UberEats и заказать что-нибудь проверенное попыталась проникнуть в сознание, но Том прогнал ее тапком — он был стойким бойцом в борьбе с собственной ленью. Остановился на лапше с креветками. Приготовление выглядело не таким уж и сложным — главное, чтобы креветки не сбежали со сковороды.       Домашняя здоровая еда и зал — то, что доктор прописал. Правда, с залом было как с диетами: больше обещаний, чем результатов, но Том планировал изменить и это. Пора бы уже найти какую-нибудь дополнительную кардионагрузку, желательно такую, которая заставляет потеть в компании — и не в смысле групповых тренировок.       Когда речь заходит о таких «нагрузках», то первым, кто ему по-настоящему понравился, стал Трэверс. Им было о чем поговорить; тот был хорошо сложен, неглуп и умел заинтересовать. Связь продлилась почти два года, пока его жена не начала что-то подозревать, а сын не докопался до правды. После не было никого, кто задержался бы надолго — какая-то неравномерная нагрузка.       Том прошел на кухню, чертыхаясь уже на первой строке рецепта.       Кто вообще их пишет? Похоже на инструкцию для межзвездных путешествий: возьмите то, что у всех под рукой — мясо кенгуру, пару плодов пепино и замаринуйте в слюнях мамонта…       Нет, все-таки с Эйвери ему повезло: пока они жили вместе, тот был ходячей поваренной книгой. Каждый раз готовил что-то новое и тестировал, а Том просто съедал и благодарно урчал. Взамен он поддерживал чистоту. И надо признать, это было не только полезно для быта — снимать видео посреди срача было кощунством. Красивую картинку любят все, даже если сам процесс съемки далек от идеала. Конечно, по стилю ничто не могло сравниться с его комнатой в отчем доме, но возвращение туда было бы сродни капитуляции. И признанию в собственных провалах.       Том предпочел переть напролом. Эту же черту он видел и в Поттере. Тот мог писать любой бред, но каким-то магическим образом заставлял своих фанатов сходить с ума и сметать книги с полок. И делал Поттер это с таким упрямством, что даже ослы, наверное, смотрели на него с уважением.       — Отварить лапшу три минуты в кипящей воде… — прочитал Том вслух и продолжил: — Нарезать овощи и очистить креветки.       Пункт про овощи, конечно, звучит безопасно. Вот с них и начнет. Главное, не порезаться, потому что его навыки в готовке были примерно на уровне попытки собрать шкаф без инструкции. Хотя хоть в чем-то же он должен быть неидеальным, правда?       Кое-как нарезав перец, он вернулся к началу. С варкой получилось куда легче — не таким уж криворуким он был, — а дальше дело и вовсе пошло веселее.       Интересно, а Поттер готовит?       Мысль застопорилась. Он начал гадать: сам ли Поттер стоит у плиты или просто пользуется доставкой? А может, он нанял шефа, который готовит ему в его огромном замке? Потому что Поттер не может жить в обычной квартире. Он, наверное, завтракает в постели с подносом, и все это благодаря его писанине, которая почему-то с гордостью называется детективами. Кстати, последний обещал быть особенно успешным — пиар-кампания настолько была активной, что даже Том пересмотрел видео танца раз эдак… В целом слишком много раз, чтобы вслух произносить. А вот уход в обнимку с Уизли Том ни разу не пересматривал. Рыжая сбивала фокус; сбивала воспоминания о том вечере, что раз за разом плавно переходили к минету. Умелому, стоило отметить. И Том уже не мог избавиться от мысли о том, как чужие губы скользили по его члену — куда ж тут до Уизли?       Том раскалил масло в сковороде и принялся обжаривать все так, как было указано в рецепте: сначала креветки, потом — овощи, которые он отправлял друг за другом, то и дело сверяясь с наручными часами. Как и требовалось. Он даже скинул звонок Блэк, который продублировался на планшет и полностью закрыл рецепт.       «Мамочка, все потом», — мысленно заявил он и, сконцентрировавшись, вылил соусы из стеклянных баночек в правильной последовательности.       Рецепт был на порядок сложнее, чем его привычное меню из пасты с готовым соусом и пармезаном, как и глазунья и омлет — коронные номера. Но настоящей вершиной его кулинарного искусства по праву можно было считать сэндвичи. Странно, но ни один из его любовников не удостоился этого чуда — ни разовые, ни те, кто продержался дольше. Готовить для кого-то казалось слишком уж интимным делом.       Однако тут пришла в голову совершенно дикая идея — пригласить Поттера на ужин.       Настолько отчаялся или собираешься его отравить? Или это что-то из серии: я терпел твои книги, ты терпи мою стряпню…       Пора было притормозить. Его начало заносить на поворотах: последние рассуждения звучали так, будто они семейная пара, прожившая вместе не меньше двадцатки — плохой знак, если вы даже не встречаетесь. А и если будете, то только в фантазиях фанатов, которые строчат фанфики так же активно, как блогеры жалуются на алгоритмы ютуба.       Том понимал, что ничего ему не светит: Поттер явно не был настроен заходить за рамки обычного флирта. Том, конечно, фантазировал об этом — а как иначе? — но в этот раз желания разошлись с действительностью. Примерно так же, как когда Блэк решила свести его со своим знакомым — Марком Оверклиффом. Тот смотрел его обзоры, а Том видел фотографию у Беллы на телефоне. Несколько недель они переписывались о всякой ерунде, прежде чем решили пойти на свидание. Было странно. Том оказался, как потом признался Марк, более душным, чем на видео, а уж о сексе и говорить было нечего. Только одно слово… Неловко. Все закончилось взаимным решением не продолжать.       «Почему не берешь трубку?» — всплыло сообщение от Беллы.       Помяни черта.       Том закатил глаза.       Наверное, потому что у него есть нечто вроде личной жизни?       Он выключил плиту и отложил свой слишком поздний завтрак. Набирал номер Том уже с планшета.       — Я тебя внимательно слушаю, — вместо приветствия бросил он.       — Сидела я, значит, и думала о подарках фанатов, которые привезла.       — Поэтому ты звонишь?.. — Вздох сорвался с губ. — И что надумала?       — Мне кажется, когда паковала содержимое, я заметила там несколько игрушек от твоего постоянного почитателя: только он дарит что-то настолько дорогое, разве нет?       А кто-то сделал домашнее задание… или гуглил.       — Ближе к делу.       — Какой ты нетерпеливый, — почти пропела она как-то чересчур довольно. — У меня появилась мысль, что это может быть Поттер.       — Плохое начало разговора.       Кажется, Белла пыталась его подбодрить после произошедшего. Или старалась выведать то, что так и не узнала.       За какой хер Поттеру слать ему подарки? Спасибо, что обосрал мои книги — вот моя благодарность? В этом случае Том бы получил коробку с большой кучей внутри, перевязанную бантом. Или сразу иск в суд — чтобы не расслаблялся.       — Не совсем. Сначала я не поняла, но потом как поняла…       — Очень информативно, — хмыкнул Том.       — Но это же похоже на правду… Между вами столько неразрешённого сексуального напряжения.       — Кладу трубку.       И Том нажал на кнопку завершения вызова.       И что это было?       Пока он шел в комнату, получил еще два сообщения:              Горгона Блэк       От одинокого очкарика!             Ты ведь понимаешь, что это значит?              Это значило, что кто-то разошелся и, кажется, шипперил их с Поттером больше, чем половина ao3. Наверняка предавался грязным фантазиям… Фу.       Он не помнил, чтобы кто-то подписывался так, но на всякий случай решил проверить. Открыл ящик в гардеробной, куда складывал все странные подарки от поклонников, и, на удивление, нашел коробку.       Подпись гласила: «От одинокого очкарика, которого продинамили баном».       Это мог быть кто угодно: мало ли в мире очкариков. И еще больше тех, кого Блэк или Долохов блокировали в комментариях. Чаще всего это был либо спамеры, либо тролли, либо хейтеры. Вторые приходили поупражняться в остроумии, а третьи подразделялись на тех, с кем еще можно было пошутить, и тех, с кем даже пытаться не стоило. Этих сразу отправляли в бан. Некоторые комментарии часто улетали в спам или на проверку, за чем бдительно следили.       Том кинул коробку на кровать, дотянулся до ноутбука и принялся изучать. Одинокий Очкарик_44 действительно был в списке заблокированных пользователей, но все его комментарии уже были безвозвратно удалены. Теперь его распирало любопытство: что ж там было такое?       Звонок Тони — Беллу трогать по такой мелочи не хотелось — ничего не прояснил: тот удалял комментарии через день, не особо запоминая их. Единственное, что он сказал, что какой-то тролль предлагал Тому отношения, но был ли это тот самый очкарик, Долохов не помнил.       Шанс на то, что это была писанина Поттера, был минимальный — около четверти процента. Делать ему больше было нечего, кроме как строчить комментарии и предлагать отношения — у него там Лола, которая, явно появилась специально для Тома. Так за кой кое-кому тратить драгоценное время, когда нужно было писать и писать быстро, что, конечно же, не было проблемой для Поттера?       Пальцы Тома прошлись по коробке. Ну что ж, пора вскрыть этот «подарок». Он даже сходил за ножницами для такой важной миссии.       Ничего не изменилось — мастурбатор.       Если предположить, что таинственный очкарик — все-таки Поттер, зачем ему это? Значило ли это, что следует подрочить на прекрасный лик, вдохновившись его проникновенным стилем? Да вряд ли.       Том отложил игрушку, которую все это время вертел в руках, и помассировал виски.       Возникло нелепое желание спросить напрямую у очкарика, тот ли он самый. Или хотя бы написать. Том уже представлял, как Поттер получил бы сообщение: «Ты дарил мне мастурбатор? Советуешь?» Звучало бы как издевка. В обе стороны, кстати. Оставалось бы только поблагодарить словами: «Кончил за двадцать минут — побил рекорд, спасибо!»       Том представил, как бы отреагировал Поттер, но тут появилась проблема: у него не было его номера. И почему, черт возьми, в голове теперь выстраивались целые переписки с Поттером?       Блэк не слишком торопилась: результаты были удручающими. Единственное, что она нашла — это номер Лонгботтома, агента Поттера, но на кой хер ему тот сдался — непонятно. Не стал бы Том звонить и тонюсеньким, дрожащим от предвкушения голосом просить: «А можете, пожалуйста, дать мне номер Гарри Поттера? Мне очень надо. Ну, пожа-а-а-алуйста…». Да и никаким бы не стал. Еще не совсем рехнулся.       Но больше всего задевало то, что у кое-кого, если тот не соврал, откуда-то был его номер. Что-то слишком много людей его знали — пора было менять. Откуда они его достали — тоже неясно, ведь это не рабочий, который можно найти в два клика, а личный… Том всегда думал, что его номер знала пара человек и, может, кто-то, набравший его наугад.       Неужели все же Беллатрикс? Пыталась так решить его проблему с отношениями? Проблему, которую Том в упор не видел ни в чем, кроме стабильной дрочки и крайне редких встреч с людьми. Вот, наверное, в чем и была загвоздка: в душе-то все работало на ура. Поэтому стоило ли вообще париться? Подрочить потом — куда проще, чем спустить за минуту. Последнее уж точно не обрадует ни одну из вовлеченных в процесс сторон.       Вспомнив про забытый и теперь уже наверняка остывший завтрак, Том возвратился на кухню, стараясь выкинуть из головы и Поттера, и мастурбатор… и мысль, где они соединяются в одно целое, а Том отправляется дрочить, представив, как у Поттера все же встает от игрушек.       Еда. Да, лучше сосредоточиться на еде. Никакого сексуально-развратного дрочащего Поттера в мыслях.       Как только Том положил остывшую лапшу на тарелку и отправил ее в микроволновку, планшет мигнул уведомлением. На автомате Том раскрыл его и замер взглядом на чьём-то… стояке. Не то чтобы ему никогда не присылали в директ дикпики, но не на личный же номер, да еще и с подписью: «Спасибо, подрочил».       Любопытный коннект непонятно с кем, конечно. Самое время продолжить думать о мастурбации, когда она и так уже прописалась в мыслях, но… главный вопрос остается прежним: кому Белла снова слила его номер? Она что, раздает рекламные листовки на улице?       Том вздохнул очень тяжело, прям как тот он из фика, который забирался, забирался и все никак не мог забраться на Поттера.       Хорошая метафора.       Может, ему действительно кто-то нужен, но почему знакомство начинается с «я на тебя фапаю»? Где старый добрый этикет? Как насчёт чего-то классического: «Скрестим шпаги, сударь! Роберт к вашим услугам»?       И Том, возможно, даже выполз бы на встречу — нет (презентация не та), — а то с частотой появлений на публике он скорее помрёт в своей квартире, а труп найдут недели через две. И то только если Блэк случайно заглянет. П-позитив.       Но выбросить Поттера из головы все-таки стоило… Сколько раз он уже пытался это сделать? Какое было лучшее средство от несбыточных фантазий? Правильно: переключиться на кого-то другого.       Но этот тип, приславший дикпик, явно не подходил — Том не собирался ему отвечать.              Горгона Блэк       НАШЛА!        + 44 777 *** ***       Пришло сообщение поверх стояка, который он так и не успел закрыть.       Можно было бы и быстрее…       Том не успел додумать мысль, как взгляд уперся в тот же самый номер, с которого ему прилетело «письмо счастья» — ситуация приобрела второе дно: Поттер только что дрочил на него. И встало у него на Тома — с имеющейся проблемой это было настоящим покорением Эвереста. И вся ситуация начала напоминать дерьмовую комедию, где «случайности» выстраиваются в очередь по сценарию. Или как в фанфике, где любое событие случается в самый подходящий момент, потому что автор сказал: «Так надо».       Том считал, что в жизни подобное не случается, поэтому или он живет в ситкоме и не заметил скрытую камеру, или Беллатрикс издевалась. Аппетит пропал окончательно.       Планшет начал разрываться от звонка. Снова.       Легка на помине.       — Ты так подозрительно молчишь, потому что поешь мне дифирамбы или виртишься с Поттером? — тут же спросила она.       — Ты опоздала: Поттер уже любезно поделился со мной своим номером.       Повисло молчание.       Кстати, отвечать Поттеру он тоже пока не собирался. Надо было все хорошенько обдумать.       — Но не суть, — решил сменить тему Том. — Раз уж ты позвонила, может, приедешь ко мне вечером? Посмотрим «Убивая Еву»? Я все еще жду тебя на той серии, где мы остановились…       — Дорогой, я бы с радостью посмотрела с тобой про эту психованную, но у меня вечер с Руди. Ты же знаешь, как редко мы бываем вместе с этими его командировками в Штаты… Хочешь, приеду завтра утром?       Завтра утром уже было не нужно. Компания ему была необходима на вечер, но Блэк тоже можно было понять. Он бы и сам в этом случае предпочел бы провести свободное время в компании парня или любовника.       — Не переживай: найду чем себя развлечь, — уверил ее Том. — Хорошо вам провести время, и передай привет Рудольфусу.       С Руди они были знакомы с того дня, как Корвус познакомил Блэк со своим младшим братом. Тогда Том видел его лишь мельком, но потом их пути начали пересекаться все чаще и чаще. И именно тогда Том понял, что хорошее настроение Беллатрикс имело мало общего с работой. Все дело было в новых отношениях.       — Не грусти в одиночестве, — сказала она напоследок.       Прежде чем Белла положила трубку, Том успел вставить:       — Я никогда не бываю в одиночестве…       «…ведь у меня есть две руки», — мысленно добавил он.       И отложил телефон.       Спустя пару часов, когда он перечитал с десяток миников и остался настолько разочарован, что даже схватился за книгу, все-таки решился и отправил Поттеру сообщение:       

Том

Посмотрю, мысли обо мне тебя все же заводят.

Это предложение?

      А чем черт не шутит?..       Поттер так и не ответил. Ни спустя час, ни спустя два… ни даже три. За это время Том успел дважды поесть, трижды — выпить кофе и безуспешно попытался сконцентрироваться на книге, которую нужно было разобрать для обзора. Но чтобы сосредоточиться на работе, нужно было расслабиться, а чтобы расслабиться — очистить мысли. Ну, а самый лучший способ очистить мысли, как известно, это кончить. Логика железная.       Том даже помыл мастурбатор, фантазируя, что это отправил ему Поттер — сомнительное допущение, конечно, но кто сказал, что фантазии обязаны быть реалистичными? Он достал смазку, кинул на прикроватную тумбочку пачку салфеток и попытался расслабиться. Но, как назло, не получалось. Хотя раньше таких проблем не было…       Том представил, как губы Поттера обхватывают головку, а затем его рот — накрывает весь член. Пошло веселее: хотя бы привстал… Но все равно было не то. В конце концов, Том начал подозревать, что просто соскучился по настоящему человеческому теплу.       Наверное, именно поэтому он решил совершить очередную глупость и написал Диггори: обычно он не спал повторно с одноразовыми любовниками. Но сейчас было скучно, одиноко, и это «обычно» как-то потеряло актуальность.       Решил — сделал.              

Том

Здравствуй, Седрик.

Мы как-то с тобой встречались.

Хочешь повторить? Т. Риддл.

             Том перечитал сообщение трижды. Вроде бы не слишком навязчиво и оставляет возможность отказаться. И если Диггори откажется, Том для себя решил, что точно пойдет в клуб и склеит там кого-нибудь на ночь. Это становилось проблемой.              Актер одной роли       Привет.       Не знаю пока, смогу или нет              Вариант с клубом становился все более заманчивым.              Скажешь адрес? Я сейчас в Сити.       Том пожал плечами и отправил в ответном сообщении номер дома и квартиры.       Конечно, в прошлый раз они встретились на какой-то тусовке, а потом отправились в отель. Тогда домой он не повез — сложно с этим было. Однако сейчас переться куда-то было лень, если Диггори собирался приехать.       Может, следовало полистать номера дальше... А не останавливаться на первой попавшейся букве. Потому что, похоже, такими темпами он останется дома в компании кучи вибраторов, мастурбаторов, смазки и сериала.              Актер одной роли       Слушай, планы поменялись       Сегодня никак              Сука. Будто адрес хотел узнать и слиться.       Писать бывшим и дальше — не вариант. Том понимал, что будет выглядеть как пьяная барышня, которая строчит в списке контактов всем, с кем трахалась. Поэтому Трэверс точно отпадал — наверняка уже дрыхнет под боком у женушки. Том даже представил, как Джулиан в ночи несется из Белгравии, чтобы его поиметь, прикрываясь какой-то хренью вроде взлома системы безопасности или срочных дел на работе. Проблема в том, что от Джулиана потом хрен отвяжешься, хоть секс с ним и был просто шикарным.       Гиблое дело.       Том махнул рукой на все и включил сериал с того момента, где остановился — почти что сублимация в чистом виде, но вдруг затянет.       Минут десять он наблюдал за Вилланель и Евой, за их первой встречей лицом к лицу в квартире последней, как услышал скрип, доносящийся сверху, и нахмурился.       Сосед там что, мебель решил всю передвинуть?       В этом всем его интересовало только два вопроса: «Зачем?» и «Почему именно после полуночи?».       Он честно пытался смотреть сериал под аккомпанемент грохота сверху. Потом начались какие-то странные цоканья, как будто черт потерял одно копыто и теперь ковылял по комнате, пытаясь его найти.       Все встало на свои места. Конечно после полуночи: именно тогда вся нечисть поднималась, а сосед явно возглавлял этот парад. Полтергейст недоделанный — вечно какой-то шум.       Том терпел ровно минуту, а потом не выдержал: захлопнул ноутбук, поднялся с постели и с ещё большим раздражением прислушался к шуму — наверху явно кого-то тащили.       Он натянул на себя футболку с надписью «Я ненавижу всех» и, прихватив карточку, пошел вниз разбираться. Точнее не совсем разбираться — сначала ему нужно было попасть на этаж к этому черту, а для этого — пройти все семь кругов ада.       Несколько минут ушло на то, чтобы спуститься, и вечность — чтобы убедить консьержа пойти наверх. Наверное, все соседи слышали, как он шипел, что его достала репетиция хора сатиров наверху... Или у них оргии? Никакой разницы, впрочем. Важнее было то, что они, наконец, поднялись наверх.       Том предвкушал момент, когда столкнется с соседом лицом к лицу и заставит того снять пол и сделать шумоизоляцию, потому что жить так дальше было невозможно — его пытались вытурить из собственной квартиры.       — Ваш этаж, — сообщил консьерж, вырвав его из размышлений, стоило лифту остановиться.       — Я с вами, сэр. Кто знает — вдруг понадобится помощь.       Консьерж замешкался, но вздохнул. Том праздновал маленькую, но все же победу. Ему нужно быть там: он уже мысленно прокручивал варианты мести на случай, если ничего не сработает.       Лифт поехал дальше.       — Там точно кого-то убивают. Мы же все-таки не в США, где такое сплошь и рядом, — мы ценим своих соседей, — продолжил говорить Том.       Именно поэтому хотелось дать в морду придурку, который сколько времени не может угомониться, — чтоб ценить научился тоже.       Мысль повела его дальше, прямо в сторону нарколаборатории, которая могла располагаться в квартире соседа — прямо как в сериале «Во все тяжкие».       Лифт снова остановился.       Том двинул следом за консьержем, имени которого не помнил, стоило тому выйти. Он потянулся к системе контроля доступа, нажав на кнопку.       Звонок.       За дверью раздался грохот, будто упало что-то тяжелое. Затем — тишина.       — Может, еще раз? — уточнил Том с сомнением.       Им как-то не спешили открывать — наверное, трупы прятали или еще что.       Время будто замедлилось и тянулось так, что Тому казалось: он успеет обзавестись сединой и тростью, прежде чем дверь откроют. Удивился бы он только одному: если бы на пороге оказалась мелкая щуплая девушка. Зачем ей нужен был этот шар для боулинга, который периодически катался по полу? Конечно, могло статься, что над ним живет чемпионка по боулингу... Тогда зачем ей двигать мебель? Дорожку расчищает?       Поток мыслей прервался: дверь распахнулась. Он стоял сбоку, и почему-то первое, на что наткнулся взгляд, была красная туфля. Одна. Он начал подниматься глазами, задержавшись ими на огромной дырке на колготках, зацепился за край кожаной юбки и скользнул им выше: прямо к перепачканной в какой-то грязи, но некогда белоснежной блузке. Тоже разорванной. И особенно внимание привлекла абсолютно плоская грудь.       Да уж, точно не грудь Марии-Антуанетты.       Взгляд мазнул по ключицам, почти споткнулся о кадык — что? — очертил знакомый подбородок и остановился на лице Поттера.       Том моргнул.       Потом снова.       И еще раз.       Что Поттер забыл здесь, да еще в таком виде? Грязный, чумазый Поттер...       Тому вдруг захотелось протянуть руку и стереть грязь с его щеки.       Откуда он вообще вылез? Может, его похитили? Пытали?..       Но вместо вопросов Том заглянул через плечо Поттера и увидел посреди квартиры гроб, окруженный рассыпанной землей.       Что ж, теперь становилось понятнее...       — Решил устроить похороны своей потенции, Поттер?