Ты чертовски хорош

Как только Мирослав заходит в комнату и скидывает с ног кроссовки, не успевая опомниться, чувствует лёгкую боль затылком, а следом чужие руки на своей шее. Данил, толкнувший Мирослава к стене, сразу повис на нём как обезьянка, оставаясь в миллиметре от чужих, но таких родных, глаз. —Мира, ты чертовски хорош. — шепчет в губы Даня и наконец-то целует своего парня. Как же долго он этого ждал. Сдерживался до последнего. — Как ты их нагнул. Младший вновь впивается в губы Мирослава, крепче прижимаясь телом. Руки поднимаются от шеи к вечно воспаленным щекам, мягко поглаживают скулы, задевая мочку ушей. Ощущая на своей талии крепкую хватку, принимающую ближе к себе, Данил стонет в чужой рот, сводит бровки и втирается бедрами в чужие, желая быть ещё ближе. Мирослав, никак не мешающий Данилу, спустил одну с талии и закрыл входную дверь, не отрываясь от поцелуя. Когда воздуха стало не хватать Даня разорвал мокрый поцелуй, отдышался и стал оставлять поцелуи на линии скул, на мочке уха, шее, ярко выраженном кадыке, на что Мирослав, точно также никак не мешал, а спокойно позволял проявляться черезмерной тактильности своего парня. — Я на пятом раунде, на нюке уже потёк.. Как ты троих там забрал. — расцелововая, бессовестно прошептал Данил, на что Мирослав слабо вздрогнул. Когда он уже привыкнет к открытости младшего? — Какую грязь ты мне говоришь. — спокойно ответил Мирослав, заглядывая в чёрные глаза Данила, вернувшегося к его лицу. — Ты всегда так играешь, в отличие от меня. Лучшим Мирослав себя считать не привык. Лучшим для него всегда был Данил. Так что свою хорошую игру он не оценивал в серьёз, а лишь ссылался, что ему повезло. Младший потянул на себя Мирослава, уходя в спальню, не давая отстраниться. Останавливаясь у кровати, Данил залазит головой под Мирину тишку и тянет её полы вверх, показывая, чтоб Мирослав снял не нужный атрибут одежды. Нехотя Мирослав выпутываться из тишки и сразу падает спиной в постель от толчка Данила. Младший садится на него сверху и остаётся в миллиметрах от светло карих глаз и любуется. По-обычному спокойное выражение лица, расслабленный взгляд, густые брови, алые от поцелуев губы, "идеальная" кожа, которую Мирослав ненавидит, а Данил каждый раз восхищаться как ему идут эти шрамики и прыщички, худые щеки. — Ты так хорош. М-м, боже мой, как я тебя люблю. — Данил вновь сводит брови и не понимает, как передать все свои эмоции, которые переполняют его, и сжимает до легкой боли бока Мирослава с мычанием в нос — Диме также говоришь? — ну конечно, как жуткий собственник Мирослав не будет ревновать, вспоминая как недавно Данил уснул на плече их снайпера? — Даже не скажешь, что тоже любишь? — с лёгкой обидой, отрываясь от любимой шеи, произносит Данил. —Я в любом случае люблю только тебя, а не Диму. Мир, ну ты же знаешь. — Люблю. Данил довольно целует Мирослава в губы и сразу отрывается, возращаясь к шее, проводя мокрым языком от скулы до кадыка и оставляет слегка заметную метку под ним. — Ну всё, прекрати. — вылизывание чувствительность Мириной шеи не остается без последствий, а ерзание на интимном месте ни капельки не улучшает ситуацию, поэтому Мирослав предпринимает попытку прекратить этот разврат. Данил, естественно, никак не реагирует на попытки остановить его и лишь, не больно, но ощутимо, кусает такой же чувствительный кадык, продолжает вилять задницой. После сдавленного стона Миры, Даня ощущает под ягодицами чужую эрекцию и довольно ухмыляется. Он поднимается повыше, заглядывая в Мирино лицо, закрытое сгибом локтя, и целует напряженные губы. — Я могу.. — начинает Данил, но запинается о собственные слова, когда Мирослав убирает руку с глаз и, ещё слабо возбуждённо, смотрит сводя брови — Можешь, только сними с себя — всё же поддаётся Мирослав и тянет на себя тишку Данила, показывая чтоб он снял. Данил быстро стягивает с себя тишку, откидывает куда-то в сторону и слазит с бёдер Мирослава, устраиваясь между ними. Таким они занимаются редко (Данил совсем недавно уломал Мирослава хотя-бы на дрочку и минет, так как тот был категорично против любого интима до совершеннолетия младшего, но собственное желание пересилило его и он позволил), так что ощущение были всегда яркие, поэтому когда Данил вобрал в рот голову, Мирослав отозвался протяжным стоном в нос, а когда он начал двигать головой, Мира и вовсе потерял связь с реальностью. Мирослав был не маленький и Данил ожидаемо не мог пропустить в горло, поэтому он активно работал головой и старался принести удовольствие хотя бы так. Талантливый человек талантлив во всем? Может именно поэтому каждый раз, когда Данил прикасается к Мирославу в таком смысле, ему хочется задохнуться. Настолько ему хорошо. Прям как сейчас. Сейчас Мирослав видит не темноту закрытых век, а яркие вспышки, расползающиеся разноцветными разводами, а в животе у него горит пожар. Чувствуя скорый приход, Мирослав на ощупь находит руку Дани на своём бедре и тянет на себя, на что Данил послушно поднимается повыше, к лицу Мирослава. Одну руку Мира кладёт на голову Дани, зарываясь пальцами в шоколадные волосы, притягивая к себе, а второй тянется к резинке трико и снимает их вместе с боксёрами чуть ниже ягодиц. Целуя чужие пухлые губы, Мирослав доводит до разрядки сразу обоих, водя своей крупной рукой с длинными пальцами по двум стволам сразу. На удивление, Данил доходит до разрядки раньше Мирослава и изливается ему на живот с громким стоном. На чужой протяжный стон и закатанные от удовольствия глаза, старший тоже не сдерживается и кончает, сильнее марает белесной жидкостью обоих. Данил обессиленно падает грудью на Мирослава и прижимается конечностями к его тёплому телу. Между ним всё ещё смешанная сперма, которая неприятно стянет кожу, если её сейчас не отмыть, но Мирослав обещает себе подумать об этом позже и целует мокрый висок Данила и поглаживает его поясницу.