Мой. Подписано: Волдеморт

      Как же Том мог забыть, что Поттер всегда и всех делает крайними. Что бы ни случилось: «не я такой — жизнь такая». Или классика жанра: сволочи, которые обидели талант! А то, что самому таланту просто дали честный фидбэк, — да кого это вообще волнует?       Том с каждой минутой злился все сильнее.       Белобрысая моль сидела напротив Поттера и что-то щебетала. Хотя эти существа, кажется, не издают никаких звуков — только машут крыльями, раздражая окружающих. А сам Поттер восседал с видом обиженного божества — поруганной невинности. Еще и Трэверс сверкал глазами, причем явно не от радости.       Том до сих пор не понимал, зачем его позвали.       С их прошлой встречи не изменилось ровным счетом ничего. Том привычно опоздал, а Трэверс, как обычно, приехал за пятнадцать минут, а в итоге прождал за столиком почти час. Кто ж знал, что Том сначала проспит, потому что будильник не сработает — или это он сам его выключил, в полусонном бреду? Потом душ. Долгий, с раздумьями о смысле жизни. Затем — подбор одежды: не хотелось выглядеть рядом с Джулианом в одном из его костюмов от Kiton, как какой-нибудь оборванец. И, конечно, апофеоз — пробка.       Нечего назначать встречу в чертов час пик. Несомненно, Трэверс хотел поужинать сразу после работы, но Том не на метле летал, чтобы три с половиной мили преодолеть за пару-тройку минут. Хорошо, что место было выбрано с учетом его вкусов, иначе он, возможно, не доехал бы вовсе.       — Здравствуй, Том, — поприветствовал Джулиан, стоило только подойти к столику. — Совсем не меняешься — это навевает воспоминания.       — Здравствуй, — кивнул Том и поспешил сесть за столик, пока Джулиану еще чего не навеяло: например, как отодвигал стул или еще как ухаживал — только этого не хватало.       Тот кашлянул, прочищая горло, и явно собирался еще что-то добавить.       — Давай сразу к сути дела: мне еще работать, — опередил Том. — Что там с отцом?       — Помнишь Бёрка? — Джулиан нахмурился и, когда дождался кивка, продолжил: — Отлично. Мне нужно, чтобы ты поговорил о нем с отцом. И, главное, чтобы он ничего не подписывал — не шел на мировую.       Том захлопал глазами.       Скорее всего, выглядело комично, но и тема «располагала».       — Я не видел отца черт знает сколько, и ты думаешь, он послушает меня? — прошелестел Том. — Не говоря уже о том, что я в этом не разбираюсь, так еще и его бизнес меня совершенно не касается — тебе стоило говорить с ним напрямую.       Или, возможно, отвлечь другим проектом. Или… подкупить Бёрка? Черт, да Том понятия не имел, что там творится у отца. Это всегда был другой мир. Чужой.       Он собрался подняться и уйти, как Трэверс сообщил:       — Меня он тоже не слушает — нам не нужно слияние, грозящее обернуться поглощением.       Том помассировал виски.       — Джулиан, говори проще. Разве это не один тип сделок?       — Близко, но не совсем. В случае поглощения происходит присоединение, — начал объяснять Трэверс, — в ходе которого одна компания получает полный контроль над активами другой. Полный, Том.       Как припечатал.       — Давай начистоту: зачем я-то тебе? Если отец не слушает тебя, кто сказал, что он послушает меня?       Об упрямстве отца Том знал как никто другой: его непоколебимость и настойчивость могли соперничать разве что с Аркадио Буэндиа. Чего стоило только то, как он годами выжидал, что Том вдруг изменит свое решение и вернется «в семью».       Том не дал Джулиану вставить ни слова, тут же продолжив:       — Я знаю, что такое охваты, парцелляция, хтоническая тишина и «трахай меня, трахай», но вот сделки M&A? Не моя стихия, — он усмехнулся. — Серьёзно, как ты себе это представляешь? «Отец, я чувствую, что ты не должен соглашаться на сделку, потому что звезды встали не так»?       — Изучи.       Прекрасная позиция.       Том скривился.       — Я не лезу в дела семьи, а семья в ответ наконец оставляет меня в покое. Зачем это рушить?       — Мы потеряем слишком многое, если дело дойдет до продажи. В первую очередь твоя семья.       — Разве при продаже чаще в плюсе остается не продавец?       — А говоришь, не разбираешься, — Джулиан довольно улыбнулся. — Но в нашем случае есть нюансы.       Том некоторое время молчал, обдумывая услышанное. Интуиция подсказывала, что ничего из этого не важно. Да и отец разберётся сам: у него всегда был план «A», который перекрывался планом «B» в случае наступления неблагоприятных обстоятельств, а иногда и планом «C» — но последний в случае полного пиздеца.       Джулиан не мог этого не знать — предлог для встречи дурно пах.       — Я хочу услышать правдивый ответ на свой вопрос, — надавил Том. — Зачем ты позвал меня на самом деле?       Он выжидательно замер, а потом кинул красноречивый взгляд на наручные часы, мол, давай объясняйся, иначе у меня внезапно появятся неотложные дела. Дела эти, конечно, включали бургеры с доставкой на дом и чтение фанфиков про них с Поттером. Минимум на сто тысяч слов, с ангстом и хэппи-эндом.       — Я соскучился и хотел тебя увидеть.       Вот это точно можно было бы обсудить по телефону.       — И ради этой потрясающей новости стоило тащить меня в Челси?       Разумеется, Том добавил в голос побольше сарказм на слове «потрясающей».       — Ты любишь хорошие рестораны, выходы в свет и дорогие подарки. А мне просто хотелось встретиться, — повторил Джулиан с раздражающим спокойствием.       Это и была одна из многих причин, почему они расстались: когда все то время, которое они должны были проводить вместе, компенсировалось ненужными подарками. Они не могли выйти в любимые рестораны Тома вдвоем, потому что их якобы «ничего не связывало» — нужды встречаться не было. Каждый раз он выслушивал причитания на тему, что будет, если кто-то их увидит вместе. Он и сам все прекрасно понимал — что будет, — но слушать это каждый раз, когда заикался о совместном походе куда-нибудь. Да в то же кино… В определенный момент надоело; надоело выбирать время, чтобы написать, потому что Джулиан был с семьей. Надоело таскаться в рестораны на окраине, а в привычные — ходить только в компании семей… И больше всего надоело проводить в одиночестве все праздники и выходные, после видя счастливые семейные снимки.       Том осознал, что пауза затянулась, и поспешно сказал:       — Это ничего не изменит. — Взглянул на Джулиана и пожал плечами как можно равнодушнее. — Прошло сколько… почти восемь лет?       — У тебя кто-то есть?       А вот и он — вопрос, ради которого они собрались.       — Кто-то есть.       — Я навел справки… — признался Джулиан.       Он явно говорил про службу безопасности компании, которая принадлежала ему. Или о многочисленных друзьях в разных структурах.       — Ты ни с кем не встречаешься, — подытожил Джулиан.       Том окинул его ледяным взглядом:       — Если я ни с кем не встречаюсь, зачем задавать вопрос?       Формально, конечно, у него никого не было. С Поттером они вроде как разбежались — или нет? Точно сказать он не мог. Весь день уговаривал себя, что это конец, но… оставалось только наблюдать: может, Поттер еще захочет встретиться наедине. В конце концов, впереди был кастинг — тоже своего рода встреча. Поэтому закончить в одной постели с Джулианом было бы провалом: потом попробуй выпроводить его вовремя. Да и вообще: дважды в одну воду — идиотизм.       Мысли перескочили обратно к Поттеру. Тот был свободен — это факт, но история грозила повториться: никаких совместных свиданий, прогулок или чего-то, что могло бы выдать их «связь». Зато — никаких звонков от жены. И если Тома память не обманывала, женат он был лишь однажды. Этап завершен. Отлично.       — Отношения с тобой научили меня хорошо скрываться, — добавил Том слегка погодя.       Джулиан ничего не ответил — официант принес меню. Том покачал головой:       — Меню из «белого листа».       То есть все, что предложит шеф-повар.       — То же самое, — не стал выбирать Трэверс.       Неловкое молчание длилось пару секунд, прежде чем Джулиан вновь заговорил:       — Зачем ты так?       — Как так? — Том подпер подбородок кулаком, разглядывая бывшего.       Потратить годы на отношения с сомнительным течением и неудачным концом было предостаточно. Теперь Том понимал, что не готов даже к обычному сексу без обязательств с этим человеком: все опять станет слишком сложно, а Том уже не в том возрасте, чтобы разбираться с чужими тараканами и… снова делиться. С Поттером же было иначе: Том был готов к трудностям. Да, с Джулианом всё могло бы быть проще. Он бы точно позаботился, чтобы никто ничего не узнал. Но с Поттером хотелось чего-то большего — просто хотелось Гарри. В единоличное пользование.       И пусть у них не было ничего общего, кроме любви к чтению — и к самому Поттеру, — с ним Том готов был попробовать.       Почему-то в голове уже рисовались сцены: как долгими ночами тот перечитывает свои книги, чтобы перебить годнотой всякий треш — они могли бы делать это… вместе? Вот это было бы идеально.       Еще один плюс в копилку Поттера: никаких сыновей, клеящих Тома. Он помнил, как Ричард, возможно, узнав, что они с его отцом вместе, или просто обладая схожими предпочтениями, не давал Тому проходу…       С Гарри все рисовалось как-то проще. Но, углубляясь в свои фантазии, Том в очередной раз заставил себя притормозить: перестать фантазировать о кое-ком. В стотысячный раз.       «Вернешься к Джулиану, и с ним тебя ждет хороший секс. Будет ухаживать, как раньше», — только подумалось ему, как начало происходить такое, что Том поблагодарил всех богов, что Джулиан не решил начать ухаживать прямо сейчас и не принес никаких букетов и тому подобных знаков внимания.       Похоже, семейная жизнь сработала как страховка от глупостей. Вот только с некоторыми людьми их хотелось до дрожи. Может, поэтому Том так погряз в Поттере; поэтому все мысли уже который месяц были связаны с ним: еще до того, как они столкнулись в туалете и жизнь поменялась; до того, как он убедился, что Гарри не просто безбашенный на «камеру», но и в жизни тоже. Он был слишком… во всем. И это цепляло.       Тому этого в себе всегда не хватало. Строгое воспитание, которое тенью следовало за ним с детства, не позволяло отпустить контроль и поддаться безрассудству. Даже простые эксперименты Гарри с гробом — точнее, ящиком — и землей были для него за гранью. Том бы никогда не притащил такое домой: он бы, скорее всего, почитал об этом, изучил вдоль и поперёк, но никак не разыгрывал сцену. Ни за что.       Ему всегда приходилось держать себя в рамках. Сначала — в доме родителей. Потом — с Джулианом. С ним еще и продумывать наперед, ведь, не приведи бог, его благоверная узнает, что он развлекается с ровесником их детей — со своим крестником. Том даже не был уверен, знала ли она о предпочтениях своего супруга.       Хотя, по сравнению с Джулианом, Том мог бы показаться сумасбродным юнцом. А вот в сравнении с Поттером… Гарри был тем самым юнцом, а Том — самым настоящим дедулей.       — Вы давно вместе? — вдруг спросил Джулиан.       — С кем? — Том вскинул бровь, вовремя удержав себя от того, чтобы случайно произнести фамилию Поттера.       — С тем мужчиной, которого ты скрываешь. Или ты все-таки изменил предпочтениям и начал встречаться с одногодками?       Звучало как-то странно, будто бы с едва заметной издевкой, но Том решил не придавать этому значения.       — Это неважно, Джулиан.       — Я пытаюсь понять, что у тебя произошло за то время, что мы не виделись.       — Мой отец разве не рассказал тебе? — прозвучало чуть более язвительно, чем хотелось.       — А я должен был интересоваться тобой у него?       «Скорее выслушивать недовольство», — подумал Том, но промолчал. Только неопределенно повел плечом.       И действительно — внезапный интерес к Тому выглядел бы по меньшей мере странно, разве что в контексте очередного обсуждения Винсента и его успехов в ресторанном деле. А что крестником можно было интересоваться и без особого повода, всегда воспринималось Джулианом чем-то нежелательным. Не только женушка волновала Трэверса, но еще и его отец.       Все же Том глубоко в душе был рад, что Трэверс не додумался пригласить его в ресторан Винсента. Место достаточно известное, чтобы случайная встреча стала катастрофой. Это было бы уже чересчур, учитывая, что Винсент точно знал о специфике их отношений в прошлом.       Узнал тот об этом случайно — спустя пару месяцев после их разрыва. Джулиан умудрился оставить на компьютере открытую переписку, и Винсент, «совершенно случайно» ее увидел. Возможно, так же случайно, как Том — новые главы Гарри.       И вот опять. Мысли Тома прибились к берегам Поттера.       Как иначе, если Гарри сам притягивал его внимание сообщениями? Причем переписка затягивалась и, судя по всему, злила Джулиана все сильнее. Том чувствовал это почти физически, пока продолжал выяснять с Поттером отношения.       Его не покидала мысль, что Гарри это тоже цепляет. Особенно учитывая фотографию, которая спровоцировала «пожар» в виде слова идиот и бана, в который отправился Том. Главное, чтобы Поттер, как герой дешевой подростковой драмы, не побежал утешаться молью. Иначе Том за себя не ручался.       А что, собственно, Малфой вообще делал в этом ресторане? В компании его Гарри? Причем сверкая глазами так, будто Том у него что-то украл. Честь, например. Или, не дай бог, невинность. Хотя судя по текстам, ее там было хоть отбавляй — неужто Поттер решил, что пора помочь ближнему и избавить от досадного недостатка?       Том прищурился.       Мысль вызывала раздражение.       Он прекрасно знал, что Малфой давно подбивает клинья к Поттеру. Настолько явно, что хоть хватай Гарри в охапку, веди в ближайший тату-салон и бей на его теле что-то вроде: «Мое». С добавкой в виде: «Подписано: Волдеморт». Или ещё лучше: «Собственность Тома Марволо Риддла».       В общем, сделать все, чтобы кое-кто больше не подкатывал свои блондинистые яйца, а то разоделся как на свидание.       А Поттер…       Том повернул голову, стараясь сделать это незаметно, чтобы посмотреть, что происходит за заветным столиком. Малфоя он видеть не мог — тот сидел спиной, но Гарри… Гарри сидел лицом, и Том мог его разглядывать сколько угодно. И видимо, не заметил, как легко за его взглядом проследить, так как Джулиан тут же спросил:       — Что у тебя с Поттером?       Том понятия не имел, что те знакомы: где строительство, а где писательство.       — А что у меня с Поттером?       — Вы спите? — включилась паранойя на максимум. — Может, он и есть тот самый таинственный любовник, которого ты прячешь?       Том наигранно закатил глаза, пытаясь ничем себя не выдать:       — С чего ты взял?       — Только сейчас понял, что он в твоем вкусе: темноволосый, известный, яркий, чуть за сорок и богатый.       Том едва удержался, чтобы не поморщиться. Вот это уже звучало оскорбительно.       — Чушь какая-то.       И он замолчал, внутренне кипя. Слова Джулиана явно подразумевали: «Ты и со мной был из-за денег. Ты же в целом неравнодушен к славе и роскоши». Конечно, Том примерно знал, сколько зарабатывает Поттер. В сети были данные о доходах писателей — когда он задавал вопрос о потерях для обоих, знал, о чем говорит. Однако это никак не означало, что Гарри привлекал его по этим причинам.       — Уточнил я потому, что мне казалось, всем известно о нашем с ним небольшом конфликте, — наконец ухмыльнулся Том.       Он подхватил бокал с соком и расслабленно откинулся на спинку стула.       — Это каком же?       — Я честно говорю, что думаю о его книгах, а он уже планирует встречу в суде. Недавно ко мне попала часть его новой книги…       Лучшая ложь — приукрашенная правда.       — Как это произошло?       — Слил человек из его окружения. Теперь Поттер недоволен и мечтает, чтобы я подписал договор.       — И ты его подпишешь?       — Нет, конечно. Стоит мне это сделать… — Том замялся. В голову тут же полезла мысль, что в таком случае есть вероятность, что он больше не увидит Гарри. Но вместо этого сказал: — У меня не останется никаких рычагов давления.       Джулиан понимающе кивнул.       Кажется, такое объяснение его более чем устроило.       — Он тебе угрожает? Если что, я могу подключить своего адвоката — пусть разберется.       — Пока все обсуждается в правовом поле, но если вдруг что-то начнет выходить за рамки, обязательно обращусь.       И Тома натянул улыбку: лучистую и благодарную. Натренированную перед зеркалом до идеала. Вовремя вспомнил, что когда-то Джулиан ее любил — почему бы не порадовать в благодарность.       А пока Том раздаривал улыбки, Поттер вдруг поднялся из-за столика и направился в сторону уборных. Не оставил без внимания и их: прошел мимо. Не просто прошел, но еще и замедлился, а затем махнул. Джулиан, видимо, не сразу сфокусировался, так как кивнул в ответ. Гарри уже пошел дальше, а Том почувствовал, как все его тело напряглось. В следующий миг он был готов сорваться с места и последовать за ним. И неважно, что тот собрался там делать.       — Какого… — выдохнул Джулиан, но быстро взял себя в руки. — Он еще имеет наглость махать мне после всего случившегося.       Что там случилось у Джулиана с Поттером — Том не представлял. Да и честно говоря, его это сейчас не особо занимало. Все, чего хотелось, — подняться, пойти в уборные и зажать Поттера. Наверное, это и была вершина собственного сумасбродства: клеить того, кто его откровенно отшил. И назвал идиотом. И вдобавок заблокировал.       — Прошу прощения, мне нужно отойти, — бросил Том, поднимаясь из-за стола.       Как раз принесли равиоли с лобстером и трюфелем.       Потом попробует: если выбирать между изысканным блюдом и Поттером, то Гарри был... вкуснее.       — Не задерживайся.       — Не уверен, — Том добавил каплю смущения в очередную улыбку.       Даже оставил мобильный — заблокированный, естественно — на столике, чтобы Трэверс не подумал, что Том ему не доверяет. А то что он уже много раз сменил пароль, так это просто предусмотрительность. И нет, последним он не выбрал себе такой же предсказуемый вариант, как Поттер; и не свое имя. Даже не ник, зашифрованный через цифры — Джулиан наверняка проверил бы это первым. Все было проще: дата, когда Поттер впервые отсосал ему. Кто об этом вообще сразу подумает?       Том тихо задвинул стул и развернулся в сторону туалета. По пути он всё гадал, что они с Поттером делают оба здесь. Огромный город, тысячи ресторанов, а они умудрились столкнуться лбами — если забыть, что они еще и живут в одном доме. Коллективное бессознательное? Или, может быть... Гарри следил за ним?       Воображение услужливо нарисовало картину: Поттер спрашивает у консьержа, когда Том бывает в холле, вылетает из квартиры, спускается, крадется за ним, ловит такси, а потом в лучших традициях боевиков приказывает «следовать за той машиной».       Но, если говорить серьезно, Том понятия не имел, зачем Поттер сейчас просиживал штаны с молью, да еще и, что вероятно, расшаркивался перед ним. Особенно учитывая, что тот так отчаянно хотел, чтобы Том подписал злосчастный договор. На этом он и решил сыграть, когда они столкнутся в туалете, если Поттер будет злой как черт. Что вполне возможно, судя по его последней выходке. Том всегда мог бы пообещать что угодно, а потом стенать, что запястье «болит и отваливается», так что подписывать в такой ситуации что-либо просто невозможно.       Том толкнул дверь и вошел внутрь. Прислонившись к столешнице с вмонтированными раковинами, он стал ждать — Поттер заперся в кабинке. Оставалось надеяться, что тот не засел там на вечность, а то как бы Трэверс все-таки не прибежал проверять, что Том делает так долго.       Дверь открылась неожиданно. Поттер вышел, скользнул по нему взглядом, приподнял бровь — мол, «что ты тут забыл?» — и, не сказав ни слова, направился к раковинам, включив воду.       И это все? Даже комментариев не будет?       Том склонил голову, чувствуя, как раздражение, которое вроде бы утихло, снова заявляет о себе.       — Ты возмущался, что я не держал тебя за руку. Так вот: я пришел подержать, — начал он с усмешкой.       — За руку ли? — флегматично отозвался Гарри, обведя взглядом обстановку.       — А тебе бы хотелось, чтобы это было что-то еще?       Поттер пожал плечами.       — Возможно, ручку, — он осклабился. — Ту, которой подпишешь договор, Риддл.       Обломал всю атмосферу.       Блядь.       Еще мгновение назад Том думал, что достиг потолка раздражения, но оказалось, что там был еще и чердак.       — Ты так беспокоишься, Поттер, что мне это даже льстит. Но понимаю, — Том понизил голос, — ты настолько талантлив, что если прочитанное не останется в моей голове, то твой агент тебя разорвет, да?       Он шагнул ближе, прислонился к Гарри со спины и положил ладони на его бока. Между ними не осталось ни дюйма пространства. Том втянул уже знакомый аромат парфюма — теплый и терпкий, будоражил его так, словно Поттер дразнил его намеренно, превращая простое вдыхание воздуха в интимный акт.       — Когда стоит ждать оригинал? — вернул с небес на землю вопрос.       — Это все, что тебя волнует?       Тома же занимало многое. О чем стоило спросить сейчас, пока есть такая возможность.       — Ты мой, — он выделил это слово, — самый-самый талантливый, поэтому объясни, что ты забыл рядом с такой посредственностью, как Малфой?       — Так ты из любопытства побежал за мной? — уточнил Поттер и впервые будто бы не обратил внимания на похвалу. — Или мне стоит задать тот же вопрос: что ты делаешь здесь с тем занудой? Ах, постой... Я знаю, Риддл, — появилась на лице усмешка. — Это и есть твой адвокат. Только вот контракта я что-то не вижу.       — Почему же из любопытства? Вдруг ты здесь утонешь, а кто потом воду-то выключит в твоей квартире? — усмехнулся Том и опустил ладонь на бедро, сжав. — Ты не ответил на мой вопрос.       — Ответишь ты — отвечу и я. С какой целью ты встретился с Трэверсом? Спрашиваю, потому что он меня терпеть не может. А ты, — Гарри поймал его взгляд в отражении, — решил мне угрожать сливом прочитанного.       Том поморщился.       Он бы не сказал, что так уж прям угрожал сливом. Да и что бы это дало? Пришлось бы объяснять, откуда взялись эти строки в его голове — выставить сказанное лишь фантазией оказалось бы проще простого. Поттер все равно успел бы переписать текст. Точнее, ему пришлось бы переписать все, но с его темпом в этом не было ничего невозможного. Гарри — не Малфой, который в год выдавал по чайной ложке текста.       — Встреча с Трэверсом никак не касается твоей книги или тебя самого. Это... семейное. Трэверс — друг и партнер моего отца. Ничего из того, что ты там нафантазировал, Поттер, — хмыкнул Том.       — Интересно, кто кого трахал, когда тебе было восемнадцать, — положил ладони на край раковины Гарри. — Будешь отнекиваться?       Том напрягся, гадая, откуда у Поттера эта информация, да еще и с такими четкими датами.       — Не понимаю, о чем ты.       — Все-таки будешь, — кивнул Гарри и сместил руки, убрав его ладони с бедер. — Он, случайно, не твой крестный?       Том фыркнул, приподняв бровь.       — Иногда я поражаюсь твоей фантазии.       — Может, мне тогда у него спросить? — в глазах Гарри вспыхнул тот самый опасный задорный огонек, и он развернулся, направившись к дверям.       — Поттер, стой, а, — Том тяжело вздохнул, поймав Поттера за руку. — Так он тебе и скажет: «Да, я трахал своего крестника». Ты так себе это представляешь?       Гарри обернулся, остановился и прислонился спиной к двери, но руку не вырвал.       — У вопроса будет несколько иная формулировка, Риддл. Ты, похоже, думаешь, что у меня столько же в башке извилин, сколько у героев моих романов.       — И какая же? Удиви меня.       — Спрошу, могу ли я тоже грозить ему иском за развращение крестника. Думаю, реакция скажет мне все, раз ты не хочешь. К тому же, признаюсь, хочу его побесить: у тебя был такой ужасный вкус.       Том рассмеялся, надеясь, что не слышно истерических ноток.       Стоило ли что-то говорить или нет? Гарри был слишком непредсказуем. Другой человек, вроде Трэверса или отца, завел бы этот разговор, чтобы выяснить подробности, а потом воспользоваться полученной информацией. Но Поттер... был совершенно другим.       — Он, может, и побесится, — осторожно согласился Том, наблюдая за Поттером. — Моей реакции тебе мало?       Гарри прищурился, затем вздохнул.        — Мне все равно, с кем ты спал, Риддл. Но, если ты чего-то требуешь, сам тоже соответствуй требованиям. Я про твой вопрос о нас с Малфоем. Не хочешь говорить прямо про вас, а я — про нас. Capisce?       — Я не лгал: наша с ним встреча связана с моим отцом. По крайней мере, это официальная версия приглашения. А что было в прошлом — там и осталось.       Том понимал, что становится болтливым, когда дело касается Поттера.       — Ты так оправдываешься, — расплылся Гарри в улыбке, — словно чего-то боишься. Но мы же договаривались вроде о третьих. Я там в кабинке не слезами обливался, если что, из-за твоих «деловых» свиданок.       Том вдохнул и выдохнул. Повторил. Только затем сказал:       — А мне так хотелось надеяться, что обливался. Мне показалось, что кто-то ревнует, разве нет?       — Я забыл уточнить, что эти третьи должны быть шикарнее меня, — пояснил Поттер. — Иначе мое чувство собственного достоинства чувствует себя ущемленным — поищи кого-нибудь получше. И мне пора возвращаться.       — Когда мы обсуждали полигамность с твоей стороны, то говорили о согласованности. Стоит ли мне расценивать твою «деловую свиданку» с Малфоем чем-то, о чем ты меня забыл предупредить?       — Скажем так, ты часто нас будешь видеть вместе, если продолжишь меня преследовать, — ответил Поттер.       — Пока преследуешь меня исключительно ты, — хмыкнул Том, скрывая раздражение от ответа Гарри.       Ну уж нет. Его чувство прекрасного тоже не выдержит, если Поттер продолжит тусоваться с молью.       — И соответственно, ты будешь за, если я продолжу встречаться с Джулианом? Не все, конечно, такие прекрасные, как ты…       То, как напрягся Гарри, Том ощутил очень явственно. Непонятно только из-за похвалы или же провокации.       — Джулиана я не одобряю, — произнес Поттер лениво, — и вряд ли он одобрит, что ты спишь еще и со мной. Намечается конфликт интересов. Тебе придется выбрать, Риддл: или я, или тот пердун, у которого в постели наверняка уже отдышка.       Том сделал шаг навстречу и, прижавшись, выдохнул прямо на ухо:       — Мне придется выбрать тебя в целом или стоит прислать возможные кандидатуры на согласование?       — Там посмотрим, когда найдёшь эти кандидатуры, — ладонь Гарри уверенно легла Тому на бок и скользнула ниже — прямо на задницу.       Том склонился к его шее, медленно касаясь губами кожи, и постепенно спустился к вороту рубашки. Он немного отвел ткань — на его вкус, рубашка была слишком расстегнута — и прикусил, оставляя след.       — А если уже сегодня могу прислать список? — спросил и начал застегивать пуговицы, неторопливо вдевая каждую в петлю. Гарри перехватил его руку на последней:       — Раз можешь прислать — можешь сказать сейчас. Кто, например?       Другой рукой Гарри обвел его бедра и забрался в карман брюк.       — А еще лучше, — добавил он, наклонившись ближе и шепнув на ухо: —если перед списком кандидатов пришлешь мне контракт. Иначе не видать тебе моей перекошенной рожи нигде, кроме как на обложках моих книг.       — Какой ты сегодня принципиальный, — Том расплылся в ехидной ухмылке. — Может, я питаю слабость к твоей перекошенной роже, если дело не касается минета?.. А по поводу кандидатов — думаешь, спал и с ними? Вряд ли. У меня на примете есть парочка, которая предлагала тройничок… Соглашаюсь?       — А меня возьмешь? Я бы тоже хотел поучаствовать. — Поймал мочку уха Поттер, мазнув ребром ладони по контуру. — Только боюсь, ты себе все зубы сточишь, пока будешь скрипеть ими, глядя, как кто-то другой лапает меня.       — Естественно, ты же прекрасен, — выдохнул Том и опустил руку на пах Поттера, быстро проводя пальцами. — Я предложу: говорил же, что не против делиться. Думаю, это может быть... пикантно.       Гарри отклонился и улыбнулся. А потом сжал ворот рубашки и подался вперёд, вжавшись губами в губы. В дверь начали ломиться внезапно, но Том не обратил внимания, языком толкнувшись в рот, ровно до того момента, как раздалось:       — Том, у тебя все в порядке?       Джулиан.       Момент был испорчен.       Он мазнул языком по нижней губе Гарри, прихватил ее напоследок и отстранился.       — Да, — громко протянул Том. — Иду.       Пальцы вернулись к рубашке Поттера, и последняя пуговица, наконец, была застегнута.       — Так-то лучше.       — Бросаешь меня ради этого трухлявого пня? — поднялись брови Поттера. Говорил он будто демонстративно громко. — Смотри, как бы я не обиделся. Я очень… чувствительный.       И Гарри отошел в сторону.       — Очень, — подчеркнул Том, соглашаясь. — Но это, признаться, даже интригует.       Не сдержавшись, он дернул Гарри к себе и вновь прижал к двери, пока та не открылась — с Джулиана станется вломиться в туалет. Или с кого-то другого, кто наверняка занял очередь.       Насрать.       Ладонями провел по бокам, опустился на бедра, сжал и поднялся к поясу, поддевая рубашку и забираясь под нее, чтобы коснуться горячей кожи. Губы порывисто накрыли чужие, возвращаясь к той точке, в которой они находились до вмешательства Трэверса. Вовремя: дверь опять подергали. Том слегка замедлился, мягко сминая губы, и на пробу толкнулся языком. Гарри будто только этого и ждал: притянул его крепче, жадно углубляя поцелуй. Кажется, он потянул за рубашку, выдергивая ее, но Том отвлекся на язык, активно вылизывающий его рот.       — …там творится?! — звучал голос Джулиана из-за сраной двери.       Еще немного, и они привлекут внимание персонала ресторана. Это точно.       Том с разочарованием разорвал поцелуй, но напоследок прикусил губу Гарри.       — Насчет контракта — я подумаю, — сообщил Том, расплываясь в наглой улыбке, и большим пальцем обвел зацелованные губы Гарри. — А теперь мне пора, мой самый талантливый писатель. — Взглядом указал на дверь: — Выпустишь?       Гарри не ответил сразу. Его кадык видимо дернулся, а затем Поттер отошел в сторону, застегнув пиджак на одну пуговицу.       — До встречи, Гарри, — протянул Том, тоже поправив одежду, прежде чем приоткрыть дверь и выскользнуть из туалета.       Джулиан обвел Тома обескураженным взглядом с головы до ног. Затем прищурился:       — И что ты там делал?       — Пытался договориться, — невозмутимо заявил Том, одарив его самой наивной улыбкой из своего арсенала. — Идем?